Старый Порядок и Новая Эра

Великое Неприступное кольцо получило приписку «Великое» после окончания Четвертой Роковой Демонической войны. За битву у Преддверия кольца. Война шла к своему ожидаемому концу. Демоны проигрывали подчистую. В этом играла большая роль дья’калльского авангарда, который одерживал победу в ключевых схватках. И когда уже все люди думали, что почти всё кончено и осталось лишь добить врага, демосс по имени Дий собрал целое полчище прямо перед Неприступным кольцом.

Дий намеревался переломить ход войны всего одним сражением. Ситуация стала критической из-за того, что авангард находился в далеких Безымянных землях в кампании, а разведчики проспали приход полчища. Поэтому Кеймушской армии пришлось в экстренное время собирать войско на защиту человечества.

Бой был очень долгим и кровопролитным. Демоны не отступали несмотря ни на что, а Кеймушская армия балансировала на грани поражения. Обе стороны понесли большие потери, но люди всё же смогли выстоять, невзирая на всю тяжесть этого события. Битва у Преддверия Неприступного кольца стала решающей и положила конец Четвертой Роковой. Демоны, в свою очередь, еще долго не могли оправиться от этого поражения. А к Неприступному кольцу стали прибавлять еще и Великое.

А пока в настоящее время на улицах Кровангардера бурно кипела жизнь. Столица и так самое густонаселенное место в Кеймушо, но с прибытием беженцев число людей превысило все пределы. Кто-то что-то продавал, кто-то что-то рассказывал. Так, например, на главной площади города священник проповедовал народу:

— Начало новой Роковой войны против демонов означает лишь то, что мы разочаровали нашего Небожителя! За свои грехи и бездействие вы все были наказаны! Так давайте же помолимся нашему общему Небожителю за благополучие всего чистого и умерщвление всего нечистого. А также не будем забывать про нашего праотца — первого Повелителя Кеймушо — Каса’Рантекса Великого! На минуточку, внука Небожителя и такого же святого, как и его жрица-мать Деметрия.

После проповеди на улице священник отправился к себе домой как ни в чем не бывало. Он прошел через дверь и двинулся дальше, но хлопота двери, обозначающего ее закрытие, почему-то не было.

— Первый Повелитель никакой не внук нашему Небожителю. Как ты смеешь приписывать какого-то бастарда в род святых?! — с явным наездом и агрессией послышался голос позади священника.

Тот медленно развернулся и увидел персону, скрывающуюся в темном плаще. На удивление, священник не выглядел напуганным.

— Ты пробрался в мой дом, чтобы сказать мне это? Почему ты прячешь свое лицо? Открой его и позволь мне увидеть, кто это говорит, — спокойно отвечает священник.

После его слов происходит короткая тишина, но затем просьба выполняется. Персона медленно опускает свой капюшон и в этот момент священник видит белую маску с четырьмя светящимися глазами и знаком багрового солнца. И тогда он всё понимает.

— Нет! — кричит от ужаса священник, а его ноги подкашиваются.

А персона в маске медленно и издевательски настигает его…

В это же время в совершенно другой части города, а вернее даже за городом, в Неприступном кольце происходит нечто похожее. С уходом войск Мордовиса всё было слишком тихо. Все как будто находились в спячке или что-то в этом роде. Один патрульный обходил коридоры кольца как обычно. Но внезапно на него нападают. Уже очевидно, что это тоже был бес.

Разобравшись с патрульным, он переодевается в его вещи и продолжает путь в виде шпиона. Стараясь не привлекать много внимания, переодетый бес бегло спешил в определенную сторону. Однако вдруг на пути слышатся чьи-то голоса:

— …Я вот и думаю, что когда-нибудь демоны точно окончательно проиграют и больше не будут никогда возрождаться, — болтали двое таких же патрульных.

— Нет, этого не будет, пока мы не убьем Хашана. Ты же сам знаешь, это из-за него демоны постоянно зарождаются вновь.

— Нет, сказки про Хашана — всего лишь сказки. Его даже ни разу еще не видел никто за эти тысячи лет. Люди просто выдумали какого-то злейшего врага, на которого можно валить все свои невзгоды и проблемы…

Вдруг переодетый бес становится прямо перед солдатами. Те перестают болтать и смотрят точно на него, не понимая, чего он хочет.

— Хочешь пройти? — спросил один из них, на что бес ему молча кивает.

Тогда эти двое расступаются, и бес в спешке проходит дальше. 

— Какие все хмурые и необщительные стали в последнее время.

— Согласен, не то, что мы…

Бес останавливается у двери и осматривается по сторонам. Когда он никого не видит, то решает войти в эту дверь, оказываясь в кабинете Грознаса Безудержного. Но самого лорда главнокомандующего на привычном месте не было. Тайком бес пробирается через всю комнату и заходит в еще одно помещение. А там уже как раз непринужденно дрых Грознас в своей постели. Бес тихо подкрадывается к нему и, стоя прямо над ним, показывает свой клинок. Бес замахивается для удара и уже предвкушает, как острие лезвия воткнется в сердце. Затем он резко опускает руку для удара, но внезапно его руку останавливают. Другой рукой. Рукой Грознаса. Бес в шоке и не понимает, что происходит. А левая рука спящего Грознаса до сих пор продолжает его удерживать. Как будто это был чистый рефлекс. И в следующий момент Грознас мгновенно приподнимается из-за кровати и вдаривает по бесу с правой. От удара такой силы он пулей влетает в стену и остается лежать там. Полуголый, полусонный Грознас поднимается на ноги и подходит к нему. Он решает снять черепной шлем и видит белую маску, но уже проломленную вдребезги. Побыв так некоторое время, тело беса начинает испаряться, и в конце концов остаются лишь отобранные доспехи…

На следующий же день в тронном зале Вороного Виртариона проводится собрание по обсуждению этих событий. Шинши незаинтересованно сидел на своем троне, а рядом с ним располагались его верные слуги: Кхад и Дейда. Большие двери тронного зала приоткрываются, и в них торопливо входит еще двое лиц: Белдрус и Грознас.

— По вашему мнению, лорд Белдрус, вчера произошли настолько важные события, что мне даже пришлось перенести мой завтрак и сначала провести собрание. Тогда я готов быть удивлен, — надменно начал Шинши.

— И я не соврал, мой повелитель. Вчера был убит главенствующий священник, а также было совершено покушение на лорда главнокомандующего Кеймушской армии Грознаса Безудержного, — ответил Белдрус.

— Как я погляжу, покушение было неудачным? В нашем главнокомандующем я не сомневался, — с улыбкой произнес Шинши.

— На лбу священника была вырезана метка багрового солнца, а Грознас видел его собственными глазами. Сомнений быть не должно, это действительно они…

— Кто они? — с непониманием переспросил Шинши.

— Бесы багрового солнца. Они проникли в столицу и устраняют важных должностных лиц. Все мы под угрозой их атаки.

— Это те, кто вырезали целый город в Проклятых землях? — хмурясь, задал вопрос Шинши. — Я слышал, их немного.

— Да, вы правы, повелитель. Их всего восемь, ровно как и месяцев в нашем году, — ответил Белдрус.

— Кстати о них, почему первый месяц Рантекс схож в названии с именем первого Повелителя Каса’Рантекса? 

— Я думаю, это очевидно. Потому что месяц назван в честь него. Другие месяца тоже не исключения, второй месяц «Хашан» назван в честь легендарного прародителя демонов. Третий месяц Сирт назван в честь героя-военачальника Второй Роковой войны. И так далее. Но сейчас важно не это, а то, почему бесы вдруг начали действовать. Я это разгадал и, с вашего позволения, расскажу, мой повелитель.

Шинши кивнул, и Белдрус вместе с Грознасом двинулись в сторону большего стола, стоящего у колоннах тронного зала. Туда же направился и сам Шинши вместе со своими подчиненными. Стоя у стола, Белдрус достал сверток бумаги из кармана и разложил его целиком. На нем были изображены рисунки масок, какие-то прилегающие к ним надписи и многое другое. 

— Многие, да даже, скорее всего, никто не знает, почему бесы не умирают и живут уже на протяжении многих тысяч лет. Всё из-за одной сокрытой особенности, о которой я узнал совсем недавно. О том, что один определенный бес сильнее тогда, когда его месяц идет в настоящее время, знают практически все. Но у них есть еще одна особенность — каждый год бесы возрождаются вновь, все в полном порядке. Для этого нужно, чтобы хотя бы один один из бесов выжил. Ну как, уже догадались, почему эти твари зашевелились? — с интригой спросил Белдрус у своих слушателей.

— Потому что сейчас идет последний месяц, скоро конец года, — ответил Дейда.

— Правильно, не зря вы советник нашего повелителя. Зная это, бесы вышли на охоту. Им достаточно спрятать одного из своих где-то в закоулках Проклятых земель, и благодаря ему возродятся все, кто погиб за весь этот год.

— Тогда что ты предлагаешь, Двуликий? — обратился к нему по прозвищу Шинши.

— Нужно собрать отряд и снарядить его в поход на Проклятые земли. Я уверен, что бесы засели в Хеллграде. Там их и нужно порешать, пока не начался Новый год. А иначе те, кого мы убили и убьем в дальнейшем, придут за нами вновь. Даже тот, которого убил ты, Грознас. Кстати о нем, ты можешь показать по маске, кого именно ты убил? 

Грознас немного подумал, а после указал пальцем на маску под пятым месяцем. 

— Вроде бы эту маску я разломал, — ответил Грознас.

— Значит, Кон. Хорошая работа, лорд главнокомандующий. И последнее, о чем я хотел вас предупредить — это о моей личной гвардии. У господина Грознаса есть свои солдаты, а у повелителя кхад. Но даже так, вы и сами можете постоять за себя. В отличие от меня. Поэтому эти тщательно отобранные люди будут защищать не только меня, но и все, что может быть подвержено атаки бесов. Прошу, войдите, — звонко попросил Белдрус, и через пару секунд в тронный зал вошли новые персоны.

Их было приличное количество, все они были одеты совершенно одинаково. Все носили красные накидки и серые перчатки. На лице они носили серые маски в виде улыбающихся гримас, но рта не было видно из-за красного шарфа, облегающего всю шею. И как вишенка на торте, на их макушке располагалась маленькая, слегка смешная, красная шапочка. Никто из них не проронил ни слова, и они лишь молча с мрачноватым оттенком смотрели на своих господ. Позитивных эмоций эти люди почему-то не приносили.

— На этом у меня всё. Если ко мне не осталось каких-то вопросов, то мне надо идти. У меня еще куча дел, вы даже не представляете, — произнес Белдрус, направляясь к выходу.

Никто не остановил, и он ушел, а вслед за ним и его личная гвардия.

— Я тоже, пожалуй, пойду, если собрание окончено, — сказал Грознас.

— Да, собрание окончено. Ты можешь идти, — ответил ему Шинши, и тот ушел.

После этого Шинши и Дейда остались вдвоем, не считая фамильяра Кхада.

— Белдрус так боится этих бесов, — задумчиво промолвил Шинши.

— На это есть все основания. Если бы за Грознасом отправили Рантекса или другого такого же сильного беса, то мы бы лишились нашего главнокомандующего.

— У Кеймушо же есть запретные песнопения, как я понял, что-то типа заклинаний. Разве не найдется какое-нибудь одно такое, чтобы истребить всех этих бесов?

— Если бы это было так просто, мой повелитель. Во-первых, эти песнопения надо уметь читать и правильно произносить. Ни я, ни вы не умеем этого, к сожалению. Я знаю только одного такого человека, и это лорд Белдрус. Поэтому ему и было предоставлены некоторые из них для защиты Кеймушо и то, в строго ограниченном количестве.

— Белдрус обладает запретными песнопениями? — удивленно спросил Шинши.

— Да, но лишь теми, что дают послания о будущем и помогают узнать о катастрофах задолго до ее начала.

— Катастрофы были, но почему-то Белдрус о них не был в курсе. Или же был и специально не рассказывал о них мне?

— Сомневаюсь, мой повелитель. Форсирование Стены Доблести или резня в Хеллграде, безусловно, страшные события, но не такого масштаба, чтобы о них узнать из песнопений, как я полагаю. За все их использование они уведомили Белдруса лишь о двух событиях во времена разных повелителей. Возможный переворот от дья’каллов во время правления Рораса Учтивого и восстания лорда Зогфрида во время Кориса Измученного. И тогда, и тогда Белдрус буквально спас Кеймушо от падения. Но у меня есть некое предчувствие, что скоро этот список пополнится.

— Я слышал, что власть, дарующую песнопения, безгранична. Именно поэтому ее строго охраняют где-то в подвалах замка. А поэтому я хочу хотя бы попробовать прикоснуться к этой власти. Я хочу освоить чтение песнопений. Как это можно сделать? И не говори, что это невозможно, Дейда.

— И не скажу, мой повелитель. Но для этого вам потребуется учитель и огромный талант. Первого мы можем попытаться найти в столице, но второе зависит только от вас. Однако вам стоить хорошо себя к этому подготовить, недаром песнопения запретили в самом начале формирования Кеймушо. Только единицам дозволялось к ним прикасаться.

Услышав эти слова, Шинши приближается к Дейде до максимума.

— Я надеюсь, ты уже понял, что я та самая единица. Начинайте искать учителя, — грозно шепчет он и тоже уходит из тронного зала…

А тем временем троица как раз уже подходила к Преддверию. Они вовсю любовались красотами и высотами грандиозного Великого кольца. И, конечно же, не могли сдержать своего восхищение, ну, по крайней мере, Акира и Кичиро.

— Вот это да! Никогда не видел такой красоты в своей жизни, — радовался Кичиро.

— Во всей этой кольцеобразной стене располагается около шестидесяти тысяч солдат, другими словами, Кеймушская армия. Ну, это если верить словам Зогфрида, — подметил Акира.

— Это правда. А еще правда то, что это еще не самая высокая стена в Кеймушо, — вдруг сказал Икс.

Акира и Кичиро удивились. 

— Стена Доблести будет повыше, чем это. И тем не менее штурмовать Неприступное кольцо намного сложнее.

— А ведь я могу разрушить всё это одной лишь техникой. Понимая это, ощущается некое чувство всевластия что ли. Это так странно, — поделился своими мыслями Кичиро.

— Не увлекайся, Кичиро. Я знаю, о чем ты говоришь. Это до хорошего не доводит…

Троица влилась в очередь беженцев. Пройдя Преддверие кольца и ее врата, им осталось лишь пройти через мост Истины, который возвышался над Безмерной пропастью и предоставлял возможность попасть в Кровангардер. Первое, что они хотели сделать — это прогуляться по городу. В самой столице было настолько много людей, что Акира вспомнил центральные улицы Токио. И даже так, они не шли ни в какое сравнение с улицами Кровангардера. Днем было даже не вздохнуть нормально, поэтому троица решила сначала заселиться в какой-нибудь гостинице, благо Зогфрид позаботился об их денежном состоянии. А потом выйти на улицу уже когда стемнеет. Быть может тогда людей бы стало поменьше. Все здешние здания хоть и отличались особенном красным оттенком и стилем, но город неизбежно тонул в грязи. Но мирные жители как будто к этому уже просто привыкли.

Только вот после того, как главные герои прошли вместе с другими беженцами. Проход в столицу стали потихоньку перекрывать. Возможно из-за переизбытка людей или из-за мер безопасности.

— Прошу вас, пропусти меня! Ну пожалуйста! — умоляли люди, пытаясь протиснуться во врата кольца.

Но Кеймушские солдаты отталкивали их и блокировали им путь.

— А из-за чего вдруг проход закрывают? Говорили же еще пару дней будет свободен. Это из-за смерти священника? — спросил солдат у своего офицера.

— Нет, сказали, что в расположение Кеймушской армии прибудет еще воины прямиком из Лайенда. В Неприступном кольце их не разместить, поэтому поселят в столице. Ох, если будет какая-то осада, все мы подохнем от голода.

— Что? Воины Лайенда прибудут? А это еще зачем?

— Я откуда знаю, солдат? Работай молча, хватит вопросов! — ответил офицер и вопросы прекратились.

Солдаты продолжали выгонять не успевших попасть вовнутрь из Преддверия. Работы было у них еще много.

Сколько бесов проникло в столицу не знали никто, кроме самих бесов, конечно же. Пока что это число составляло два, но оно могло измениться в любой момент. Остальные бесы находились в сердце Хеллграда — храме Милосердия. В постройки, которая превышала размеры и выглядела красивее главной резиденции города. Но там они находились не просто так. Бесы преследовали определенную цель. Все это время, что прошло с рокового дня резни в Хеллграде, они занимались переливанием крови убитых в бутыли. Для своей цели крови им нужно было очень много.

— Как там справляются Дластар и Кон? Есть какие-нибудь вести? — спросил Хашан, олицетворяющий второй месяц.

— Дластар выполнил свою задачу успешно, священник мертв. А вот Кон оплошал. Его схватили и убили, — ответил Сирт с маской лишь на нижнюю часть лица и олицетворяющий третий месяц.

— Почему я совсем не удивлен? Мне что, опять придется выискивать его убийцу, чтобы закрыть вендетту? Только вот с лордом главнокомандующем Кеймушской армии будет сложнее, чем либо другим, — отметил Инаят с маской без каких-либо вырезов для глаз или рта и олицетворяющий седьмой месяц.

— Это уже неважно. Когда мы закончим приготовления к ритуалу, в столицу можно будет отправиться всем, кроме Деметрии. Она останется здесь до конца года.

— Мы это уже все знаем, ты раз за разом это повторяешь, как будто думаешь, что мы невменяемые, — пожаловался Фагурд с маской похожей на птичий клюв и олицетворяющий четвертый, самый холодный месяц.

— Потому что это важно, идиот. И я буду повторять хоть тысячу раз, если это потребуется. Именно мы и никто другие должны будем призвать Предвестника Хаоса в юбилейный день. Ведь как-никак через двадцать дней будет ровно десять тысяч лет как Кеймушо было проклято Небожителем. А посланный им Предвестник должен будет снова покарать всех живущих в этом измерении. Когда придет время, мы окрасим воды Эклиптуса, реки, омывающей все Проклятые земли, в алый цвет крови принесенных в жертву людей… — промолвил Хашан и все молча посмотрели на него, перестав что-либо делать. — Разрушим Новую Эру и вернем Старый Порядок в Кеймушо.