Объяснение

Спасатели быстро извлекли Акари. То, что её успели спасти до наступления темноты, было счастливой случайностью, но, думая о будущем, я чувствовал лишь тоску.

— Это она сжимала в руке. Передаём вам.

— Это...

Прямо перед тем, как Акари погрузили на носилки, один из спасателей подошёл ко мне и передал тот самый парный стеклянный шарик.

— Акари...!

Сжимая шарик, я снова расплакался. Он был уже разбит пополам, вид жалкий. Ах, такой же, как мой. Наша связь разбилась вдребезги...!

— Сюхэй...

— Ч-что такое?

— Правая рука Умэмии-сан...

— Э-э?

По указке Ёити я взглянул на правую руку Акари. В ладони застряли осколки стекла, всё было в крови... ... Как же сильно она его сжимала? Даже попав в оползень, даже потеряв сознание, Акари не отпускала этот шарик...!

— Прости, прости, Акари...!

Идя рядом с лежащей на носилках Акари, я без конца извинялся за то, что не смог её защитить. Наверное, она меня не слышала. Но иначе я не мог.

После этого Акари увезли на скорой. Мы с Ёити тоже поехали в больницу и встретились там с Оуми, которую вызвал Ёити. К тому времени, как мы прибыли, Акари уже поместили в реанимацию, подключив к различным устройствам и аппарату искусственного дыхания.

Как те, кто нашёл её, мы с Ёити смогли быть с ней рядом, но вскоре нас сменили родители Акари. Пришлось объяснять ситуацию пожарным и полиции, кланяться родителям Акари. К девяти часам вечера мы с Ёити наконец уселись на скамейку в комнате ожидания.

— ......

— ......

Я опустил голову, Ёити уставился в потолок. Я устал. Мне осталось жить четыре с половиной часа. Ирония судьбы — примерно столько же, на сколько я продлил жизнь Акари.

Я умру вот так, да? Умереть в больнице — это как-то скучно. Ах, я так и не попробовал чай и сладости, купленные напоследок. Но такова жизнь. Результат моих усилий, которые я считал своим лучшим поступком. В итоге я лишь слегка смягчил бурное море под названием «судьба».

— Слушай, Сюхэй...

— Что?

— Тогда, Бог, разорванная связь... что это было? — спросил меня Ёити, всё ещё глядя в потолок.

— А-а...

Ну да, для него это непонятно. Хотя он и слышал тот разговор, вряд ли он всё понял. Раз уж так вышло, придётся объяснить.

— Оуми, наверное, ещё в больнице... Позови её.

— Э-э?

— Мне нужно кое-что рассказать вам обоим.

***

— Значит, ты отказал Умэмии-сан...

— Да, потому что скоро умру. Я отказал ей, чтобы не причинять боли, и вот результат.

— Симада...

Когда я закончил рассказ, Ёити сидел с потрясённым лицом, а Оуми окаменела. Я и перед ними виноват. Но что толку думать об этом сейчас — уже ничего не изменить. Оуми прикрыла рот руками, слёзы катились градом.

— Прости, я... о тебе, Симада, ничего не знала...

— Нет, всё в порядке, Оуми. Я знаю, как сильно ты заботилась об Акари.

— Но тогда ты...!

— Всё и правда в порядке... Извини, Оуми.

— И ты, и Умэмия умрёте...? Нет, не хочу...! Эй, Симада-а...!

Оуми, рыдая, ухватилась за меня. Ах, теперь я наконец понял, что имел в виду Ёити... ... Она и вправду хорошая. Просто неуклюжая и её легко неправильно понять. Как же трогательно, что она так скорбит о моей смерти. Я от всей души рад, что мы были в одной группе.

Человек не может жить без других. Нравится это или нет, но нужно хоть как-то общаться с людьми. Просто мне немного не повезло. Вот и всё. Только и всего...!

— Ёити...?

Услышав удивлённый голос Оуми, я тоже поднял голову. Ёити встал и пошатываясь смотрел в никуда. Что это он вдруг? Неужели мой рассказ так шокировал? Я хотел поддержать Ёити и встал с места.

— Т-ты в порядке, Ёити?

— Не трогай меня!!

— Э-э!?

От грубого окрика Ёити, которого я никогда от него не слышал, я отшатнулся. Что с тобой? Ты никогда так не злился.

— Успокойся, Ёити...!

— Успокойся? Сюхэй, ты...!

— Э, Ёити...!

Я услышал встревоженный голос Оуми, но не успел. И в следующий момент — мою левую щёку настиг сокрушительный удар кулаком.