Глава 26.0
Сегодня в деревне царило оживление: маленькие пушистые создания играли в свежем снегу вокруг «Ариэли», пока их родители занимались делами, готовясь к отбытию. На переезд йети сюда ушло несколько недель, и ещё несколько недель — на обустройство их внутри и вокруг заброшенного космического корабля, но все эти усилия определённо стоили того. «Ариэль» служил задней стеной деревни, и мы использовали части корабля, которые Сайрус разбил вдребезги, в качестве стены. Все ледяные хижины внутри были просто рабочими постройками. Дома йети теперь находились внутри «Ариэли». Так им было теплее и безопаснее. И мне не приходилось делать всё в одиночку.
День был ветреный, и холод проникал сквозь мой костюм, но, если уж на то пошло, это было бодряще. Благодаря ремонту, который мы смогли провести в «Ариэли», внутри было не так уж и холодно. Мы не смогли нагреть его до такой степени, чтобы мне было комфортно без моего спасательного костюма, но для йети такая температура была бы слишком высокой. Нам удалось достичь желаемой ими температуры даже ночью, и этого мне было достаточно.
Я стоял на балконе над ангаром, наблюдая за всем происходящим, когда сзади подошёл Чута. Ящик, который он нёс, весил, наверное, килограммов двести, но он нёс его, как пустую картонную коробку. Я больше не мог называть его маленьким йети. Он резко вырос и теперь соперничал со своим отцом по росту, хотя всё ещё был заметно худее. Я думал, что он скоро поправится, и их будет трудно отличить друг от друга, кроме как по лёгкой улыбке. Когда я познакомился с вождём Гунтой, оказалось, что он большой добряк, но любил делать вид, что силён, чтобы выглядеть надёжным для своего племени. Прежде маленький йети улыбнулся мне и издал серию уханий и фырканий. Мой костюм переводил для меня.
«Стоишь без дела, позволяя нам делать всю работу, да?»
Я усмехнулся в ответ.
«Ты так хочешь от меня избавиться, да? Хочешь, чтобы я поскорее улетел?»
Чута слушал, как костюм переводит мои слова, механически имитируя их фырканье и пыхтение. Затем он фыркнул и покачал головой.
«Если бы. Не знаю, избавимся ли мы когда-нибудь от тебя. Раньше ты говорил только о том, чтобы улететь с этой планеты и ни о чём другом. А сейчас только и слышно: „Спешить некуда“ и „Посмотрим, что будет“. Думаю, тебе просто нравится наша стряпня»
Я не мог удержаться от смеха. Еда йети, может, и была вкуснее, чем протеиновые пакеты, хранящиеся в «Ариэли», но её употребление было глубоким самоистязанием. Я две недели был вынужден есть с ними, пока Чута не сказал, что никто не обидится, если я перестану. Я думал, что они отдают мне самые вкусные порции в знак особого внимания. Оказалось, они знали, что я это ненавижу, и хотели посмотреть, как долго я это выдержу. Юмор йети.
«Дело точно не в этом. Думаю, я скорее полюблю этот пейзаж, чем вашу еду», — сказал я, указывая на бескрайние белые просторы за границей деревни. Я ожидал, что моя шутка вызовет смех, но Чута отложил свою ношу и встал рядом со мной. Вместо того чтобы смотреть на горизонт, он смотрел на своих людей. На моих друзей.
«Может быть и полюбишь», — сказал он. И я не мог не улыбнуться, даже если это было и с толикой грусти.
«Не думаю, что мы сможем остаться здесь навсегда. Это место… Вы все замечательные… просто…»
«Это не твой дом»
«Да»
Мы некоторое время стояли там в тишине. Было комфортно, приятно и больно. Но эта боль не меняла правды. Я не мог жить здесь вечно. Впрочем, из всех болей, которые я пережил в жизни, эта была одной из немногих приятных.
Мы провели несколько минут, глядя вниз на деревню. И на уродливый, бесформенный корабль посреди неё. Корабль, который мы с ИИ строили, перестраивали и снова строили, чтобы увезти нас с Персефоны-4. Когда-нибудь, во всяком случае. Сегодня мы просто собирались совершить пробный полёт, за пределы самой внешней атмосферы. Мы пробудем там некоторое время, проверяя функции корабля и убеждаясь, что ничего не пойдёт не так, когда мы окажемся в вакууме. Мы не улетим сегодня, но если всё пройдёт хорошо, это будет сигналом для всех, что наше время здесь подходит к концу.
«Пошли», — сказал он.
«Да», — согласилась я.
Мы с ним и ещё несколькими йети закончили загружать корабль. Даже с учётом повышенной прочности костюма выживания, я не мог не восхищаться силой этих людей. Они могли нести и поднимать чудовищные грузы весь день, ни разу не уставая. Отчасти это было представление, которое они устраивали друг для друга, а может быть, и для меня. Но в основном это было то, что жизнь на этой планете сделала для создания существ, способных выжить здесь.
«Евклид?» — раздался из костюма голос ИИ. — «Как дела там?»
«Мы будем готовы через несколько минут», — ответил я.
«Идеально».
Она также была готова идеально вовремя. Что впечатляло, потому что ей всё ещё было нелегко двигаться. Она вышла из «Ариэли».
Медленными, размеренными шагами, чему способствовала гладкая, чернильно-черная ткань костюма для выживания, который я нашёл в логове ледяных волков. Когда мы поняли, что этот костюм может помочь ей выжить вне резервуара, мы подумали, что самой большой проблемой будет найти для меня новый костюм. Но возможность летать сотни миль в день настолько расширила зону наших поисков, что поиск нового костюма занял всего несколько недель. Нет, настоящей проблемой было поместить костюм в её резервуар. Но в итоге все получилось. Даже если костюм, который я носил сейчас, пропускал больше холода, чем мне хотелось бы, и не мог летать, это было нормально. Оно того стоило, чтобы увидеть, как ИИ ходит на своих ногах.
Несколько йети остановились, чтобы поговорить с ней, хотя, учитывая их невероятно длинные шаги и её очень размеренные, темп, должно быть, казался им ужасающим. Она постоянно держала шлем своего костюма прозрачным, чтобы йети могли видеть выражение её лица во время разговора. Тёмный материал костюма резко контрастировал со снегом, так же как и её шаги с суетливым движением вокруг. От неё было трудно оторвать взгляд.
Тем не менее, у меня была работа, и я не мог позволить йети сделать всё за меня. Они бы мне этого никогда не простили. Я вернулся к работе, проверяя последние возможные неполадки на корабле. Я трижды проверил, не перегрузятся ли батареи и не взорвутся ли, хотя мы с ИИ были уверены, что в прошлый раз в этом был виноват Сайрус.
Когда ИИ наконец оказалась у подножия трапа, ведущего на корабль, я почувствовал себя готовым. Я спустился к ней и обнаружил, что большая часть деревни собралась там. Они окружили корабль кругом — зрелище, которое раньше меня бы ужаснуло. Теперь мне пришлось использовать шутку, чтобы подавить свои эмоции.
«Создали живую стену, чтобы я не струсил и не убежал обратно на «Ариэль», да?»
«Чута и так слишком долго позволяет вам, людям, портить запах нашего корабля», — сказал Гунта сквозь хихиканье толпы. Чута толкнул отца локтем в бок.
«ВАШ корабль?» — спросила ИИ с притворным возмущением в голосе. Это лишь заставило хихиканье смениться на откровенный смех, когда Гунта отвернулся и сделал вид, что не слышит её.
«Ладно, ладно. Вы все знаете, что это не прощание. Мы вернёмся через несколько дней и будем поддерживать связь по радио»
Я повернулся, чтобы подняться по трапу. Чута окликнул меня и вышел из толпы. Я остановился, он подошёл ближе и что-то вложил мне в руку.
«На удачу», — сказал он. В моей руке был небольшой отполированный предмет, похожий на значок. Это был наноиммунизатор. Возможно, тот самый, который был у него с собой той ночью в пещере, когда он спас меня от других йети. Как оказалось, у них в запасах техники было около тысячи таких штук. Он вырезал на ней что-то на языке йети, но костюм не смог это перевести.
«Что там написано?» — спросил я.
«Удачи»
«Спасибо, Чута»
«Конечно. Привези мне что-нибудь крутое из космоса»
«Это космос. Там буквально ничего нет»
«Это космос. Там есть почти всё», — сказала ИИ. Чута указал на неё и посмотрел на меня с выражением лица, говорящим: «Она права, знаешь ли». Я вскинул руки.
«Не могу поверить, что ты на его стороне, а не на моей», — сказал я с притворной обидой. «Хорошо, я принесу тебе какой-нибудь блестящий камень»
«Ему нравятся блестящие камни», — сказал Гунта из толпы. Раздался ещё один смех, но пора было уходить. Мы поднялись по трапу, и я держался достаточно близко к ИИ, чтобы подхватить её, если она зашатается. После целой жизни в капсуле её мышцы ужасно атрофировались.
Мы переместились в переднюю часть корабля, где находилась кабина пилота, и она с облегчением опустилась в кресло слева. Я сел справа и начал запускать двигатели. Снаружи все йети отступили от корабля, чтобы избежать небольшой снежной бури, которая вот-вот должна была начаться, когда корабль взлетит.
«Всё готово?» — спросила ИИ.
«Да, думаю, всё в порядке», — сказал я.
Вместе мы включили двигатели, и пока она взаимодействовала с корабельным компьютером, я занимался непосредственно пилотированием. Это, безусловно, была самая лёгкая часть. Мне нужно было только направлять нас вверх.
«Всё держится?» — спросил я, когда мы пробились сквозь облака.
«Всё стабильно».
Пролёт сквозь облака занял не так много времени, как я ожидал, и когда это произошло, нас встретило солнце. Оно всё ещё было далеко, не таким ярким, как солнца большинства планет, на которых я бывал, но после столь долгого перерыва, когда я его толком не видел, это уже не имело значения. Рядом со мной я услышал, как ИИахнула. Мне пришлось повернуться, чтобы посмотреть на неё, так как она сидела слева от меня. Улыбка на её лице и удивление в её глазах были невероятны.
Я не мог удержаться и немного полетел над бескрайним морем облаков, наслаждаясь видом. Но вскоре мы решили подняться выше. Я выжал из двигателей маленького корабля всю силу и продолжал движение, пока цвета рассвета не сменились ночной чернотой, и звезды не проглянули сквозь чёрную завесу космоса.
Когда Вселенная открылась нам, мы с ИИ протянули руки. Её рука нашла мою. Или, по крайней мере, на протез руки, который мне сделал костюм. Но это не имело для меня значения. Я всё ещё чувствовал её присутствие. Мы были вместе, и это всё, что мне было нужно.