Тарт Татен

— Прекрасно. Теперь поставьте подпись, Ваше Высочество.

— Карно, я хоть и написала, что исполню абсолютно любое желание, но ведь только в пределах моих возможностей...

— Я не попрошу ничего невыполнимого.

— Точно?

«Говорили мне когда-то, что нельзя разбрасываться своими подписями...» — пробормотала про себя Ася, но всё же аккуратно расписалась и протянула готовый «купон на желание» Карно.

— Т-теперь порядок?

Карно долго всматривался в купон, после чего едва заметно улыбнулся и кивнул:

— Теперь порядок.

— Мы договорились, что ничего невыполнимого не будет.

— Я же обещал. Почему ты так волнуешься? Думаешь, я тебя съем?

— Да любой бы занервничал, если бы с него вот так вытрясли подпись под обещанием! — в сердцах воскликнула Ася.

Но Карно лишь тихонько рассмеялся и не подумал возвращать бумагу. Напротив, он бережно сложил купон и спрятал его на груди.

— Буду с нетерпением ждать дня, когда смогу им воспользоваться, Ваше Высочество. Что ж, а теперь я пойду, нужно передать послание маркизу Силистрия.

С этими словами Карно склонился, коснулся лбом тыльной стороны ладони Аси и развернулся, чтобы уйти.

— …Поэтому всё продвигается гораздо успешнее, чем я ожидала. Нам удалось за бесценок выкупить закрывшиеся заводы по производству панировочных сухарей.

Баронесса Сарато с воодушевлением докладывала обстановку, повсюду следуя за Асей, которая то и дело сновала между кухонным столом и духовкой. Ася пристально посмотрела на то, что пеклось в печи, а затем подняла голову.

— Эти заводы... Те самые, да?

Баронесса Сарато сразу поняла, какое именно имя Ася проглотила «Заводы дяди Валерия?». Решив, что девочка переживает, баронесса успокаивающе улыбнулась:

— Пошли слухи, будто там нашли насекомых, так что заводы в пух и прах разорились, и никто не хотел их покупать. Благодаря тому, что мы их выкупили, у бывшего владельца хотя бы появилась возможность вздохнуть с облегчением.

Ася была согласна с её доводами, но внутреннее чутьё подсказывало: если Валерий прознает, кто именно стал покупателем, в их тихой гавани поднимется нешуточная буря.

— А как дела с упаковкой для порошка Пиби?

— Благодаря тому, что Мария взялась за работу с огромным рвением, мы уже почти закончили. Но у меня такое ощущение... — Баронесса Сарато озадаченно склонила голову набок. — Кажется, она работает над этим вместе с Мюрой. Или, по крайней мере, госпожа Мюра даёт ей советы.

— Мария и... Мюра? — Ася округлила глаза.

Баронесса Сарато хоть и назвала это «ощущением», но, судя по всему, была практически уверена.

— Стиль и цветовая палитра госпожи Марии совсем немного изменились. Разумеется, в лучшую сторону! Полагаю, госпожа Мюра всё-таки дала ей пару наставлений. К тому же госпожа Мария, кажется, переехала в один из домов семьи Айллау.

— Что-о-о? Они ведь совсем недавно познакомились, и уже так быстро сблизились?

— Очевидно, госпожа Мюра очень высоко оценила картины госпожи Марии.

Ася вспомнила, какими она видела их в последний раз. Они и правда отлично ладили. Мария искренне почитала Мюру, а та только и успевала восхищаться талантом девушки.

— Проблема со сроками хранения тоже почти решена. Если повезёт, мы сможем выпустить продукт уже к концу года. Кстати, Ваше Высочество, а что это вы печёте?

Ася собиралась расспросить поподробнее о Марии и Мюре, но взгляд баронессы Сарато уже переключился на духовку, откуда с самого начала доносился густой, сладкий и одновременно освежающе-кислый аромат. Ася слегка улыбнулась и раскатала длинный пласт заранее замешанного теста для тарта.

— То, что я сейчас готовлю, называется тарт Татен. Ты когда-нибудь пробовала его?

— Тарт Татен?

— Это что-то вроде яблочного пирога наизнанку. Сначала сахарный сироп слегка карамелизуют, смешивают с яблоками и долго запекают. Получаются такие томлёные яблоки. Сладость в них сгущается до предела, а текстура становится мягкой-мягкой и при этом приятно тягучей!

— Ох...

— А затем прямо поверх этих томлёных яблок выкладывается тесто, и пирог выпекается так, чтобы яблоки оказались на самом дне. Осталось подождать ещё минут тридцать. Звучит аппетитно, правда? Хочешь попробовать?

Баронесса Сарато поспешно закивала, стоило ей лишь выслушать описание. Ася ласково улыбнулась:

— Вот и отлично, не торопись и оставайся на чай. Заодно поболтаем ещё немного.

На хрустящую основу тарта Ася выложила яблоки, которые несколько часов томились в густом карамельном соусе со сливочным маслом, а сверху украсила пирог пышным шариком из свежих взбитых сливок.

— О-о-ох...

Во рту разлился насыщенный, чуть терпкий вкус жжёной карамели, а нежные яблоки буквально таяли на языке. При этом хруст основы и сочность начинки идеально сглаживались воздушным кремом.

— Вкусно?

Баронесса Сарато не смогла даже ответить и лишь согласно закивала головой. Ася лучезарно улыбнулась, расставила в ряд несколько тарелок и принялась нарезать тарт. Рис, стоявшая рядом, тут же принялась ловко ей помогать.

— Так, эти кусочки для дедушки, дедушки Тариея, Ивена, Алёши, Рис и Павла.

Ася посмотрела на оставшийся небольшой кусочек пирога и тяжело вздохнула. Было бы здорово угостить и Карно, но...

— Ольга, хочешь ещё кусочек? Когда этот пирог остывает, он теряет весь свой вкус.

— С превеликим удовольствием!

Ася с теплотой наблюдала за фонтаном искрящихся звёздочек радости, которые так и брызгали из-за спины баронессы Сарато. Ольга честно пыталась орудовать ложечкой как можно более благородно, но из-за приличной скорости её движений былое изящество слегка померкло.

Когда баронесса уже почти опустошила тарелку, Ася приветливо улыбнулась и перешла к делу, ради которого всё и затевалось:

— Ольга, я хотела кое-что спросить.

— Да? Что такое? Только скажите!

Баронесса Сарато, решив, что речь пойдёт о делах, уже потянулась к отложенной в сторону папке с документами. Но Ася мягко накрыла её ладонь своей рукой, останавливая:

— Послушай, Ольга. Я слышала, ты недавно сделала одну покупку.

— Покупку? Я?

— Ну да. Буквально на днях. Говорят, ты обзавелась прелестной картиной?

— !..

Стоило Асе заговорщически улыбнуться, как баронесса Сарато шумно сглотнула. В её голове в этот миг пронеслись десятки тревожных мыслей.

— Дело в том... что... маркиз Олег, уезжая на север, распродавал множество своих вещей.

— Верно, я слышала, что он уезжает.

— И среди прочего там было несколько полотен... Поскольку я происхожу из купеческого рода, высшая аристократия частенько смотрит на меня свысока, не так ли? Вот я и подумала, что мне не помешало бы иметь в коллекции пару редких картин...

— Обманщица. Ты ведь просто обожаешь картины Мюры, а тут как раз подвернулся такой случай, вот ты её и купила.

— !..

— Да не собираюсь я её отбирать, так что не нужно так пугаться.

— П-пугаться? — упавшим голосом переспросила баронесса.

Ася тем временем озвучила главное:

— У нас ведь недавно появилось два портрета кисти Мюры, верно?

При словах «у нас» баронесса Сарато посмотрела на Асю с таким видом, будто едва не поперхнулась воздухом.

— И я подумала: почему бы нам не устроить небольшую выставку? Собрать... ну, хотя бы несколько картин госпожи Мюры вместе. Что думаешь?

Баронесса Сарато резко вскочила со своего места, всё ещё сжимая в руке ложечку.

— Вы... вы хотите показать публике портреты Его Величества и ваше собственное лицо?! Что это будет за выставка? В каком-нибудь салоне для дворян?..

— А! Нет-нет. Мне тут недавно подарили виллу. Я хочу привести её в порядок и устроить экспозицию там. И продавать билеты... Думаю, по цене от десяти до двадцати тысяч карусов? Чтобы прийти мог абсолютно любой желающий.

Баронесса Сарато поначалу согласно кивала, но вдруг на её лице отразилось беспокойство:

— Но ведь в мире полно низких, исполненных злобы людей. Что, если кто-то захочет испортить полотна великой художницы просто из зависти или пакости?..

— Об этом позаботится рыцарский орден.

— Ры... рыцарский орден?

Ася уверенно кивнула. Она ещё не спрашивала, но была уверена: если хорошенько поканючить перед кем-то из дедушек, этот вопрос решится сам собой.

— Ага. Так что об этом не переживай. Но у меня есть ещё одна задумка. Ты ведь знаешь, что такое конфети?

— Кон... фети?

— Ну, эти сахарные пастилки, которые обычно называют «конфетами для поцелуев».

— А! Те самые сахарные драже с миндалём или орехами внутри?..

— Да-да, они! Я хочу приготовить такие конфети, но из шоколада. Покрыть миндаль или фундук слоем шоколада, а сверху украсить кондитерской посыпкой. Выставка ведь откроется ближе к концу осени... Что, если мы будем бесплатно раздавать их каждому посетителю на входе, чтобы люди могли полакомиться?

— Но... зачем?

— Ну... как это «зачем»?.. Мне просто очень хочется приготовить шоколадные конфети, но делать всего пару штук как-то бессмысленно, верно? А если приготовить много, самой всё не съесть. Так почему бы не поделиться с гостями?

— Да ведь их можно продавать! Я ещё не пробовала ваши конфети, Ваше Высочество, но даю вам слово, их расхватают в мгновение ока!

— Ну уж нет, — Ася со смехом замахала руками. — Это ведь не обычные сладости, а конфеты из твоего шоколада. Люди попробуют их и захотят купить ещё больше твоего шоколада, так что это отличный подарок для гостей.

— !..

— Ах да, так к чему я клоню... Ты не могла бы одолжить нам свою картину для выставки? Ты не против?

— Я с самого начала собиралась вам её отдать! — воскликнула баронесса Сарато, заставив Асю весело прыснуть со смеху.

— Ваше Высочество!

— На-Наталья.

— Наталья!

Ася изо всех сил закусила губу, чтобы не рассмеяться. Стоило ей только ступить в сад, как игравшая в одиночку с мячом Наталья округлила глаза и со всех ног бросилась к ней.

Следом, запыхавшись, прибежала маркиза Татарич, она немного задерживалась, так как отдавала слугам распоряжения поскорее отправить в печь привезённый Асей полуфабрикат тарта Татен. Увидев, что её дочь летит к внучке императора чуть ли не с объятиями, маркиза едва не лишилась чувств от ужаса.

Ася крепко обняла Наталью, затем отпустила её и приветливо улыбнулась. Маркиза, поправляя растрепавшиеся волосы, поспешно заговорила:

— Ваше Высочество, умоляю, простите мою дочь за эту непозволительную дерзость. Она решительно невыносима...

Вдова маркизы Татарич тяжело и обречённо вздохнула. Наталья лишь надула губы, слушая очередные нотации матери, и преданным, сияющим взглядом уставилась на Асю.

— Ваше Высочество, я и не знала, что вы придёте.

— Я так спешила, что совсем не успела предупредить заранее.

— Пойдём в наш шалаш? Я добавила туда ещё несколько записей в травник. Вы ведь их ещё не видели!

Наталья нетерпеливо потянула Асю за руку. Маркиза Татарич посмотрела на дочь, которая металась по саду словно ужаленная сиропом пчела, с таким выражением лица, будто готова была продать душу дьяволу, лишь бы усадить эту егозу за стол.

Ася ободряюще махнула маркизе рукой, показывая, что всё в порядке, и они с Натальей углубились в чащу леса, разбитого позади особняка. Наталья уверенно шагала впереди, а Ася, повыше подхватив подол платья, чтобы не испачкать колени, поспевала за ней.

Однако, когда они перешли небольшой ручей и уже приближались к заветному шалашу, Ася заметила, что весёлое настроение Натальи куда-то испарилось.

— Эй, Наталья? Что случилось?

Наталья внезапно остановилась, повернулась к Асе и без обиняков спросила:

— Я веду себя слишком грубо по отношению к вам, Ваше Высочество?

От такого неожиданного вопроса Ася удивлённо захлопала глазами.

— Что?

— Ну... или, может, мы знакомы всего ничего, а я уже навязываюсь вам в подруги?

На лице Натальи читалась неподдельная обида. Ася удивлённо моргнула:

— Почему ты вдруг об этом заговорила?

— Мама меня постоянно ругает. Говорит, что я веду себя неподобающе рядом с вами.

— И ты сама тоже так думаешь?

Наталья крепко сжала губы. Судя по всему, она и правда не была уверена, что поступает правильно. Ася аккуратно расправила подол своего платья и, подойдя ближе, взяла девочку за руки.

— Отлично. Я давно хотела об этом поговорить. Давай, когда мы остаёмся наедине, будем звать друг друга по именам. Как тебе идея?

— Что?

— Моё имя Анастасия, так что можешь звать меня Асей. А тебя зовут Наталья... значит, будешь Наташей.

— !..

— Пусть это будет нашим маленьким секретом. Будем называть друг друга так только тогда, когда рядом никого нет. Согласна?

Ася ласково заглянула в изумрудные глаза девочки. Наталья удивлённо моргнула и едва слышно прошептала:

— …Ася?