Обман
Императорская семья еще не начала рвать друг друга на куски, когда Саймон и Лорианна добрались до покоев императора. Саймон не знал, считать ли это удачей или нет.
— Другого способа нет? — спросил он вслух, хотя уже знал ответ.
— Боюсь, что так, — подтвердила Лорианна. — Любой с Классом сбора информации или достаточной мана-чувствительностью узнает правду, едва обратит на тебя внимание. Я знаю, что у Отца был навык Владыки «Неприкосновенная Тайна», делавший его невосприимчивым к магии прорицания, но я не скажу, на каком уровне он открывается.
Саймон нахмурился. Кстати, а уровни переносятся из одного правления в другое? Сможет ли он избежать этого фарса в будущем, или ему придется страдать снова и снова?
Как бы то ни было, через несколько минут ему предстояло столкнуться с кучкой перекачанных родственников-убийц, готовых развязать гражданскую войну. Сказать, что он был на взводе, ничего не сказать.
— Думаю, твой план сработает, по крайней мере на время, — заверила его Лорианна, хотя последняя часть не особо успокаивала. — Это довольно смелый и хитрый ход, если позволишь. Не думала, что в тебе это есть.
— То, что я не хотел участвовать в местных интригах, не значит, что я не наблюдал за ними, — ответил Саймон, сжимая кулаки, чтобы скрыть дрожь. Он кое-что усвоил о силовых блоках дворца и том, как они работают.
Спасет ли это его? Оставалось надеяться на лучшее.
Они вошли в покои отца как раз в тот момент, когда Луи начал допрашивать императрицу.
— ...не знаете, матушка, как убийца проскользнул в покои отца незамеченным?
— Мы с твоим отцом уже много лет спим в разных комнатах, мальчишка., — едко ответила императрица Эуфемия.
— И не мудрено, — насмешливо перебил принц. — Иначе отец помер бы от испуга гораздо раньше.
Словно репетиция бойни. Саймон стиснул зубы, когда все потянулись к мечам, он уже слышал этот разговор. Его взгляд задержался на трупе отца. Хотя его последнее выражение лица было хмурым, Саймон подумал: а не спланировал ли этот ублюдок всё как последнее проклятие собственному дому? Ты надеялся, что мы перебьем друг друга, Отец? Что мы сделали тебе такого, чтобы это заслужить?
— Ваше Высочество! — запротестовал один из министров. На этот раз Саймон опознал в нем Патриата Мальфаса, имперского казначея. — Прошу вас, успокойтесь...
Тут появился Хранитель Трона. Как раз вовремя, чтобы прервать неизбежное кровопролитие своим свитком.
Саймон изображал пассивность, пока они с Лорианной жались в задней части комнаты. Он больше следил за присутствующими, чем за объявлением Хранителя, особенно за императрицей.
Эуфемию Магнос-Агарес часто называли самой красивой женщиной империи, и она оправдывала эти слухи. Высокая, пышнотелая дама с длинной косой цвета темного меда до пояса, она обладала демоническими золотыми глазами, характерными для жителей центральных земель. В отличие от большинства знатных дам, она не была куклой или принцессой, облепленной косметикой и драгоценностями; она была отставным командиром, предпочитавшим расшитые черные платья и золоченый торквес, инкрустированный Камнем Судьи.
Владение одним из изначальных Классов, от которых произошли все остальные, делало её достаточно грозной, но Саймон также знал, что под золотой тиарой на её лбу скрывается святой третий глаз. Он позволял ей видеть ману и, что важнее, призывать в бой священных эйдолонов. Вероятно, она была сильнейшим человеком в комнате, разве что кроме самого Луи.
Она должна была заметить новый Класс Саймона с первого взгляда, если бы обратила на него внимание, но он оставался незаметным... пока Хранитель не закончил чтение завещания.
— Сим я завещаю свой Класс, трон и титулы моему избранному наследнику, — произнес Хранитель, прежде чем перейти к дополнениям. — Саймону Магносу.
Хотя он сам приказал Хранителю добавить эти слова и морально готовился к тому, что будет дальше, Саймон не мог не застыть, когда весь имперский двор внезапно вспомнил о его существовании. Люди, владеющие сильнейшими Классами империи, внезапно уставились на него: хмурились, таращились в неверии или, как в случае с Луи, посмеивались.
— Это шутка? — спросил Талас то, что было у всех на уме, пока его мать наконец сфокусировалась на Саймоне. Без сомнения, она пыталась просканировать его Класс.
— Бастард — новый Владыка?
— Ты видишь иконку Класса, брат? — спросил Луи Саймона. Он никогда раньше не называл его братом, потому что обычно вообще не замечал, но умудрился произнести это довольно приятно. — Проверь край зрения.
— Я... — Саймон сглотнул, и это было абсолютно искренне. Он почти чувствовал вкус напряжения в воздухе.
— Кажется, да...
— Активируй его, — приказала императрица тоном, не терпящим возражений. — Живо.
Ну, раз она так вежливо просит...
— Владыка.
Саймон трансформировался в тот же миг, как произнес слово: плащ из миазмов окутал его, призывая доспехи Владыки. Ошеломленное лицо Таласа наполнило его огромным удовольствием, но этот момент длился ровно до тех пор, пока он не перехватил нечитаемый взгляд Луи и темную гримасу на лице императрицы. Генералы тоже переглянулись. Каждый из них давал клятву верности Владыке, и особое клеймо обеспечивало их преданность Багряному Трону. Саймон понятия не имел, распространяется ли эта клятва службы на него как на преемника отца, и был почти уверен, что генералы сами этого не знали.
— Ты... — выражение лица Таласа сменилось с шока на лютую ярость. — Убийца!
Он преодолел разделявшее их расстояние в мгновение ока и впечатал Саймона в стену.
В глазах Саймона на миг побелело, рука Таласа сдавила горло и приподняла его над полом. Броня Владыки давала некоторую защиту, но у Таласа было столько уровней и навыков усиления силы, что ему даже не нужно было трансформироваться, чтобы задушить его.
— Талас! — Лорианна мгновенно сменила облик на Класс Чародейского Клинка: белый округлый шлем, черная вуаль на рту и темный плащ появились в одно мгновение. В её руках материализовалась изящная рапира, пульсирующая магией, острие которой уставилось на сводного брата. — Отпусти его немедленно!
— Он убил Отца, чтобы украсть его Класс! — прорычал Талас в ответ. — Бастард как он есть!
Напряжение только нарастало, все потянулись к оружию. Саймон затаил дыхание: резня, которую он пытался предотвратить, казалось, снова входила в колею...
По крайней мере, пока не сработала его страховка.
— Если мой наследник погибнет до истечения трех лет правления с момента моей смерти, то его Класс перейдет к случайно выбранному гражданину моей империи, которого Багряный Трон сочтет достойным, — продолжил читать отредактированное завещание Хранитель, игнорируя шум вокруг. — В противном случае Класс будет передан согласно соответствующей традиции Владык. Этот пункт действует до истечения трех лет с момента вступления моего наследника на трон.
Шок от объявления заставил всех застыть на месте и ненадолго отсрочил хаос. Глаза императрицы и Луи расширились от удивления одновременно, а комната взорвалась шепотом и пересудами. «Случайный выбор?» «Кто-то не из королевской семьи?» «Это шутка?»
— Что значит «к случайно выбранному гражданину»? — спросила Лорианна у Хранителя, который оставался нем. Она изобразила раздражение, прежде чем повернуться к Луи.
— Отец может так сделать?
— Не могу сказать, — ответил Луи с задумчивым видом.
Императрица подозрительно прищурилась на Саймона.
— Похоже, Класс перешел к нему через завещание вашего отца... если только он не убил собственного отца и не приказал Хранителю устроить спектакль.
— Я ничего такого не делал! — полусоврал Саймон. — Как я вообще мог подобраться к Отцу?! Мне, как бастарду, вход в его покои был заказан, и мне отказывали в Классе, пока я не поступлю в Военную Академию!
— Лжец! — рявкнул Талас в ярости, в его свободной руке материализовалось золоченое копье. Сердце Саймона пропустило удар: сводный брат готовился пронзить его на месте.
— Ты убил собственного отца, чтобы украсть...
— Ваше Высочество, — Агнес Огненный Жезл внезапно подняла ладонь к лицу Таласа; между её пальцами вихрилось испепеляющее синее пламя. Она говорила очень спокойно. — Я вынуждена просить вас отпустить Владыку.
Талас стиснул зубы.
— Ты смеешь угрожать мне, рабыня?!
— У меня нет выбора. — Агнес слегка приоткрыла ворот мантии, обнажив кровавую рабскую татуировку, горящую на коже. — Клеймо заставляет меня защищать Владыку от всех угроз, кем бы он ни был.
«Рабская метка не исчезла?» Саймон глянул на Огненный Жезл, а затем на генералов, которые, казалось, были готовы трансформироваться в любую секунду, чтобы защитить своего нового сюзерена.
«Приказы Отца и клятвы действуют и после смерти».
К несчастью, Талас, судя по тому, как он сжимал копье, был полон решимости убить его. Лорианна и остальные, без сомнения, вмешаются, но Талас мог убить Саймона одним ударом. В конце концов, он был всего лишь первого уровня. Нужно было думать быстро.
В голову Саймона пришла идея. Была не была.
— Рабы, генералы, — произнес Саймон. — Если кто-нибудь убьет меня, я хочу, чтобы вы убили их и всех их сообщников любой ценой.
— Поняла, — немедленно ответила Агнес Огненный Жезл, а по комнате прокатился вздох ужаса.
— Что ты сказал, бастард? — спросил Талас, выдавливая слово так, словно ему было больно его слышать.
— Ты слышал меня, Талас. — Саймон встретил взгляд сводного брата со всем презрением к этому высокомерному мудаку. — Огненный Жезл и остальные всё еще вынуждены защищать меня, а значит, приказы Владыки имеют силу и после его смерти. Им придется исполнить мою волю, даже если сейчас прикончишь меня.
Талас с презрением глянул на генералов, готовящих мечи.
— Я сильнее любого из рабов нашего отца.
— А сильнее ли ты всех их вместе взятых? В закрытой комнате, где все твои сторонники на расстоянии удара? — усмехнулся Саймон. — И с группой Луи под боком?
Это сработало. Хотя Талас был уверен, что сможет расправиться с генералами, если понадобится, мысль о том, что он подставится под удар Луи, мгновенно напрягла его и его сторонников. Сама императрица перевела внимание на кронпринца, который наблюдал за сценой с нескрываемым весельем.
— Верно, может, ты и победишь, но точно не выйдешь сухим из воды. Как думаешь, что сделает другая часть семьи? — Саймон указал на Хранителя. — Не говоря уже о том, что вы слышали завещание Отца. Наша семья потеряет Класс Владыки из-за твоей опрометчивости!
— Это пустой блеф, — холодно ответил Талас, хотя Саймон видел, что его слова пошатнули уверенность брата.
— Неужели? — Саймон подался вперед, чтобы лучше рассмотреть сводного брата сквозь щели шлема, затем собрал всё свое мужество. — Ну давай, попробуй убить меня. Посмотрим, чем это кончится для тебя и всех остальных.
Он выдержал взгляд Таласа, стараясь не выказывать страха. Хоть Саймон и не спешил умирать снова, он нутром чуял, что смерть не будет окончательной, и это придавало ему сил. Это давало ему уверенность, которая пошатнула Таласа до глубины души.
Смертельный удар так и не последовал.
Внезапно Луи расхохотался, нарушив тишину и привлекая всеобщее внимание.
— Тебе это кажется смешным? — сухо спросила императрица, сверля взглядом кронпринца. — Неужели ты не понимаешь, матушка? — поддел её Луи, успокоившись. — Это глупая попытка Отца сохранить мир между нами. Он знал, что мы перегрызем друг другу глотки, выбери он кого-то из нас, поэтому выставил запасного.
«Запасного? — холодок пробежал по спине Саймона. "Поступил бы так отец? Конечно поступил бы, он же полный мудак".
— Верно... — пробормотала Лорианна себе под нос. — Выбор Саймона обеспечит переходный период, пока мы не уладим наши внутренние проблемы.
Саймон возмущенно зарычал.
— Хотите сказать, я жертвенная заглушка? Грелка для трона?
— А какое еще объяснение ты можешь придумать? — заметила Лорианна. — У тебя нет союзников при дворе, нет поддержки крупной фракции и нет другого высокоуровневого Класса, чтобы защитить свой новообретенный титул. Зачем выбирать кого-то вроде тебя, если не для того, чтобы выиграть время?
Хуже всего было то, что эта догадка, возможно, была верна. Саймон гадал о мотивах отца, выбравшего его, и это объяснение имело смысл... хотя последнее послание бастарду говорило об обратном. Возможно, Бальзам Магнос просто наслаждался мыслью о том, как его дети рвут друг друга в клочья за превосходство.
— Я всё еще не убеждена, что он этого не делал и не заставил Хранителя лгать от своего имени, — сказала императрица, не сводя глаз с Саймона. — Этот дух обязан подчиняться тому, кто владеет Классом Владыки. Завещание может не иметь никакого веса.
— Если позволите, — вмешался голос. — У меня есть способы подтвердить виновность лорда Саймона.
Говорившей была Шабрам Гремори, начальница шпионской сети имперского двора. Пышногрудая красавица с бледной кожей, изумрудными глазами и водопадом волос цвета темного угля, она была одета в тонкие шелка и золотые украшения своей южной родины. Темно-синий тюрбан скрывал позорные звериные уши от тех, кто считал присутствие её расы в замке неуместным.
— Лорд Саймон не имеет сопротивления к заклинаниям прорицания, в отличие от всех остальных в этой комнате, я держала всех бастардов Его Покойного Величества под пристальным наблюдением, — сказала госпожа шпионов. — Доказать его невиновность или вину в убийстве отца будет плёвым делом.
— Избавь меня от своей чуши, зверолюдка, — ядовито ответила императрица. — Ни твои заклинания, ни твоя разведывательная сеть не помогли спасти моего мужа. Нам следовало бы умертвить тебя на месте за этот провал.
Госпожа шпионов выдержала взгляд императрицы.
— Как я уже сказала: почти у всех в этой комнате есть защита от прорицаний... и у многих был доступ в покои Его Покойного Величества.
Талас зыркнул на неё и наставил копье.
— Ты обвиняешь нас в убийстве Отца, ведьма?
— Я никого не обвиняю, Ваше Высочество, — спокойно ответила она. — Я просто говорю, что у нас гораздо больше подозреваемых для расследования, чем наш новый Владыка.
Принцы и министры обменялись взглядами. В этой комнате не было ни одного честного человека, и все они это знали.
Императрица тихо приняла какое-то решение. — Талас, отпусти Саймона.
— Но... — Императрица заткнула сына взглядом, заставив Таласа отпустить его.
Саймон тут же жадно глотнул воздуха, а Лорианна немедленно встала между ним и сторонниками императрицы.
— Было бы мудро с твоей стороны передать Класс другому, если сможешь, — предупредила Саймона императрица. — Ты избавишь себя от многих проблем.
Знала бы она, насколько они в этом солидарны...
— Хранитель, могу я передать Класс Владыки, не умирая? — спросил Саймон во второй раз за сегодня.
— Нет, — прямо ответил дух. — Возможности капитуляции или отречения не существует. Правление Владыки заканчивается только со смертью.
— Тогда я предлагаю сначала подтвердить, мог ли Саймон убить нашего отца, — предложила Лорианна. — Если его невиновность будет доказана... тогда мы должны исходить из того, что завещание Отца обязательно к исполнению.
Челюсти императрицы сжались от раздражения.
— Саймон, пока ты останешься здесь под постоянным наблюдением. Нам будет не на руку, если убийца моего мужа доберется до тебя, пока мы не уладим это дело.
«Боишься, что Класс Владыки уйдет из твоей династии, да?» — подумал Саймон, подавляя желание сплюнуть.
— Ладно.
— Не волнуйся, брат, — сказал Луи с коварной улыбкой. — Я прикажу своей личной гвардии обеспечить твою безопасность.
— Моей тоже, — тут же сказала императрица, заглушая протест Таласа взглядом. Дворцовые фракции на данный момент согласились на шаткое перемирие.
— Не, спасибо, — ответил Саймон, переводя взгляд на Огненный Жезл. — У меня уже есть личный телохранитель.
Внутренне Саймон вздохнул с облегчением: его план сработал. Он долго колебался, что написать в послании, даже зная, что у него может быть больше одного шанса найти лучший вариант.
Саймон достаточно часто посещал большой рынок столицы, чтобы узнать цену временных ограничений. Продавцы использовали их, чтобы давить на покупателей, пока те не начинали думать об уходящем времени, а не о цене. Три года это не так уж много, поэтому интриганы при дворе уже так и видели, как убьют его и заберут Класс Владыки по истечении срока, вместо того чтобы немедленно искать лазейку в завещании Отца. Осознание того, что у них есть передышка и что Класс ускользнет из лап семьи, если Саймон умрет преждевременно, заставит различные фракции сосредоточиться на подготовке и поиске убийцы, а не на поспешных действиях сейчас.
Короче говоря, Саймон выиграл всем время. Себе в том числе.
Саймон провел остаток дня под домашним арестом в своих покоях, которые ему пришлось делить с Огненным Жезлом и солдатами, предоставленными генералами, в то время как Луи и Эуфемия выставили своих рыцарей снаружи.
Поскольку трансформация ему была пока запрещена, он вместо этого яростно перечитывал «Краткую историю Эндимиона» и «Введение в Классы» в надежде найти лазейку в Классе Владыки... и с треском провалился.
Все знали, что для повышения уровня в Классе требуется соответствующий Камень, испещренный рунами мана-камень, позволяющий пользователям направлять их силу. Человек сохранял навыки и уровни, уже полученные, если терял свой Камень, но не мог прогрессировать дальше.
К сожалению, было одно серьезное исключение: а именно, Багряный Трон Эндимиона был Камнем Класса Владыки; и в отличие от всех остальных, для работы ему не требовалась близость к владельцу. Устройство связывалось с самой душой хозяина.
Никто до сих пор толком не понимал, как Мардок создал Багряный Трон. Историки утверждали, что он был создан в Год Рока, когда катаклизмы разрывали мир на части четыре столетия назад, с помощью утерянной демонической магии, и что Первый Владыка убил всех причастных к его созданию, чтобы сохранить тайны в секрете. Единственное, что ученые знали наверняка, это то, что Класс Владыки использовал искаженную форму маны, называемую миазмами, в качестве источника силы.
Короче говоря, никто не понимал, как работает Багряный Трон, кроме, возможно, Владык, а они были осторожны и никогда ничем не делились.
«Хотя, может, они просто не могли, — подумал Саймон, закрывая книгу после очередного бесплодного поиска. — Учитывая, что их собственный Класс убивал их всякий раз, когда они сбалтывали лишнего».
— Ваше Величество не найдет ответа в этих книгах, — сказала Огненный Жезл. Она внимательно наблюдала за ним, но помощи не предлагала. У Саймона было подозрение, что он ей не особо нравится, даже если она обязана подчиняться его приказам.
— Где же тогда? — раздраженно спросил Саймон. — Ты служила не одному Владыке; наверняка ты что-то да подметила.
— Служить и пользоваться доверием - две очень разные вещи, — спокойно ответила эльфийка-рабыня. — Все ваши предшественники хранили свои секреты при себе, и их преемникам приходилось открывать их заново с нуля.
Короче, помощи от неё не жди. Чудесно.
Открывшаяся дверь вывела его из мрачного настроения. Вошла Лорианна с мрачной гримасой на лице.
— Ну? — спросил Саймон, страшась ответа.
— Ты невиновен, но ещё не выбрался из подозрений.
Расследование Шабрам в отношении Саймона длилось недолго.
По словам Лорианны, и Хранитель, и вскрытие тела Бальзама показали, что император погиб в полвторого ночи, время, когда Саймон был в своей комнате, согласно многочисленным заклинаниям прорицания. Ночная прислуга также проверяла его в час и в два ночи, найдя спящим. Саймон всегда подозревал, что им платили за присмотр за королевскими бастардами, но было приятно получить подтверждение.
Невиновность Саймона сузила круг подозреваемых всего до доброй дюжины. Рабы и генералы императора имели клейма, не позволявшие им причинить ему вред, что оставляло только близких родственников и министров Бальзама.
— Шабрам официально не исключила возможность внешнего убийцы, но никто в это особо не поверил, — сказала Лорианна. — Не все согласны с тем, что завещание нашего отца надежно, но никто не желает рисковать, нарушая его.
Короче говоря, жизнь Саймона пока была в безопасности, а гражданская война отложена... на время. Однако сводная сестра быстро развеяла надежды, которые у него могли быть.
— Рано или поздно кто-то попытает счастья, — предупредила Лорианна. — Кто бы ни убил Отца, он явно намеревался украсть его Класс. Не думаю, что они легко сдадутся. Всех членов Высшего Совета отозвали в столицу, включая нашего брата Дассейна и отсутствующих генералов. Мы пока сохранили смерть отца в тайне, но не думаю, что сможем поддерживать этот фарс долго. Это вызовет проблемы.
— Вся структура власти Эндимиона держится на его императоре, — догадался Саймон.
Отец удерживал империю единой с помощью силы, страха и культа личности. Его кончина пригласит хаос и атаки врагов, как внутренних, так и внешних.
— Что дальше?
— Это... решать Высшему Совету. — Выражение лица Лорианны помрачнело. — Луи, кажется, не против идеи позволить тебе бегать по дворцу под присмотром, а генералы сейчас спорят, распространяется ли их клятва службы на тебя, но императрица предпочла бы пока держать тебя под домашним арестом. Официально она говорит, что это для твоей защиты...
— Но на самом деле она хочет держать меня слабым и под каблуком, — догадался Саймон с растущим раздражением. Он не собирался проводить остаток этого правления запертым в комнате. — Мне нужно повышать уровень, Лорианна. Если я застрял с Классом Владыки в обозримом будущем, я, по крайней мере, должен им пользоваться.
Лорианна одарила его сочувствующим, но строгим взглядом.
— Они никогда не позволят тебе набрать силу. Ты это знаешь.
— Серьезно? Прокачанный Владыка может быть угрозой, но император первого уровня вызовет только насмешки. Что скажут послы, когда проверят мою силу и увидят слабака на Багряном Троне? Более того, наличие пары навыков помогло бы мне выжить, если убийца Отца придет за мной.
— С Вашим Величеством ничего не случится под нашей охраной, — сказал один из его рыцарей-телохранителей.
— Неужели? — с презрением усмехнулся Саймон.
— Какой у тебя уровень?
— Я Солдат сорок седьмого уровня, Ваше Величество.
— Ты думаешь, что сможешь завалить убийцу, который прикончил Владыку вдвое выше тебя уровнем так, что никто даже не заметил?
Рыцарю хватило совести вздрогнуть.
— Я... я отдам жизнь, если потребуется...
— Но ты всё равно умрешь, — сухо ответил Саймон, поворачиваясь обратно к Лорианне.
— Видишь, о чем я? Мне нужно хотя бы несколько уровней, чтобы получить ту способность против прорицания, иначе любой убийца найдет меня одним заклинанием.
По правде говоря, Саймон больше надеялся получить навык анти-прорицания пораньше, чтобы в будущем правлении оставаться незамеченным для различных фракций... хотя он надеялся пережить и это. Смерть — это невесело.
Лорианна потерла подбородок, но покачала головой.
— Не думаю, что этого хватит, чтобы убедить остальных. Они просто увеличат твою охрану.
Саймон с досадой стиснул зубы, пока внезапно в голову не пришла идея. Все фракции отказывались от возвышения нового Владыки, но им всё еще нужен был образ правителя; лицо, которое могло бы сохранять мир, пока они не придумают, кем его заменить.
— Вы никому не расскажете о том, что услышите, — сказал Саймон рыцарям и Огненному Жезлу. Последняя была связана меткой, но ему оставалось лишь надеяться, что первые будут верны своим клятвам службы.
— Лорианна, насколько я похож на Отца в доспехах?
— Очень похож. Броня скрывает всё.
— Тогда можешь передать следующее послание Луи и Эуфемии? — Саймон откашлялся. — Я хочу, чтобы они позволили мне поднять уровень ровно настолько, чтобы получить навык «Неприкосновенная Тайна»... потому что, как только я это сделаю, никто не сможет отличить меня от нашего отца, стоит мне надеть доспехи Владыки.
Лорианна быстро уловила суть.
— Ты же не хочешь сказать...
— Да. — Саймон расплылся в улыбке от уха до уха. — Путь будет так, что для внешнего мира Бальзам Магнос никогда и не умирал.