Глава 66.0

[Сделаем Америку снова великой!]

— Серьезно, я никогда в жизни не видел такого кандидата.

Выборы в США были уже не за горами. Дональд Трамп, известный как жесткий консерватор и эксцентрик. И его оппонент от Демократической партии, Хиллари Клинтон. Эти двое находились на совершенно противоположных концах политического спектра. Судя по одним только опросам, Хиллари Клинтон явно лидировала.

— В этот раз было так много скандалов. Обвинения во вмешательстве России, скандал с электронной почтой и все такое. Вдобавок ко всему, Трамп вызвал много споров своими различными высказываниями.

Трамп печально известен своими крайне опасными заявлениями. Он также упомянул, что если его изберут президентом, он построит стену на мексиканской границе, заблокирует нелегальных иммигрантов, насильно вернет компании, переехавшие за границу, и введет жесткую протекционистскую политику. Кроме того, он говорил об увеличении расходов на оборону для стран-союзников и снижении зависимости США. Он пытался оказать огромное влияние на военный и промышленный секторы. Поэтому на данный момент, за исключением нескольких стран, почти весь мир надеялся на победу Хиллари.

— Но даже просто глядя на опросы, разве Хиллари не подавляет его?

— Ну, это видно даже по социальным сетям, верно? Все суперзвезды поддерживают Хиллари. Нельзя игнорировать такое общественное мнение.

Эти выборы были довольно откровенными. СМИ явно пытались «похоронить» Трампа, и даже Голливуд активно выступал против идеи того, что кто-то вроде Трампа, которого многие считали сумасшедшим, может стать президентом Соединенных Штатов. Актеры даже писали об этом напрямую в своих соцсетях.

— Вот почему даже «Kangseong» нужно начинать принимать решение.

— Решение? В смысле...

— Трамп или Хиллари. Мы тоже должны поддержать одного из них.

Может показаться нелепым, что корейский конгломерат должен поддерживать конкретного кандидата в президенты США. Но к этому нельзя относиться легкомысленно. Мы говорим о Президенте Соединенных Штатов. О должности, которая может потрясти мировую экономику, возможно, о самом могущественном кресле на планете. Ни одна компания не хочет оказаться в немилости у такого человека.

— Более того, «Kangseong» конкурирует с «Apple» и пытается расширить свой рынок полупроводников. Если Трамп начнет давить на нас под предлогом защиты отечественных компаний, нам придется очень туго.

Трамп уже сделал несколько заявлений о спасении американских компаний.

— Проблема в том, что компании внутри США не воспринимают заявления Трампа позитивно.

Под предлогом защиты отечественного бизнеса он говорит о необоснованном повышении тарифов и проведении строгих проверок и депортации иммигрантов, что ставит американские компании в трудное положение. Возьмем, к примеру, «Apple». Они используют больше импортных комплектующих, чем производят сами. Если тарифы здесь вырастут, то, естественно, вырастут и цены на продукцию. И это еще не все. Если иммигрантов выгонят, вместе с ними исчезнет дешевая рабочая сила. Конечно, они могли бы просто открыть заводы в других странах, как делали всегда, но Трамп ясно дал понять, что намерен заставить даже такие крупные компании, как «Apple», строить заводы в США.

— Вот почему компании усердно работают над формированием общественного мнения, чтобы Трампа не избрали. Поддерживая сторону Хиллари. Ах да... за исключением энергетического сектора и недвижимости.

Он давно говорил о возрождении энергетической промышленности США, а поскольку семья Трампа занималась недвижимостью, многие предсказывали, что этот сектор выиграет.

Я кивнул и тихо посмотрел на Председателя Кан Сон Хо.

— Но... вы выглядите довольно осунувшимся, Председатель.

— Хм? Ахаха. Разве так не лучше? Стройнее стал.

Говорили, что Председатель Кан Сон Хо в эти дни почти безвылазно сидит в Европе. Он делал все возможное для экспансии на европейский рынок, формируя альянсы с различными полупроводниковыми компаниями.

— Расширение бизнеса — это отлично и все такое, но, пожалуйста, позаботьтесь и о своем здоровье.

— Надо бы, да? Раньше у меня был режим, я тренировался каждый день, но в последнее время кажется, что все это развалилось. И все же, что я могу поделать? Ради будущего нашей «Kangseong Group» я должен выкладываться на полную.

Обычно, когда думаешь о председателе чеболя, представляешь себе кого-то, кто делегирует все полномочия и живет в комфорте, но Кан Сон Хо, как бы это сказать, казался настоящим трудягой.

— Что я могу поделать? Я тоже хочу расслабиться, но генеральный директор Чон подготовил сцену. Он сварил рис, приготовил закуски, а мне осталось только съесть. Если я не буду есть, человек ли я вообще?

Хотя он и говорил так, у «Kangseong» действительно было много дел. Вот почему Кан Сон Хо не планировал упускать эту возможность.

— О, точно. Я слышал об этом. Груз TSMC полностью исчез в порту Тяньцзинь, не так ли? И я слышал, они расторгли контракт с «Kwangwoon», а потом приползли обратно.

— Да. Потеря всего груза в Тяньцзине стала для них серьезным ударом, и, насколько я знаю, у них сейчас хаос, потому что им нечем доставлять продукцию клиентам.

— Значит, они, должно быть, цепляются за подол «Kwangwoon Shipping».

— Верно. Думаю, «Kwangwoon» выставит им тройной тариф за доставку.

По словам генерального директора Ким Ду Ёна, это было вопросом «наказания за наглость». Они должны были заплатить цену за одностороннее расторжение контракта с нами и переход на сторону «Альянса Драконьего Моря».

— Тогда как насчет этого?

— Хм?

— Вы сказали, что TSMC согласилась платить в три раза больше обычной ставки, верно? У вас, вероятно, есть примерный расчет того, сколько денег вы будете получать регулярно.

— Да. Думаю, «Kwangwoon Shipping» сейчас это подсчитывает.

— Отлично. Тогда я заплачу в десять раз больше этой суммы.

— ...Что?

— С этого момента отклоняйте все запросы на перевозку, поступающие от TSMC в «Kwangwoon». Вместо этого наша «Kangseong Group» компенсирует вам любые понесенные убытки в десятикратном размере.

Десять раз — это значительная сумма. Сколько бы денег ни зарабатывала «Kangseong Group», это не та компания, которая занимается благотворительностью. Предложение заплатить столько означало, что возможность стоила таких инвестиций.

— Во-первых, потеря логистики TSMC в порту Тяньцзинь была огромной. Вдобавок ко всему, «Альянс Драконьего Моря» был разгромлен китайским правительством. Их руководители арестованы, и их судьба неясна. Короче говоря, не осталось компании, которая могла бы взять на себя ответственность за перевозки TSMC.

TSMC теперь была изолирована. Полупроводники, предназначенные для отправки из порта Тяньцзинь, были уничтожены взрывом. Хотя они быстро наращивали новое производство, доставлять его было некому.

— На Тайване тоже не осталось надежных судоходных компаний?

— Раньше были, но большинство из них либо закрылись, либо были поглощены «Альянсом». Доверившись им, TSMC бросила нас и подписала контракт с ними.

— Верно. Но что произойдет, если даже «Kwangwoon» откажется помочь TSMC? Тогда, сколько бы TSMC ни производила, они не смогут никуда это отправить.

Но TSMC не ограничивалась только морскими перевозками. Они полагались не только на морские пути; у них были и воздушные маршруты.

— В последнее время у TSMC была причина вынужденно использовать морские перевозки. Индустрия судоходства в целом уже была в упадке, и это привело к тому, что индустрия авиаперевозок, которая и так испытывала трудности, начала закрываться волнами. А что еще хуже, «Kwangwoon» фактически монополизировала весь судоходный бизнес. Это означало еще меньше работы для авиаперевозчиков, и на Тайване они все позакрывались.

Было ещё одно критическое событие.

— В этом году на Тайване прошли президентские выборы. И победил кандидат от Демократической прогрессивной партии. До этого Гоминьдан проводил прокитайскую политику, но новоизбранный президент Цай Инвэнь ясно дала понять, что твердо отвергнет политику «Одного Китая». Вот тогда Китай и вышел из себя.

С того дня Китай начал играть военными мускулами, постоянно посылая истребители в воздушное пространство Тайваня и отправляя военные корабли. Из-за частых вторжений самолетам тайваньских авиалиний приходилось разворачиваться на полпути, и из-за падения надежности и безопасности клиенты начали полностью избегать тайваньских авиаперевозок. TSMC была вынуждена использовать морские пути за неимением другого выбора.

— Самое смешное, что тайваньское правительство отчитывает TSMC за партнерство с «Альянсом Драконьего Моря». Публично они поддерживали нынешнее правительство и выступали против политики «Одного Китая», но за кулисами вели бизнес с китайской компанией.

Короче говоря, это была золотая возможность, дарованная «Kangseong Group» небесами.

— TSMC не только отправляет товары, верно? Им нужно импортировать компоненты. И большая часть этого делается морем.

— То есть вы хотите сказать, что мы должны заблокировать и их импорт тоже? Раз уж «Kwangwoon Shipping» контролирует этот морской путь.

— Именно. Теперь вы понимаете, почему я предлагаю платить в десять раз больше обычной ставки на регулярной основе?

Десять раз. Довольно внушительная сумма. Однако, если это означало падение TSMC, сильнейшего игрока на рынке контрактного производства, то эта десятикратная цена на самом деле была бы довольно дешевой.

— Я скоординируюсь с «Kwangwoon Shipping», чтобы дать вам точную смету.

— Тц. Только не обдирайте их слишком сильно, хорошо? О, кстати, генеральный директор Чон. Ранее я говорил о Хиллари Клинтон и Трампе, помните? Как вы думаете, кто из них победит?

Честно говоря, это был даже не вопрос, требующий интуиции. Все СМИ и показатели уже указывали на то, кто станет следующим президентом.

— Ну, конечно, Хилл...

Но именно в этот момент. Как только я собирался произнести имя Хиллари, что-то неведомое заставило мой рот остановиться

— Что? Кто?

Я попытался заставить свой рот открыться, но он не поддавался. Что означало, неужели...

— ...Трамп.

/-/

Девяносто пять процентов полупроводников, производимых TSMC, изготавливаются внутри страны. Недавно из-за стремительно ухудшающихся отношений между Китаем и Тайванем TSMC объявила о планах строительства заводов в США и Европе. Но это было делом пяти-десяти лет, не раньше. Другими словами, это был первый и, возможно, последний шанс изолировать TSMC. Не Китай, а «Kangseong» и «Kwangwoon». Две корейские компании изолировали гиганта индустри. Если TSMC зачахнет и умрет вот так, в полупроводниковой индустрии произойдет мощнейший тектонический сдвиг.

— Ваша встреча с генеральным директором Чон Чжин Хо прошла хорошо?

— А, да. Все прошло хорошо.

— И что сказал директор Чон...

— Ну, вы же знаете, что директор Чон всегда говорит одно и то же? Что он хочет, чтобы корейские компании преуспевали больше, чем иностранные. Возможно, поэтому он согласился на наше предложение.

При этих словах лица руководителей посветлели.

— Но «Kwangwoon» действительно впечатляет. Честно говоря, когда они сказали, что собираются проглотить «Hanjong Shipping», я подумал, что это глупый шаг. Но вырастить ее до такого состояния...

— Хах. Кто бы мог представить? Что не Китай, а наша страна будет изолировать TSMC.

Кто бы мог подумать, что судоходный бизнес, который когда-то считали бесполезным, как клочок бумаги, станет такой угрожающей картой. Вот почему я иногда задаюсь вопросом. Может быть, Чон Чжин Хо предвидел это еще тогда, когда брался за судоходный бизнес?

— Председатель, насчет тех денег, которые вы упоминали для инвестирования в фонд Хиллари... когда начинаем?

— А, это.

В США компании могут политически поддерживать кандидатов через различные легальные каналы. Однако компаниям из других стран запрещено напрямую финансировать кандидата в президенты США. Так как же они это делают? В законе есть лазейка. Если американская инвестиционная фирма создает фонд, поддерживающий конкретного кандидата, вы можете просто вложить деньги в этот фонд. Затем эти деньги направляются на помощь кандидату, и именно так иностранные компании делают политические пожертвования.

— Случайно, нет ли фонда для Трампа, а не только для Хиллари?

— Простите? Но... шансы Трампа на победу почти равны нулю, не так ли?

— Такой фонд существует, но я слышал, что почти никто не вкладывает в него деньги.

Если бы шансы были 50 на 50, люди могли бы рассмотреть этот вариант. Но все данные предсказывали победу Хиллари. В результате все деньги текли только в этот фонд.

— Председатель, говорил ли генеральный директор Чон Чжин Хо что-нибудь об этих предстоящих выборах в США?

— Да. Директор Чон сказал, что победит Трамп.

— ...?

Все руководители в замешательстве склонили головы. Никто сейчас не предсказывал победу Трампа. И все же он говорил, что Трамп победит?

— Разве это не тот единственный раз, когда директор Чон может ошибаться?

Не может же человек быть прав каждый раз. Но если чему-то их и научил опыт, так это тому, что они никогда не проигрывали, доверяя Чон Чжин Хо.

— Давайте будем честными. Если мы вложим деньги в фонд Хиллари, думаете, она будет благодарна? Там, должно быть, грузовик компаний, швыряющих туда деньги, кроме нас.

Но что, если они вложат деньги в сторону Трампа?

— Поскольку почти никакие компании не делают на него ставку, мы, вероятно, произведем сильное впечатление, не так ли?

— Но, Председатель, это работает только при условии, что Трамп выиграет выборы. Если Хиллари в итоге победит, как и ожидается, разве мы не останемся у разбитого корыта?

Другими словами, это могла быть опасная ставка, где они потеряют свои деньги. Но если она сыграет? Если все пойдет так, как хотела «Kangseong Group», они получат возможность укрепить свои позиции в полупроводниковой индустрии сильнее, чем когда-либо.

— Говорят, не стоит увлекаться ставками на аутсайдеров.

Но даже Кан Сон Хо понимал это. Тот факт, что его руки уже чесались, доказывал, что он тоже был игроком в душе.

/-/

— Генеральный директор, я принес материалы, которые вы запрашивали. Это сценарии того, что может произойти, если Трамп будет избран президентом.

— А, да. Спасибо.

Соединенные Штаты — самая влиятельная страна в мире, поэтому тот, кто будет избран президентом, может существенно изменить направление мировой экономики. Вот почему необходимо понимать политику и экономическую позицию следующего вероятного президента, чтобы подготовиться должным образом.

— Если победит Трамп, начнется полный хаос. Честно говоря, неизвестно, куда все может повернуться. Самой большой проблемой для нашей страны, вероятно, будет Северная Корея. Хотя его ещё не избрали, Трамп продолжает делать агрессивные заявления в отношении Севера.

— Единственное утешение в том, что шансы Трампа стать президентом крайне малы. Но, сэр, несмотря на это, вы все равно попросили нас подготовить эти материалы...

Вместо ответа я лишь слегка улыбнулся. И, словно поняв, что это значит, сотрудники вздохнули.

— Если Трампа изберут президентом, первой страной, которая пострадает, будет — Мексика. Ожидается, что стоимость песо рухнет. Это потому, что главное предвыборное обещание Трампа — построить стену.

Это не Великая Китайская стена или что-то в этом роде. Он заявил, что построит высокую стену между США и Мексикой, чтобы остановить нелегальных иммигрантов, и даже сказал, что это решит проблему наркотиков. Он не стеснялся говорить, что будет мучить Мексику на протяжении всего своего президентства, если они не решат свои проблемы с наркотиками. Естественно, если бы Трампа избрали, стоимость мексиканской валюты, песо, неизбежно упала бы.

— Но песо сейчас растет, верно?

— Да. Люди там, должно быть, верят, что у Трампа нет шансов на избрание. Именно этот оптимизм вызывает временный рост песо.

Но то, что показывал мне мой инстинкт, было не песо. Это было то, к чему вела нить, начинающаяся от песо.

«Рупий?»

Валюта Индонезии, рупий. И это был цвет, которого я никогда раньше не видел. Не синий, не красный, не золотой — чернильно-черный цвет пожирал рупию.

«Что это значит?»

Черная нить на этом не остановилась. Она продолжала свой путь, страница за страницей, пока наконец не достигла пункта назначения. Черный, синий, красный, золотой. Эти четыре цвета переплелись и смешались в хаосе. Все они сходились на одном-единственном названии, которое едва упоминалось в исследовательских материалах, почти как сноска.

«...Биткоин?»