Постоянные помехи

После посещения Киёмидзу-дэра мы пообедали и прогулялись по району Гион. Акари тщательно выбирала сувениры для семьи, а я ходил, разглядывая сладости и чай. Моя цель — последнее прощание... нет, лучше не думать об этом.

Закончив с покупками, мы сели на поезд. Пункт назначения — святилище Фусими Инари. Уже приближалось время сбора, и это должно было стать нашим последним пунктом посещения. Другими словами — возможностей дать ответ на признание оставалось совсем немного.

Поезд оказался на удивление свободным, и мы вчетвером смогли сесть на длинные сиденья. Школьная поездка уже подходила к концу. То есть заканчивалось последнее событие в моей жизни.

— Скоро приедем, — я обратился к Акари, смотревшей в окно.

— Да, похоже.

Казалось, стоит сойти с поезда — и конец приблизится ещё сильнее. Но двигаться вперёд необходимо. Ответить на признание Акари и попрощаться. Эта важная задача всё ещё не выполнена.

***

Когда говорят о святилище Фусими Инари, в первую очередь вспоминают знаменитые тории - «Тысячу ворот». Ряды красных торий, тянущихся сквозь парк, очаровывают множество людей.

— Ух ты, правда, сколько ворот...

— Величественно...

Вид был настолько мистическим, что я потерял дар речи. Множество людей сновало под ториями, дополняя пейзаж. Идущая рядом Акари тоже заворожённо смотрела на невероятно красивое зрелище.

Однако неожиданностью оказался довольно сложный рельеф местности. Похоже, состояние моего здоровья действительно плохое: с каждым подъёмом одышка усиливалась. Хотя Акари была рядом, моя скорость ходьбы только замедлялась.

— Сюхэй, ты в порядке?

— Ага, в порядке...

— Сима-чан, давай немного отдохнём.

Ёити и Оуми шли впереди и окликнули нас издалека. Но если мы остановимся здесь, то будем мешать другим пешеходам. Может, свернуть на боковую тропинку?

— Извините, идите вперед, — сказал я из последних сил.

Ёити на мгновение опешил, но вскоре кивнул.

— Понял, мы пойдём вперёд!

— Э, Ёити!

— Ладно, пошли, Юми.

Убедившись, что они ушли, мы с Акари медленно двинулись вперёд. Свернув с главной тропы, мы вышли на менее людную боковую дорожку. Облокотившись на что-то вроде ограды, я попытался отдышаться.

— Всё хорошо? Воды не хочешь?

— Нет, нормально. Извини.

— Не-а, всё в порядке. Третий день же, наверное, устал?

— Может быть, ха-ха...

Изо всех сил стараюсь улыбаться и вести себя бодро. Нельзя, чтобы она догадалась. Иначе все усилия пойдут насмарку. Прежде чем это случится…

— Сима-чан... мы вдвоём.., — прошептала Акари.

Точно, сейчас же идеальный шанс. Нет не только Оуми — вокруг вообще никого нет. Только мы вдвоём в этом тихом парке... ... Для ответа на признание лучше места не найти.

— Это...

Мы синхронно начали говорить и невольно отвернулись друг от друга. Выглядим как пара... Хотя, возможно, могло бы так и быть.

— Эй, Сима-чан...

— Что?

— Школьная поездка была невероятно весёлой!

В следующий миг лицо Акари озарилось улыбкой. Заразившись её настроением, моё сердце тоже забилось чаще. Передо мной — самая прекрасная в мире улыбка. Было бы странно, если бы её вид не вызывал восторга.

— И парк Нары, и Тодайдзи, и Киёмидзу-дэра — везде, везде, было так весело!

— ...Правда?

— Но знаешь, это всё...

— Угу.

— Потому что я была с тобой, Сима-чан!

Акари радостно улыбнулась. Застенчивая Акари так уверенно произносила такие слова. Наверное, она искренне думает и считает, что сказать так — естественно. Как же это радостно и как же... жестоко.

— Это... я...

— Угу.

— Я бы хотела снова сюда приехать... ...с тобой, Сима-чан.

На этот раз Акари говорила слегка смущённо, отводя взгляд. Мне было невероятно приятно, что она думает так же, как и я. Я тоже хочу приехать вместе. Наши мысли совпадают. Совпадают, но...

Сейчас я должен дать ответ своей подруге детства. Сказать не «да», а «нет». Что же сказать? Какие слова подобрать, чтобы не ранить Акари?

— Э-это...

— Ах, погоди, Сима-чан!

— Э?

— Держи!

Пока я подбирал слова, Акари достала из своей сумки маленький пакетик. На нём было написано «Киёмидзу-дэра». В руке у Акари было...

— Омамори* долголетия! Ты же молился об этом, Сима-чан?

*п.п.: Омамори — японский амулет, посвящённый определённому синтоистскому или буддийскому божеству.

Два маленьких омамори... Когда она их успела купить? Акари протянула мне один из них с мягкой улыбкой.

— Давай будем жить долго-долго и снова приедем сюда вместе... ...Ладно?

— Акари...

Дрожащей рукой я взял амулет и крепко его сжал. Акари смотрела мне прямо в глаза. Ах, моя милая-милая подруга детства верит в наше общее будущее. Наверняка она представляет, что мы будем вместе до семидесяти, нет, до восьмидесяти лет. Да это же фактически предложение!..

— ...Сима-чан?

— ......

И всё же. И всё же, мне осталось всего пять дней жизни. Лёгкая боль в груди напоминает, что этот окаянный омамори не в силах изменить судьбу, уготованную мне каким-то дурным Богом. Акари ничего не знает. Ничего не зная, она мечтает о будущей жизни со мной. Кто сможет сказать подруге детства, что это всего лишь иллюзия?

Акари с беспокойством смотрела на моё лицо. Я и сам перестал понимать, что творится у меня в душе. Вот-вот заплачу. Но если заплачу — не смогу отказать. Соберись, Симада.

— Э-это, слушай…

— Угу.

— Я...

— СИМАДА!!

В тот миг, когда я собрался дать ответ, издалека донёсся голос Оуми. Глянув в ту сторону, я увидел Оуми, опиравшуюся руками об колени и тяжело дышавшую, и Ёити, который, должно быть, отчаянно пытался её догнать.

— Э-э...?

От такого совершенно неожиданного события Акари удивлённо раскрыла глаза. Неизвестно, что произошло между ними двумя. Но, вероятно, Оуми оторвалась от Ёити и прибежала сюда. Ради Акари? Ради меня? Ради Ёити? Или ради себя самой?

— Ты-ы, привел её сюда...!

— О, Оуми-сан? Почему ты...

— Умэмия, неважно. Симада, пора уже...

— Бежим, Акари!!

— Ха-а?

Я схватил Акари за руку и, не думая о сердце — в полном отчаянии пустился бежать! Проскочил мимо Оуми и помчался вниз по заполненной людьми горной тропе.

— Симада!?

— Э-эй, Сима-чан!?

Мне было не до растерянного голоса Акари. Да, конечно, Оуми, ты именно такая. Во что бы то ни стало помешать дать ответ на признание. Наверное, ты так и решила.

— Сю-Сюхэй!

— Ёити, быстрее!

Мне было всё равно, что лучший друг пытается нас остановить. Я нёсся сквозь бесчисленные тории, вперёд, через парк.

— Ха-а... Ха-а...!

— Си-Сима-чан? Ты в порядке?

— Всё нормально... Добежим до станции... Ха-а...

В груди было так тяжело, что даже больно. Я воочию убедился, насколько упала функция моего сердца и лёгких. Но бежать надо. Какими бы быстрыми ни были Ёити и Оуми, в этой толпе им не так просто будет нас догнать.

— Эй, Сима-чан?

— Ч-что...?

— Как будто мы сбегаем*, чтобы пожениться... ... Хи-хи.

*п.п.: Акари имеет в виду 「駆け落ち」(какэоти). Это слово означает, что пара тайно покидает дом, чтобы быть вместе, часто с намерением пожениться. В старину это было связано с невозможностью получить согласие семьи из-за сословных или имущественных различий, долгов или запрета родителей. Сегодня «какэоти» используется и в переносном смысле — для описания спонтанного совместного побега влюблённых.

Находить в себе силы улыбнуться в такой момент — это, конечно, здорово. А я, услышав слово «сбегаем», даже смутиться не успел. Сейчас я просто изо всех сил стремлюсь к станции.

— Сима-чан, поезд подъезжает!

— Успеем!

В тот же миг, как поезд прибыл на платформу, мы проскочили через турникеты. Взбежав по лестнице на мост, задыхаясь, мы продолжали бежать вперёд.

— Ха-а!

Нам удалось впрыгнуть в вагон буквально перед самым закрытием дверей. Повалившись на сиденья, мы смотрели в окно. На платформе мы увидели бегущих Ёити и Оуми. Но — они не успели, и двери с шумом закрылись.

— Ха-а... Ха-а... Фу-у-х...

— Сима-чан...

— Всё нормально, просто немного устал. Не обращай внимания.

Постепенно одышка стала проходить. Потихоньку мысли в голове прояснились, и я ясно увидел, что должен сделать.

— Акари…

— Э?

— Когда приедем на Киотский вокзал, я дам тебе ответ как положено.

— ...Угу.

— Поэтому подожди ещё немного. Извини, что затянул.

— Не-а, не переживай. Я же говорила, что буду ждать.

Спасибо, Акари. И — прощай, Акари.

***

От переводчика: дальше события будут только ускоряться. По отзывам на сайте, где публиковалась работа – многие из тех японцев, кто читал, плакали, кто-то хотел втащить Богу Любви.

Короче, «нервных просим удалиться» - О. Бендер.