Необычное (4)
Лос-Анджелес. Международный аэропорт.
Пока Кан У Джин проходил скрин-тест, один из самолётов был почти полностью занят съёмочной группой шоу «Наш обеденный стол».
Рейс домой. Может, потому атмосфера в их секторе была особенно оживлённой.
— Ах, наконец-то возвращаемся!
— Слушай, если кто услышит, подумает, что мы закончили съёмки, ха-ха.
— Точно! Вернёмся — и сразу в ад. Два дня отдыха — и обратно в монтаж и подготовку к следующему этапу. Конец года ведь!
— Эх… Похоже, декабрь проведём на награждениях и корпоративах.
— Не только мы — во всём мире одно и то же. В кино тоже аврал. PD Юн, кажется, готовит пилотный эфир?
— Да хоть что, лишь бы домой!
Радость чувствовалась у всех — и у PD Юн Бён Сона, и у сценаристов, и у команды.
Правда, в голове у них уже вертелись планы монтажа, так что ликование было вполсилы.
— Кстати, — вдруг вспомнил кто-то, — мы же так и не связались с тем журналистом, что написал статью о нас в местной газете.
— Придётся позвонить, когда вернёмся. Хотя бы голосовое сообщение оставить.
Тут разговор плавно повернул к Кан У Джину.
— А почему У Джин остался в ЛА? Он ведь не сел в самолёт?
PD Юн, не отрываясь от телефона, ответил:
— Да. По словам директора Чхве, у него остались дела. Какие — не сказал.
— Дела? Может, решил день для отдыха взять, осмотреть ЛА?
— Похоже на то.
— Ну, пусть развеется. Всё равно, как вернётся — снова завал: новые проекты, фестивали, награды… Кстати, Хе Ён ведь летит с нами?
— Да, у неё свой график.
Главная сценаристка усмехнулась:
— А может, у У Джина встреча с кем-нибудь из Голливуда?
— Эй, да ну. У Джин, конечно, звезда, но Голливуд — это перебор.
— У него и так съёмок полно.
— Верно, плюс реклама, YouTube, всё подряд.
— Хотя… если представить, что он действительно пошёл на кастинг в Голливуде!
— Ха-ха! Зная его, даже если прошёл бы, сказал бы: «Не подходит, посмотрим в другой раз».
— В точку. Это же У Джин.
Впереди, где сидели актёры, разговор подслушал Ан Чон Хак. Он приподнял маску для сна:
— Хе Ён, а ты не знаешь, зачем он остался?
Хон Хе Ён пожала плечами:
— Без понятия.
— Голливудский кастинг, что ли?
— Сомневаюсь.
— Вы ведь в одном агентстве?
— Формально — да. Но почти не пересекаемся.
— Понятно.
Ан Чон Хак лишь кивнул и закрыл глаза, а Хе Ён, взглянув в окно, тихо подумала:
«Что он там скрывает?.. Или действительно что-то важное?»
На самом деле она ничего не знала — директор Чхве всё держал в секрете.
Рядом сидела Хва Рин в очках и тоже задумчиво смотрела в окно:
«Можно было бы и мне остаться на день… Неделя пролетела слишком быстро. Какое счастье было видеть его каждое утро…»
Ха Кан Су, ковыряясь в телефоне, вдруг сказал:
— Эй, а ведь У Джин вроде учился за границей. Может, решил прогуляться по знакомым местам.
Эта версия показалась всем самой правдоподобной. Даже Хе Ён внутренне согласилась.
«Может, и правда… ЛА ведь — центр кино, логично, если он что-то хочет там посмотреть. А Голливуд… звучит слишком внезапно.»
Самолёт плавно пошёл на взлёт.
Тем временем, в студии «Last Kill 3», где ещё недавно гремели удары, воцарилась тишина.
— ……
— ……
Режиссёр Джордж Мендес, похожий на Санту, его команда, кастинг-директор Меган Стоун, продюсер Джозеф Фелтон — все безмолвно смотрели на мужчину в центре площадки.
На Кан У Джина в строгом костюме.
На мониторе его лицо было абсолютно спокойным.
А вокруг — шёпот, растерянные взгляды.
— Ч-что он только что сказал?
— Мне не послышалось? Он отказался?
— Он сказал «трудно», верно?
— Да, именно «трудно». И ещё: «в другой раз».
— В другой раз?! Он только что получил роль в Голливуде — и говорит «в другой раз»?!
— Может, ослышался?
— Нет, его английский был идеальный.
— Это… впервые вижу, чтобы кто-то отказался от роли сразу после теста.
Режиссёр Мендес, всё ещё ошарашенный, переспросил:
— Вы… точно поняли, что я сказал?
Кан У Джин ответил ровно, по-английски, низким голосом:
— Да, режиссёр. Вы сказали, что съёмки начнутся в июне, а персонаж, на которого я пробовался, появится в августе.
— Верно. Но подготовка по боевым сценам стартует в апреле, и я хотел бы, чтобы вы присоединились уже тогда…
— И вы сказали, что роль идеально мне подходит.
— Именно. Роль не главная, но значимая. Мы обычно проводим вторые и третьи тесты, но в вашем случае решение принято сразу. Это окончательно. Вы понимаете?
— Да, и для меня это честь.
— Но вы сказали, что это будет трудно?
— Так и есть. Прошу прощения.
Мендес нахмурился, переглянувшись с продюсерами.
А продюсер Джозеф, не выдержав, сдерживая смех, произнёс:
— Мистер Кан, я Джозеф Фелтон, продюсер Last Kill 3. Работаю в Голливуде десятки лет, но впервые слышу подобный ответ. Можно узнать, почему для вас это трудно?
У Джин взглянул на гиганта перед собой.
«Он огромный. Рука как лопата. Если даст пощёчину — голова отлетит…» — мелькнуло в голове.
Он чуть понизил голос:
— По времени не совпадает.
— …В смысле, расписание?
— Да.
— Значит, вы отказываетесь из-за расписания?
— Верно. У меня уже есть другие проекты.
— В Корее?
— Да.
— И всё расписано до конца следующего года?
— Часть контрактов подписана, часть — просто устные договорённости.
Режиссёр вмешался снова:
— Но… ведь обещания можно скорректировать. Вы действительно отказываетесь? Даже от такого шанса?
Джозеф кивнул:
— Да, в таких случаях график всегда двигают. Это же Голливуд, мистер Кан.
Ответ У Джина прозвучал холодно и чётко:
— У меня есть обязательства.
Джозеф невольно усмехнулся:
— Обязательства, понятно. Уважаю.
А внутри У Джин был удивительно спокоен.
«Жаль, конечно… но ничего. Не подходит — и ладно.»
Он уже удовлетворил своё чувство соревнования, превзошёл китайских актёров, добился признания режиссёра. Этого было достаточно.
«Теперь можно возвращаться и выспаться.»
Никакого волнения.
Он просто оценивал: Голливуд — впечатляюще, но не страшно.
Техника та же, размах больше, оборудование дороже — и всё.
«Я и тут смогу. Даже проще, чем дома.»
Он не замечал, что в нём укрепилось нечто большее — уверенность, достоинство, внутренняя сила, которая позволяла смотреть на Голливуд без страха.
«Если когда-нибудь вернусь, справлюсь ещё лучше.»
Поэтому отказ дался легко.
— …Понимаю, — наконец сказал Мендес, тяжело вздохнув. — Жаль, но вы отлично справились.
— Благодарю.
— Можете быть свободны.
Так закончился, пожалуй, самый странный кастинг Голливуда: актёр, который прошёл — и сам отказался.
— Этот тест не должен покидать стены студии, — добавил режиссёр. — Ни слова прессе.
— Понимаю.
У Джин поклонился и вышел.
Но прежде, чем уйти, его остановил Гэри Пэк, постановщик боёв.
— Мистер Кан, вы ведёте соцсети?
— Да.
— Ваши движения сегодня впечатлили. Хочу посмотреть ваши корейские работы. Надеюсь, когда-нибудь встретимся снова на съёмках.
— Благодарю, буду рад.
Память о нём уже отпечаталась в сознании человека, которого уважали даже звёзды Голливуда.
Через некоторое время.
Кан У Джин вышел из здания, отряхнул костюм и выдохнул:
«Фух… Конец этому безумию.»
В зале ожидания остался только Чхве Сон Гон, сияющий от нетерпения.
— Ну?! Как прошло?!
У Джин спокойно пересказал всё. Чхве слушал — и глаза его всё шире. Когда тот дошёл до слов «в другой раз», Чхве не выдержал и расхохотался:
— Ха-ха-ха! «В другой раз»?! Ты что, лотерею проиграл? Да ты, наверное, первый в истории, кто отказался от роли в Голливуде!
— Правда?
— Чёрт, смешно. Но всё правильно. Не единственный шанс в жизни. И всё равно приятно знать, что ты уделал этих китайцев.
— А, ещё сказали держать это в секрете.
— Знаю. Пока ты дрался, ко мне подошли с договором о неразглашении. Жаль, конечно, что нельзя рассказать — новость бы прогремела.
Чхве посмотрел на часы:
— До вылета время есть. Пойдём пообедаем и заглянем в пару студий рядом.
Они вышли на улицу.
Воздух пах солнцем и морем, вокруг сновали туристы.
И вдруг сзади раздалось:
— Мистер Кан У Джин!
Они обернулись.
К ним подходила группа людей во главе с тем самым продюсером-гигантом Джозефом Фелтоном.
— Мы уже встречались наверху, — сказал он, улыбаясь и протягивая визитку. — Джозеф Фелтон, продюсер “Last Kill 3”.