Передышка (5)
Кан У Джин вовсе не обязан был приезжать в детский центр.
Он ведь приехал в Чинджу на отдых — и любое незапланированное появление грозило лавиной слухов.
Если всплывёт хоть одна фотография с мэром — начнётся обсуждение, зачем он тут, что поддерживает, кому помогает.
Но всё же У Джин пришёл.
«Хм, центр больше, чем я думал.»
Отчасти — из желания сделать что-то хорошее.
Отчасти — из-за младшей сестры Хён А и фан-клуба «Кансимчан».
Это был последний день отпуска: планировал просто заглянуть, мельком показаться и уйти.
Сначала настроение было нормальным.
Тем более, увидел сестру почти сразу.
«Вон она. Ха, и чего такая серьёзная?»
Хён А стояла в коридоре у входа, говорила с участницами фан-клуба, вид у неё был сосредоточенный до абсурда.
У Джин чуть не рассмеялся — слишком уж комично она выглядела со стороны.
«Ну-ну, президент “ Кансимчан”…»
Он остановился шагах в десяти, решив дождаться, пока она закончит, и войти позже.
Но помешал чужой голос.
— Эй, да это уж чересчур!
Из зала вышел пожилой мужчина лет шестидесяти, с красным лицом, чуть покачиваясь.
Явно под градусом. Начал придираться к Хён А — с каждым словом всё грубее.
У Джин нахмурился.
«Что за…»
Он решил пока понаблюдать. Но долго терпеть не смог. Пьяный, оказавшийся директором компании-спонсора центра, позволял себе лишнее. Тон, жесты — всё раздражало.
«Ругать её могу только я.»
Тихо, но яростно он двинулся вперёд.
Когда мужчина, заканчивая тираду, бросил:
— Передай своему Кан У Джину — пусть в следующий раз даст не жалкие десять миллионов, а побольше!
Произнес в ответ:
— Можете сказать ему лично.
У Джин уже стоял рядом. Холодный взгляд, ровный голос.
— Сто миллионов.
Он произнёс это спокойно, будто говорил о погоде. И добавил:
— И с этого дня — наш фонд берёт центр под опеку.
Сумма и тон прозвучали как приговор.
Все вокруг замерли. Хён А растерянно смотрела на брата, участницы фан-клуба — на него и на окаменевшего директора. Тот не смог вымолвить ни слова.
В этот момент У Джин уже звонил Чхве Сон Гону.
— Да, директор-ним. Детский центр в Чинджу. Хочу, чтобы мы стали официальным спонсором.
— Сумма? — спокойно уточнил тот.
— Сто миллионов в год.
— Принято. Разберусь.
Разговор на сотни миллионов вон занял меньше тридцати секунд.
Чхве Сон Гон не спрашивал подробностей. Он знал: если У Джин действует — значит, причина есть.
Закончив звонок, актёр опустил телефон и спокойно сказал директору компании:
— Спонсор у центра сменился.
— Э-э… послушай, я…
— Ты всё ещё говоришь на “ты”.
Мужчина открыл рот, но У Джин не дал вставить слово:
— Начни с извинений. — Он указал на сестру. — Она президент моего фан-клуба. И ты не имеешь права обращаться к ней свысока.
Голос был ровным, но ледяным.
Хён А почувствовала, как у неё сжимается горло — от гордости и от растерянности одновременно.
«Это… точно мой брат?..»
— Извинись, — повторил он.
Директор, красный от стыда и вина, выдавил:
— Я… ничего плохого не сказал…
И в этот момент из зала послышался властный голос:
— Что здесь происходит?
На пороге стоял мэр Чинджу, за ним — чиновники и сотрудники центра.
Пьяный директор мгновенно подобрался:
— Н-ничего! Просто разговор! Вот, Кан У Джин-сси пришёл!
Мэр перевёл взгляд на У Джина, потом — на мужчину.
По выражению лица стало ясно: подобные сцены он уже видел.
— Закройте двери, — велел он.
Когда зал отгородили от любопытных глаз, мэр подошёл ближе.
— Рад встрече, Кан У Джин-сси. Что тут случилось?
Хён А объяснила всё с начала. Мэр слушал молча, несколько раз тяжело вздыхая. Закончив рассказ, она опустила глаза.
— Господин Пак, — наконец сказал мэр мягко, но твёрдо. — Я ведь предупреждал вас: не создавайте проблем. Сколько можно?
Тот потупился.
— Извинитесь перед людьми из фан-клуба.
— Я… простите, — пробурчал он.
— Всё ещё не так, — холодно заметил У Джин.
Мэр кивнул:
— Громче, с уважением.
— Прошу прощения, — выдавил мужчина, низко кланяясь.
— Этого достаточно, — сказал мэр. — И, кстати, ваша компания больше не является спонсором.
— Что?! Мэр-ним!
— Центр не может зависеть от фирмы, чьё руководство ведёт себя так. Без обсуждений.
Побелевший директор только кивнул. Мэр повернулся к У Джину:
— Простите, что вы столкнулись с таким, когда приехали отдохнуть.
— Всё в порядке, — коротко ответил он.
— И всё же, не берите на себя спонсорство, я сам решу вопрос.
— Нет, — спокойно сказал У Джин. — Моё решение осознанное. Отныне ответственность за центр беру на себя.
Мэр посмотрел на него внимательнее и слегка поклонился.
— В таком случае благодарю.
Дальше всё пошло спокойно. Бывший спонсор извинился и ретировался. Мэр вернулся в зал, а У Джин остался поговорить с членами фан-клуба.
— Вы молодцы сегодня, — сказал он. — Надо было прийти раньше.
— Н-нет! Спасибо, что вообще пришли! Можно… можно пожать вам руку?
— Конечно.
Он пожал руки, сделал пару фото, даже подписал чехлы телефонов. Девушки сияли, Хён А стояла чуть в стороне, глядя на него с растерянной улыбкой.
— Оппа.
— Иди домой, — шепнул он. — Я всё закончу.
— Но я…
— Я сказал — иди. Пока не лишил тебя карманных.
Она поклонилась на девяносто градусов:
— Спасибо за работу, оппа-ним!
Он лишь усмехнулся и пошёл в зал.
Там его встретила толпа.
— Ох, Кан У Джин-сси! Какая честь!
— Услышали, вы теперь спонсор центра?
— И ещё пожертвовали сто миллионов!
Чиновники, сотрудники, журналисты — все тянулись поздороваться.
Даже мэр, теперь довольный, подошёл ближе:
— Кан У Джин-сси, можно фото?
— Конечно.
Он фотографировался, улыбался, отвечал сдержанно, но вежливо.
От интервью для YouTube-канала мэрии отказался — ограничился общими словами.
Пробыл в центре чуть больше часа.
На выходе мэр снова пожал руку:
— Спасибо вам, Кан У Джин-сси. Не ожидал такого поворота.
— Это пустяки.
— Тогда позвольте, мы опубликуем новость о визите?
— Без проблем.
Он кивнул сотрудникам центра:
— Мой директор свяжется с вами для оформления договора.
Когда он ушёл, в зале повисла короткая тишина — а потом взорвался восторг:
— Настоящий Кан У Джин!
— Живьём он ещё красивее!
— И такой вежливый!
— Просто не человек, а аура!
Уже в машине, заведя мотор, он тихо выдохнул:
— Ха… немного переборщил.
Доехав домой, он легко увернулся от атакующей с вопросами Хён А. Вечером за ужином собралась вся семья.
— Сынок, опять уезжаешь? — спросила мама.
— Завтра с утра.
— Оппа, дай хоть спойлер по “Полезному злу”! — ныла сестра.
Ужин был шумным и тёплым. И впервые за долгое время У Джин чувствовал себя по-настоящему расслабленным.
«Вот оно, нормальное семейное воскресенье…»
Но уже через час, лёжа в кровати, он поймал себя на другой мысли:
«…Хочу обратно к съёмкам.»
Он усмехнулся. Может, уже и правда стал трудоголиком?
— Ладно. Хватит отдыха.
Он достал сценарий, коснулся чёрного квадрата на обложке — и погрузился в подпространство.
Понедельник, 28 июня. Полдень.
Из Чинджу он вернулся в Сеул к двенадцати. На стоянке у офистеля уже ждала знакомая чёрная машина.
— Хён-ним!! — крикнул из окна Чан Су Хван.
У Джин сел в фургон.
Команда тоже вернулась из отпуска — бодрые, готовые к бою.
bw Entertainment.
В коридорах — суета.
Компания, когда-то стартап на десяток человек, теперь напоминала улей.
Сотни сотрудников, новые актёры, расширенные отделы.
В кабинете директора Чхве Сон Гон встретил его с ухмылкой:
— Отдохнул?
— Да, директор-ним.
— Ну что ж. Про Чинджу, статьи и прочее поговорим позже.
— Для начала вот.
Он протянул прозрачную папку.
— Сценаристы добавили сцены в первые две серии «Полезного зла». Хронометраж увеличен.
Кан У Джин открыл документы.
На первой странице стояло:
“Дополнения. Эпизоды 1–2. Обновлённые версии.”
Он хмыкнул.
«Начинается.”