Глава 41.0

Создать для себя собственное тело, вот о чём Оростелла размышляла уже довольно давно.

Система так и не уточнила, создаст ли она когда-нибудь подходящий для неё сосуд.

Она ведь не может вечно скитаться по космосу — столетиями, а то и тысячелетиями, играя одну беспорядочную роль за другой.

Она не из железа — если всё продолжится в том же духе, рано или поздно она просто перегорит.

Конечно, даже если ей удастся самой разыскать Жуань Мэй, не обязательно решать всё за одно выступление.

В конце концов, едва познакомившись, она не собиралась выкладывать все карты на стол перед гением.

Когда дело касается жизни и смерти, Оростелла считала, что разумная осторожность — это вполне естественно.

Вот взять Ахерон — рассказать ей о ситуации с «душевной формой» было не такой уж большой проблемой.

С учётом нависшей угрозы Небытия система уже вмешалась и взяла основную нагрузку на себя.

Но позволить Жуань Мэй или Герте свободно исследовать её, пока она находится в таком состоянии?

Это уже выглядело слишком рискованно.

Кто знает, что эти двое могут натворить, если их любопытство выйдет из-под контроля?

К счастью, награда от её босса, Нанука, сняла непосредственную угрозу.

Так что, возможно, лучше сначала наладить контакт, установить хоть какое-то доверие, а уже потом приводить свои планы в действие.

Подобные вещи нельзя делать в спешке.

И всё же, раз уж она собирается примерить роль Жуань Мэй, может, стоит совместить личные исследования с привычным созданием хаоса?

Ей нужна идея, которая будет служить её собственным целям — и при этом произведёт эффект.

Оростелла погрузилась в размышления, перебирая в уме различные формы жизни, которые могли бы подойти.

В гениальности Жуань Мэй она не сомневалась — если кто-то и способен провернуть подобное, то именно она.

А если Жуань Мэй окажется недостаточно, всегда можно обратиться к госпоже Герте.

Умение вовремя уступать и вовремя стоять на своём — тоже часть выживания.

Но что именно делать с картой роли Жуань Мэй… Оростелла пока не имела ни малейшего представления.

Поскольку времени было достаточно, она решила немного побродить по космосу, посмотреть на миры и расширить кругозор.

Разумеется, заодно она просматривала галактические сети, изучая самые странные и удивительные формы жизни, когда-либо зафиксированные во вселенной.

Что касается Пенаконии — как она и планировала ранее, вмешиваться слишком сильно она не станет.

Семена уже посеяны. Остаётся лишь наблюдать, как всё развернётся в будущем.

Возможно, когда хаоса станет достаточно много, и если ей когда-нибудь выпадет карта Чёрного Лебедя, можно будет даже устроить некое «сравнительное наблюдение» — ради абстрактного удовольствия.

Ну… если представится шанс.

С этими разрозненными мыслями Оростелла плыла по звёздным картам, исследуя миры наугад.

И чем больше она видела, тем сильнее ощущала, что Идущие по Пути — это… нечто совершенно особенное.

Те же безумцы из Банды Уничтожения, экипаж Звёздый экспресса или Сад воспоминаний — если честно, Оростелле казалось, что эти фанатики куда более хаотичны и несдержанны в своём разрушении, чем сами Эманаторы Разрушения.

По сравнению с ними Корпорация Межзвездного Мира выглядела почти безобидной.

Неудивительно, что лорд Нанук пока не считает эту вселенную достойной уничтожения — её и без того терроризируют эти психи.

Оростеллу это настолько нервировало, что она даже мысленно обратилась к «боссу Нануку»…

—+—

У входа в Бездну Пустоты Оростелла тихо сидела рядом с Ахерон, глядя на гигантскую руку, поднимающуюся из моря.

— Что случилось? Редко вижу тебя такой озадаченной, — сказала Ахерон, сидя на камне рядом с ней так близко, что их плечи почти соприкасались.

Ей было любопытно, почему Оростелла так внезапно вернулась и погрузилась в раздумья.

— Ничего. Просто думаю, что делать дальше, — тихо ответила Оростелла, слегка прислонившись к Ахерон. Затем она поделилась некоторыми новостями, которые слышала в последнее время.

— Сестрица Мэй, по правде говоря, мне ещё даже ста лет нет. А все эти безумцы… честно говоря, они меня поражают.

Раньше Оростелле казалось, что именно она наводит больше всего шума.

Но по сравнению с этими фанатиками её выходки выглядели почти безобидными.

Она полагала, что столь крупный успех на этот раз стал возможен лишь потому, что она привлекла внимание Шипе и спровоцировала внутренние конфликты среди Эманаторов Разрушения.

На губах Ахерон появилась лёгкая улыбка. Она протянула руку и мягко погладила Оростеллу по голове.

— «Безумцы» — довольно точное определение, — сказала она.

Оростелла опёрлась подбородком на бледную ладонь, слегка свернувшись. Изящный изгиб её тела был виден лишь Ахерон.

— Поэтому я подумала: Галактических Рейнджеров слишком мало. И они недостаточно агрессивны.

— О? Ты собираешься увеличить их численность? — Ахерон моргнула, повернувшись к ней.

Но Оростелла покачала головой.

— Нет. У Галактических Рейнджеров свой образ жизни. Я хочу создать нечто похожее, но в большем масштабе — с куда большим влиянием.

— И как ты собираешься это построить? Какую роль сыграешь на этот раз?

— Гения. Специалиста по наукам о жизни: Жуань Мэй.

Услышав это, Ахерон слегка поджала губы.

— На этот раз тебя не беспокоит возможность преследования? Не забывай, госпожа Герта всё ещё наблюдает за тобой.

— Ну… меня ведь ещё не поймали, правда? И характер у Жуань Мэй получше, чем у Герты… наверное? — задумчиво пробормотала Оростелла, потирая подбородок.

Герта была прямолинейной, своенравной, любила спорить и никогда не откладывала месть на завтра.

В глубине души у Жуань Мэй тоже скрывалась толика безумия, но в целом она была относительно мягкой.

Просто не слишком общительной и избегала установления связей с другими.

Оростелла чувствовала, что если Жуань Мэй когда-нибудь найдёт её, то, скорее всего, втянет в интенсивные обсуждения и мозговые штурмы — но уж точно не станет запирать в подвале.

Если настоящая опасность и существовала, то, возможно, она исходила от Юй Цинту — её характер оставался неизвестным, но ощущение от неё было столь же нестабильным.

А ещё оставался вопрос: стоит ли вообще надеяться на выпадение карты такого персонажа, как Полька Какамонд.

Её способность «Познаваемая область» была невероятно мощной, но сама она отличалась пугающей непредсказуемостью — она без колебаний воспользуется причинностью, чтобы лишить человека жизни из-за малейшего несогласия.

Глядя на беззаботность Оростеллы, Ахерон не знала, назвать ли это невежеством или дерзостью.

Но как бы там ни было, сущность по имени Бай Мин стала ей по-настоящему дорога.

Когда Ахерон промолчала, Оростелла продолжила излагать свои планы.

По мере рассказа выражение лица Ахерон становилось всё более сложным.

— Это звучит почти как воплощение надежды и чудес, прямо как…

— Как космические мстители, да? — Оростелла улыбнулась ей.

Но Ахерон на мгновение замялась, её выражение по-прежнему оставалось непростым, прежде чем она медленно кивнула.

На самом деле она собиралась сказать не это.

Она хотела сказать, что это похоже на создание совершенно нового Пути — Пути, олицетворяющего надежду и чудеса.

Но способна ли Жуань Мэй на подобное?

Ахерон сомневалась.

Даже среди гениев лишь Первая создала Нуса, открыв Путь Эрудиции.

С тех пор никто так и не смог повторить этот подвиг.