Глава 15.0

Когда Тэн Сяо наконец её нашёл, Ахерон всё ещё размышляла о Байхэн.

Байхэн не погибла, и Дань Фэн тоже не переродился из яйца.

Разве это не означает, что и у Охотников за Стелларонам, и у Звёздного Экспресса теперь будет на одного человека меньше?

Неужели этим двоим придётся вместо этого изучать техники работы с пудрой для макияжа?

Это было всё равно что пытаться учиться, имея в распоряжении один лишь воздух — ни материалов, ни основы.

А что до неё самой…

Ну, это уже проблема Элио — ему беспокоиться о сценарии.

Ахерон воспользовалась моментом и взглянула на собственную панель:

--+--

[Система ролевого воплощения]

[Имя: Бай Мин (Ахерон)]

[Продолжительность жизни: 89 дней, 59:53 (пауза) + 30 дней (Роль)]

[Доступные превращения: Великая Герта (заряд: 1.8%), Ахерон]

[Доступно розыгрышей: 0 (17.2%)]

--+--

С тех пор как война закончилась, показатели на панели медленно, но неуклонно росли.

Если Ахерон не ошибалась, Тэн Сяо уже доложил о её действиях Альянсу, и слухи о ней постепенно распространялись по всему Лофу.

Скорее всего, рост продолжится ещё несколько дней.

Внезапный голос Тэн Сяо вырвал её из размышлений.

Она перевела взгляд в ту же сторону, что и он — на Древо Амброзии вдали, всё ещё изъеденное Небытием, искорёженное и почерневшее.

— В чём дело?

Тэн Сяо горько улыбнулся и слегка наклонился в сторону Древа.

— Речь о самом Древе. Лофу понимает, что вы ударили по нему только чтобы остановить Шуху, госпожа Ахерон. Среди Облачных Рыцарей никто не считает, что вы были неправы. Однако… у жителей Сяньчжоу особое телосложение, а энергия внутри Древа… слишком активна.

Он не договорил, но Ахерон уже поняла.

— Приближение вызывает мару, верно?

— Да, именно. Поэтому… осмелюсь спросить — есть ли безопасный способ разобраться со следами, оставшимися на Древе?

Увидев, что Ахерон и так всё знает о природе жителей Сяньчжоу, Тэн Сяо заметно приободрился и изложил просьбу.

Он намеренно не стал упоминать историю с «прыжком», чтобы не выносить внутренние проблемы Сяньчжоу на суд постороннего. Незачем становиться предметом чужих насмешек.

Но Ахерон была не из простых — она и без того понимала положение Лофу.

Корни Древа придавлены раковиной, сокрушённой Чешуями, а то море — место, где должны перерождаться души.

Если сила Небытия распространится туда… и если такую опасную работу переложат на видьядхара — пусть это и логично — недовольство среди них неизбежно.

Тэн Сяо, должно быть, сейчас на пределе.

Немного подумав, Ахерон сказала:

— Есть один прямой способ.

— О? Прошу, расскажите.

Она указала на Древо.

Расколотая ею верхняя часть была заражена Небытием по линии разреза, но нижняя оставалась нетронутой.

— Я могу отрегулировать выход — сдержать энергию — и сломать Древо снизу. Заражённую часть аккуратно отсеку.

От этих слов дёрнулся не только Тэн Сяо, но даже Цзинлю и Байхэн.

Метод… простой и предельно жёсткий.

Тэн Сяо слегка поклонился.

— …Я не сомневаюсь в ваших возможностях, госпожа Ахерон. Но Древо — слишком значимо для Сяньчжоу. Я не могу принять решение единолично.

— Понимаю. Посоветуйтесь с кем нужно, но решайте быстро. У меня есть другие дела — я не смогу долго оставаться на Лофу.

Ахерон не удивилась его ответу и не стала давить.

Судя по медленному распространению эрозии, остатки Древа не будут полностью уничтожены в ближайшее время.

Пара дней роли не сыграет.

— Хорошо. В течение пяти дней я дам вам ответ.

Тэн Сяо твёрдо кивнул и поспешил прочь — вероятно, связываться с Маршалом.

Неподалёку Байхэн переводила взгляд с Древа на Цзинлю и Ахерон.

— Скажите… если Древо будет полностью уничтожено, что станет делать Дань Фэн?

Цзинлю ненадолго задумалась:

— Дань Фэн захотел бы остаться, но видьядхара начнут волноваться.

Сейчас присутствие Древа в Чешуйчатом Ущелье служило символом союза видьядхара и Сяньчжоу.

Но голоса за автономию среди видьядхара никогда полностью не исчезали.

Если Древо исчезнет — пропадёт сам объект их стражи. У Даня Фэна будет серьёзная головная боль.

— Эх. Сплошные проблемы, но и без него нельзя, — вздохнула Байхэн, глядя вдаль.

--+--

Тем временем Цзин Юань и Инсин находились рядом с Дань Фэном, неподвижно лежащим на больничной койке.

До прибытия Ахерон Дань Фэн принял облик дракона и вступил в бой с Эманатором напрямую.

Окружённый драконьими отголосками, он получил тяжёлые раны — и телом, и разумом.

Затем он попросил Ахерон рассечь всё надвое её клинком.

Хотя она сдержалась, Дань Фэн был слишком близко.

Даже иллюзии Эманатора были рассечены Небытием, и его аура пристала к телу Даня Фэна.

К счастью, как потомок Луна, Дань Фэн обладал силой Постоянства.

Но даже так его состояние оставалось тяжёлым.

Он даже в бессознательном состоянии будто раздумывал, какое имя возьмёт в следующей жизни.

— Значит… женщина с клинком появилась из ниоткуда, убила Шуху и спасла Даня Фэна. И с ней была Байхэн? — тихо сказал Инсин, сидя в кресле.

Он смотрел вниз, погружённый в мысли, но сжатые кулаки выдавали его чувства.

— Ага. Я видел, как Байхэн держала то оружие и рвалась внутрь. Ясно было — если бы госпожа Ахерон не появилась, Байхэн бы точно ворвалась в бой, — вздохнул Цзин Юань.

Если бы Ахерон не снизошла словно божество, он легко представлял исход.

Они, возможно, победили бы — но Байхэн точно погибла бы.

— Слишком сильна… Я слишком слаб. Вот бы я мог ковать более мощное оружие… — пробормотал Инсин.

— Инсин, на войне не бывает «если бы». Итог один — мы выжили. И вместо того чтобы переживать о Байхэн, лучше подумай — Дань Фэн переродится мужчиной или женщиной.

— …

Эта фраза мгновенно разрушила его настроение.

Инсин поднял взгляд на ухмыляющегося Цзин Юаня.

Мужчиной или женщиной… узнай Дань Фэн, что ты такое выдумываешь — точно вскочил бы и врезал тебе.

Цзин Юань разрядил атмосферу, и вскоре Инсин заинтересовался другим:

— Цзин Юань, тот удар… каким он был?

Инсин видел лишь затухающий след, но не саму атаку Ахерон.

Однако даже остаточная энергия, окутавшая Лофу, пробирала до глубины души.

Он завидовал такой силе. Будь она у него — он не чувствовал бы себя столь беспомощным.

— Подавляющий. Всепоглощающий. От него инстинктивно хотелось сдаться — умереть внутри того чёрного солнца.

Даже сейчас, вспоминая чёрный свет клинка и тот страх и пустоту, Цзин Юань невольно менял тон.

Инсин поразился — это тот самый уверенный Цзин Юань?

Но тот лишь криво улыбнулся.

— Думаю, каждый Облачный Рыцарь, кто это видел, запомнит тот разрез, пожирающий небеса, на всю жизнь. Я — точно. И, скорее всего, Генерал тоже.