Колдовство

— Вы хотите сказать, что это сделал кто-то с аспектом колдовства? — Профессор вспомнила великую Огнемолот и её способность метать огонь.

— Я не про Аспекты. Я говорю об истинном колдовстве... — Юлиус понизил голос до едва различимого шёпота.

— Что? — Нобл не поверила своим ушам. Он серьёзно? — Вы не про те вебтуны, где парень в остроконечной шляпе и с волшебной палочкой?

Юлиус не сдержал смешка. — Нет, не про такое колдовство. Скажите, что ваша студентка сделала, чтобы получить это Воспоминание?

Вопрос был сформулирован странно. Разве не следовало спросить, какое существо Катфайн убила? Но она не убивала кошмарное существо, и Юлиус каким-то образом это знал.

— Спящая Катфайн сказала, что шла по песку, и что-то хрустнуло у неё под ногами. Затем Заклятие сообщило, что она получила Воспоминание. Об убийстве не было ни слова.

— Это лишь подтверждает мои первоначальные предположения. — Юлиус надул щёки. — Думаю, мы обсудили здесь всё, что могли. Уборщик, похоже, очень хочет закончить с нашим столом.

Скосив глаза в сторону, Нобл подтвердила наблюдение — крошечный робот с тряпкой тихо жужжал у края стола, — но у неё сложилось впечатление, что Юлиус скорее хотел уединения, чем беспокоился о незавершённой уборке.

— Ах да, как нелюбезно с нашей стороны! Нам правда пора! — Она извиняюще улыбнулась и встала из-за лакированного стола.

Собрав бумаги, они направились обратно к кабинету Юлиуса. Когда они остались более или менее одни, старик наконец высказал то, что было у него на уме.

— Колдовство в вебтунах — повод для вещей, которые иначе были бы невозможны. Полагаю, это одно определение слова. Но есть и другое значение, более близкое к тому, что я имею в виду. Я говорю о чём-то, что расширяет науку за пределы известных границ. Нечто, что манипулирует самой тканью чьего-либо бытия. — Благоговейный тон Юлиуса настроил Нобл на серьёзный лад.

— То есть вы думаете, что кто-то способный манипулировать подобным образом — колдун — создал это Воспоминание? — Нобл с трудом усваивала эту информацию. Хотя не понимала, почему ей так сложно. Ничто другое в Заклятии или Царстве Снов не подчинялось привычной логике. С чего бы этому быть исключением?

— Я не думаю, что они создали Воспоминание, но именно они его изменили. И не слишком умело, судя по всему, иначе вы бы вообще не заметили изменений. — Юлиус взглянул на бумаги в руках, покусывая губу.

— Тогда как Кэт могло оно достаться? — Нобл не собиралась позволять замешательству насчёт колдовства мешать более логичным вопросам.

Старик пожал плечами. — Это не первое Воспоминание, существующее вне человека. Раз она была в кошмаре, возможно, колдун тогда ещё был жив. Может, он обронил его или оставил для нового владельца. Или... и это как минимум столь же вероятно... колдун погиб, пока Воспоминание было призвано, и наложенные руны не позволили ему разрушиться вместе с хозяином. Что означает — ваша студентка смогла поглотить его, наступив на него.

— Весьма смелая теория... — Нобл задалась вопросом, основывалась ли история на прошлых исследованиях Царства Снов или была целиком плодом воображения Юлиуса.

Учитель постучал пальцем по носу. — Да, ну, вы дали мне не так уж много материала, знаете ли. Полагаю, мне не удастся поговорить с этой студенткой и узнать её версию событий?

Нобл поджала губы. — Я свяжусь с ней, но не уверена, что она захочет заново переживать свой кошмар, рассказывая о нём...

— Мало кто хочет. Для некоторых кошмары — вещь даже более личная, чем их Недостаток. — Юлиус вздохнул. Он мог посочувствовать и подтвердить, что травма вполне реальна, но в то же время сожалел об информации, которая терялась в результате. — Как бы то ни было, я просмотрю то, что у меня есть, и посмотрю, что можно с этим сделать. Вы предпочитаете, чтобы я отправил на ваш коммуникатор или принёс распечатку?

— Если ничего конкретного — коммуникатор подойдёт. Более сочную информацию я по-прежнему предпочитаю на бумаге. — Нобл сделала вид, что не замечает усмешки Юлиуса.

— Всё ещё параноик, как я вижу...

На этот счёт Нобл не извинялась. — Если бы вы видели некоторые из тех вещей, что видела я за эти годы, вы бы тоже были параноиком. Отец учил меня всегда быть осторожной.

Они дошли до кабинета старика и остановились у двери.

— Капля осторожности стоит тонны сожалений. — Юлиус мудро кивнул, а затем расплылся в улыбке. Он мягко похлопал женщину по руке. — Я свяжусь с вами, как только смогу. Возможно, у меня даже найдётся книга-другая для вас — ближе к вечеру или завтра.

— Не спешите. У меня всё равно встреча позже сегодня. Завтра — самое раннее, когда я смогу это просмотреть. — Нобл почтительно склонила голову перед коллегой. — Спасибо... за всё.

Юлиус прижал руку к груди. — Ну разумеется! Всегда рад помочь студенту. Это касается и бывших студентов тоже.

Развернувшись, Нобл направилась по коридору в сторону, противоположную своей аудитории. Преданный учитель подал ей идею. Хотя интуиция подсказывала не слишком углубляться в изучение Воспоминания через собственный коммуникатор, было место, где можно поработать с исследованиями на общедоступном устройстве.

Библиотека Академии.

Проходя между зданиями, Нобл наслаждалась мягким ветром на коже. Хотя пребывание на открытом воздухе слегка нервировало вечно парящую Пробуждённую, она всё же могла наслаждаться солнцем и отфильтрованным воздухом. Это напоминало о более простых временах.

Когда её знания о Заклятии ограничивались вебтунами. До того как Врата пятой категории открылись и уничтожили её дом, её континент и привычную жизнь.

Но это было в прошлом, и прошло достаточно времени, чтобы вспоминать о нём с теплотой. Это были счастливые дни.

Через четверть часа Нобл наконец добралась до квадратного алебастрового здания. Оно было облицовано тем же гладким, безупречным сплавом, что и остальные корпуса Академии. Ставни больших окон были распахнуты настежь, впуская как можно больше естественного света, но при этом готовые захлопнуться в любую секунду.

Автоматическая дверь с шелестом впустила Пробуждённую профессора, и Нобл окутал запах синтетической бумаги. Вернее, то, как настоящая бумага должна была бы пахнуть.

Какая-то преданная душа нашла способ воспроизвести запах старых книг и пустила его по вентиляции библиотеки. Немногие могли оценить этот штрих, но он придавал зданию более приветливую атмосферу.

Повсюду стеллажи с книгами тянулись к высокому потолку и уходили к дальним стенам. Тысячи и тысячи томов — одни актуальные, другие считавшиеся древними. Столы между стеллажами давали Спящим, Пробуждённым и даже нескольким обычным людям место для изучения того, что хранилось на этих страницах.

Немало студентов пользовались терминалами — и для заметок, и для доступа к информации. Она бросила взгляд в сторону и заметила одинокого студента, делающего записи от руки.

«Родственная душа». Нобл улыбнулась ему, когда он поднял глаза. Странные солнцезащитные очки скрывали его туманные глаза. Профессор узнала в нём того, кто посещал её занятия пару лет назад. «И умный парень к тому же».

— Привет, Дейн, — прошептала профессор, проходя мимо.

— Профессор Нобл. — Молодой человек кивнул ей, а затем вернулся к странице. Он был явно поглощён работой, и Нобл не стала ему мешать.

Сделав ещё один глубокий вдох, Нобл насладилась мгновением тишины. Не будь она профессором, Пробуждённая с лёгкостью могла бы стать библиотекарем.

В том, что столько приключений находится на расстоянии вытянутой руки, было что-то умиротворяющее. Но момент прошёл быстро, и Нобл подплыла к справочной стойке и двум ожидающим там людям.

Один из них пренебрёг стулом и сидел на самой стойке, погружённый в книгу. Короткие тёмные волосы молодого человека падали вперёд, а два карих глаза сосредоточенно впились в страницу. Изящная рука закрывала часть заголовка, но Нобл разобрала слова «Страж» и «Ринли».

«Я знаю эту книгу!» Нобл улыбнулась. «Хороший выбор».

Второй был высоким и статным, в сером жилете поверх рубашки на пуговицах. Многие дамы в библиотеке украдкой бросали на него взгляды, но библиотекарь делал вид, что не замечает внимания.

Вместо этого он смотрел профессору прямо в глаза с дружелюбной усмешкой. — Привет, Нобл, — сказал он. — Чему обязан удовольствием?

— Чему ещё, Никель? — Нобл зловеще хмыкнула. — Я пришла тебя допросить.