Глава 57.0

— Нет, серьезно. Откуда здесь столько людей?

Сегодня был особенный день. День, когда всему миру официально представят Председателя-основателя «Kwangwoon Group». Возможно, именно поэтому на инаугурацию собралась такая огромная толпа.

— Конечно, людей много. Все-таки сегодня хён становится Председателем, — ответил я, оглядывая переполненный зал.

Обычно на инаугурацию Председателя Группы приходят руководители дочерних компаний и ключевые партнеры. Это скорее внутреннее, корпоративное событие. Но сегодня явка превзошла все ожидания. И что самое удивительное — здесь были люди, которых мы совсем не ожидали увидеть.

— Поздравляю. Теперь вы официально Председатель. Ха-ха!

— Председатель Кан! Вы такой занятой человек, как вы нашли время приехать...?

Кан Сон Хо, глава могущественной «Kangseong Group», широко улыбался, пожимая руку Хван Дэ-вуну.

— Разумеется, я должен был приехать. Разве мы не стали боевыми товарищами, сражаясь плечом к плечу в Японии? К тому же, я чувствую, что в будущем у нас будет много поводов для сотрудничества.

Говоря это, Председатель Кан бросил многозначительный взгляд на меня, стоящего рядом с Хваном.

— Кстати, до меня дошли слухи. Говорят, «Kwangwoon Securities» провернула гениальную схему с нефтью и в итоге подмяла под себя весь судоходный бизнес. Неужели это снова работа нашего начальника отдела Чона?

— Ох, не начинайте, — махнул рукой Хван. — Я уже собирался уйти на пенсию, но этот парень выкинул очередной номер и усадил меня в кресло Председателя, даже не спросив.

— Пенсия? Какая пенсия в самом расцвете сил? Вы должны работать, пока можете. Но, признаться, мне немного жаль. Если бы не вы, Председатель, я бы сам переманил нашего начальника отдела Чона.

Блеск в его глазах не был шуткой. И это настойчивое «наш начальник отдела Чон» мне не очень нравилось.

— Похоже, вы действительно положили глаз на нашего Чжин Хо. Придется мне присматривать за ним ещё внимательнее. Ах да, кстати. Он больше не «начальник отдела».

— Хм? Тогда кто же...?

— Теперь, когда я стал Председателем, кто-то должен занять пост генерального директора брокерской компании, верно? Мы ещё не объявили официально, но после церемонии проведем совет директоров. Это вопрос времени.

Раз уж Чжин Хо сделал меня Председателем, кто-то должен принять управление «Kwangwoon Securities». Вице-президент был на месте, но даже он полностью поддержал кандидатуру Чон Чжин Хо. Потому что никто, кроме него, не подходил на эту роль.

— Начальник отдела Чон... нет, наш генеральный директор Чон, значит? Он привязал Председателя к трону, чтобы тот не сбежал, а теперь Председатель делает так, чтобы и директор Чон никуда не делся.

— Как будто я могу его удержать. Честно говоря, если бы он захотел уйти, он мог бы сделать это в любой момент.

— Вы так говорите, но, похоже, ваша хватка крепка, не так ли?

— Ха-ха. Вовсе нет.

Рукопожатие между Кан Сон Хо и Хван Дэ-вуном стало крепче. Казалось, между их взглядами проскакивают искры дружеского, но напряженного соперничества.

— В любом случае, я искренне желаю бесконечного роста «Kwangwoon Group». Честно говоря, мне самому интересно, как высоко вы взлетите.

— Спасибо. Надеюсь, мы сохраним эти теплые отношения с «Kangseong».

После обмена любезностями Хван Дэ-вун поднялся на сцену.

«Теперь пути назад нет».

Огромная толпа смотрела на него снизу вверх. И среди сотен лиц он видел только одно. Чон Чжин Хо. Его глаза сияли, он искренне радовался за своего хёна.

«Благодаря этому парню я стал Председателем».

Хван Дэ-вун встречал много людей в своей жизни. Но никто не заслужил его доверия так, как Чжин Хо. Человек, которому можно доверить будущее. Человек, ради которого можно отдать жизнь без колебаний. Если жизнь чему-то и научила Хвана, так это тому, что истинное благословение — это не деньги и не слава. Это когда рядом есть кто-то, кому ты доверяешь больше, чем самому себе. И в этом смысле Хван Дэ Ун был, пожалуй, самым богатым человеком в этом зале.

— Я обещаю всем вам здесь и сейчас: «Kwangwoon Group» никогда не будет компанией, служащей интересам владельца. Мы будем компанией, служащей интересам акционеров. Я приложу все силы, чтобы распространить наше влияние по всему миру и сделать нас глобальной группой высшего уровня!

Это были не пустые слова. Сам Хван Дэ-вун, возможно, не был уверен, что справится. Но он смотрел на Чжин Хо, который аплодировал громче всех. Если этот парень будет рядом, все возможно. Если это Чжин Хо, он превратит эту компанию в величайшую группу мира.

/-/

— Председатель, вы были великолепны сегодня. «Председатель Kwangwoon Group». Звучит мощно.

— Почему мне так неловко, когда ты называешь меня Председателем? Зови меня просто хён, как всегда.

— Только сегодня, хён. Когда ты стоял на сцене и говорил речь, это было... внушительно.

— Благодаря тебе я теперь даже мечтать не могу о пенсии.

— Конечно, нет. Ты должен продержаться еще как минимум десять лет.

— Уф. Я думал, отдам тебе пост CEO и пойду отдыхать, а ты взял и построил вокруг меня целую Империю, чтобы я не сбежал?

— Да. Пока я здесь, ты никуда не денешься.

Честно говоря, создание Группы и грандиозные планы не входили в мои первоначальные расчеты. Но раз уж так вышло... Хён стал Председателем и остался в компании, так что все к лучшему.

— Ох, я вымотался. Весь день только и делал, что жал руки и улыбался.

— Тогда тебе надо отдохнуть.

— Не выйдет. Есть ещё одна встреча. И я беру тебя и Ким Ду Ёна с собой.

— С кем встреча?

— С человеком из правительства.

Теперь, когда хён стал главой огромного конгломерата, его статус изменился. Взаимодействие с властью стало неизбежным. Сегодня уже приезжали чиновники с поздравлениями, даже письмо из Голубого дома доставили.

— Но человек, с которым мы встречаемся, не из корейского правительства. Он из Китая.

— Что? Они прислали кого-то сюда?

— Да. Я тоже не знаю почему. Хотел пойти один, но у меня плохое предчувствие. Поэтому беру тебя как группу поддержки.

Китайский чиновник, с которым нам предстояло встретиться, был заместителем генерального директора Министерства торговли КНР, некто Линь Вэймин. Это был не министр, но фигура очень серьезная, гораздо выше обычного бюрократа.

— Спасибо, что подождали, господин Линь.

Мы вошли в номер отеля, отведенный для встречи. Первое впечатление от китайского гостя было... холодным. Даже враждебным.

— Поздравляю с назначением, — сухо бросил он через переводчика, даже не вставая.

— Не ожидал, что кто-то из Китая проделает такой путь ради моей инаугурации, — ответил Хван.

— Ну, разве здесь мало других китайцев? Пока мы смотрели в другую сторону, вы, кажется, скупили половину нашего судоходного флота, не так ли?

В его словах звенела сталь.

— Время было идеальным. Вы скупили компании до того, как наше правительство ввело санкции против корейского бизнеса, а потом забрали все заказы. Не говорите мне, что у вас нет своих людей в нашем правительстве?

— Это была чистая удача, — спокойно парировал Хван. — Мы просто расширяли инфраструктуру, а запрет случился потом. Да, «Kwangwoon» заработал на этом, но я все же надеюсь, что санкции будут сняты ради всеобщего блага.

— Это не имеет значения. Китай — великая держава, и мы пока проявляем снисходительность. Но не думайте, что мы будем сидеть сложа руки, пока иностранный капитал эксплуатирует наш народ и высасывает деньги.

— Это резкие слова. Разве выплата честных зарплат и спасение компаний от банкротства считается эксплуатацией?

Линь Вэймин резко встал, давая понять, что разговор окончен.

— Я пришел сюда сегодня с одной целью: передать личное предупреждение. Как только ситуация стабилизируется, сворачивайте свои операции в Китае. Мы не хотим, чтобы корейский капитал контролировал нашу логистику. Если вы не уйдете сами, будьте готовы. Мы вышвырнем вас силой.

С этими словами он вышел из комнаты, оставив нас в тишине.

— ...Ха. Это просто смешно.

— Серьезно. Он приехал не поздравить, а угрожать.

— Китай есть Китай. Но могут ли они реально угрожать нам сейчас? Без нас их порты задохнутся от грузов.

— Пока что — нет. Но, как сказал этот ублюдок Вэймин, когда они возьмут ситуацию под контроль, все изменится.

— Тц. Вот почему бизнес с Китаем — это хождение по минному полю. Рынок огромный, но правительство непредсказуемое.

Мы выиграли битву, но война только начиналась. Китайское правительство знало, что мы держим их за горло, и это их бесило. Как только кризис минует, они нанесут ответный удар.

— Чжин Хо. Что думаешь?

— ...

— Чжин Хо. Чон Чжин Хо?

— А, да?

— Ты что, завис?

— Прости. Просто я... немного удивлен.

На самом деле причина была в другом.

«Этот человек... почему он светился?»

Когда мы только вошли, Линь Вэймин выглядел обычно. Но по мере того как он говорил, его лицо, его фигура начали наливаться золотым светом. К моменту его ухода он буквально сиял. Человек, который только что угрожал нам уничтожением, излучал ослепительную золотую ауру.

В моих глазах этот свет все еще стоял ярким пятном.

/-/

— Сейчас США штрафуют банки один за другим за кризис 2008 года.

— Наконец-то добрались.

— Да. «Goldman Sachs» заплатил 13 миллиардов долларов, «JPMorgan» — 10 миллиардов. Похоже, они собираются вытрясти деньги из всех причастных. Для гигантов это булавочный укол, но для остальных...

В офисе обсуждали новости, но я не слушал. Мысли все еще крутились вокруг вчерашней встречи. Линь Вэймин. Почему он был золотым?

— Начальник отдела... то есть, Генеральный директор. Вы закончили с отчетом? Я видела, вы взяли папку по Китаю...

— А, да. Но там ничего особенного. Кроме санкций.

Это и было проблемой. Если свечение связано с Линь Вэймином, значит, должна быть какая-то возможность или угроза, связанная с Китаем. Но я ничего не видел.

— Они наверняка попытаются перекрыть нам кислород. Но сейчас только «Kwangwoon Shipping» в плюсе. Весь остальной морской сектор тонет в убытках. Говорят, так плохо еще не было.

— Верно. Дошло до того, что многие страны, которые приватизировали управление портами, теперь не могут справиться и распродают права на эксплуатацию.

И тут меня словно током ударило. Слова Ли Хе Рин зацепили какой-то триггер в моем сознании.

— Заместитель Ли. Вы только что сказали «управление портами»?

— Да. Раньше порты были золотым дном, стабильный доход. А сейчас это черная дыра. Торговые суда простаивают, портовые сборы упали.

Мощный разряд прошел по всему телу.

— Принесите мне данные по всем портам, которые сейчас выставили права на эксплуатацию на продажу. Срочно!

— Да! Сию минуту!

Вскоре исследовательская группа принесла карты и отчеты. Как и сказала Хе Рин, портовый бизнес традиционно считался «дойной коровой». Особенно в ключевых точках.

Малаккский пролив — ворота в Азию. Порты Кланг и Танджунг Пелепас. Индийский океан — Коломбо и Читтагонг. Красное море — Джибути и Джидда. Суэцкий канал...

Прямо сейчас порты по всему миру выставляли свои операционные права на аукцион. Обычно земля принадлежит государству, но управление отдают частникам. И сейчас эти частники бежали, продавая активы за копейки.

— Раньше эти права было невозможно купить даже за огромные деньги. А теперь они валяются под ногами.

Я развернул карту мира. И тут началось. Золотые потоки, словно жидкий огонь, потекли из моих пальцев. Они рисовали на карте линии, соединяя точки одну за другой. Это был маршрут. Идеальный, светящийся маршрут.

Я замер, завороженный этим зрелищем.

— Директор...? — если бы Хе Рин не окликнула меня, я бы так и стоял, гипнотизируя карту.

— Проверьте цены на права эксплуатации вот этих портов, которые я отметил.

— А, да!

— И как только получите цены, отправьте данные в «Kwangwoon Shipping». Пусть готовят сделку.

— Есть!

Права на порты. И эта карта. Я не знал, почему интуиция рисует этот узор. Но одно было ясно: золотой свет на карте был того же оттенка, что и аура Линь Вэймина.

И в голову пришла странная мысль. А может, этот суровый китайский чиновник был не врагом, а ласточкой, принесшей нам золотое семя? (Отсылка к корейской сказке о Хынбу).

/-/

Три года назад. Правительство Китая объявило о грандиозном проекте. «Один пояс, один путь». Амбициозный план возрождения Шелкового пути на суше и на море, создание крупнейшей в истории инфраструктурной сети, связывающей Китай с Европой и Африкой.

Китай начал сотрудничать со 150 странами, но за три года прогресс был медленным. Слишком дорого, слишком сложно. И главной проблемой были порты. Чтобы открыть «Морской Шелковый путь», Китаю нужно было контролировать стратегические узловые точки. Не одну и не две, а целую цепочку вдоль оптимального маршрута.

Но купить эти порты было невозможно. Никто не хотел продавать курицу, несущую золотые яйца, особенно китайцам. Геополитика мешала бизнесу.

Поэтому Китай ждал. И наконец, момент настал. Глобальный кризис судоходства сделал свое дело. Компании-операторы начали разоряться и уходить, цены на права рухнули.

— Сейчас идеальное время для удара.

Проект «Один пояс, один путь», затихший на три года, готовился к перезапуску. Китайское правительство планировало воспользоваться мировым спадом, чтобы скупить подешевевшие активы и выстроить свой маршрут мечты. И Министерству торговли, где работал Линь Вэймин, была поручена эта миссия. Скупить права за бесценок, соединить точки и подарить Партии готовый Шелковый путь.

Это должно было быть легко. Они ждали, пока плод созреет и упадет в руки. Даже когда владельцы портов приходили к ним с просьбой купить права, китайцы отказывали, выжидая ещё большего падения цены.

— Что? Отказали?!

— Да. Ключевые порты, которые должны были стать ядром нашего маршрута... Все они отклонили наши предложения о покупке.

Линь Вэймин не верил своим ушам. — Они же сами умоляли нас купить их месяц назад! Почему сейчас отказ?

— Потому что... появился другой покупатель. Он забрал всё.

— Что? Кто в здравом уме будет скупать умирающий портовый бизнес сейчас?

— Говорят, это «Kwangwoon».

— ......!

««Kwangwoon». Снова они?»

— Проблема в том, что каждый порт, который отказал нам, уже передал права «Kwangwoon».

— Что... какого черта?!

Как это возможно? Не просто какие-то порты, а именно те критически важные точки, которые составляли скелет Морского Шелкового пути. Они были куплены прямо перед носом у Китая.

— Подождите. Вы хотите сказать, что «Kwangwoon» знала наш маршрут заранее? Как? Я сам узнал финальную версию плана только на днях!

— Я не знаю, сэр... Но судя по отчетам, они скупали эти права в течение последних нескольких недель.

«Точно так же, как с санкциями «THAAD»... У этих парней есть шпион в Политбюро?»

— Тогда просто измените маршрут!

— Мы не можем. Этот маршрут — результат многих лет планирования и геополитических расчетов. Если выпадет хоть одно звено, вся логистика рухнет. Директор приказал вернуть эти права любой ценой. Проект уже анонсирован на высшем уровне. Если мы провалимся...

Линь Вэймин сглотнул. Это был мегапроект, на который Китай поставил свою репутацию. И теперь, ещё до старта, он разваливался из-за какой-то корейской фирмы?

— Вы хотите сказать, что я должен ползти к этим ублюдкам из «Kwangwoon» и кланяться?

— Мы посылали переговорщиков... но нам отказали. Нужен кто-то статусный.

Линь Вэймин потемнел от ярости. — Я не поеду. Я не буду унижаться перед ними! Они явно мстят за прошлые угрозы. Высокомерные твари.

— Откуда, черт возьми, у них эта информация...

И тут его пронзила страшная догадка. «Подождите. А серьезно, откуда?» Даже в правительстве Китая этот план был секретным. Линь Вэймин получил папку с финальным маршрутом два дня назад. А «Kwangwoon» действовал неделями ранее.

«Это значит...»

Это могло означать только одно. Кто-то на самом верху. Кто-то, чье имя Линь Вэймин боялся даже произнести мысленно. Кто-то из ядра Коммунистической партии поддерживал «Kwangwoon» из тени.

— !?

Линь Вэймин вскочил, опрокинув стул.

— Закажите билет в Корею. Прямо сейчас.

— Простите? Н-но вы только что сказали...

— Если я не поеду, я потеряю голову! В буквальном смысле! Ты думаешь, сейчас время для гордости?! Быстрее!!