Дорогому моему рассвету: Часть 27
Санраку: — Фу-у-ух...
Вот же чёрт, из-за этого у меня от врагов с ядом одни неприятные воспоминания.
Если подумать, я постоянно страдаю от отравлений с того самого дня, как сразился с Пожирающим Великим Змеем.
Но в качестве полевого испытания [Императорского Золотого Драконьего Меча] этот бой можно считать сданным на отлично.
Санраку: — Извини, что использовал тебя для проверки остроты.
Ува-а: — А... ха... ха-ха...
Голдюнине по имени Ува-а, чьё горло было перерезано горизонтальным взмахом, с хрипом выдохнула воздух.
Только по её лицу и движению губ я с трудом понял, что она смеётся.
Санраку: — [Императорский Золотой Драконий Меч Марс]... а ты, оказывается, та ещё заноза, с которой придётся повозиться.
Изменения, произошедшие с ним прямо во время боя, заставили меня запаниковать, типа: «Что за фигня тут творится?!» Но... сопоставив то, что я понял в пылу сражения, с тем, что проверил сейчас, я в целом разобрался, как работает Марс.
И это при том, что я не выжал из него максимум! Всё-таки Экипировка Истребления Драконов — это нечто.
Убрав [Марс] в инвентарь, я снова посмотрел на Ува-а.
Смертельным ударом оказалась рана на шее, но на самом деле решающую роль сыграло то, что я постоянно отрубал ядовитые копья, которые она выпускала из своего тела.
Видимо, эти атаки расходовали её HP. Я так увлёкся, размахивая Марсом, что рубил их все подряд, и в итоге она сама себя измотала.
Ува-а: — А... ха... хаси... ха... хаэ...
Санраку: — ...............
Слова Ува-а, чьё горло было не только перерезано, но и обожжено, тонули в эффектах урона, вырывающихся наружу подобно брызгам крови или пене. Как ни странно, это звучало лишь как шипение змеи.
Но я примерно понял, что она хотела сказать.
Санраку: — Это был неплохой бой, Ува-а.
Ува-а: — ...!
Она всё время орала: «Назови моё имя, назови моё имя!», так что нетрудно догадаться, чего она хотела перед смертью.
Я понятия не имею, что у неё было на уме и зачем она выбрала себе такое до жути зловещее имя... Да и, честно говоря, если уж говорить о вкусах в именах, то и «Вимп» тоже звучит... специфически. Но раз она сама его выбрала и представлялась им, значит, её всё устраивало.
К тому же, в вопросах выбора имён игрокам вообще лучше помалкивать.
Если по улицам ходят красотки с никами вроде «Дрессировщица Щупалец Томат Боли», то Ува-а — это ещё мило.
Что вообще за «Щупальца Томат»... где у помидора щупальца? И что это за извращённо шевелящийся овощ такой?
Хватает чудаков, которые вкладывают невероятные усилия в то, чтобы заставить прохожих обернуться им вслед.
Ува-а: — У... а-а... со... хью... ва... хья-хи...
Это были её последние слова.
С этим хрипом её человекоподобное тело, как и её глаза до этого, превратилось в яд и начало растворяться.
Все Голдюнине, похоже, имеют в центре своей личности какую-то негативную эмоцию. Ува-а, которая хохотала с почти маниакальным восторгом, в самом конце... или, вернее, во время своей второй смерти растворилась не с широкой улыбкой, а с лёгкой, едва заметной полуулыбкой. Было ли это для неё счастьем?..........
Санраку: — ............
Как бы это сказать... м-да... И это я буду чувствовать такой отвратительный осадок каждый раз, когда убиваю всего лишь рядового моба, который тут как пристройка к боссу?!
Я уже не в том возрасте геймера, чтобы у меня дрогнула рука из-за внешности врага, но... здешняя реалистичность слишком высока, чтобы просто относиться к этому как к конвейеру: «Окей, готово, следующий».
Тем более, это моё первое прохождение, и скипать ивенты мне совершенно не хочется.
Но, надо признать, даже не будучи настоящей Боссдюнине, она оказалась весьма сильным противником.
Я смог быстро её уложить лишь благодаря тому, что у неё было мало HP, почти как у игрока, и она злоупотребляла навыками, наносящими урон ей самой. Но если таких тварей вылезет штук десять-двадцать... это будет действительно скверно.
Она смогла схватить меня, здоровенного мужика (в игре), и побежать с такой скоростью — пусть это и была внезапная атака! При такой хрупкой внешности, её силища... сравнима, пожалуй, с Рей... с силой Сайгер-0.
Если бы она ещё и магией владела так же мастерски, как Рей, я бы тут точно разрыдался.
Прошло уже некоторое время с тех пор, как открылся Новый Континент... вернее, с появления Бахамута.
После Драконьего Бедствия игроки с трёхзначным уровнем перестали быть редкостью.
Я повидал немало таких игроков... но даже на их фоне Рей — это аномалия. Она — предел развития идеального шаблона.
Она закована в уникальное снаряжение и ездит на жуткой лошади. Игроки, которые качаются по похожему билду, наверное, смотрят на неё и плачут от зависти.
Санраку: — Ну-с... мы же встретились взглядами, не пора ли вам выйти?
Мы с Ува-а сражались не на крошечной арене.
И я, и она, пытаясь занять выгодную позицию, изрядно побегали, попрыгали и поскакали по лесу.
В результате я вообще потерял ориентацию в пространстве: не знаю, где нахожусь, насколько далеко ушёл от места, где мы разделились с группой... и, честно говоря, даже не уверен, в какую сторону мне теперь идти.
Короче говоря, я заблудился... Но помимо этого, кажется, в пылу битвы я случайно влетел прямо в какую-то случайную группу игроков.
И более того, среди них я вижу знакомый... чёрный доспех.
Гаруносэ: — Вы, случайно, не стримите сейчас?
С трансляциями у меня связаны не самые лучшие воспоминания.
«Я смутно подозревала это, но... она сильна во всём!»
Ещё когда она оказалась мечницей, у Кёгоку закрались подозрения.
Когда она предстала в облике девочки, появилось нехорошее предчувствие.
И то, что она оказалась «Голдюнине»... полностью подтвердило её опасения.
«Быстрая, прочная, а главное — чудовищно сильная!.. Клянусь, я сейчас взорвусь от злости ещё до того, как мы начнём рубить друг друга!»
В клинче её продавливают.
Несколько ударов прошли, но враг даже не дрогнул.
Стоит разорвать дистанцию — она тут же её сокращает.
Но самое главное...
Йозора: — Ещ-щё н-немного... длиннее и т-толще...
Кёгоку: — Хватит уже!..
Сразу после того, как Кёгоку уклонилась, обсидиановое лезвие жажды крови, раздувшееся в длину почти до трёх метров, раскололо землю там, где она только что стояла.
Изначально катана Йозоры была такого же размера, как и у Кёгоку. Но теперь она постоянно меняла форму, словно обещая исполнить любое безумное желание своей хозяйки.
«К счастью, когда она увеличивается, ей становится сложнее размахивать...»
Сложнее — не значит невозможно.
И если на тебя обрушивают огромную массу с такой чудовищной силой, то даже игрок трёхзначного уровня не отделается без царапин.
«Если использовать навыки, я превзойду её в скорости, но...»
Билд «Кёгоку» изначально не рассчитан на затяжные бои.
Максимум полчаса. Дальше кулдауны навыков начнут накладываться друг на друга, и она просто не сможет нормально двигаться.
[Два Шага, Три Путаницы] — ещё можно использовать, но этот навык постоянно меняет длину шага и дистанцию перемещения, что делает расчёт дистанции в ближнем бою крайне сложным.
П/Р:
Такой навык был у Хиираги.
[Ярость Бури и Грома] — уже использован, Кёгоку ждёт окончания перезарядки.
[Молниеносный Удар Громового Клинка] — доступен... но оглушение после использования делает его слишком опасным для всего, кроме финального, решающего удара.
П/Р:
Вероятно, новый навык.
[Падение Льва] — высокоскоростной навык перемещения, эффект которого продолжается, если после движения нанести удар... Использую!
Словно крадущаяся по земле змея, Кёгоку в низкой стойке ворвалась в радиус поражения, который в данный момент составлял три метра.
Лезвие Йозоры было слишком огромным, чтобы остановить ускоренный рывок Кёгоку.
Прежде чем Йозора успела сжать свою гигантскую обсидиановую смерть, Кёгоку рассекла её ударом от плеча к бедру... Но.
Кёгоку: — Должно было засчитать попадание в корпус...
Ш-ш-ш-ш...
Ещё до того, как из раны посыпались эффекты урона, яд пополз по порезу, словно змея, мгновенно затягивая его.
«Я уже пять раз глубоко её ранила. Игрок бы давно умер, да и монстр должен был бы хоть немного сбавить темп от ранений... Но её эффективность не падает!»
Абсолютная, неугасающая жизненная сила.
Та самая Первая, которая цеплялась за жизнь, даже если для этого приходилось ползать по земле, хлебать грязь и жрать падаль.
Эта невообразимая живучесть постепенно загоняла Кёгоку в угол, истощая её ресурсы.
П/А::
Её имя звучало часто, когда она побеждала.
Но когда она проиграла, никто не назвал её по имени.
Истощённая до такой степени, что у неё не осталось сил даже на предсмертный крик, она умерла, так и не услышав своего имени.
И в этот раз ей тоже перерезали горло, не дав даже закричать.
Но всё же... её назвали по имени, прежде чем она умерла.
• Увабами
Змея, подчиняющаяся Йозоре. Строго говоря, это не змея, но нечто, определяемое как змея. Она уже появилась.