Бал под принуждением

Отправляясь на бал, отец и брат выглядели нарядно и строго. Меня же заставили замазать веснушки. Отец стоял рядом и наблюдал, как горничная усердно покрывает их слоем пудры. Я дёргалась от каждого прикосновения.

— Отец, ведь у мамы тоже бывали веснушки? Неужели ты и ей их замазывал? — не удержалась я.

— Заткнись! Ты не имеешь права что-то про неё спрашивать! — его голос прозвучал как удар хлыста.

— Про родную мать не могу?

— Ты — её убийца! Так что сиди смирно и терпи!

"Что за человек он всё-таки?"— с горьким недоумением смотрела я в зеркало, как милые пятнышки одно за другим исчезают под белилами.

К счастью, на этом моменте отец вышел, и горничные принялись помогать мне одеваться. Корсет туго стянули, впиваясь в рёбра. На мне было то самое зелёное платье с белыми кружевными рукавами; банты шевелились от малейшего сквозняка. Я добавила искусственные хризантемы — хоть какое-то отвлечение от безвкусицы.

— Вы такая красивая! Точнее невеста! Затмите там всех своей красотой! — болтали служанки, стараясь создать праздничное настроение.

Только Мари смотрела на меня с безмолвным сочувствием, подавая тёплую накидку.

— Ты готова? — зашёл отец, окидывая меня оценивающим взглядом. — Ну вот, другое дело! Теперь выглядишь как истинная леди.

"Так ты можешь так говорить о веснушках, что носила твоя жена?"— промолчала я, отвечая ему лишь колким взглядом.

— Тогда отправляемся.

По пути к карете я заметила Дэвида, который с удивлением смотрел на мои замазанные щёки. Я едва заметно покачала головой, давая знак молчать.

Мы тронулись в путь.

"Неужели Элизия в книге всё время скрывала свою особенность?В «Как вырастить цветок счастья»её показывали как помеху для отношений Генри и главной героини Миры... Но какая из неё злодейка? Она была всего лишь затворницей..."Прервав поток мыслей, я выглянула в окно мы уже выехали из леса. Охотники и рыцари стали охотятся на волков убивая без разбора, от чего получали гневные письма от учёных что те портят баланс природы.

Были споры, даже в газетах писали об этом. Тогда пришли к выбору сначала проследить за волками, если будет хоть один признак опасности то сразу избавиться.

Отец молча читал, Каэл смотрел в своё окно. Дэвид, ехавший впереди на лошади, заметил мой взгляд и, обернувшись, помахал рукой. Я ответила тем же.

— Перестаньте свои гляделки! Нечего тебе общаться с другими парнями! — проворчал отец.

— Ага, — спокойно ответила я, откинувшись на спинку сиденья. Проблемы Дэвиду не хотелось.

У особняка Мюллеров уже толпились гости. Нас встретили с показной радостью.

— Роберт, дорогой! Какая честь! — Герта Мюллер с восторженностью бросилась обнимать отца, а затем, с тем же слащавым выражением лица, обратилась ко мне. — И Элизия! О, милая, как же тебе хорошо без этих... пятнышек на лице! — Она взяла меня за подбородок, поворачивая лицо к свету, будто рассматривая товар.

— И вам добрый вечер, мадам Герта, — проговорила я, игнорируя её унизительное замечание и отстраняясь от её прикосновения.

Тем временем Уил Мюллер похлопал моего отца по плечу.

—Ну как, Роберт, как добрались?

— Всё прошло благополучно, спасибо, — отец отвечал с подобострастной вежливостью, которой я никогда не видела в нём дома.

Затем Герта перевела взгляд на Каэла, и её улыбка стала холодной.

—И ты тоже удостоил нас своим присутствием. Какая неожиданность.

— Я как член семьи не могу не присутствовать на таком важном событии, — ответил Каэл с ледяной учтивостью.

— Отлично. Тогда я требую, чтобы ты немедленно извинился перед моим сыном за ту... выходку в прошлый раз, — голос Герты зазвенел сталью.

Каэл лишь усмехнулся, коротко бросив: —Обязательно— и прошёл мимо, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

Герта фыркнула, обращаясь к моему отцу:

—Ему, Роберт, определённо требуется хорошее воспитание. Не хватает женской руки, которая научила бы его эмоциям и мягкости.

Отец, к моему изумлению, слегка склонил голову.

—Мы будем бесконечно благодарны, мадам Герта, если вы поможете наставить моих детей на путь истинный.

— О, я буду только рада! — всплеснула она руками. — Вы только посмотрите, какой мой Генри воспитанный, обходительный и обаятельный! Настоящий джентльмен!

Я стояла, слушая этот разговор, и едва сдерживала рвотные позывы.

"Ваш сын бабник, каких ещё поискать, — пронеслось у меня в голове. — Настоящий джентльмен с репутацией развратника"

К счастью, Уил перевёл внимание громко объявив.

—Идёмте в дом, дорогие друзья! Остальные гости уже ждут!

Нас повели внутрь. Меня же, как куклу, поволокли в отдельную комнату, чтобы «привести в порядок после дороги» — ещё раз поправить и без того идеальные волосы и обильно надушить духами, которые пахли так тяжело, что першило в горле.

— Ты прекрасна... Хотя мне кажется, мы отправляли немного другое платье? — Герта внимательно разглядывала меня. — Ты его изменила?

— Немного.

— Дорогая Элизия, нельзя делать так! Это ведь наш подарок, а ты так с ним обошлась! — она покачала головой. — Ну ничего, мы позаботимся о твоих манерах.

— О чём вы?

— Роберт тебе не рассказал? — на её лице расплылась довольная улыбка. — Значит, узнаешь скоро.

"Что они удумали опять?" — пронеслось у меня в голове.

В зале царила праздничная атмосфера — музыка, танцы, оживлённые разговоры. Я заметила, как отец о чём-то оживлённо беседует с группой мужчин, а перед Каэлом томятся две девушки.

— Девушки, вам не растопить его сердце обычным флиртом. Тем более, у него уже есть любимая, — подойдя к ним, бросила я не глядя.

Те, расстроенные ушли.

— Значит, у меня есть любимая? — поднял бровь Каэл.

— Ну, я просто сказала. Я же знаю, какой ты в плане отношений.

— Готова?

— Неа. Но куда деваться? Сегодня меня официально объявят его невестой.

Каэл подал мне бокал с соком.

—Сколько же девушек после этого меня возненавидят, — отпила я.

— Но в отличие от них, у тебя есть сила. Они же неженки, что в руках ничего тяжелее веера не держали.

— Пф-ф, в этом ты прав. Значит, могу их избить? — посмотрела я на него с вызовом.

— Ага. Здесь не веди себя послушно.

— Окей. Если что, скажу отцу, что это ты меня так настроил.

В ответ я получила лёгкий толчок в плечо.

Вскоре к нам направился Генри.

—Добро пожаловать. Рад вас видеть. Хотя насчёт тебя не уверен, — бросил он Каэлу.

— До сих пор обижен, что тебе доказали твою слабость?

— Ты меня ранил, вообще-то.

— Но не убил же.

Они обменялись колкими взглядами, полными взаимной неприязни.

— С тобой потом разберёмся. Сейчас мне нужна моя невеста. Я её «украду», — Генри взял меня за руку и повёл прочь, под одобрительные взгляды гостей.

"Почему девушки такие дуры, раз зная, что он отъявленный бабник, но всё равно от него без ума?"

Мы остановились в центре зала. Генри возвысил голос:

—Дамы и господа! Благодарен вам за сегодняшний визит! Мы собрались здесь не просто так.— он глянул меня—Я хочу объявить, что эта девушка, Элизия Вайтмор с сегодняшний дня официально моя невеста! Мы помолвлены!

Зал взорвался аплодисментами и поздравлениями.

Каждый подходил поздравлял нас. Родители были рядом поддерживая разговор.

Стало душно от наплыва людей и их взглядов. Я выбралась на балкон, в предвкушении, что сейчас, по всем законам жанра, ко мне должны подойти те самые влюблённые в Генри девушки, чтобы «разобраться».

"Плевать. Получат, если начнут"

— Вот и всё. Теперь я официально невеста, — прошептала я в ночную прохладу.

— Это мы ещё посмотрим, — послышался язвительный женский голос сзади.

"Понеслась. Щас будет весело"

— Ты вообще кто такая? Обворожила Генри?

—В тебе же нет ничего особенного! — принялись они кудахтать, как разъярённые курицы.

— Он мне нафиг не сдался! Забирайте своего Генри, буду только рада!

— Ты это специально говоришь, чтобы отвязаться!

— У нас брак по договорённости. Плевать мне на него.

Они будто не слышали. Я вздохнула и повернулась, чтобы уйти.

—Не вижу смысла продолжать этот разговор.

Внезапно одна из них схватила меня за волосы.

—Че за рыжие патлы, ещё и такие кудрявые!

От боли на автомате я резко ударила её по лицу.

—Ай! — та с визгом отпустила меня, в её ладони осталось несколько вырванных волос.

— Совсем что ли, бить меня?!

—А ты совсем что ли, чтобы хватать людей за волосы? — я с отвращением вытерла руку о платье.

Разъярённая девушка хотела наброситься вновь, но её руку остановил Генри.

—Что здесь происходит? — прозвучало строго.

— Господин Генри, мы... она накинулась на нас! — указала она на меня.

Он перевёл взгляд на меня. Воспользовавшись моментом, я выдавила из себя пару слёз.

"Ну давай женишок покажи себя"

—Я... я просто вышла подышать... Они подошли и стали угрожать мне... — я вытерла слезу, а затем указала на зажатый в кулаке обидчицы клочок моих волос.

Та тут же попыталась откреститься, невинно улыбаясь.

—Не слушай её, Генри! Она ударила меня, видишь, краснота!

— Говорите что угодно. Слёзы и волосы моей невесты у тебя в руке — главное доказательство. Исчезните с глаз долой! — его голос прозвучал серьёзно . Девушки тут же разбежались.

— Всё, хорошо уже, не плачь, — он обнял меня, и в его голосе я с отвращением уловила нотку удовольствия. — Первый раз вижу твои слёзы.

Он поцеловал меня в волосы.

—Идём, отведу тебя в комнату, ты отдохнёшь. А завтра поговорим.

Я шла за ним, с подозрением наблюдая за его спиной.

—Вот, отдыхай. Позже принесут ужин.

— Спасибо, — снова шмыгнула я носом для верности.

Дверь закрылась. Я вытерла следы слёз и с отвращением провела рукой по волосам в том месте, где он целовал.

—Фу... Разве он должен был не тех девок послушать, успокоить?

Слёзы, к удивлению, получились вполне убедительными. Видимо, привычка старой Элизии часто плакать сработала.

Я плюхнулась на кровать, вглядываясь в наступающие за окном сумерки. Тишина комнаты была обманчивой, предвещая новые бури.

Вскоре в комнату вошла служанка, принеся ужин. На подносе дымилось изысканное мясо, красовались миниатюрные тортики и стоял графин с напитком — видимо, всё то, что подавали на банкетном столе. Девушка с неприязненным видом небрежно поставила поднос на стол, так что несколько капель рубиновой жидкости пролилось на полированную поверхность.

— Господин Генри распорядился, чтобы его невеста ни в чём не нуждалась, — пробормотала она без особого энтузиазма.

Затем она помогла мне снять сложное бальное платье и смыть с тела слой пудры. Когда она увидела мои веснушки, проступившие сквозь смытый грим, на её лице мелькнуло неподдельное удивление, словно она обнаружила нечто постыдное.

Пока она вынимала шпильки из моих волос, её движения были нарочито резкими, и я чувствовала, как она то и дело с силой тянет пряди.

—После вашего... инцидента на балконе господин Генри объявил, что если кто-то посмеет обидеть его невесту, жестоко поплатится, — сообщила она, и в её голосе сквозила явная досада.

"Очередная ослеплённая этим бабником" — с раздражением подумала я.

— И что ты сейчас делаешь? — тихо спросила я.

— Мне просто интересно... что он в вас нашёл? Чем вы его привлекли? — её шёпот стал ядовитым.

— Господин Генри так умен, обаятелен, с ним можно говорить обо всём на свете... Он такой любезный... — она замолчала, выдернув последнюю шпильку. — А таким, как вы, не место рядом с ним.

— Вот как? — я медленно повернулась к ней.

— А вы просто завидуете! Завидуете тому, что это я стану его женой! — её голос дрожал от сдерживаемой злобы.

— Открой же глаза, дура слепая! — я резко встала, и она отшатнулась. — Он урод, который бегает за каждой юбкой! И вы все, как мотыльки, летите на его огонь, только чтобы обжечься!

— Не смейте так говорить о нём! — она вспыхнула.

— Задолбала! — рывком я толкнула её на кровать.

Она вскрикнула от неожиданности, а я, пользуясь тем, что на мне было лишь лёгкое ночное платье, легко забралась сверху, прижав её к матрасу.

— Ты забываешь своё место, милочка, — я схватила её лицо руками, и она забилась в беспомощной ярости. — Завидуй молча. Но знай: ты — не та, кто ему предназначен. — Я наклонилась так близко, что наше дыхание смешалось. В полумраке комнаты, должно быть, горели мои глаза. — И я, если на то пошло, тоже не та.

"Ему предназначена ГГ этого романа "

—Мы все для него просто куклы. А вы, упиваясь каплей его внимания, лишь унижаете себя.

Служанка замерла, широко раскрыв глаза, в которых читался животный страх.

— Очнись, дура. Ты прислуга. Не забывайся. А я вскоре буду его женой. И твоей госпожой. — Я наклонилась к самому её уху, и мой шёпот стал тихим и оттого ещё более страшным. — И жизни тебе не дам, если перейдёшь мне дорогу.

Она с силой оттолкнула меня, сорвалась с кровати и, не оглядываясь, выбежала из комнаты, забыв даже про поднос.

Я осталась сидеть на краю кровати, и тихий смех вырвался у меня из груди.

"Ну что ж...Теперь уж точно поползут слухи среди слуг"

Я подошла к двери и повернула ключ, слыша чёткий щелчок замка. Кто знает, какие ещё "гости" могут постучаться ко мне после этой ночи.

Завернувшись в одеяло, я легла в холодную постель. Усталость накрыла с головой, и вскоре я провалилась в беспокойный сон.