Я буду ждать тебя там

Посреди весны, когда колючая стужа зимы уже начала забываться, слива расцвела раньше всех прочих деревьев. Её крошечные бутоны и разлившееся в воздухе благоухание стали первым нежным вестником того, что весна наконец-то вступила в свои права.

С того памятного дня прошел почти год...

Мое тело восстановилось на славу, и даже правая рука, пострадавшая сильнее всего, благополучно пережила мучительный курс реабилитации. Теперь я снова могу выполнять простейшие действия — например, удерживать в ладони вещи.

Тот факт, что рука, которой когда-то вынесли приговор «полная неподвижность», в итоге сумела ожить, стал возможен лишь благодаря...

— Хм? Что-то случилось?

— ...Нет, ничего особенного.

Сацуки, шагавшая рядом со мной, пытливо заглянула мне в лицо. За этот год она окончательно рассталась с образом старшеклассницы; теперь она выглядела как элегантная и утонченная студентка. В её взгляде и каждом движении читалась уверенность и то сияние, которое присуще человеку, твердо стоящему в мире взрослых.

— Да точно что-то есть! У тебя на лице прямо написано, что ты что-то скрываешь!

...Впрочем, это мимолетное впечатление быстро рассеялось. Её жизнерадостная непосредственность осталась точно такой же, как и прежде.

— Я просто подумал, что прошел уже приличный срок с тех пор, как вы все вчетвером довели бедного врача до белого каления, когда я решил наконец выбраться из инвалидного кресла.

— И что в этом плохого?

— Ты серьезно спрашиваешь?..

Сацуки обернулась, слегка склонив голову набок с видом полнейшего любопытства.

Я до сих пор отчетливо помнил тот случай. Когда раны достаточно затянулись, чтобы я мог покинуть кресло, поднялся невообразимый шум. Я рвался поскорее начать ходить самостоятельно, но эти четверо в один голос твердили, что глаз с меня не спустят, и наотрез запрещали мне делать даже шаг без присмотра.

Сино, например...

— «Врачи, способные на ошибку, здесь не нужны! Немедленно увольняйтесь!» — заявила она, чем окончательно вогнала медицинский персонал в ступор.

Это были далеко не самые приятные воспоминания...

— День, когда Сацуки и остальные прочитали мой [Дневник].

Если вдуматься, мне не раз доводилось читать истории о людях, переродившихся в игровых мирах и сохранивших память о прошлом. Но я никогда не слышал, чтобы персонажи такой истории осознавали искусственную природу своего мира.

Обычно <Сила Мирового Принуждения> должна была стереть любые упоминания о моем [Дневнике]. Однако после того как я освободился от оков , эта сила, судя по всему, перестала действовать. Только поэтому они смогли всё осознать, и лишь сейчас я нахожу это объяснение разумным.

Правда, когда они назвали меня «грешником из высшего мира», я не смог сдержать нервного смешка...

И да, это также объясняет, почему они терзались столь сильным чувством вины и были так непомерно благодарны мне. Окажись я на их месте, я, вероятно, тоже погрузился бы в беспросветную тьму.

Впрочем, всё это уже не имеет значения. Важно лишь то, что...

— А-а-ах!..

Я вскинул голову к небу, закрывая лицо ладонями.

Я никогда не планировал показывать его кому-либо. То же касается и оставшихся страниц [Дневника], предназначавшихся для «Четырех Небесных Дев».

И уж тем более ту последнюю фразу...

— «Храбрость отпустить жизнь — вот что приносит победу...»

Сацуки пробормотала это с гордым видом, не сводя с меня глаз. Я почувствовал, как жар приливает к лицу, обжигая шею.

— Прекрати!..

— Э-э? Почему это? Мне очень даже нравится! Мало кто способен на такие слова, в них чувствуется настоящая любовь!

— Умоляю, не говори так при людях! Прошу!

В данный момент мы находились в торговом центре. Можно сказать, у нас было свидание.

Обычно мы проводили время впятером, но сегодня у остальных троих совершенно случайно нашлись свои дела, так что мы остались наедине.

Сацуки ласково обвила руками мою правую руку и посмотрела на меня снизу вверх, слегка надув губки.

— ...Раз уж сегодня мы только вдвоем, смотри, пожалуйста, только на меня.

— Да, прости...

Она была слишком милой... моя девушка.

Стоило мне на секунду отвлечься, как она тут же это замечала. Пока мы шли по залам центра, мне казалось, что все взоры прикованы к нам. Особенно сильно я ощущал на себе пронзительные, полные зависти взгляды.

— Ну, в любом случае, сейчас всё куда лучше, чем раньше...

Заметила она с легкой, немного вымученной улыбкой. Если бы силу чужой зависти можно было измерить, то направленные на меня сейчас взгляды составляли бы лишь четверть от их обычной мощи.

Обычно в такие моменты Рэйн, Сюна и Сино тоже были бы с нами.

Я уже привык к ярлыку «парня с гаремом», а в университете и вовсе прославился как человек, которого вечно сопровождает свита из Четырех Небесных Дев.

Вообще-то, это место должен был занять Юто Сано, но жизнь полна сюрпризов. К слову, с того самого момента Сано больше не пытался втянуть нас в свои дела.

Видимо, ярость тех четверых стала для него хорошим уроком. В кампусе он стал вести себя тише и больше не приближался к Небесным Девам. Вполне возможно, он и впрямь раскаялся в содеянном.

И тогда я поймал себя на мысли: было бы замечательно, если бы Сано действительно смог начать всё с чистого листа.

Наверняка кто-то упрекнул бы меня за столь мягкое отношение после всего, что он нам устроил, но я и сам в прошлой жизни не был святым, поэтому не держал на него зла.

И самое главное: вероятность того, что Четыре Небесные Девы вновь погрязнут во тьме, практически исчезла.

Иногда я всё еще чувствую исходящие от них волны сильных эмоций, но по сравнению с тем, что было в начале, это сущие пустяки.

Наконец-то в моей душе воцарился покой.

— Это не совсем так, Сатоси-кун. Мы не падаем во тьму лишь потому, что чувствуем твою искреннюю любовь.

— ...Перестань так бесцеремонно читать мои мысли.

— Хе-хе, к тому же, мы ведь каждую ночь проводим так насыщенно~ Зная, как сильно ты нас любишь, мы чувствуем себя куда спокойнее.

— Не говори о таких вещах в общественном месте!

Сацуки прижала ладони к щекам, но в её манере была такая обезоруживающая игривость, что сопротивляться ей было невозможно; она явно не собиралась останавливаться.

Со всех сторон на нас скрестились взгляды — смесь тепла и жгучей зависти. Мне казалось, я подхвачу простуду от того, насколько накалена была атмосфера.

...Ну, в общих чертах так оно и было. По ночам я обычно бывал с ними всеми четырьмя... да... но в последнее время моя выносливость начала потихоньку сдавать...

Я пытался как-то это скрыть, менял подходы и ухищрения, но... результат был предсказуем.

— Ладно, давай забудем об этом...

— Ты серьезно?..

— Важнее всего то, что Сатоси-кун рассеял тьму в наших сердцах. Благодаря тебе мы теперь чувствуем себя легкими и счастливыми! Понимаешь?

— Ну... это именно то, что я и должен был сделать.

Сацуки оставила карьеру гравюр-идола. Поскольку она была невероятно популярна, поначалу было много протестов, но она твердо отрезала: «Разве не вы раньше заставляли меня делать грязные вещи ради славы? А теперь, когда я добилась успеха, вы решили переобуться на сто восемьдесят градусов? Это подло!»

Я также помог уладить проблемы с матерью Рэйн, разобраться с делами семейной компании Сюны и разрешить конфликты в семье Сино...

Вообще-то, всеми этими проблемами должен был заниматься Сано в рамках сюжета , но в итоге за них взялся я.

Впрочем, в этом нет ничего такого, чем стоило бы хвастаться.

Если твоя любимая девушка в беде, помочь ей — это ведь в порядке вещей, не так ли?

— Хм?

Вдруг кто-то потянул меня за руку.

— Хватит об этом, давай наслаждаться свиданием! У нас осталось не так много времени до вечера!

— Ах, да.

— Для начала обойдем все магазины! Заглянем в каждый по очереди!

— Да это же невозможно!

Здесь было не меньше тридцати бутиков...

♦

— Ну как тебе это~?

— Выглядит очень по-весеннему. Яркий и нежный образ, тебе безумно идет, Сацуки.

— Э-э~? Правда? Ну а как насчет этого?

— В целом смотрится мягко. А эта длинная юбка, колышущаяся при ходьбе, прямо-таки дышит весной. Отличное попадание.

Стоило Сацуки выйти из примерочной, как она тут же принимала естественные и грациозные позы. Как и ожидалось от бывшей модели, у неё был врожденный дар притягивать взоры. Единственное, что меня беспокоило — не узнает ли её кто-нибудь.

И что еще важнее... сколько еще нарядов осталось? Прошло уже почти два часа...

— Сатоси-кун, ты так мастерски сыплешь комплиментами, что я и не заметила, как пролетело время! Это так весело!

— Ну, я прошел хорошую школу.

Поскольку все четверо — девушки, и все они без ума от моды, подобные походы по магазинам стали для нас обыденностью.

Хотя в самом начале наших отношений мои навыки в комплиментах стремились к нулю. Сацуки, Сюна и Сино выглядели довольными, но с Рэйн всё было иначе.

— Послушай? Мне это не идет?

— Э-э... моё мнение такое же, как и в прошлый раз...

— Хи-хи, не нужно заставлять себя...

— Просто я...

Она тут же погружалась в свои невеселые думы. Каждый раз мне приходилось обнимать Рэйн, которая была уже на грани слез, чтобы успокоить её. И всё это происходило на глазах у толпы. Так что, можно сказать, моё умение льстить развилось скорее как инстинкт выживания.

Невероятно выматывающее занятие... честное слово.

Рэйн в детстве так и не научилась просить любви, поэтому сейчас она стала очень зависима от нас. Если ей не уделять внимания, она моментально расстраивается, так что мы все стараемся её баловать.

Почему-то она воспринимается совсем как младшая сестренка. Хотя сама она в этом ни за что не признается...

Люди наверняка бы подумали: «Эта девчонка, которая и ночи не проспит без компании, еще смеет такое заявлять?..»

— Ну что, теперь заглянем в тот магазин?

— А, да... пойдем.

Я проследил за направлением руки Сацуки и буквально замер на месте. Это был магазин женского белья.

— Прошу... только не тащи меня туда...

— Э-э~! Но это всё из-за одного человека и его размеров, которые...

— А-а-а! Я понял! Всё, молчи!

— ...Ну, раз ты понял, этого достаточно.

Меня практически затащили внутрь под аккомпанемент темной, полной озорства улыбки Сацуки...

♦

Покончив с пыткой в отделе белья, мы направились в игровой центр.

— А-ха-ха-ха! Сатоси-кун, ну ты и мазила!

— Да нет же! Играть на тайко без правой руки нереально сложно!

Мы устроили состязание по игре на барабанах тайко, но мало того что я был новичком, так еще и правая рука не слушалась как надо. А поскольку я был правшой, попытки играть левой закончились полным фиаско: я не попал ни в одну ноту.

— У тебя напрочь отсутствует музыкальный слух~!

— Если бы я мог задействовать правую руку, результат был бы куда лучше... да и ты, Сацуки, сыграла далеко не идеально...

— Пусть разрыв и крошечный, но победила всё равно я! — заявила она, гордо выпятив грудь.

— Проклятье...

Пусть разница была минимальной, поражение оставалось поражением. Было чертовски досадно. В таком случае я хотел бы взять реванш в чем-то, где у меня есть шансы.

И тогда...

— Может, сыграем в игровые автоматы с монетами?

— Отклонено.

— Это еще почему?!

— Потому что у меня нет ни одного доброго воспоминания об этих автоматах из-за Сюны...

— А... ну да.

С поступлением в университет Сюна, кажется, открыла в себе новую страсть, и в этом крылась проблема.

Её хобби стали азартные игры: слоты, скачки, лодочные гонки — всё что угодно...

Будь это в рамках разумного, я бы не возражал. Но удача Сюны в денежных делах была феноменально плохой, поэтому она почти всегда возвращалась с пустыми карманами.

«Я просто инвестирую в проект с огромным потенциалом~ Помяните моё слово... через пару дней сумма удвоится~»

В итоге нам всем пришлось взять финансы Сюны под жесткий контроль. Разумеется, она бурно протестовала, но мы не могли позволить ей пасть еще ниже, поэтому пришлось проявить твердость.

В конце концов, я, пожалуй, лучше всех знал, насколько опасен азарт...

Без сомнения, Сюна была самой терпеливой и спокойной из всех, но в определенных вопросах именно она доставляла больше всего хлопот. Несмотря на её расслабленный вид, всё, за что она бралась, зачастую оказывалось слишком рискованным.

— Тогда пойдем к кран-машине!

— О, звучит заманчиво! Какую выберем?

— Я хочу ту куклу для дома... как тебе эта?

Сацуки указала на гигантского плюшевого медведя.

— Он же огромный... его реально вообще достать?

Медведь был ростом сантиметров восемьдесят, но Сацуки выглядела крайне решительно.

— Дело не в том, реально это или нет! Важно само стремление поймать его!..

— Ого, звучит как цитата из какого-нибудь пафосного фильма...

— Давай! Играем вместе! Я жму правую кнопку, а ты — левую, Сатоси-кун.

Сацуки уже зажала свою кнопку, так что мне оставалось только вовремя нажать на левую.

— Ладно... постой, забирает слишком в сторону!

— Ой!

Вердикт: судя по всему, талантов в этой игре у нас тоже не обнаружилось.

Даже несмотря на помощь персонала, нам так и не удалось его выудить.

Ну, если подумать, таскаться с такой махиной по всему центру было бы слишком накладно.

Хлопотно? Ничуть.

♦

— Вот оно, вот оно~! Клубничное Парфе «Делюкс☆»! Я так давно хотела его попробовать~!

С сияющими глазами Сацуки принялась фотографировать десерт со всех ракурсов.

Чтобы развеять мрачную атмосферу после проигрыша в игровом центре, мы зашли в кафе, которое выбрала Сацуки. Когда мы только вошли, она была еще немного расстроена неудачей, но как только заказ принесли, её настроение мгновенно сменилось на ликующее. Я вздохнул с облегчением.

— Сатоси-кун, сфотографируй меня!

— Да, конечно!

— Пиииис!

Я сделал снимок Сацуки, которая улыбалась словно цветущая сакура на фоне гигантского парфе. Она выглядела такой счастливой, что и у меня на душе стало теплее.

Но──

— А не многовато ли? Осилишь всё сама?

— Ты глубоко заблуждаешься, Сатоси-кун.

Она озорно пригрозила мне пальцем и надула губки.

— Видишь ли, когда девушка принимается за парфе, его калорийность мгновенно сокращается вдвое.

— Это еще... с чего вдруг?

Даже для уличной лженауки эта теория звучала за гранью абсурда...

— А теперь — моё заветное желание~

Сацуки картинно зачерпнула ложечкой край этого исполинского десерта и протянула мне. Воздушные взбитые сливки, щедро политые клубничным сиропом, скрывали под собой нежно-розовое мороженое.

— Если применить к этому «коэффициент А-ам», то уровень счастья и вкуса взлетит до небес. Так что... А-а-ам!

Сияя улыбкой, Сацуки поднесла ложку к моим губам.

Немного опасаясь косых взглядов окружающих, я всё же приоткрыл рот и принял угощение. Стоило мне поднять глаза, как я встретил её лучистый взор.

— Ну как, распробовал?

— ...Вкусно.

Вкус был прежним, но меня тут же накрыло волной радости и смущения. Придется забрать свои слова о безумии назад.

— Теперь твоя очередь кормить меня! Давай, я готова!

— Ты из какой бейсбольной лиги сбежала?

Так мы и принялись по очереди кормить друг друга клубничным парфе «Делюкс☆». Судя по всему, «коэффициент А-ам» можно было применять бесконечно. С каждым разом становилось всё вкуснее.

Глядя на неё, я невольно вспомнил наши домашние посиделки. В последнее время у нас вошли в моду всякие оккультные теории, а Сино просто обожает подобные каламбуры.

Став студентами, мы начали покупать алкоголь, и теперь редкий вечер дома обходится без выпивки.

Несовершеннолетние? Да бросьте, мы же студенты, так что никакого криминала!

Как ни странно, больше всех спиртным наслаждалась именно Сино, хотя она же пьянела быстрее всех.

«Послушайте, Сатоси-сан... Иероглиф „человек“ (人) ведь означает, что люди подпирают друг друга, так? А если между двумя людьми вспыхивает любовь [I] (AI=Love), то всё неизбежно заканчивается в постели [H] (H=ecchi), понимаете логику? Так что... пойдемте спать вместе~!»

Подобные древние байки она выдавала, похрустывая закусками, прихлебывая хайбол и по-дружески — но довольно увесисто — похлопывая меня по спине.

Несмотря на то что в такие моменты в ней не оставалось ни капли изящества «Ямато Надэсико», я всё равно находил это по-своему притягательным... Совершенно несправедливо.

Кстати, однажды мы попытались ввести сухой закон, но Сино впала в такую ярость, что уснула, вцепившись в пустую бутылку сётю, и мы решили больше не рисковать.

— М-м-м! Божественно! Официант~! Повторите еще порцию!

— Эй.

Моё предостережение Сацуки пропустила мимо ушей.

В конце концов я просто смирился, решив: раз она счастлива, то и ладно.

♦

— Ого, вот это я закупилась!

Сацуки едва удерживала ворох пакетов в обеих руках. Я порывался помочь, но от моей всё еще слабой правой руки толку было мало.

К тому моменту, как мы добрались до дома, я был выжат как лимон. Нет, свидание было чудесным. Просто...

— Прости-и-и~! Я так засмотрелась, что выронила сумку.

— Х-хорошо, в следующий раз будь просто внимательнее.

Она шутливо высунула кончик языка, ни капли не раскаиваясь.

Серьезно, пора бы тебе стать осторожнее! В сумке ведь всё самое важное — и кошелек, и телефон... откуда у неё столько энергии?

По характеру Сацуки была, пожалуй, самой рассудительной среди «Четырех Небесных Дев», но у неё был один фатальный изъян: она постоянно что-то теряла. Посеять проездной для неё было обычным делом. Она даже успела подружиться со всеми сотрудниками стола находок на станции и в университете. В полицейском участке её тоже знали как родную; один старый офицер как-то даже пошутил: «Что, опять пришла под арест?»

— Я — преступница, заточенная в темницу твоей любви, Сатоси-кун~

— Перестань читать мои мысли...

Сацуки, идущая рядом, рассмеялась моим раздумьям, а я лишь вздохнул и саркастично бросил:

— Что до сумки, не переживай, завтра она наверняка объявится в участке.

— ...А? Ну да, похоже на то.

Волноваться и впрямь было бессмысленно. К тому же, за всё это время не было случая, чтобы потерянная вещь Сацуки каким-то чудесным образом не находилась, так что я привык доверять её словам.

Общение с героинями заставило меня осознать: у каждой из них есть свои фатальные слабости. Но это не вызывало отторжения. Напротив, такие черты делали их живыми, по-человечески близкими и невероятно очаровательными. То, чего не было в их официальных профилях, теперь казалось самым притягательным.

— О, вон уже видно!

Показалось здание нашего недорогого кондоминиума. В окнах квартиры на краю коридора уже горел свет. Хотя в этом здании было всего пять жилых блоков, мы завели традицию ужинать и ночевать именно у меня. За год я к этому окончательно привык.

— Ах, наконец-то дома~!

— С возвращением.

— Поздновато вы, не находите?

— Да... простите~

Когда мы вошли в мою однушку, нас встретили суши, пицца и несколько бутылок явно недешевого спиртного — стол был слишком роскошным для обычной трапезы.

— Сегодня какой-то праздник? У кого-то день рождения?

— Так и знала, что ты забудешь.

Они напомнили мне о моем собственном дне рождения, но я не мог припомнить другой важной даты...

— Сегодня ровно год с того дня, как ты спас нас, Сатоси-кун.

— А, правда? Неужели?

Даже глядя на календарь, я не сразу сообразил. Для меня тот день стал моментом, когда я едва не расстался с жизнью, так что я помнил лишь примерный период, но не точную дату.

Воспоминания о той отчаянной борьбе за право изменить предначертанное будущее теперь казались чем-то бесконечно далеким.

— Спасибо, что спас нас тогда.

Сацуки и остальные нежно мне улыбнулись.

Хотя на самом деле помощь героиням была для меня лишь инструментом мести, и ничем более.

И тут──

— М-м-мф!

Рэйн, надув губы, обеими руками бесцеремонно ущипнула меня за щеки.

— Так, хватит. Пора завязывать с этим самобичеванием. Это твоя скверная привычка, Сатоси.

— Да, виноват...

Когда Рэйн убрала руки, на щеках осталось приятное ощущение тепла.

— Что бы ты там себе ни надумал, это не отменяет того факта, что ты вытащил нас из ада, ясно?

— Это правда. Прошедший год стал самым счастливым в моей жизни...

Сино задумчиво кивнула. От её слов в груди разлилось мягкое тепло.

Весь этот год я был неразлучен с ними. И я вечно боялся, что если они увидят моё истинное «я», то непременно разочаруются.

И всё же услышать такое от них было для меня дороже всего на свете.

— ...Ладно, довольно сантиментов. Сацуки, а ну отойди от Сатоси.

Рэйн тут же протянула руки, пытаясь оттеснить Сацуки от меня.

— Ты чего это удумала?!

— Разве не подло строить из себя невинную овечку, Сацуки-тян?

Сюна улыбалась в своей привычной манере, но от неё исходило невероятное давление. Голос звучал спокойно, но у меня по спине пробежал холодок.

— Ч-что вы имеете в виду?..

— Какая дерзость...

Когда Сино бесстрастно прошептала это, она кончиками пальцев приподняла записку и показала её мне:

[Я выманю Сатоси-куна из дома, а вы пока готовьтесь к вечеринке☆]

...Я перевел взгляд на Сацуки.

Бедняжка обливалась холодным потом, ерзала на месте, а её глаза бегали, не зная, за что зацепиться. Но стоило нашим взглядам встретиться:

— Виновата!☆

Она молитвенно сложила ладони, подмигнула и высунула язык.

Эта её нарочито милая улыбка едва не пробила брешь в моей защите, но я вовремя взял себя в руки, почувствовав за спиной «убийственную» ауру.

— Никаких свиданий наедине. Это четко прописано в «Пакте Четырех», помнишь?

Сино сверлила Сацуки ледяным взглядом. Рэйн и Сюна не отставали. Сацуки была загнана в угол. Путей к отступлению не осталось.

──Пожалуй, пора было проявить к Сацуки немного сочувствия.

— Сино.

— Да?

— А ведь планетарий, в который мы ходили два дня назад... было весело, правда?

— Да! Очень... ох.

Сино осеклась на полуслове. Испепеляющие взгляды трех остальных мгновенно вонзились в неё, и она поспешно отвела глаза.

— ...Похоже, лицемерие — это твой главный политический навык? Что ж, ладно.

— Э-э, ну... да...

— Как и ожидалось от богатых наследниц, их слова всегда имеют двойное дно~

— В-вовсе нет... это... кхм, часть моих учебных занятий...

— И с каким лицом ты после этого так высокомерно меня обвиняла?

— Угх...

Сино явно начала терять самообладание. Глядя на это, я повернулся к Сюне.

— А там ведь у меня не было ни шанса на победу, верно?

— Ой! Как ужасно! Я же говорила, что это инвестиция в будущее... ах!

— Сюна?

— И ты тоже...?!

— Эй-эй, погодите... с какими это чувствами вы на меня набросились?

Подумал, что смогу победить, используя логику «Чаек»...

С этой нелепой уверенностью я спустя долгое время отправился играть в патинко с Сюной, но итог был предсказуем: сокрушительное поражение.

А Сюна, на которую посыпались двойные обвинения...

— ──А кто его знает~?

— Посмотри мне в глаза!

Она попыталась уйти от ответа со своей привычной безмятежной улыбкой, но взгляд её неуловимо метался. Видимо, у её «покерфейса» тоже был предел.

Оставалась только одна──

— Ха-а... ну и кто тут у нас злостный нарушитель правил?

Услышав холодный голос Рэйн, все взглянули на меня, но я ответил:

— А ведь я не просто так развлекался с Рэйн наедине.

— Видите? Вот оно.

Я гордо выпятил грудь. Даже три остальные не смогли скрыть неловкости и отвели глаза.

Однако──

— Ты ведь говорила, что хочешь сблизиться с остальными тремя, но просто не знаешь как?

— Это...!

Белоснежная кожа Рэйн мгновенно стала пунцовой, как у вареного осьминога. Воцарилась тишина.

— Я рад, что ты так думаешь, Рэйн... ха-ха-ха...

Пытаясь замять неловкость смехом, я наткнулся на ответные взгляды. Спустя мгновение на меня обрушились четыре полных укора взора со всех сторон.

...Но я-то тут при чем?

В конце концов, это ведь они сами придумали правила под названием «Пакт Четырех», и они же первыми стали их нарушать, приглашая меня.

Э? Если бы я знал про этот пакт заранее, я мог бы просто отказаться и не впутываться в это? Ну уж нет, это было невозможно.

...Да. Пожалуй, я тоже виноват.

Кстати, чтобы вы знали, у Сацуки, которая обвиняла остальных так, будто сама была чиста, имелся и «дополнительный грешок»: я ходил в ночной бассейн только с ней вдвоем.

Поражаясь её дерзости, я вдруг встретился с ней взглядом.

──Это секрет.

С идеальным расчетом она подмигнула мне так, чтобы никто больше этого не увидел.

Всё её лицо выражало простую мысль: «не пойман — не вор», и она ни капли не раскаивалась.

...Ладно уж, я не проболтаюсь.

Впрочем, у остальных трех тоже наверняка припрятаны свои «тайные прегрешения», но если я продолжу допрос, это закончится лишь бессмысленной ссорой.

— Ла-а-адно, будем считать, что мы все хороши, так что давайте сегодня просто помиримся.

— ...Я не против.

Эти слова, брошенные кем-то вскользь, послужили сигналом, и обстановка мгновенно потеплела.

— Давайте! Сегодня день праздника! Давайте веселиться вместе!

Задорный возглас Сацуки стал детонатором: все тут же вцепились в мои руки и принялись тянуть в разные стороны.

Пусть мои ноги заплетались, а руки тянули в разные бока, глубоко внутри я не мог сдержать прилив тепла.

Каждый раз, когда я вижу эту картину.

Каждый раз, оказываясь в центре этого шумного круговорота. Снова. И снова.

— Я и вправду люблю вас всех...

Эти слова сорвались с моих губ совершенно неосознанно.

 

— А? Что случилось?

 

Сацуки с любопытством взглянула на меня.

 

— ...Нет, ничего особенного.

 

К счастью, она не расслышала того, что было сказано дальше.

 

До того самого дня, когда угаснет моя жизнь, я буду идти вперед ради каждой из вас.

 

Ведь именно ради этого я, Сатоси Ирия, и пришел в этот мир.