Ссора с лучшим другом

— У-у-ф!?

Получив сокрушительный удар, я рухнул на пол. Ёити, словно решив уничтожить меня, сел верхом и продолжил молотить кулаками.

— П-перестань, Ёити!

— Юми, помолчи! Сюхэй, тебя я точно не прощу!

— У-уф!? Ч-что ты — у-у-ф!?

Меня снова и снова избивал лучший друг. Давно ли я видел на его лице такую ярость? Нет, пожалуй, впервые с нашей встречи. Вот насколько ужасен был сейчас Ёити. Больно. Невыносимо больно. Наверное, Акари было ещё больнее? Не знаю. Но я не могу вечно терпеть эти удары...!

— Я же сказал, перестань! Симада же скоро умрёт!?

— Поэтому и бью! Ты, как ты посмел...!

— Возьми себя в руки!

— У-у-га!?

Воспользовавшись тем, что он отвлекся, я послал мощный удар в незащищённый живот. Видимо, было очень больно, потому что Ёити, пошатываясь, слез с меня. Я быстро поднялся и запустил кулаком в его красивое лицо.

— Гва-а...

— Что ты понимаешь, Ёити! Что ты знаешь обо мне!

— Сюхэй, как ты посмел...!

Ёити поднялся, с его носа текла кровь. Оуми только суетилась, не в силах помочь. Не обращая ни на что внимания, я нанёс ещё удар.

— Э-эй...!

— Что ты...! Что ты понимаешь о-о...!

...Что, я опять плачу? Не смог защитить подругу детства, сам скоро умру. Как выместить эту досаду? Что делать с этими чувствами — не знаю. Такое, такое отчаяние...! Ёити, тебе не понять!

— Кха-а-а...!

— С-Симада, ты тоже прекрати! Хватит уже!

— Юми, не лезь!

Ёити, стиснув зубы, поднялся. Я попытался уклониться, но в тот же миг получил удар в корпус.

— А-а-а!?

— Вот тебе ответ, придурок! Ты ещё не вырос, чтобы меня бить!

— Возьми себя в руки! Почему, почему ты...!

— Я в ярости!!

— ...Х-ха?

От этих слов я замер. Ёити, всё ещё крича, стоял, тяжело дыша.

— Почему ты не посоветовался со мной!

— Ё-Ёити...?

— Ты, ты-ы...! Почему не сказал мне о таком...

— Ёити...

Ёити разрыдался прямо на месте. Ах, точно. Как же я поступил глупо. Если подумать, надо было сразу всё ему рассказать. Почему я ничего не сказал? Боялся, что Акари узнает о моей смерти? Не хотел беспокоить лучшего друга? ... Нет. Я просто боялся.

Если бы я рассказал о своей судьбе, все бы, наверное, огорчились. Но это означало бы крах «обычной жизни». Наверняка одноклассники перестали бы общаться со мной по-прежнему. И Акари тоже.

Поэтому я никому не сказал. Я боялся не столько своей смерти, сколько того, как она изменит окружающих. Печаль одних породит печаль других. Этого я боялся больше всего.

Но это заблуждение. Все мы вместе. Даже если я исчезну, они, наверное, преодолеют эту печаль. И Акари, и Ёити, и Оуми продолжили бы идти вперёд. Короче говоря — я не до конца доверял им.

— Прости, Ёити. Я не доверял тебе.

— ...

— Но почему? Такого лучшего друга, как ты, в этом мире не сыскать.

— ......

Ёити снова поднялся. У меня даже нет слов для извинений. Я скоро умру. Не попрощавшись как следует ни с Акари, ни с Ёити. Ах, какая же паршивая жизнь.

— Ёити, пойми. Ничего не поделаешь. Совершенно ничего…

— Это я должен говорить!!

— Кхе-э-э...!?

В следующий миг я снова получил сокрушительный удар в лицо. Настолько сильный, что предыдущая боль показалась ерундой. Что, Ёити, ещё есть что сказать —

— А что мне делать!?

— ...Х-ха?

— Ёити...

Оуми с беспокойством смотрела на кричавшего Ёити. В глазах у обоих крупные слёзы. Ёити, словно в отчаянии, потеряв надежду жить, произнёс:

— Лучшего друга и любимую девушку...! Одновременно...!

Я почувствовал, будто всё рушится.

— П-почему...

Я просто, просто опустился на пол. Никогда бы не подумал, что он влюблён в Акари. Нет, может, он нарочно не подавал виду. Ёити, ты всё это время, храня в сердце чувства к Акари, — поддерживал наши отношения? Как же это тяжело... даже представить не могу.

— Ха-а... ха-ха-а.

— Ё-Ёити?

— Помнишь, когда мы подружились в средней школе. Я думал: «С ним всегда какая-то девочка».

— И это была Акари?

— Да. Сначала я не придавал значения. Но... она такая старательная, прямодушная, чистая. Глупо, правда? Влюбиться в девушку лучшего друга.

Ёити усмехнулся, словно насмехаясь над собой. Значит, он влюблён в Акари со средней школы. А я даже не догадывался. Может, я просто бесчувственный, но больше того — Ёити скрывал свои чувства до конца... Что за парень.

— Тогда ты... зачем помогал нашим отношениям?

— Конечно, я тоже хотел бы быть с Умэмией-сан. ... Но чем больше мы общались, тем больше понимал: она не смотрит ни на кого, кроме Сюхэя.

— Ёити...

— Поэтому я, ради лучшего друга... нет, не так. Ради себя самого помог ей признаться.

— Ч-что ты имеешь в виду?

— Если бы ты стал встречаться с Умэмией-сан, я смог бы с чистой совестью смириться. ... Я слишком долго цеплялся за безнадёжную любовь и всё это время пренебрегал одной девушкой.

Взглянув на Оуми, я увидел, как она, сжав край блузки, сдерживает слёзы. Да, наверное, тяжело слушать, как любимый говорит такое... ... Эти двое всё это время были безнадёжно влюблены.

— Я всё время нервничал. Думал, почему же Сюхэй не принимает признание.

— А-а...

— И чтобы в итоге... такой конец, а-а...!

Ёити рухнул на пол. Когда-то Оуми говорила, что они поддерживают нас из «чистого эгоизма». Так вот в чём дело. Ёити — чтобы смириться, Оуми — ради собственной любви. Конечно, была и забота об Акари.

Кто может винить этих двоих? У каждого есть право искать свою любовь. Я и сам причинил столько хлопот Акари. Эти двое просто — ради любимых продолжали бороться. Страдал не только я. У каждого были свои трудности.

— И вот к чему это привело... — прошептал я.

Мы вчетвером действовали ради своих возлюбленных. Акари пошла в храм ради меня и попала в оползень. Я, думая об Акари, оказался на пороге смерти. Ёити испытает отчаяние, одновременно потеряв и любимую, и лучшего друга, и вся эта драма развернется на глазах Оуми.

— Какая же... глупость...!

Я ударил кулаком в стену. Эй, шутишь? Чтобы действия четверых, ищущих свою любовь, обернулись такой неудачей — разве бывает так жестоко? Это тот исход, которого хотел старик? Я — нет, мы, рискуя жизнью ради любви, пришли к такому концу?

— Слишком жестоко-о-о...

Я заплакал. Казалось, я уже выплакал все слёзы, но они не прекращались. Уже за половину десятого вечера. До моей смерти осталось всего четыре часа. Неужели мне суждено умереть в таком отчаянии? Не верю…

— Погоди, Симада.

— ...Х-ха?

Оуми, всё это время стоявшая неподвижно, наконец заговорила. Она уже перестала плакать, и на её лице было выражение, будто она что-то придумала.

— Что ты тогда сказал?

— Тогда..?

— Ну, насчёт судьбы...

— А-а... Говорят, я изменил судьбу. Хотя результат налицо.

— Значит... может, ещё можно изменить?

— Э-э...?

Эти слова стали настоящим лучом света. Ведь точно! Я изменил судьбу Акари и продлил её жизнь на четыре часа. Человек может изменить судьбу. Этому я научился сам!

— Верно, Оуми! Ещё есть надежда!

— Да, но Сюхэй... как именно...?

Ёити, вытирая покрасневшие глаза, медленно поднялся. Действительно, как можно что-то изменить? За месяц я смог изменить судьбу всего на четыре часа, а теперь осталось четыре часа…

— Эй, вы двое. У меня дома тоже должен быть Бог.