Глава 4.0

Мне доводилось получать травмы самыми разными способами, ещё до того, как я оказался на Персефоне-4. Мне выбили зуб, когда кто-то ударил меня по лицу сломанной тубой. Мне поджигали волосы фейерверками. У меня шрамы на руках и ногах с тех пор, как я прыгнул на брезент, приняв его за твёрдую крышу. Хотя, справедливости ради, если бы банда, которая преследовала меня в тот момент, поймала меня, я бы, вероятно, умер, а не отделался шрамами.

Дело в том, что у меня много историй о том, как я получал травмы. Но я не думал, что когда-нибудь добавлю в этот список историю о том, как меня выбросило из комнаты взорвавшимися батареями.

Скафандр защитил меня от худшего. Возможно, он спас мне жизнь, но я всё равно ударился о стену и упал на пол, оглушённый, с крошечными призрачными огоньками в глазах. Я лежал там, оглушённый. Я знал, что мне нужно двигаться, но не мог сообразить, как именно это делается. Где-то рядом мерцал свет. Я подумал, что это какой-то аварийный сигнал.

«Дайте человеку огонь, и он не будет мёрзнуть всю ночь. Подожгите человека, и он не будет мёрзнуть всю оставшуюся жизнь»

В динамиках послышался смех Сайруса. А затем я понял, что происходит. Бинты, которые я накинул, чтобы согреться, загорелись. Это было плохо, потому что я всё ещё был в них.

Когда я это понял, костюм, похоже, тоже это почувствовал.

«Обнаружен огонь. Включаю режим переката»

«О нет», — сказал я, и тут весь мой мир превратился в блендер: костюм начал вращаться, словно меня поймал невидимый крокодил, который пытался выкрутить мне конечности.

Не знаю, как долго он меня перекатывал, но огонь в конце концов погас. Знаю только, что два сотрясения мозга за один день, сопровождавшиеся резким вращением, привели к тому, чего я боялся с того дня, как впервые надел спасательный костюм. Меня вырвало.

Это было одновременно и лучше, и хуже, чем я ожидал. Лучше в том смысле, что рвота не разлетелась на экран перед моим лицом и не стекала по груди. Хуже в том, что трубочка, которой я раньше ел, влетела мне в рот, скатилась в горло и со звуком, похожим на слабый пылесос, всосала рвоту, прежде чем она успела коснуться моего языка.

Потом она выскользнула обратно изо рта, и я просто сидел там минуту, давясь и пытаясь сдержать слёзы.

«Евклид? Ты в порядке?» — спросила ИИ.

«Нет. Нет, не в порядке», — ответил я.

Сайрус смеялся до тех пор, пока не закончился воздух в лёгких.

Казалось бы, худшая часть моего дня уже позади, но всё стало ещё хуже, когда я взглянул на аккумуляторы корабля. Вернее, на то, что от них осталось. ИИ провела анализ и определила, что из-за моего костюма произошёл огромный скачок напряжения, который перегрузил аккумуляторы и привёл к взрыву. Наиболее вероятной причиной было то, что это был какой-то сбой в программе костюма или что-то пошло не так из-за полученных от нано повреждений.

Повреждения корабля не были непоправимыми. Честно говоря, учитывая то, что могло произойти, они были не так уж и серьёзны. Проблема заключалась в поиске сменных аккумуляторов. Найти что-то, способное выдержать необходимую для взлёта мощность, было бы само по себе непросто, но настоящая проблема заключалась в поиске аккумуляторов достаточной мощности и при этом достаточно маленьких по размеру, чтобы поместиться в относительно небольшом корабле, который мы с ИИ собрали. Нам потребовалось почти шесть месяцев поисков, чтобы найти этот комплект, и нам невероятно повезло, что нам это вообще удалось.

«Рядом были небольшие корабли, способные летать со скоростью света. Если повезёт, они, возможно, их можно будет использовать», — прошептал голос Сайруса в моей голове.

Сложно было не фыркнуть от презрения при одной мысли о таком везении.

«ИИ, проведи сканирование. Посмотрим, найдёшь ли ты корабли, до которых я смогу добраться, и у которых может быть ещё один комплект батарей»

«А как насчёт корабля в гнезде нано? Он выглядел практически целым», — спросил Сайрус. Я покачал головой, уже зная, что скажет ИИ.

«Этот корабль в хорошем состоянии, но он не способен к космическим путешествиям. Скорее всего, он был предназначен максимум для межконтинентальных перелётов. И это при условии, что наноботы не съели внутренние части корабля, чтобы создать себе подобных».

«Чёрт. Что ж, я тоже проведу сканирование, может, найду что-нибудь полезное»

«Ты слишком бодр для человека, которому, возможно, только что вынесли смертный приговор»

«За всю свою жизнь я ещё ни разу не умирал. Не вижу причин не верить в эту статистику и дальше»

«Звучит как бред»

«Но уж точно не как отчаяние. Тебе стоит поспать, парень»

Я хотел с ним поспорить, но усталость была сильнее меня.

«Да, как скажешь», — пробормотал я, выбираясь из бесполезного теперь корабля. Путешествие по недрам «Ариэли» к месту, где я устроился, всегда было изнурительным. Из-за раскалывающейся головы, всё ещё крутящего желудка и повреждений скафандра оно казалось ещё более долгим и ужасным, чем когда-либо.

В комнату, которую я обустроил для себя было сложно попасть. В этом была одновременно и баг и фича. С одной стороны, сложность добраться до комнаты была одной из причин, по которой я её выбрал. Если какое-нибудь животное проберётся на корабль и начнёт искать аппетитного Евклида, у ИИ будет достаточно времени, чтобы проснуться и предупредить меня. Но теперь мне приходится проделывать весь путь самому. Это требовало многократного перехода между разными уровнями «Ариэли». После крушения некоторые части корабля стали совершенно непроходимыми. То, что раньше было жилым блоком для экипажа превратилось в небольшой люк на потолке, добраться до которого без использования усиливающих дальность прыжка способностей моего костюма было почти невозможно.

Но самое худшее было внутри жилого блока. Сколько бы раз я ни заходил сюда, я так и не привык к телам.

К моменту крушения команда «Ариэли» почти вся спала. Некоторые из них уже были в коридорах, в основном в своих комнатах, и я знал, что они там. Мне пришлось проверить многих, прежде чем я нашёл пустую комнату. Холод более-менее сохранил тела. Теперь они были опухшими и бледно-зелёными или фиолетовыми. В конце концов, я отвернулся от них, чтобы дойти до своей комнаты прочь от их остекленевших взглядов. Мне регулярно снились кошмары о том, как замёрзшие посиневшие пальцы рвут дверь моей комнаты, и как внутрь вламываются мертвецы.

Один из способов избежать этого и других кошмаров, который я нашёл, заключался в том, чтобы довести себя до такого изнеможения, что даже мой мозг был слишком измотан, чтобы представлять себе ужасные варианты конца моей жизни. Поэтому, заползая в крошечную каюту, которую я объявил своей, я имел наглость думать, что единственное хорошее, что сегодня случится, – это то, что я смогу хорошо выспаться ночью без сновидений.

Но Вселенная, должно быть, услышала меня, и у неё было извращённое чувство юмора.

***

Я обнаружил, что брожу по коридорам корабля, настолько знакомого, что реальность обжигала. Прямо как воздух – он действительно застревал во мне, то, как он скользил по моей коже, а не обдувал лицо с каждым вдохом, было невыносимым Говорят, сны не могут причинить боль, потому что они нереальны. Это неправда. Иначе они бы не приносили столько страданий.

Я шёл по коридорам размеренным шагом призрака, ищущего жертву. Я знал, куда иду, и если бы я хоть немного контролировал свои ноги, то с криками бросился бы в другую сторону. Но запахи огня и масла усиливались по мере того, как какая-то садистская подсознательная сила тащила меня вперёд. Для меня табличка над дверью означала «оставь надежду всяк сюда входящий», а не просто «инженерный отсек №5».

Ругательства – громкие, выразительные и изобретательные – эхом доносились из этих дверей. Этот звук ощущался как возвращение домой. Они не могли бы ранить сильнее, даже если бы были достаточно громкими, чтобы разорвать барабанные перепонки.

В этом огромном помещении, где хранилось всё – от самолётов и космических кораблей до вездеходов-амфибий, – один человек неустанно трудился, чтобы всё это работало изо дня в день. Я видел его с другого конца комнаты, его лысина сияла в свете огромного двигателя в центре комнаты. Чёрная полоса тянулась от лба до макушки – результат нервного жеста, который он взял в привычку, когда у него ещё были волосы.

Он был почти такого же роста, каким был в ширину, но, если не считать живота, немного свисавшего над поясом из-за злоупотребления пивом, мужчина был твёрд, как кувалда. Мышцы на плечах и шее напряглись, растягивая ткань потёртой рубашки, которая когда-то была загорелой, а теперь была покрыта десятками пятен практически всех цветов – от грязно-коричневого до масляно-чёрного.

Я не видел, над чем он трудился, но напряжение в плечах и капли пота, стекающие по голове и пачкающие рубашку, говорили о прилагаемых им усилиях. Приближаясь, я услышал, как что-то щёлкнуло, и всё напряжение покинуло мужчину. Он откинулся на спинку кресла на колёсах и сгорбился, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони.

«Так ты опять всё испортил, да?» — спросил он, повернувшись ко мне спиной.

«Конечно. Я всегда всё порчу», — услышал я свой голос. Старик устало покачал головой. Я представил себе отвращение на его лице, его широкие, плоские черты, сморщенные временем, серые глаза, закатившиеся от раздражения. Я вздрогнул, когда он развернулся на стуле ко мне.

С его большой густой бородой и улыбкой на лице он был похож на Санта-Клауса. Его глаза сверкали, когда он положил мне на плечо засаленную варежку. Он слегка встряхнул меня, пока я не посмотрел ему в глаза.

«Значит, ты молодец, парень. Значит - ты продолжаешь пытаться. Это всё, что имеет значение»

Его тон был серьёзным. Искренним. Он должен был смыть паутину неуверенности в себе и ненависти, заполонившую мою голову. Вместо этого он лишь разжёг её.

«Это всё, что имеет значение?» Я услышал свой плевок в ответ, воспоминание было острым и ясным, как разбитое стекло. «Это не главное. Важно лишь, сработало или нет. Так же, как не сработало в прошлый раз, и так же, как не сработало в предыдущий. Это всё, что я делаю, это всё, что я есть. Я — неудачник, и всё что я делаю — ошибаюсь!»

Я повернулся и ушёл. Я слышал, как Рип позади меня зовёт меня по имени. Голос сначала был мягким, затем жёстким и властным. Ни то, ни другое не заставило меня обернуться. Я просто ушёл в темноту.

***

«Евклид? Мои датчики показывают, что ты не спишь, и уже какое-то время», — раздался голос ИИ прямо над ухом. Мне хотелось сказать ей, что её датчики лгут. Мне хотелось послать её к чёрту, чтобы она оставила меня лежать здесь, пока я не умру. Вместо этого я сдержался и сел. В конце концов, она просто хотела помочь.

«Да, я не сплю», — сказал я. «Дай мне поесть, прежде чем мы начнём обсуждать наши дальнейшие действия, хорошо?»

«Без проблем. Время сейчас не имеет особого значения»

Я встал и потянулся. Костюм помог, подтолкнув моё тело немного дальше, чем я хотел. Иногда я думал, что он даст сбой и порвёт меня пополам, но, видимо, не сегодня. Чёрт возьми, я почти хотел этого.

Начав двигаться, я пополз по кораблю в сторону кафетерия. Пока я шёл, трубка костюма тыкалась мне в лицо, пока я не позволил ей прополоскать рот. У жидкости был странный привкус, и я подозревал, что костюм использует одну и ту же, пропуская её через фильтр каждое утро, но я не собирался выяснять правду. Я предпочитал верить, что в костюме просто где-то спрятан бесконечный запас чистой воды.

В кафетерии у меня было не так много вариантов. На самом деле, их было всего два. Оба варианта были упакованы в термоусадочную плёнку, которую я не мог есть. Я подносил пакеты к нагрудной части костюма, и он измельчал и поглощал брусок, а затем, как вы уже догадались, кормил меня содержимым через трубку. У меня было два варианта: «Шоколад» и «Ваниль», хотя правильнее было бы их назвать «почти съедобная, слегка шоколадная, грибная крошка» и «почти несъедобная и совершенно безвкусная грибная крошка». Наверное, эти названия не очень хорошо смотрелись на упаковке. Единственным положительным моментом было то, что, по подсчётам ИИ, при моём нынешнем уровне потребления этой дряни — запасов хватило бы на тридцать два года. Но я не думал, что дотяну до конца этого срока, если придётся питаться ванильными пакетиками.

Но, признаюсь, мне стало немного легче, когда я съел немного этой каши. Хотя я бы отдал всё за что-нибудь с кофеином. С ним всё было бы гораздо терпимее.

Я знал, где ИИ захочет поговорить со мной. Это была одна из немногих комнат на всём корабле, которая более-менее нормально функционировала. Когда корабль был цел, она служила командным центром. Экраны покрывали стены вместе с блоками управления, но в центре комнаты находилась главная достопримечательность.

Посередине комнаты стоял широкий стол с голографическим экраном. ИИ могла проецировать себя в любую точку корабля, где работал проектор, но она не могла проецировать ничего, кроме гуманоидов, и и не более одного объекта одновременно. Я спросил, почему так, и она сказала что-то о программных ограничениях для предотвращения захвата корабля с помощью обманных голограмм.

Стол с голографическим покрытием также мог отображать практически всё на своей поверхности. Мы много раз использовали его для планирования. Она показывала мне внутреннюю планировку кораблей, прежде чем я отправлялся на их поиски, рельеф местности по пути к местам сбора, чтобы я мог избегать особо опасных участков, она даже использовала его, чтобы показать мне расположение хижин в деревне йети.

Теперь она снова стояла рядом с ним в своём нелепом платье, с серьёзным выражением лица. Сайрус помахал мне с большого экрана в глубине комнаты. Я не видел сквозь его шлем, но его взмах рукой вызвал у меня ощущение весёлой улыбки.

«Евклид, нам нужно кое-что обсудить»

«Без шуток?», — сказал я, чувствуя себя несколько сбитым с толку. «Полагаю, вы двое вчера вечером придумали несколько рабочих вариантов»

«Конечно!» — ответил Сайрус, его голос буквально звенел от радости.

«Да», — сказала ИИ, её почти бесстрастный тон стал гораздо серьёзнее. «У нас есть два варианта. Сайрус, ты первый?»

Что-то в её тоне заставило меня нервничать. Я никогда раньше не слышал от неё такого.

«Конечно! Евклид, я нашёл другой комплект аккумуляторов, совместимый с твоим кораблём, и источник питания для этих аккумуляторов, если им потребуется зарядка. И, что самое главное, они находятся в одном месте».

У меня отвисла челюсть.

«Что? Ты серьёзно? Как ты это нашёл?»

«Я очень хорош в своём деле. К тому же, я кружусь над планетой, так что могу охватить гораздо большую территорию, чем вы двое»

«Потрясающе, Сайрус. Где эти батареи?»

«Ну... Как бы сказать...» — Сайрус уклонился от прямого ответа.

«В этом-то и проблема», — вмешалась ИИ. Она махнула рукой в сторону стола, и на нём появилась знакомая карта местности вокруг корабля. Она уменьшалась, пока я не увидел область примерно в шестьдесят миль в каждом направлении. «До сих пор мы ограничивали сбор ресурсов этой областью»

«Потому что это то, насколько далеко я могу добраться на воздушном мотоцикле и успеть вернуться до наступления темноты, имея несколько часов на осмотр интересующего нас места» — сказал я, кивнув.

«Верно. Так я и сказала Сайрусу»

«Но это сильно ограничивает твои возможности. Корабли падали по всей Персефоне, а не только в твоём районе»

«Это также существенно минимизировало риски» — возразила ИИ ровным голосом.

«Без риска не получить хороших результатов» — ответил Сайрус.

«Да, но вот только ты тут ничем не рискуешь» — перебил я.

«Неправда! Я рискую всем, полагаясь на тебя, малыш. Если ты не справишься — мне конец»

С этим было трудно спорить. На планете не так уж много людей, с которыми он мог бы связаться. Сайрус принял моё молчание за согласие и продолжил:

«Значит, всё, что тебе нужно сделать, это немного выйти из зоны комфорта и…»

«Шестьсот тридцать восемь миль, если быть точным»

«Верно. Всего один прыжок, один рывок, — сказал Сайрус, — и бац! У тебя есть все необходимые ресурсы»

«Шестьсот?!» — спросил я, недоверчиво шагнув назад.

«Шестьсот. И ещё тридцать восемь»

«Этого можно было не уточнять, ИИ», — смутился Сайрус.

«Точность — это важно»

«Я не могу зайти так далеко!» — сказал я.

«Конечно, можешь. Ты будешь в порядке», — сказал Сайрус, словно обращаясь к ребёнку, который боялся выйти из зоны комфорта.

«Со мной всё будет хорошо, только если с мотоциклом ничего не случится, меня никто не съест, и я не замёрзну насмерть посреди ночи!»

«Пока ничего подобного не случалось!»

«С мотоциклом было несколько проблем», — спокойно вставила ИИ. Я махнул рукой в её сторону в знак согласия.

«Да? Серьёзные?»

«Мы ремонтировали его всего лишь каких-то триста семьдесят девять раз!»

«И даже так, он всё ещё на ходу, так что ты сможешь починить его снова», — ответил Сайрус. «Ты будешь в порядке. А раз ты будешь в порядке, то и я буду в порядке. Сплошная выгода!»

Я прижал ладони к глазам жалея о том, что на корабле нет кофе.

«Ладно, назовём это «планом Б». ИИ, у тебя наверняка есть что-то получше»

Я ожидал, что она ответит быстро. Но ответа не последовало. Её голограмма словно замерла на мгновение. Я подумал, что это какой-то сбой, но раньше я никогда не видел у неё подобного. Наконец она сказала:

«Предлагаемый мной план значительно снизит для вас прямой риск. Он позволит нам оставаться в пределах того, что мы ранее считали безопасным. И нам не придётся привлекать новые ресурсы для решения проблемы»

«Почему мне кажется, что здесь есть подвох?»

«Потому что он есть. Эй, расскажи ему, в чём подвох», — сказал Сайрус. Снова повисла тишина.

«Вместо того, чтобы собирать всю необходимую энергию сразу, мы будем получать её из множества более мелких источников. Наши аккумуляторы можно починить, хотя это займёт время».

«Сколько времени?»

«По моим оценкам, примерно шесть месяцев».

«Шесть месяцев?!»

«В смысле, для починки», — вставил Сайрус своим радостным тоном. «Скажи ему, сколько времени займёт получение энергии для них».

Я обратил свой взгляд на ИИ.

«Сколько месяцев я потеряю после этих шести?»

«Чтобы собрать достаточно энергии для корабля, понадобится от трёх до пяти лет»

«Лет. Подожди, ты сказала «лет»?!! И это все варианты, которые у меня есть?» — спросил я. Если бы я мог схватить себя за волосы, я бы их вырвал. Я села на один из стульев, прикрученных к полу перед рабочим местом, и минуту просто смотрела в пол.

Смогу ли я прожить здесь ещё от трёх до пяти лет? Всегда существовала вероятность, что мне придётся провести на этой планете очень много времени, но дела пошли в гору и, казалось, что побег для нас с ИИ уже не за горами. Теперь же в этом плане словно образовалась трещина, поглотившая эту надежду.

А ещё был Сайрус. Он не мог сидеть здесь три-пять лет. Он умрёт намного раньше. Я едва справлялся с этим дерьмом, когда в моих руках была только моя собственная жизнь. Не мог же я добавить к этому жизнь Сайруса, верно? Я был недостаточно умён чтобы справиться со всем сразу. У меня просто нет столько сил.

Я посмотрел на ИИ. Она улыбнулась мне, её лицо было грустным и понимающим. Она знала меня достаточно давно, чтобы буквально читать мои мысли. Она понимала мои чувства и дала мне альтернативный вариант. Я мог просто быть эгоистом. Выбрать более безопасный, долгий путь и сказать Сайрусу: «Извини, чувак. Не повезло тебе возлагать на меня свои надежды». Но я знал правду. Единственная причина, по которой я бы так поступил, — это из страха провалиться во второй раз.

Я хотел бы, чтобы она могла сделать для меня больше, но эта мысль сразу же вылетела из головы. Мне хотелось избить кого-нибудь. Это было несправедливо. Я не должен был принимать это решение. Я не должен рисковать своей жизнью, я не должен нести ответственность за жизнь других людей в такой ситуации.

ТЫ ПЫТАЛСЯ. ЭТО ВСЁ, ЧТО ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЕ.

От этих слов мне хотелось кричать одновременно от ужаса и отчаяния. Здесь не было никого, кто мог бы попытаться за меня. Я был единственным, кто мог это сделать.

«Прости, Сайрус», — сказал я. Он замер, услышав эти слова. Я представил себе его улыбку, которая сейчас медленно сползала с его лица. Я была рада, что он не видел моего выражения лица. «Мне жаль, что тебе приходится полагаться на кого-то вроде меня»

«Слушай, парень…» — начал он, но я не мог вынести того, что он собирался сказать, поэтому встал.

«ИИ, используй информацию Сайруса, чтобы проложить мне курс к кораблю, который он нашёл. Мне нужно будет каждый день проходить как можно большее расстояние, но мне также понадобятся места для укрытия от непогоды»

ИИ снова посмотрела на Сайруса, и я невольно задумался о выражении её лица. Когда она повернулась ко мне, её взгляд был пустым. Она кивнула.

«Хорошо»

«А что ты будешь делать?» — тихо спросил Сайрус.

«Мне нужно починить костюм. Я замёрзну, если попытаюсь совершить такое путешествие не устранив повреждения. Мы нашли детали других костюмов. У меня должно хватить, чтобы заменить внешнюю оболочку»

«Понятно», — сказал он. Я повернулся к двери.

«Знаешь...?»

Я остановился. Я не оглядывался.

«Я…»

Я поднял руку, чтобы прервать его.

«Стой», — сказал я. «Не благодари меня. Я ничего не сделал. Сохрани эти слова до того момента, когда я тебя оттуда вытащу»

Я ушёл прежде, чем он успел ответить.