Сломанные Куклы
Касвал был лишь бледной тенью своей сестры. Саймон сразу почувствовал разницу в том, как Виувр, в отличие от брата, мгновенно переварила новость о смерти отца и взяла себя в руки. Её мысли тут же переключились на дела насущные.
— Если твой отец мертв, кто за главного в столице?
— Эвфимия и Луи, — ответил Саймон.
Он понимал, что его вассалы могут истолковать такую откровенность превратно, но чем больше секретных данных он сливал Виувр, тем выше был шанс, что она начнет ему доверять и ослабит бдительность.
— У них что-то вроде перемирия, пока не найдут нового Владыку.
— И кто из них пришил Бальзама?
— Понятия не имею, — честно признался Саймон. — Если честно, я грешным делом подумал на тебя.
Этот ответ явно позабавил Виувр.
— Будь это так, я бы уже восседала на Багровом Троне, — хмыкнула она, и её мимолетная улыбка сменилась задумчивостью. — У меня был план, как его прикончить, если бы он осмелился выйти против меня на поле боя. Ну что ж, придется опробовать этот план на его вдове и отродьях.
Она ни словом не обмолвилась о Огненном Жезле. Для Саймона это означало две важные вещи: во-первых, Виувр, скорее всего, рассчитывала выманить отца из столицы, устроив кризис в Теллурии; а во-вторых, у неё не было союзников во Фрайтуолле, которые могли бы передать приказы Жезла или сообщить о смерти Бальзама.
Отец тоже не упомянул Жезла в списке своих смертей, — вспомнил Саймон. Вероятно, он так и не узнал, что её перевербовали, потому что её так и не использовали против него. Либо это случилось в одной из тех итераций, которые он не задокументировал.
— Тем не менее, ситуация нам на руку, — решила Виувр, и на её губах заиграла хищная ухмылка. — Представляю, в каком состоянии сейчас эти слабаки в столице: неразбериха, грызня и взаимные обвинения. Идеальный момент для удара. Стоит Теллурии пасть, как зверолюды повалят к нам толпами, ведь никакой Владыка не придет их защищать.
Она мгновенно проанализировала обстановку и нашла способ извлечь выгоду. Виувр не была тупой грудой мышц, опьяненной собственной мощью, и это делало её куда опаснее, чем Саймон предполагал изначально.
— Саймон, ты выложишь мне всё, что знаешь об обороне Белета. — Виувр мельком взглянула на Эолу. — И киш я тоже забираю.
Эола, которая до этого молча дрожала как осиновый лист, застыла так, что Саймон перестал слышать её дыхание. Она не понимала общего эндимианского языка, но по взгляду драконицы поняла: её заказали.
— Что? — переспросил Саймон, хотя прекрасно всё расслышал.
— Она мне нужна, — безапелляционно заявила Виувр. — Я компенсирую потерю. Выбирай себе любых рабов, каких пожелаешь.
Саймон ожидал, что драконы попросят помощи Эолы, собственно, он и притащил её как приманку, но он надеялся, что они хотя бы оставят её при нем, а не перейдут к банальному вымогательству. Саймон покосился на киш. Она не смела поднять глаз, но он видел капли пота на её лбу и то, как её трясет от ужаса. Она молила всех богов о пощаде.
— Нет, — сказал Саймон.
Слово вылетело раньше, чем он успел подумать. Возможно, его задела очевидная боль и отчаяние Эолы, а может, он сам слишком долго жил в страхе перед сильными мира сего, чтобы не сочувствовать ей. Или же его просто воротило от брутальности Виувр. Как бы то ни было, воздух в мгновение ока стал тяжелым.
— Нет? — переспросила Виувр, и её голос был острее меча. Касвал за её спиной забавно затряс головой, знаками умоляя Саймона заткнуться.
— Я сказал — нет, — повторил Саймон. Отступать было поздно. Всё, что он читал о драконах и чешуйчатых, твердило одно: они уважают только силу. Дашь слабину сейчас, потом она оберет его до нитки. — Эола — моя собственность. Я её не отдам.
Виувр рассмеялась ему в лицо:
— Собственность человека — это только то, что он может защитить силой. А я могу прихлопнуть тебя прямо здесь. Ты не настолько ценный кадр. — Она отмахнулась от его дерзости, как взрослый игнорирует капризного ребенка. — Всё, помалкивай. Я забираю её.
— Попробуй, и я активирую её рабское клеймо, — отрезал Саймон. — Она умрет на месте.
Эта угроза застала Виувр врасплох. Спесь сменилась искренним недоумением.
— Ты готов убить свою рабыню, лишь бы не отдавать её мне? — переспросила она с полным недоверием. — Зачем?
— Потому что моё это моё. — Саймон осмелился встретиться взглядом с драконьим лордом. — Никто не ворует из моей сокровищницы. Никто.
Сравнение с сокровищницей было просчитанным ходом. Единственное, что могло сравниться с мощью драконов это их легендарная жадность. Кража из их личной сокровищницы считалась величайшим оскорблением, которое нельзя оставлять без ответа. Конечно, Виувр могла счесть оскорбительным саму попытку человека сравнить себя с её великими предками, но это был единственный способ отказать, не схлопотав мгновенную дезинтеграцию.
Она долго сверлила его взглядом. Стальные глаза, нечитаемое выражение лица. Саймон не отступил ни на сантиметр, хотя сердце колотилось так, что стало больно. Ощущение было такое, будто играешь в гляделки с голодным львом.
Виувр всерьез раздумывала, не убить ли его прямо сейчас.
Мгновение растянулось в вечность. Телохранители Саймона уже положили руки на оружие, ожидая кровавой бани, а Касвал предусмотрительно отступил на шаг. Саймон уже приготовился к очередной встрече с Багровым Троном...
Но тут Виувр едва заметно улыбнулась.
— Впечатляет. А я-то думала, ты просто бесхребетный флюгер. Но у тебя, оказывается, есть стальной стержень. — Виувр пожала плечами. — Ладно, так и быть, оставляй свою киш себе.
За волной облегчения мгновенно последовал тихий, приятный «дзинь» — пришло уведомление об уровне.
Получен Навык Владыки 15-го уровня: Клеймо Дьявола II (Активное):
Вы можете пометить добровольную цель демоническим Клеймом Чревоугодия. Это клеймо обостряет чувства носителя (включая чувство удовольствия), позволяет поглощать и выживать на любой еде или питье без вреда для здоровья, а также дает иммунитет к Ядам, Болезням и Усталости. Взамен вы можете дистанционно выкачивать ману цели в любое время. Вы можете снять клеймо по желанию, нанеся цели тяжелый урон.
Саймон догадался, что "впечатлить злобную драконицу и не сдохнуть" Система засчитала как героический подвиг. Он мысленно поблагодарил Свет за то, что посторонние не видят его логов, иначе Виувр точно передумала бы. Эола тяжело выдохнула, хотя всё еще была слишком напугана, чтобы радоваться.
— А теперь займемся остальной твоей свитой. — Виувр мгновенно потеряла интерес к Саймону и повернулась к его телохранителям. — Кажется, вас зовут Леонард и Мередит? Поднимите головы.
Леонард и Мередит обменялись тревожными взглядами и повиновались.
Виувр взмахнула рукой, и две головы покатились по траве в фонтане крови.
Всё произошло так быстро, что Саймон едва уловил движение. Лишь на мгновение он заметил лезвие сжатого воздуха, сорвавшееся с пальцев Виувр. Кровавый дождь окропил траву, и Саймон в ужасе ахнул, когда тела его вассалов с глухим стуком рухнули позади него.
— Я за версту чуяла их сомнения. К тому же, твой братец Дассейн ни за что не поверит в твоё чудесное спасение, если не найдет парочку свежих трупов, — бросила Виувр, вытирая руку от крови Мередит и Леонарда. Тон её не изменился, как и выражение лица. Убийство для неё было как чашку чая выпить. — Для моих целей будет лучше, если мир сочтет тебя мертвым и похороненным.
Саймона трясло от бессильной ярости. Леонард, который уже однажды отдал за него жизнь, встретил такой позорный конец просто потому, что кому-то сильному так захотелось. Лицо Мередит навсегда застыло в безмолвном крике ужаса.
— Твоё — это твоё... но больше не смей перечить мне, иначе всё закончится плохо.
Это не было угрозой, просто констатация факта. Виувр пощадила Саймона один раз, второго не будет.
— Ты меня понял, человек?
Саймон стиснул зубы так, что они заскрипели.
— Да. Понял.
— Вот и славно. А теперь выложишь мне всё об обороне Белета, а потом отправишься с моим братом на восток за одним артефактом. Выполнишь задание и когда я возьму Теллурию, займешь место среди моих командиров. — Клыки Виувр показались из-под губ в предвкушении. — Добро пожаловать на сторону победителей, Саймон Магнос.
Однажды я увижу, как твоя голова катится по земле, — пообещал себе Саймон.
Виувр «великодушно» позволила Саймону оставить себе Крестоны Леонарда и Мередит, после чего устроила ему допрос с пристрастием о защитных сооружениях Белета. Особенный интерес у неё вызвала планировка академии. Наконец, она перешла к конкретным приказам.
— В руинах дворца киш спрятана мощная реликвия, — объяснила она. — Мои войска уже раскопали большую часть и зачистили её от монстров, но нижние уровни запечатаны хитрыми заклинаниями. Только чистокровная киш, вроде твоей рабыни, сможет их взломать.
— Что это за реликвия? В чем её сила? — спросил Саймон.
— Тебе пока не положено знать. Всё равно не сможешь ею воспользоваться. — Виувр ухмыльнулась. — Докажи свою преданность, принеси её мне, и скоро увидишь её в действии под стенами Белета.
Она явно не доверяла ему настолько, чтобы раскрывать карты, но намекнула, что эта штука обеспечит им победу над Дассейном. Тревожный звоночек.
— Как выглядит этот артефакт? Мне нужно описание.
— Справедливо. — Виувр показала пальцами примерный размер. — Это кристалл миазмов примерно вот такой величины. На его поверхности вырезано созвездие Двухвостой Рыбы. Точная форма может варьироваться, но даже тот, у кого нет Системы, почувствует его мощь.
Кристалл миазмов с зодиакальным созвездием? Саймон догадывался, чем на самом деле был этот дворец киш.
— Ты хочешь, чтобы мы достали кристалл Подземелья?
— О, ты знаешь о них? — Виувр удивленно приподняла бровь. — Поразительно. Да, я ищу конкретный кристалл Подземелья.
— Значит, там всё будет кишеть монстрами.
— Я же сказала: мои войска зачистили дворец. А с тем, что осталось за печатями, должен справиться даже мой никчемный братец. — Губы Виувр растянулись в ехидной усмешке. — К тому же, у тебя теперь есть два новых Крестона для прокачки. Радуйся подаренному опыту.
Драконья стерва, — подумал Саймон.
— Какое ответственное задание вы мне поручаете, — с долей скепсиса заметил он. — В чем подвох?
— Не льсти себе, Саймон. Ты идешь только потому, что рабыня принадлежит тебе. — Виувр фыркнула. — К тому же, в твоей лояльности я уверена на все сто.
Она наклонилась так близко, что Саймон почувствовал её тяжелое дыхание.
— Ты — предатель, который сдал собственного брата злейшему врагу своего дома, — промурлыкала она с жестоким весельем. — Как только правда выплывет наружу, ты станешь смертником. Тебя никто не примет назад.
Самое паршивое, что она была права. Даже Анна не простит ему смерть Таласа. Семья больше никогда не доверится ему.
— Мы твой единственный шанс выжить, — подытожила Виувр, выпроваживая их. — Касвал доставит вас на место. Скорость превыше всего, так что не мешкайте.
В ответ Касвал мгновенно трансформировался. Его драконья форма отличалась от сестринской: чешуя была ярко-алой, а размером он был лишь в две трети от Виувр. Зрелище всё равно впечатляющее, но в здравом уме никто не поставил бы на него в драке с сестрой. Неудивительно, что он ходит у неё по струнке.
— Не принимай близко к сердцу, — бросил Касвал, подхватывая Саймона одной лапищей, а Эолу другой. — Сестренка обожает ломать моих игрушек, когда я начинаю наглеть. Найдем тебе новых.
Ломать. Новых.
Видимо, это такая драконья форма сочувствия сравнивать живых людей с куклами. Только слова благодарности Эолы немного уняли его гнев.
— Спасибо, — прошептала она на языке киш, и на этот раз в её голосе звучала искренняя признательность. — Спасибо, что не отдал меня.
— Мало нам от этого пользы, — ответил Саймон на том же языке, чтобы Касвал не понял. — Ты станешь ей не нужна, как только мы достанем реликвию из подземелья. Я сниму твою метку и отпущу тебя на все четыре стороны.
Эола не поверила.
— Они никогда меня не отпустят. Драконы ничего не выпускают из когтей.
Скорее всего, она была права, но Саймон надеялся, что она сможет улизнуть.
— У тебя будет шанс. Когда они получат сокровище твоего народа, им будет не до тебя, они будут заняты войной с моими братьями. Мир огромен, в конце концов.
Эола долго и внимательно смотрела на него. Она словно взвешивала свои слова, мельком проверяя, не понимает ли их Касвал.
— Я родом из места, куда мой народ бежал после Погибели. Убежище, которое не осквернили ни твои люди, ни драконы. Я могла бы отвести тебя туда.
Это предложение ошарашило Саймона. Она предлагала ему сбежать вместе с ней? Видимо, его заступничество перед Виувр произвело на неё неизгладимое впечатление, раз она решилась подарить ему надежду, пусть и призрачную.
— Нет, — сказал Саймон. Этот план был обречен. — Ты им не нужна, а вот за мной они придут. Это только подвергнет опасности тебя и твой народ. Уходи одна.
Эола нахмурилась, а затем едва заметно кивнула.
— Твоя душа благороднее, чем я думала.
— О чем вы там шепчетесь? — подал голос Касвал, расправляя крылья для взлета.
— О твоей сестре, — соврал Саймон. — Она всегда такая... очаровательная?
— Нет, сегодня она в отличном настроении. Поверь, в гневе ты её видеть не захочешь.
Касвал взмахнул крыльями с силой урагана и свечой ушел в небо.
Саймону уже доводилось летать на дирижаблях, но полет на драконе оказался куда менее комфортным аттракционом. Касвал был быстрее любой птицы, и ветер хлестал по лицу так, будто Саймона засунули в эпицентр шторма. Пятно выжженной травы, где погиб Талас, быстро превратилось в черную точку, а затем и вовсе растворилось в море зелени. Саймон с удовольствием бы полюбовался пейзажем, но поток воздуха был настолько яростным, что всю дорогу ему пришлось жмуриться.
Душар? — Саймон мысленно воззвал к своим союзникам в Белете. «В архиве есть выход за пределы города?»
Разумеется, Ваше Величество. Предусмотрен путь отхода на случай чрезвычайных ситуаций, — Душар сделал короткую паузу. «К чему такой вопрос?»
Готовьтесь к эвакуации по первому сигналу. Скоро город будет в осаде.
Саймон не знал, когда именно Виувр решит ударить, но счет явно шел на дни. «Мне нужно, чтобы ты передал информацию принцессе Анне и моему брату Дассейну».
Возможно, было бы мудрее дождаться начала атаки, чтобы собрать больше данных, но Саймон не мог сидеть сложа руки, пока Виувр готовится напасть на Белет, ведь там были Анна, Тиелла, Кассандра и тысячи мирных жителей. Он уже слишком часто видел, как дорогие ему люди гибнут от лап драконов. Оставалось надеяться, что Дассейн поверит предупреждению.
Душар воспринял новости с пугающим спокойствием.
Я понял. Но Вашему Величеству не стоит беспокоиться об архиве. Я могу запечатать ваше Подземелье до вашего возвращения, а под землей у нас есть всё необходимое для выживания.
Понял.
Саймон переключился на другого вассала.
Лоримор, прошерсти отцовский список наставников. Ищи всех, кто связан с Лором, Вальнэ или Музой.
У Саймона уже появились идеи, на что потратить следующую итерацию своего правления, раз уж выяснилось, что Виувр не причастна к смерти отца. Раз кто-то убил Саймона прямо в замке, значит, настоящий ассасин всё еще на свободе, и лучше на время покинуть Фрайтуолл. Если звезды сойдутся, он найдет способ быстро нарастить мощь и спасти Анну от брака по расчету.
Остаток полета Саймон провел, координируя Лоримора и выспрашивая адскую гончую Виувр о передвижениях чешуйчатых. Виувр за ним не следила, да и активности у его границ не прибавилось. Видимо, драконице нужно время, чтобы мобилизовать войска.
По словам Эолы, Виувр годами собирала под своим знаменем перевертышей. Хватит ли этого для вторжения в империю? Чтобы взять Белет, возможно, но армия Эндимиона раздавит их, как только соберется в кулак. Виувр не могла этого не понимать.
Так почему она верит, что какой-то кристалл миазмов переломит ход войны?
Эти мысли занимали Саймона до глубокой ночи, пока Касвал летел на восток. Когда над горизонтом забрезжил рассвет, дракон начал снижаться, и Саймон наконец увидел силуэт затопленного города, купающегося в лучах солнца.
Когда-то это был величественный мегаполис, по размерам превосходящий Белет. Из воды торчали каменные шпили и обелиски, но большая часть города давно покоилась на дне огромного озера. Улицы ушли под воду, оставив лишь вывороченные деревья, разбитые статуи цапель и треснувшие лестницы, ведущие в никуда. Ветер гулял в руинах ступенчатых пирамид и под сводами мостов, настолько высоких, что даже Виувр могла бы пролететь под ними. Стены густо обросли мхом и лианами.
Тем не менее, место не было необитаемым. На выступающих островках стояли палатки, в пирамидах горели костры, а по затопленным улицам сновали лодки с солдатами чешуйчатых. Виувр действительно стянула сюда приличные силы.
Самым впечатляющим и сохранившимся зданием был парящий храм из алмазов. Его стены переливались радугой, украшенные мозаиками из цветного стекла, а огромный купол сиял ярче звезд. Мраморная лестница, петляющая через сад из кварцевых деревьев, вела к открытым воротам, охраняемым лагерем чешуйчатых. На пороге застыли две статуи цапель, чьи клювы были устремлены в небо.
Касвал приземлился у входа, аккуратно высадил пассажиров и принял человеческий облик.
— Прибыли, — буркнул он. — За мной.
Саймон прищурился, заметив, что Касвал при трансформации остался в одежде, как и его сестра.
— На тебе экипировка какого-то Класса, Касвал?
Дракон лишь загадочно улыбнулся:
— Даже у друзей должны быть секреты.
Этот увилистый ответ только укрепил подозрения Саймона. Неужели именно так они выдают себя за людей? Благодаря какому-то Классу, позволяющему менять форму?
Эола хранила молчание, пока Касвал вел их внутрь дворца, в огромный зал с хрустальными колоннами. Она с тоской смотрела на ледяные статуи крылатых киш, но её губы скривились в отвращении, когда она замечала стражников-чешуйчатых. Внутри было ощутимо холоднее; Саймон видел следы недавних сражений, выбоины в стенах, засохшую кровь и обломки камня. Величественная мраморная лестница вела наверх.
— Мне кажется, или тут становится холодновато? — поежился Саймон.
— Чем ближе к призу, тем свежее, — усмехнулся Касвал. — Я пытался прогреть это место своим пламенем, но холод всегда возвращается.
— В этих стенах затаилось зло, — прошептала Эола на языке киш. — Мой народ пролил здесь много слез.
Саймон и сам это чувствовал. Воздух был пропитан миазмами, такими же густыми, как те, что пробудило его собственное Подземелье . Войска Виувр лишь на время приглушили то, что скрывалось в этих залах, но оно вернется, едва они уйдут.
Касвал привел их в просторный тронный зал с полом из полированного хрусталя и троном из белого льда. Вдоль стен застыли обледенелые трупы и скелеты, вечные стражи, запертые во времени. За троном чешуйчатые пробили пролом, ведущий в ледяной туннель. Там было так холодно, что дыхание Саймона мгновенно превращалось в иней.
Тайный ход заканчивался небольшой камерой, сплошь покрытой льдом. Лишь в центре возвышалась высокая стела, украшенная сапфирами в форме созвездия Двухвостой Рыбы. Надписи на ней светились магическим светом, а из камня сочились густые миазмы. Саймон был уверен: Подземелье прямо за этой стелой.
— Вот оно, — указал Касвал. — Мы пробовали пробиться, но лед нарастает мгновенно. Даже сестра не смогла его проплавить. Можешь прочитать, что тут написано?
— Это язык киш, — ответил Саймон. Его класс Владыки автоматически переводил древние слова.
Да не войдет ни одна женщина нашего народа в эти проклятые залы, ибо её голос всегда взвывает к крови.
Сердце девы легко сбивается с пути обещанием власти, ибо все мужи в её глазах звери.
Пой же песнь освобождения на свой страх и риск, ибо горькие слезы вскоре омоют твои щеки.
Весьма зловеще. Некоторые знаки казались смутно знакомыми, хотя Саймон почему-то не мог их перевести. Они были похожи на ноты.
Эола подтвердила его догадку.
— Это записи в традициях моего народа, — объяснила она, проводя рукой по символам. Кажется, холод ей ничуть не мешал. — Они описывают, как исполнить Песнь Освобождения.
Ну, теперь всё сходится. Его Навык позволял Саймону понимать речь, но музыка это отдельная категория магии.
— Которая и откроет печать, если ты её споешь, — сказал Саймон на языке киш. — И выпустит то, что заперто внутри.
Эола мрачно кивнула:
— И именно в этот момент я стану вам больше не нужна.
— Да, — Саймон повернулся к улыбающемуся Касвалу. — Именно так и будет.