Глава 16.0

Цинъюань обиженно спросила:

— Что случилось, Вторая сестра?

Цинжу уже вознамерилась заговорить, когда Цинжун легонько потянула ее за рукав. У девушки ёкнуло сердце, когда, оглянувшись, она увидела на противоположной стороне деревянной галереи свою бабушку, мать и нескольких гостей. Как же тут не растеряться? Все её усилия по созданию образа нежной и благонравной девушки пошли прахом по мановению руки.

Старая госпожа Се раздраженно взглянула на невестку:

— Что происходит?

На лице госпожи Ху не отразилось и тени беспокойства, улыбнувшись, женщина промолвила:

— Сестры часто так балуются и ссорятся. Сколько раз я говорила им, что они выросли и не должны вести себя, как дети. Четвертая барышня любит пошутить, а старшая сестра ни в чем не желает уступать младшей… Благодаря вам, девочки, мы стали посмешищем для всех.

Любящая мать, всеми правдами и неправдами стремящаяся защитить родную дочь, всегда сможет выставить ситуацию двусмысленной. Женщины своими глазами видели, как вторая барышня оскорбляла четвертую, но в устах госпожи Ху всё превратилось в детские шалости, которые, к тому же, спровоцировала младшая сестра.

Будь они родными сестрами от одной матери, тогда ладно, даже зубы ведь иногда кусают язык*, в каждой семье случаются размолвки, недопонимания и подшучивания. Вот только дело в том, что рожденная наложницей Цзинь четвертая барышня лишь пару месяцев назад вернулась в семью. Хоть все и промолчали, но ясно увидели, что нынче происходит в семье Се. Избалованная и надменная законная дочь обижает четвертую барышню. Бедной девочке приходится заискивать и всячески угождать сестре, но к ней все равно относятся так скверно. Если уж такое происходит даже при посторонних, то что случится, когда девочки останутся одни, за закрытыми дверями? Тогда обиды точно можно будет есть вместо еды.**

*牙齿碰舌头 (yáchǐ pèng shétou): Зубы кусают язык (идиома, означающая, что даже у самых близких людей бывают разногласия).

** 委屈 (wěiqu): Обида, несправедливость. 当饭吃 (dāng fàn chī): Можно будет есть вместо еды (образное выражение, означающее, что обид будет так много, что они станут единственным "пропитанием").

Дамы, решив пощадить самолюбие госпожи Ху, с улыбкой произнесли несколько приятных слов, вот только лица их выражали совсем другое. Нахмурившись, старая госпожа посмотрела на Цинъюнь, небрежно бросив:

— Сегодня дети шумят и ссорятся, а завтра вновь будут не разлей вода, — с этими словами она повела гостей в цветочный зал. — Я как раз получила хороший чай. Нынче погода замечательно подходит для того, чтобы вкушать чай, слушая шум дождя. Прошу вас, заходите внутрь.

Дамы неспешно направились в зал. Цинжу, до этого словно сидевшая на иголках, только сейчас вздохнула с облегчением. Но ошибку уже было не исправить, и с таким трудом созданный образ благородной девицы одним движением разлетелся вдребезги. Однако сожалеть теперь поздно, и всё, что ей оставалось, так это выместить свою злость на Цинъюань.

— Ты всё подстроила! — уставилась на сестру покрасневшими от слез глазами Цинжу. — Ты знала, что бабушка поведет гостей этим путем. Поэтому специально разозлила меня, чтобы я опозорилась!

Цинъюань с самым невинным видом произнесла:

— Вторая сестра, как ты можешь говорить такие слова? Мы с тобой, как ветви одного древа, если ты потеряешь лицо — какая мне от этого выгода?

— Преимуществ множество, ты просто хочешь меня унизить, чтобы самой вылезти в люди. – разозлилась Цинжу. Ярость вздымалась, словно волна, поднималась, как гора. Размышляя о случившемся, Цинжу всё больше чувствовала себя обманутой. Если бы не нынешняя ситуация, она точно влепила мерзавке пощечину! Но раз уж бить ее нельзя, то следует хотя бы поставить на место словами, поэтому, фыркнув, вторая барышня продолжила:

— Не строй глупых иллюзий, думая, что, если они пожалеют тебя, ничтожество станет победительницей. Даже не мечтай об этом! Такие, как ты, хуже самой последней служанки в доме. Советую тебе умерить свой пыл и не заглядываться на что-то большее. Чем выше заберешься, тем больнее будет падать. Бабушка приняла тебя обратно, только чтобы держать как собачонку на привязи. Не воображай себя знатной барышней и не смей тягаться со мной!

Выпустив гнев, она развернулась, направившись в конец галереи, где лицом к лицу столкнулась с Бао Сянь. Увидев вторую барышню, служанка поспешила отойти в сторону, учтиво поклонившись. Если хозяйка не в почете, то и слугам достанется. Цинжу, взъярившись на нее:

— Прочь с дороги! — и резко взмахнула рукавом, чуть не сбив Бао Сянь с ног.

Бао Сянь опешила, заметив по обстановке, что здесь уже произошла ссора. Не обращая внимания ни на что другое, она поспешила вернуться. Подойдя ближе и увидев, что Цинъюань замерла, погрузившись в свои мысли, девушка поинтересовалась, что же тут случилось:

— Даже палочка благословения не успела догореть с момента, как я отошла, как вышло, что тут снова разгорелся скандал?

Цинъюань вздохнула. Слова Цинжу попали точно в цель, любой человек, имевший хоть каплю гордости, оказался бы вне себя от злости. Однако до этого Цинъюань и сама немного схитрила, воспользовавшись ситуацией, потому девушка решила считать, что у них вышла ничья. Подняв с земли лакированную коробочку, она с сожалением посмотрела на рассыпавшееся печенье:

— Как жаль, я не успела попробовать ни одного.

После недолгой суматохи в поместье воцарились мир и спокойствие. Поужинав, гости начали расходиться, и старая госпожа повела женщин своей семьи провожать их. Перед резиденцией Се выстроилась целая вереница богато украшенных экипажей. Все любезно улыбались друг другу, пока последняя карета не скрылась из виду. Как только это произошло, Цинжу, полдня державшая гнев в себе, немедленно взорвалась. Указывая пальцем на Цинъюань, она начала жаловаться старой госпоже:

— Бабушка, Вы должны преподать ей урок! Она подставила меня, заставив опозориться перед всеми! Я ей этого не спущу!

Старая госпожа нетерпеливо оборвала ее истерику, резко сказав:

— Прекрати шуметь, тебе мало сегодняшнего позора? Это она держала тебя за руку, когда ты швырнула на землю ту коробку? Прояви ты хоть немного сдержанности, разве такое могло случиться? Сегодня все благородные женщины Шэнчжоу могли полюбоваться на воспитание законной дочери семьи Се. Что люди станут говорить за твоей спиной!

Хоть эти слова и упрекали Цинжу, старая госпожа не сводила глаз с лица Цинъюань. Законная дочь семьи Се, которую всячески баловали, действительно выросла довольно властной особой, но хитрость четвертой барышни заставили всех увидеть ее с другой стороны.

— Что же все-таки случилось с той коробкой печенья? – помолчав, спросила бабушка.

Упоминание об этом вновь заставило Цинжу рассердиться, отвернувшись, девушка не захотела отвечать. Но тут Цинжун необдуманно выпалила:

— Это подарок Четвертой сестре от сына Даньянского Хоу. Она позвала нас, чтобы угостить.

Так вот оно что. Неудивительно, что Цинжу попалась на удочку. Но в этом деле не к чему придраться: третий молодой господин прислал угощение, и нельзя его за это винить; Цинъюань хотела поделиться выпечкой с сестрами, что показывает, как она заботится о других и не жадничает. Так что, как ни крути, остается только винить Цинжу за её собственную глупость, а не пытаться переложить ответственность на кого-то другого.

Госпожа Ху, которая отчетливо видела нанесенный ущерб, но не имела возможности этому воспротивиться, в глубине души кипела от злости. Поскольку старая госпожа уже высказала свое мнение, ее нападки в роли законной матери только выставили бы женщину в неприглядном свете, показывая отсутствие достоинства главной жены. Не имея возможности кого-то винить или жаловаться, она могла только попытаться успокоить ситуацию. Бросив на дочь сердитый взгляд, госпожа Ху сказала:

— Твоя сестра ни в чем не виновата. Каких уроков для нее ты ждешь от бабушки? А вот ты, я всегда считала тебя очень рассудительной, а на людях ведешь себя так, что смотреть стыдно. — Увидев, что Цинжу упрямо стоит, не желая признавать свою вину, женщина разозлилась еще сильнее, отругав ее: — Что ты тут застыла? Я что, не права? Живо ступай прочь!

Цинжу топнула ногой и в ярости шагнула через порог. Цинъюань робко произнесла:

— Госпожа, не сердитесь. Всему виной моя неосмотрительность.

Неожиданно госпожа Ху с улыбкой произнесла:

— Дело вовсе не в неосмотрительности, я вижу, что ты всё очень хорошо продумала. Однако девушке не стоит принимать подарки от мужчин. Тебе уже четырнадцать лет, в таком возрасте барышня должна знать, что следует избегать подозрений. — К такому наставлению по столь важному вопросу никто не смог бы придраться.

Затем она вновь обратилась к старой госпоже:

— Матушка, Вы сегодня весь день провели в хлопотах. Поберегите свое здоровье, скорее идите отдыхать. Не стоит беспокоиться из-за пустяковых детских ссор.

Вся семья направилась в дом. Цинъюань в сопровождении Бао Сянь шла обратно. Мелкий дождь барабанил по зонту, впереди тускло мерцал фонарь, освещая гладкие плиты из синего камня под ногами. На мокрых камнях отразилось пятно оранжевого цвета.

— Боюсь, госпожа с этого момента начнет приглядывать за барышней, — сказала Бао Сянь, поворачиваясь, чтобы взглянуть на Цинъюань. Профиль девушки, исполненный решимости, не отражал ни малейшего намека на беспокойство.

— Разве она и так не следит за мной с того самого дня, как я вернулась в поместье? — Цинъюань, глядя на фонари, что висели под карнизами вдалеке, пробормотала: — Раньше она ограничивала меня в средствах, в дальнейшем непременно вмешается в устройство моего брака — этого не избежать. В любом случае не увернуться, что высунешь голову — получишь удар ножом, что спрячешь ее — клинок и туда дотянется. * Изначально, если бы Цинжу не цеплялась ко мне на каждом шагу, то моя вражда с госпожой ее не коснулась. Но теперь ты сама видишь, госпожа хотя бы делает вид, что всё в порядке, а Вторая сестра действует безжалостно и прямолинейно, часто ставя людей в неловкое положение.

*横竖躲不掉，伸头是一刀，缩头也是一刀 (héng shù duǒ bù diào, shēn tóu shì yī dāo, suō tóu yě shì yī dāo): Это выражение, означающее, что в любом случае не избежать неприятностей. Дословно: "Как ни крути, не увернуться, высунешь голову - получишь удар ножом, спрячешь голову - тоже получишь удар ножом." Похожа на русскую поговорку "От судьбы не уйдешь".

Бао Сянь кивнула:

— Я понимаю, что барышня хочет сказать. Вторая молодая госпожа донельзя избалована. Не только госпожа, даже мы, прислуга, не можем выносить её мерзкие слова. Но сегодня я, наоборот, очень счастлива... — Служанка не договорила, подмигнув Цинъюань.

Девушка удивленно спросила:

— Чему ты так обрадовалась?

Бао Сянь продолжила:

— Ах, похоже, молодой господин из семьи Даньянского Хоу влюбился в нашу барышню! Как хорошо, что все вышло именно так. Госпожа с самого детства росла без матери, хоть старики Чэнь и хорошо к Вам относились, на самом деле родня есть родня. Моя названная матушка часто говорила, что жизнь женщины делится на две части: девичество, хорошее или плохое, это время длится недолго, чуть больше десяти лет, и замужество. Только вступив в брак с хорошим человеком, женщина может говорить, что жизнь удалась. Вскоре барышне предстоит замужество. Молодой господин из семьи Хоу состоит в родстве с императорским домом, любая знатная девица в Шэнчжоу почтут за великую честь возможность породниться с ними. Барышня не должна упускать такую прекрасную возможность. Раз уж все зашло настолько далеко, следует идти до конца.

Цинъюань слушала, не говоря ни слова. Эти слова крутились в ее голове, как мельничные жернова. Если говорить о понимании, то что могла знать четырнадцатилетняя девочка о любовных делах? Она лишь чувствовала, что если кто-то пытается отнять у нее что-то, то это, должно быть, нечто ценное и хорошее.

Расслабившись, девушка прислонилась к плечу Бао Сянь, сказав:

— Об этом мы может говорить только наедине, ни в коем случае не рассказывай больше никому.

Бао Сянь кивнула, соглашаясь с госпожой, но выражение ее лица стало растерянным, словно девушка обдумывала смысл, заключенный в этих словах.

Вздохнув, Цинъюань объяснила:

— В нашем дворе есть люди госпожи Ху. Если сейчас она и подозревает нас в случившемся ранее инциденте с письмом, но, не имея доказательств, может пока только смириться с этим.

Бао Сянь была девушкой сообразительной, поэтому, немного успокоившись, быстро поняла, кого молодая госпожа имеет в виду:

— Барышня говорит о Сяо Си?

Отец этой девчонки заведовал экипажами и повозками в доме, и это место было получено через Момо Сюй, служанку из покоев госпожи. Связи там запутанные, но в любом случае с ними легко можно договориться.

Увидев, что барышня кивнула, Бао Сянь продолжила:

— Тогда следует найти возможность перевести ее работать в людскую. Если оставить девчонку рядом и случится какая-нибудь оплошность, разве она не станет нашей головной болью?

Цинъюань сказала:

— Не стоит ее трогать. Она нам еще пригодится.

На лице четвертой барышни играла приветливая улыбка. С такой внешностью и характером в глазах посторонних она казалась всего лишь наивной, неискушенной в жизни девушкой.

Госпожа и служанка медленно шли по узкому коридору. Спустя некоторое время Цинъюань неожиданно спросила:

— Как думаешь, не слишком ли я увлеклась, думая о выгоде и строя козни? Сама не знаю, как стала такой. Иногда мне становится очень страшно, опасаюсь, что в будущем я превращусь в какого-то монстра и всю жизнь проведу в ненависти.

Бао Сянь, которая была на два года старше, характером обладала спокойным и отзывчивым, а также хорошо умела утешать людей. Девушка с улыбкой промолвила:

— Почему барышня так думает? Если бы мне довелось столкнуться с такими бедами, что выпали на долю молодой госпоже, боюсь, эта служанка вела себя гораздо расчетливей и бессердечней. Все эти люди, что указывают и критикуют, — злые чужаки. Слова посторонних неприятны, но можно не обращать на них внимания. Молодая госпожа, не спешите, подождите, пока не выйдете замуж за хорошего человека, станете хозяйкой в своем доме. Кому тогда захочется жить в ненависти?

Рассуждая таким образом, казалось, что будущее сулит впереди многое, словно чем дальше идёшь, тем ближе становишься к полосе света, озаренной фонарем. Так и в жизни: когда хуже уже просто некуда, остаётся только хорошее.

***

Дождь напоил зеленый мох, шелестел струями всю ночь напролет. Проснувшись на следующее утро, можно было услышать, как журчит вода в трубах под карнизами. Если закрыть глаза и прислушаться, то начинает казаться, словно находишься в горном лесу.

Поутру матушка Тао принесла свежесобранные побеги годжи, сказав, что их можно жарить или высушить и заваривать как чай. Цинъюань повернулась, чтобы посмотреть. Нежные побеги в корзине были очаровательно зелёными. Она взяла один, попробовала и, улыбнувшись, сказала:

— И правда, на вкус немного сладковатые.

Матушка Тао поведала:

— Это первые, самые нежные ростки после дождя. Я встала рано утром и собрала только их. Завтрашние будут уже не так хороши. — С этими словами женщина, понизив голос и оглядевшись по сторонам, добавила: — Госпожа сегодня хотела пригласить супругу префекта к себе в павильон Дивных ароматов, но отправленный человек вернулся и доложил, что у той сегодня гости, поэтому вырваться она не сможет. Интересно, кто же эти гости?

Цинъюань покачала головой, взяв сетчатый мешочек, который подала Чунь Тай, неспешно сложила ростки годжи в него, велев повесить под карнизом для просушки на ветру.

Матушка Тао улыбнулась:

— Это вторая госпожа из Восточного дома. Раньше они не водили знакомства. Специально нанесла визит, интересно, по какой причине?

Цинъюань удивленно ахнула. Платочек, привязанный к пуговице, соскользнул сквозь щель меж перилами беседки. Девушка наклонилась, чтобы поднять его. Утренний свет играл в глубине её глаз. Она тихо сказала:

— Вероятно, четвёртый господин из Восточного дома достиг брачного возраста, и вторая тётя, должно быть, хочет попросить жену префекта подыскать ему хорошую партию.

Больше глав на нашей странице ВК.