Тренируюсь, чтобы произвести впечатление на подругу детства
...Знаю, я простак, но если это ради Акари, то мне не стыдно. После того, как меня поставили в стартовый состав на спортивном фестивале, я после уроков принялся рыться в кладовке своего дома. Зачем, спросите вы? Чтобы потренироваться в бейсбол. Раз уж решил участвовать, надо постараться как следует. Ради одноклассников, ради себя и, больше всего, ради Акари.
— Нашёл…!
Из пыльной картонной коробки я достал биту и перчатку, которыми пользовался в детстве. Для старшеклассника они маловаты, но для тренировок сгодятся. О, вот и твёрдый бейсбольный мяч. Взяв его в руки после долгого перерыва, я подумал: «Прямо как камень». Бросать и бить таким — бейсбол и вправду жуткий вид спорта.
Тут же натянул перчатку и сжал мяч. В последний раз держал его на прошлогоднем фестивале. Тогда, после выхода на замену в качестве отбивающего, меня поставили в поле, но, к счастью, мяч в мою сторону не летал. Однако в этом году я в стартовом составе. Уж какой-нибудь мяч мне прилетит.
— Йо-ох…
Я бросил мяч в стену и после отскока поймал его в перчатку. Летящие мячи я не потренирую, а вот хотя бы с отскоками надо научиться справляться.
Бросил в стену, снова подставил перчатку, поймал. Давно я так не двигался. Иногда и размяться неплохо, а то обычно только дома валяюсь. Для здоровья полезно. Хотя, через месяц я умру.
— …
Снова нахлынули неприятные мысли, и я застыл на месте в момент броска. Отскочивший мяч пролетел справа от меня, покатился и затих. Его движение напомнило мне мою собственную жизнь, и я усмехнулся: «Хех». Меня никто не ждёт, я просто упаду в одиночестве. Прямо как этот мяч.
Мне внезапно стало казаться глупым то, что я делаю. Я побрёл, поднял мяч. Всё, хватит. Что бы я ни делал — всё бессмысленно. Уберу-ка я эту перчатку и спокойно посплю…
— А…
Взглянув на перчатку, я заметил следы починки розовыми нитками. … Точно, вспомнил. Когда она давным-давно порвалась, Акари, только научившись шить, починила её. Кожа перчатки ведь толстая, а она так старательно её сшила.
Я совсем забыл, что начал тренироваться ради Акари. Если я смогу показать себя перед ней с лучшей стороны — этого достаточно. Пусть через несколько лет она вспомнит: «Тогда Сима-тян был таким классным». Может, это и бесстыдно, но такая мысль как раз подстёгивает.
— Вот так!
Ободряя себя, я сжал мяч крепче. Выдохнул и снова бросил в стену. Нельзя забывать о цели в жизни. Создать последние воспоминания с Акари и при этом попрощаться навсегда. Нужно совместить две противоположные задачи. Непросто, но для того, чтобы по-настоящему поставить на кон всю жизнь, это идеальная цель.
Поймал отскочивший мяч, снова бросил. Не знаю, можно ли это назвать тренировкой, но лучше так, чем ничего…!
— А ты с каких пор в бейсбольной команде?
— Д-да не обращай внимания!
Мать, сидевшая на веранде, смотрела на меня с недоумением, и мне вдруг стало стыдно…
***
— Ай-ай-ай-ай!!
— Вот, я же говорила.
— Мам, принеси пластырь!
— Да-да.
Пока я бросал мяч в стену и делал взмахи битой, незаметно наступил вечер. От непривычных занятий все мышцы горели огнём. Я корчился от боли на веранде, как вдруг заметил Акари, возвращавшуюся домой после занятий в клубе. Она уже направлялась к своему дому, но, увидев меня зашла на наш участок.
— Си-Сима-чан? Что ты делаешь…?
— Ну, это…!
Акари, одетая в спортивный костюм, подошла с недоумением на лице. Уж точно не в таком жалком виде я хотел её видеть! Но убежать я не мог — слишком болело тело. Однако сказать «я тренировался с бейсбольной битой ради тебя» было стыдно. Что же делать…
— Эй, что ты делал в саду?
— Ну, как бы… подумал, что иногда нужно и спортом заниматься.
— Э-э, Сима-чан?
— А ч-что плохого?
— Фу-фу, это редкость.
Акари улыбнулась и села рядом со мной, лежащим на веранде. Затем она заметила рядом перчатку, взяла её и стала внимательно разглядывать.
— Что такое?
— Сима-чан, ты её до сих пор хранишь?..
— А, да. Другой перчатки у меня нет.
— Правда? Фу-фу, как приятно.
Акари с нежностью смотрела на перчатку. Она заметила следы починки и аккуратно провела пальцем по шву. Прищурилась, словно вспоминая старые дни.
— …Как же я старалась тогда.
— Э?
— М-м, ничего. А лучше скажи, Сима-чан, почему ты лежишь?
— Ну, это… спина и плечи болят.
— А-а, тогда я тебе помассирую!
— Ай-ай-ай-ай-ай!
Акари положила перчатку и, надавив всем весом, принялась массировать мне плечи. Честно говоря, это было больше похоже на пытку, чем на массаж, но я не мог остановить Акари, которая так старалась помочь. И больше всего… для меня каждая секунда этого момента была бесценна. Как бы я хотел, чтобы это время длилось вечно.
Небольшие руки, надавливающие на спину, озорной смех. Всё, абсолютно всё, теперь кажется сокровищем. Наверное, если бы я не знал о своём сроке, то и не думал бы так. А я оставлю эту самую милую в мире подругу детства… и умру.
— О, как же вы близки с Акари-тян.
— М-ма-а-ама!?
— О-о, ты уже называешь меня мамой?
— Н-нет, это не так!
Как только появилась мать с пластырем, Акари, как всегда, покраснела.
***
— Наконец-то.
— Сюхэй, я рассчитываю на тебя!
— Ёити, сам-то бей как следует!
— Ха-ха-ха, знаю, знаю.
И вот, спустя несколько дней, наступил день спортивного фестиваля. Вместе с Ёити мы стояли и разминались на поле. Смогу ли я показать результат тренировок и предстать перед Акари в лучшем свете? Битва за удачную фотографию на похоронах вот-вот начнётся…