День Икса

В воспитании юных повелителей с давних времен существовала одна особенность. И заключалась она в том, что их с раннего возраста лишали матерей. Делали это для того, чтобы юные повелители не испытывали на себе материнской любви. Без нее повелители были более бесчувственные и лишенные ощущения безопасности и доверия в этом мире. Что в измерении Кеймушо шло только на пользу. Не совсем известно, с какого повелителя это началось, но известно, что продолжалась эта традиция до самого конца. Однако Данзас Жестокий решил пойти еще дальше. Он решил, что если сначала дав эту самую материнскую заботу, а потом отняв ее, это ещё сильнее закалит его сына. Поэтому мать у Киллджо оставили, но только до одного момента. Когда Киллджо исполнилось 100 (10 по-человечески) Данзас непонятно зачем позвал своего сына в катакомбы Вороного Виртариона, где хоронились все Повелители. Место явно было не для посиделок с чашечкой чая. Придя туда, Киллджо уже ждали мать и отец. По выражению лица матери и по ухмылке Данзаса можно было понять, что чего-то хорошего ожидать не стоит.

— Сегодня ты наконец станешь одним из нас. Я долго ждал этого момента, — певучим голосом начал Данзас. — Чтобы стать моим преемником и наследником Кеймушского трона, ты должен будешь пройти испытание. А именно: лишить жизни собственную мать, — проронил Данзас даже не моргнув.

Вылетевшие слова, как нож в сердце, вонзились в Киллджо. От услышанного ему поплохело, ведь он знал, что отец никогда не шутит.

— Что ты несешь!? Как ты можешь такое говорить! — с яростным криком Киллджо ринулся в сторону Данзаса с нападком.

Но повелитель без труда от него защитился и, ударив сына по лицу, тот полетел прочь.

— Киллджо! — с переживанием воскликнула его мать, наблюдая за всем этим ужасом.

— Конечно, у тебя есть выбор: либо справиться с испытанием и стать моим наследником, либо провалить его и умереть вместе с матерью. А я тогда найду себе новую семью.

— Киллджо, ты должен это сделать, пожалуйста. Прошу тебя, — умоляла мать, чем сильнее усугубляла ситуацию.

Пока Киллджо валялся на полу и оправлялся после удара, Данзас подкинул ему кинжал и принялся ждать. Тогда Киллджо берет в руки подброшенный кинжал и поднимается на ноги. Он какое-то время смотрит на свою маму, но потом резко бросается к Данзасу, замахиваясь для удара. Однако повелитель снова его останавливает. На этот раз ударяя его еще сильнее.

— И долго ты так собрался дурью маяться? Время подошло к концу, решай, что выберешь.

Киллджо вновь оказался на полу. На этот раз у него из носа текла кровь. Мать подбежала к нему, с волнением осматривая его рану.

— Отойди, мам! Я убью его, обещаю тебе! — рыча, заплаканными глазами говорит Киллджо отталкивая свою маму.

Киллджо становится напротив Данзаса с убийственным взглядом. Он тяжело дышит и его руки дрожат, но понятно, что полностью погружен в свои раздумья. Как вдруг происходит нечто неожиданное. Пока Киллджо угрожающе осматривал своего отца, мама Киллджо собственовольно взяла руку сына, в которой находился кинжал, и направила ее на себя. Киллджо возвращается в реальность и осознает всю суть происходящего. Его мама начинает падать, но он ловит ее и опускается вместе с ней. Киллджо начинает плакать, лицезрея страшное, но Данзас на этом не останавливается.

— Закончи начатое! Избавь ее от страданий наконец! — кричит Данзас под плач сына.

Под таким напором Киллджо ломается и проводит кинжалом по ее шее. Все заканчивается. От этого ужаса пепельные волосы Киллджо внезапно окрашиваются в черный. Данзас подходит к нему, чтобы удостовериться в результате.

— Молодец, Киллджо. С натяжкой, но испытание ты прошел. Посмотри на себя, вылитый отец в молодости.

Киллджо поднимает на отца свой обиженный взгляд.

— Я ненавижу тебя всем сердцем, — сломлено сказал он.

— Это хорошо. Ненависть — самый лучший двигатель и источник силы, что может быть у человека, — с этими словами Данзас оставляет Киллджо и уходит….

Безусловно, это событие отразилось на Киллджо и на его взаимоотношениях с отцом. И тем не менее он все равно продолжал жить дальше вместе с ним, лишь ожидая момента, когда займет его место. Однако этого момента не настало.

Сейчас Киллджо находился в своем имении, неподалеку от Вороного Виртарионе. На встречу он пригласил лорда Белдруса Двуликого, и тот согласился. 

Сам же лорд пришел один, без своих слуг, что давало ему большей конфиденциальности. Но это не значило, что не был защищен. Белдрус всюду ходил со своим посохом и в мирное время использовал его как трость для ходьбы. И хоть у него не было проблем с передвижением, недооценка со со стороны, по его мнению, ему не помешает. Его пустили в виллу принца Киллджо, ранее принадлежавшую повелителю Данзасу. Белдрус бывал там во времена правления Жестокого, и разницу в интерьере со сменой владельца он видел прекрасно. Киллджо уже ждал его в просторной комнате с вкуснейшими напитками, что только можно найти в Кеймушо. Заприметив гостя, принц тут же поднялся с кресла, чтобы поздороваться.

— Лорд Белдрус, я рад, что вы пришли, — сказал Киллджо.

— Это пустяки. Почему не посетить такое уютное место, когда тебя приглашает друг, — отвечает Белдрус, присаживаясь в кресло напротив. — Особенно, когда ты в столице, а не у себя дома.

— Да, многие уже заметили то, что вы в последнее время не часто бываете в Лайенде. У вас какие-то особые на это причины?

— Нет, просто в столице я чувствую себя в безопасности, в отличие от своего манора. Он хоть и защищен, и у него есть свои защитники, но смотря на события в мире, я не уверен, что стены города и мои люди выдержут в случае чего. Тем более, я нужен здесь, как и нынешнему повелителю, так и будущему, — последние слова Белдруса были явно сказаны в интригантной форме.
В ответ на это Киллджо посмотрел на двойное лицо Белдруса и ухмыльнулся.

— Только мне интересно, насколько быстро будущий повелитель станет тем самым нынешнем?

— Пока еще придется подождать какое-то время. Народ пока что не жалуется, потому что не было поводов. Возможно, Шинши как повелитель будет лучше Данзаса, и из-за этого народ все устраивает.

— Но так не должно быть! — воскликнул Киллджо, приподнявшись всем телом.

— Я понимаю, юный принц. И полностью вас поддерживаю. Чужеземец, появившийся из ниоткуда, не может править нашими землями. Но что можно поделать на данный момент? Народ не возникает, а лорды? Аделиза совратить Шинши по моей просьбе, но у нее не получилось. Оркинес сразу сказал, что покуда у повелителя течет кровь прошлого повелителя, он не станет что-либо предпринимать. А в Шинши течет кровь Данзаса, это известно уже всем. Лорд главнокомандующий Грознас сначала был не в восторге от нового повелителя, но главное, что нужно знать про него — он уважает силу. А Шинши показал эту самую силу, в потасовке с Кхадом на собрании лордов. Сам того не понимая, Шинши завоевал уважение Грознаса. Так что остается лишь один преданный вам лорд, и это — я.

— Конечно, я рассчитывал на большее, но главное, что на моей стороне вы. И тем не менее я уверен, что лучший момент для свержения узурпатора — это военное время, кое сейчас и идет.

— Я согласен, но нужно выждать момент. Чуточку подождать, всего лишь…

События переносятся в знакомый нам Наозан, манор на верхушке горы Аури, где в настоящее время располагался Зогфрид с армией мучеников и Акира с Кичиро. Все это время они переводили дух, подготавливаясь к новым предстоящим трудностям. Но жить в резиденции лорда было довольно удобно. Тепло, не сыро и вкусная еда. А самое главное — безопасно. Ложась спать, больше не думаешь о демонах, таящихся повсюду. Акира и Кичиро даже и позабыли, что вообще-то находятся в измерении страданий и ужаса. В данный момент они сидели за столом и играли в кости. Акира берет два игральных кубика и, бросая их в стакан, переворачивает его и ставит на стол. А убирая стакан, смотрит на то, что ему выпало.

— Пять и шесть, в общей сумме — одиннадцать. Неплохо, тебя спасет только двенадцать, — подметил Акира, передавая игровую атрибутику другу.

— Я надеюсь на лучшее! — с этими словами Кичиро повторил то, что делал Акира, и, немного затаив дыхание, убрал руку.

— Три и два, — произнес Акира первым. — Ты снова проиграл.

Кичиро расстроенно вздохнул и откинулся на спинку деревянной скамейки.

— Эхх, всю удачу я, похоже, оставил в Абунае, — обреченно ответил Кичиро.

— Да, в Абунае ты был тем еще счастливчиком. Сначала отрезанная рука на втором этаже, а потом помощник в лице Такеши, — промолвил Акира, вспоминая прошлое.

— И не говори, весело было, — начиная вспомнить тоже, ответил Кичиро.

Вдруг дверь в апартаменты открывается, и к ним заходит лорд Восставший.

— О, вы уже не спите. Это хорошо, у меня есть разговор, и он довольно важный, — сказал Зогфрид, присаживаясь рядом с Кичиро.

— Доброе утро, Зогфрид! — поздоровался Кичиро, радуясь встречи.

— Доброе, доброе, мои верные друзья. Хочу поделиться, что подготовка моей армии идет полным ходом, и она практически завершена. Я посидел, подумал и понял, что мои цели и планы вам прекрасно известны. А вот мне ваши в обратную сторону не очень. Эта мысль вызывает ступор, поэтому хочу спросить напрямую: какая у вас цель прямо сейчас? — спросил Зогфрид, посматривая на обоих.

Кичиро этот вопрос застиг врасплох, он уже давно не подозревал ни о какой цели и просто плыл по течению. Но вот Акира пошел дальше. Он знал, что ответить.

— Я думаю, наши цели в какой-то степени совпадают. Мы с Кичиро хотим увидеться с Шинши лично.

— Увидеться с повелителем Кеймушо? И для чего же, я боюсь спросить?

— Точно ответить не могу, но знай, что кое-как взаимосвязаны с ним. И у меня, и у Кичиро есть парочка вопросов к нему.

— Да! Я вспомнил, что хотел ему сказать! — подхватил Кичиро.

— Хорошо, тогда я все понял. Спасибо, что поделились этим. Не переживайте, я устрою вам личную аудиенцию с повелителем Кеймушо. Но пока, мне нужно расширить свою армию еще.

— И как ты собираешься это сделать, Зогфрид? — удивленно спросил Кичиро.

— А это вам вопрос на засыпку: какой манор прямо сейчас стоит без хозяина и про него все забыли?

Зогфрид замолчал и принялся ждать ответа. На его удивление, он последовал весьма быстро.

— Манор Содоморра, — самоуверенно ответил Акира.

— Бинго! Молодец, Акира. Содоморра сейчас без своего лорда и солдат. Это идеальное место, чтобы пополнить ряды моей армии.

— Тогда мы направляемся туда? — спросил Акира.

— Туда отправлюсь лишь я, а вы можете идти сразу в Кровангардер. Скрытно проберетесь вовнутрь столицы и там уже будете ждать, пока я подберусь к Великому Неприступному кольцу.

— Но Кеймушская армия встретит тебя гораздо раньше. Ты уверен, что справишься без нашей помощи? — удивился такому ответу Акира.

— И я даже знаю, кого против меня отправят. Командира пехотных войск, Мордовиса Непреклонного. Он гениальный полководец и воин, так что будет интересно разбить его собственными силами.

— Раз уж он такой сильный, ты не думаешь, что можешь проиграть ему?

— Нет, я выиграю. Просто доверьтесь мне. А потом мы вместе сокрушим неприступные стены Неприступного кольца.

— Ну если ты так уверен, тогда ладно. Выступаем уже сейчас?

— Да, чем раньше, тем лучше, друзья мои.

С этими словами троица вышла из комнаты и направилась вниз, где уже расхаживало множество мучеников, переодетых в броню Наозанских воинов. 

Спускаясь по лестнице, Акира заметил какой-то внутренний конфликт. Двое солдат окружили одного парня, не давая ему прохода. Восстановить порядок подошел Зогфрид.

— Что тут у вас происходит? — с серьезным тоном спросил он.

— Этот гаденыш отказывается сражаться или возвращаться обратно в мучениские подвалы, — ответил один из солдат.

Акира, как и Кичиро, стояли позади Зогфрида и наблюдали за ситуацией. Внешний вид этого самого «гаденыша» Акиру привлек. Он носил фиолетовый плащ, под стать своим ярко-фиолетовым глазам. На лице у него были разные пирсинги, будь то на носу или на губе. Кожа у него была смуглая, даже темная. А на голове, кроме двух дредовых косичек, завернутых назад, ничего не было.

— Как я уже говорил ранее, у мучеников всего два выбора: либо сражаться за свою свободу и за меня, либо остаться гнить в своих пыточных. Если ты не хочешь ни того, ни другого, то, что ты тогда хочешь? — спросил Зогфрид, стоя на близком с ним расстоянии.

— Я хочу просто умереть, — безэмоционально ответил он, чем удивил Акиру.

Его глаза не излучали ни единой капли жизни. Акира никогда такого не видел.

— Хочешь, чтобы твоя душа самоуничтожилась и ты обрел покой? Извини, я не смогу тебе такого предложить. Если я убью тебя прямо сейчас, то ты переродишься у себя в подвале. Все из-за твоего мученического клейма. Так что выбери что-нибудь другое.

Зогфрид испепелял взглядом того мученика, ожидая, пока он ответит. Но тот лишь продолжал смотреть на него с пофигистическим лицом. Этим он и взбесил Зогфрида. В один момент, Восставший замахивается правой рукой для удара, но мученик останавливает его руку. Тогда Зогфрид использует осколок дэдрагеса, прибранного у Карлиона, и мощная волна отталкивает и впечатывает мученика в стену. Акира думает, что уже все закончилось, но вдруг происходит что-то странное.

— Извини, я не смогу тебе такого предложить. Если я убью тебя прямо сейчас, то ты переродишься у себя в подвале. Все из-за твоего мученического клейма. Так что выбери что-нибудь другое.

Акира также стоял на своем месте и наблюдал за их общением. Ничего странного, но некое чувство, что как будто, это уже происходило, осенило Акиру. 

Зогфрид точно также ожидал ответа, но так и не дождался. Он ровно так же, как и в первый раз замахивается для удара с правой, но мученик опять его останавливает. Тогда Зогфрид использует осколок дэдрагеса, но еще за время этого мученик отходит в сторону, избегая кинетическую волну. А затем он заходит за спину ошарашенному Зогфриду и скручивает его, наклоняя перед собой. Слышится звонкий звук стали, и в дело вступает Акира, оставив клинок Азакена у горла мученика.

— Давай без лишних глупостей, отойди от него, — сурово пригрозил Акира и мученик послушно отпустил Зогфрида и отошел подальше.

— Ты знаешь, что это за клинок? Клинок Азакена, разрубаемый неразрубаемое и убивающий неубиваемое. Он также может убить мученика, и тогда тот не возродится несмотря на проклятие клейма. Ты же это ищешь, не так ли? — продолжил Акира.

Услышав эти слова, безэмоциональное лицо мученика вдруг изобразило тонкую эмоцию удивления, и он сделал маленький шаг ему навстречу.

— Стоять! — строго остановил его Акира. — Ни шагу с места. Ты меня не проведешь, я уже разгадал твою способность. Дай угадаю, ты можешь поворачивать время вспять? — вдруг предположил Акира, на что удивились абсолютно все, начиная с Зогфрида и заканчивая самим мучеником.

— Не знаю, какие у тебя ограничения, но если попробуешь отобрать мой клинок чередой попыток, то спешу тебя разочаровать. Я — Владыка Астрального мира, и любая твоя попытка будет мгновенно окончена переносом твоего тела в тот слой. А затем лишь беспощадно зверская смерть, о которой ты даже не подозреваешь. Я вижу по твоим глазам, что ты уже настрадался. И настрадался еще в своем мире, до того как попал в Кеймушо. И я сочувствую тебе, а поэтому предлагаю сделку: ты становишься на мою сторону и помогаешь мне достичь цели, а взамен я применю на тебе свой клинок и тем самым высвобожу из этого измерения. Если ты согласен, то назови свое имя, — не спуская с него своих глаз произнес Акира.

Мученик смотрел на Акиру в ответ, но думал он на деле недолго.

— Мое имя — Икс, — ответил мученик. — И я принимаю твое соглашение.

Между ними двумя вдруг встает впечатленный Зогфрид.

— Вы двое оба меня удивили только что. Скажи, Икс, то, что предположил о тебе Акира — это правда? Ты действительно можешь обращать время вспять?

— Да, это так, — кратко и монотонно ответил Икс.

— Так это же здорово, не правда ли, Акира? С его помощью я точно смогу разгромить Мордовиса и всю Кеймушскую армию!
— Я могу отматывать время лишь на пять секунд. Сомневаюсь, что это пригодится при каком-нибудь сражении, — ответил Икс, чем вызвал негодование у Зогфрида.

— Я тоже сомневаюсь, а поэтому Икс пойдет с нами в столицу. Все согласны? — выжидающе спросил Акира.

Кичиро махнул головой, а Зогфрид рукой. Никто против не пошел.

— Ну тогда настало время прощаться. Я вместе с войском отправлюсь чуть позже, а вы можете идти уже сейчас. Пожелайте мне удачи в грядущих сражениях, а так спасибо, что помогли мне. И лично спасибо тебе, Кичиро, за то, что освободил меня от оков. Я этого никогда не забуду.

Зогфрид приобнял каждого по очереди, и после этого можно было расходиться. Дуо Акиры и Кичиро пополнил еще и Икс, и уже втроем они вышли из резиденции манора прямо на ледяную вьюгу горы Аури. Холодный воздух и витающие снежинки беспощадно обжигали кожу.

— По поводу моих прежних слов, о том, что ты настрадался еще в своем мире. Ты не возразил об этом, а значит и это правда, не так ли? Я хочу знать о тебе получше, поэтому расскажи о своем прошлом, Икс, — сказал Акира, прикрываясь шарфом от метели.

— Ты спрашиваешь об этом, чтобы подружиться со мной?

— Называй это как хочешь, но мне правда интересно.

— Ладно, я расскажу, но только после того, как мы спустимся с вершины горы, — сказал Икс, как отрезал, и следующие часы они продолжили в тишине, пытаясь преодолеть сугробы и суровую погоду Аури.

Хоть это и было сложно, но парни все же смогли спуститься пониже без происшествий. И было принято остановиться передохнуть, разбив перед этим лагерь с костром. Усевшись перед ним, наконец можно было приступить к рассказу от Икса. Акира и Кичиро с предвкушением смотрели на Икса, в то время как он, вглядывался в сердце пламени.

— Когда я был еще подростком, весь мой народ только и делал, что без устали говорил о могущественной империи, покоряющей весь мир. И когда наши соседи были захвачены, мы поняли, что следующие на очереди. Мы хотели дать им отпор, но было очевидно, что наше племя гораздо слабее. Но сдаваться им не собирались, и когда они пришли — мы начали бороться. Конечно, не сражаясь с ними лицом к лицу, а делая это скрытно и быстро. Мы скрывались среди обычных жителей и устраивали разные небольшие атаки. А когда приходила подмога, то сразу же убегали, используя знание нашей земли. Мы отравляли захватчикам воду и скот, сжигали склады с продовольствием и точечно устраняли важных должностных лиц. До того как империя ступила на наши земли, она и подумать не могла, что наше немногочисленное племя окажет такое сопротивление. Благодаря такой войне, предводителем которой стал мой отец, нас не могли одолеть целые годы. Но все пошатнулось, когда в одном из нападений он погиб.

Как сейчас помню, это сильно ударило по уверенности моего племени, и мы готовы были уже сдаться, но лично я такого позволить не мог. Несмотря на то, насколько юн я был для этого, я возглавил отряды сопротивления моего племени. Переняв место отца, мы продолжили бороться и в скором времени даже отомстили за него, убив их жестокого командира. Тот день и все последующие для нас были словно праздник. Жестокий тиран, погубивший столько людей нашего народа и стоящий за всем захватом наших территорий был наконец повержен. Как будто солдаты империи уже были в не лучшем положении. Но заместо него пришел менее жестокий человек, но более хитрый и предусмотрительный. По сравнению с прошлым командующим он был словно слабаком и тюфяком, поэтому мы обрадовались, узнав об их новом командире, но недооценивать его не стоило. Он знал, что племя, живущее на этих землях, никогда не выигрывает империю. И ему нужно было лишь устранить лицо этого сопротивления — то есть меня, и тогда все рухнет.

Новый командир во всем отличался от старого, и наши отряды уже не могли так просто пакостить, как раньше. А сомнения внутри команды зарождаются именно тогда, когда что-то начинает идти не так. Всю ситуацию усугубило предложение нашему народу от нового командира. Он предлагал прекратить сопротивление и признать их империю, став ее жителями, и тогда нас бы перестали притеснять и убивать. Предложение хоть и было заманчивое, но, смотря на всех павших за годы этой борьбы, в том числе и моего отца, я отказался признавать их нашими хозяевами.

И народ меня поддержал, он тоже не хотел подчиняться. Однако не все были такого же мнения, оказались те, кого слова имперца устроили, и причем это были те люди, на которых я и подумать не мог. Это были мои приближенные, верные люди, с которыми я провел большую часть своей жизни в борьбе за свою свободу. И я даже не подозревал, что пока мы едим за одним кругом, они втайную вели переговоры с командиром империи. Для имперца самое главное в этой кампании — это ликвидировать меня. Я настолько въелся им в печенки, что про меня слышали даже в их городах, в тысячах километрах от моего места проживания. И в обмен на мою жизнь, командир наобещал моим людям такого, чего даже я не знаю. И меня предали… — последнее предложение было произнесено со всей тяжестью и горестью. Это отчетливо заметил Акира.

— Жалкие предатели раскрыли мое местонахождение, и имперцы меня схватили. А потом я встретился с их командиром. На деле же, он не был таким слабым и наивным, как я думал. При встрече он оказался еще безжалостнее своего предшественника. И во имя своей империи он пытал меня до такой степени, пока мой дух не покинул тело. А после этого мое изуродованное тело показали всему народу. Я не знаю, планировал ли сдержать свое слово командир, но даже разбитый внезапным предательством, я желал лишь того, чтобы мой народ все таки подчинился. Только в этом случае он бы имел право на существование, но после такого они ни за что не простили имперцев. А надо было, черт возьми! Все было потеряно, и после такого, как племя лишь сильнее воспротивился империи, их вырезали практически всех до единого.

А как я, спросите вы, попал в Кеймушо? А так, что командир настолько ненавидел меня, что позвал каких-то шаманов, которые прокляли меня на изгнание в Кеймушо. Да, такое возможно. Суть в том, что невиновный в Кеймушо может попасть одним образом: каждой душе после смерти предлагают своего рода месть. Убить твоего убийцу или любого другого в зависимости от статуса, конечно. Какой-нибудь бедняк после смерти не смог бы возжелать смерти короля, статус не позволил бы. И так получилось, что такой исход для моей души выбрали насильно. Но мне было все равно, я так сильно хотел отомстить своим предателям, что ,очутившись в Кеймушо каким-то образом приобрел свою способность.

И с ней я отправился мстить бесчисленное количество раз. Ладно, я вру. Более сотни раз я убил каждого, раз за разом отматывая время немного назад. Во мне бушевала такая злость по отношению к ним и к своей участи, что я думал, что возмездие облегчит мою душу. Но это было не так. Убив каждого из предателей более сотни раз, я понял, что легче мне от этого не стало. Ненависть переросла в тоску и уныние. И обреченный я вернулся в Кеймушо, как заклейменный мученик. Такова моя история, — наконец закончил Икс.

Акира и Кичиро с расширенными глазами переглядывались между собой, не зная чего сказать.

— Я думал, что мы, прежде чем попасть сюда, прошли через многое, но оказывается это не так. Получается, из-за этого ты хочешь уничтожить свою душу и покончить со страданиями, физическими так и моральными, — ответил Акира, смотря на Икса.

— Верно, ты все правильно понял, — в ответ Икс посмотрел на него своими фиолетовыми глазами.

— В таком случае знай, что я помогу тебе, но только после того, как ты поможешь мне. Будь моя воля, я бы и сейчас окончил твое существование, но мне нужна твоя помощь, Икс.

— Я понимаю, Акира. Я могу еще потерпеть. Даю слово, я помогу вам чем смогу.

— Отлично, тогда, если отдохнули, то можем продолжить путь, — серьезно ответил Акира, пожимая руку Иксу. Кичиро, по всей видимости, все еще обдумывал историю Икса…

Тем временем в Кровангардере царил настоящий праздник. Победу над полчищем Ина в Обширных землях праздновали даже сильнее, чем в самих Обширных землях. Хотя этим столичным только дай какой-нибудь повод… Но торжество по большой степени было лишь из-за одного человека, а точнее дья’калла.

Ксо’Дракас вместе со своим элитным гарнизоном триумфально разъезжал по улицам столицы с трофеем в виде голов демоссов и Неотвратимого. Всеобщее ликование и восхищение точно понравилось генералу, да и его людям тоже. Его поздравили все, кто только мог и сам Повелитель Шинши естественно. Но война была еще не окончена. Так что долго радоваться еще рано. Однако кое-что заставило Ксо’Дракаса серьезно задуматься. Когда он проезжал мимо жителей Кровангардера, один из них сказал: «а я всегда знал, что дья’каллы никакие не предатели! А наш генерал — перевоплощение самого Крас’Дракса!». Генерал отчетливо запомнил его слова. Его напрягло то, что он не знал, о ком говорил тот мужчина. Хотя они сто процентов являются предками и, может, даже близкими! 

— Почему до этого момента я ни разу не задумывался о своих родственниках? Я хочу разобраться в этом и как минимум знать свою историю.

Ксо’Дракас целенаправленно идет к Грознасу. Лишь за одним — удовлетворить свою душу ответами на вопросы. Он входит в большой кабинет, а за рабочим столом, как всегда, сидит Грознас.

— Генерал? Чем могу быть обязан такому герою? — с насмешкой спросил Грознас, хрипло посмеиваясь.

— Покажи мне военные архивы. Я хочу узнать, кто такой Крас’Дракс, — выглядя не в шуточном настроении, ответил генерал.

— И к чему архивы? Я сам тебе могу про него рассказать. Крас’Дракс, вроде бы по прозвищу Смертоносный, был последним капитаном дья’калльского авангарда. Он был сильнейшим мечником своего времени. Его можно назвать легендой.

— Теперь я еще больше хочу узнать о нем. Пойми, Грознас, хоть я и дья’калл — я не знаю дья’калльского языка, я не знаю дья’калльских традиций и обычаев. Меня это скрежет.

— Ну и зачем тебе все это? С кем ты собрался разговаривать на своем языке? Главное — это то, что ты знаешь, как держать в руках меч, и знаешь это лучше остальных. И в тебе все еще течет дья’калльская кровь — это главное. А твои боевые подвиги будут говорить сами за себя. За один этот небольшой поход и уничтожение ударной банды демосса Ина, ты уже вписал себя в историю Пятой Роковой Демонической войны.

— Ладно, я понял, но все же я хочу посмотреть на архивы.

— Да пожалуйста. Аграр отведет тебя туда, следуй за ним, — ответил Грознас, кивая стражу возле двери.

Ксо’Дракас послушно последовал за ним, и тот, проходя сквозь извилистые коридоры Неприступного кольца, привел его к какой-то комнате.

— Это здесь, генерал. Архив о дья’каллах находится в самом конце.

— Спасибо, солдат. Можешь идти.

Ксо’Дракас приоткрыл дверь в архивы и углубился вовнутрь. Везде было довольно пыльно и грязно, видимо, здесь нечасто кто-то бывал. Послушав совет, генерал пробрался в самый конец и нашел то, что ему было нужно. Отыскав нужные страницы, он нашел то, что искал.

«Крас’Дракс являлся одним из величайших воинов Кеймушской армии. Одна из его знаменитых побед — битва при Григе времен Четвертой Роковой войны…»

— Это крепость вблизи Безымянных земель, ныне развалинные руины, — подумал про себя Ксо’Дракас.

«Полтысячи воинов авангарда защищали крепость в течении десяти дней при постоянных налетах демонов. У солдат были проблемы с провизией, так как они были отрезаны от всего мира, а внутри запасов не было. Им приходилось ловить и есть крыс, а пить кровь убитых демонов, чтобы не умереть от истощения. Несмотря на ужасные условия жизни, авангардисты успешно отбивали все атаки и по итогу, потеряв несколько тысяч демонов, те отступили. Капитан Крас’Дракс носил яркие красные доспехи, такие же, как и багровое небо Кеймушо. Когда демоны видели эти самые доспехи, то в них сразу же вселялся страх, и они разбегались. Обстоятельства смерти Крас’Дракса неизвестны.»

— Никто не знает, как он умер. Скорее всего, это засекречено. Погодите, его родственники… Сани’Тра. Это имя… Так звали мою бабушку! Значит, он мой двоюродный дедушка? У матушки с бабушкой были похожие имена. У матушки… Кса’Нитра. Я не помню ее лица. У меня лишь осталась память о том, как сильно я ее любил и как плакал, когда она оставляла меня в Посмертных ямах…

Внезапно, дверь в комнату открывается. Это делает недавний знакомый, стражник Аграр.

— Простите, что прерываю вас, генерал, но лорд главнокомандующий в срочном порядке желает вас видеть.

— Что? Мы же только недавно виделись, к чему такая спешка?

Аграр пожал плечами, и делать было нечего. Ксо’Дракасу пришлось возвращаться обратно к Грознасу. Когда он вернулся в его кабинет, то увидел еще кое-кого помимо главнокомандующего. Рядом стоял Мордовис Непреклонный, командир пехотных войск, вместе со своим оруженосцем Виром и Белдрус Двуликий, лорд Лайенда.

— Ты как раз вовремя, Ксо’Дракас. Только что пришли важные новости, — сказал Грознас, встречая его взглядом.

— Ого, мне уже прям интересно. И что за новости? — любопытно спросил генерал.

— Зогфрид Восставший покинул захваченный манор. Мы уже выслали несколько когорт для возврата контроля над Наозаном и возобновления добычи дэдрагеса.

— Значит, нам готовится встречать Зогфрида? Он же на столицу наверняка пошел? — предположил Ксо’Дракас.

— Не совсем. Разведчики докладывают, что Зогфрид со своей мученической армией идет в Содоморру. Скорее всего, чтобы пополнить ряды новыми мучениками. А уж после этого он пойдет на Кровангардер.

— Неплохой план, и сколько ожидать от него людей? Сколько мучеников в Наозане и Содоморре вместе? — спросил Ксо’Дракас.

— Сложно сказать. Если предположить, что за Зогфридом пошли все до единого, то десять тысяч у него наберется.

— Прилично… — удивился генерал.
— Да, и поэтому я решил, что вы встретите его раньше, чем он дойдет до Неприступного кольца. Мордовис с пехотными войсками и ты с элитным гарнизоном.

Вдруг Мордовис Непреклонный, стоящий в железном закрытом шлеме тигра, поднял руку для привлечения внимания. Все посмотрели на него, а после этого его оруженосец Вир начал говорить:

— Господин Мордовис уверяет, что для битвы с Зогфридом ему не потребуется помощь генерала. По его мнению, это не более, чем кучка бандитов, ничего не знающих о военном деле, как и их предводитель. Солдаты Мордовиса победят их даже при меньшем составе, — произнес Вир, передавая мысль Мордовиса.

— Я это прекрасно понимаю. И я бы отправил тебя одного, если не было бы одного «но», о котором расскажет нам лорд Белдрус.

После этого все посмотрели на Двуликого, стоявшего в стороне у книжного шкафа.

— Спасибо, что предоставили мне слово, лорд главнокомандующий. Чтобы понять откуда все начинается, надо вспомнить самое начало Пятой Роковой.

— Нападение на город Кейю? — ответил Ксо’Дракас.

— Верно. Тогда на защиту города отправилии всего лишь одну когорту. Демонов по итогу пришло в три раза больше, и к тому же у них еще была дьявольская гончая. Какими бы героями солдаты Кеймушской армии не были бы, но без чуда тут не обойтись. И мне стало настолько интересно, что я я спросил об этом градоначальника города. И мои догадки оказались верны. Градоначальник сказал, что за день до нападения пришло двое путешественников. По ним сразу было видно, что они не с этих краев, но они зачем-то просили аудиенцию с градоначальником. Они то и спасли город, предоставив свою помощь солдатам. Без них город точно бы пал, в этом нет сомнений. А когда градоначальник встретился с ними, то разузнал об их планах. По его словам, один из них имел способности к перемещению в Астральный мир. Более сотни лет в Кеймушо не рождались такие люди, и вот появился он. Но он также сказал, что в смерти Аделизы виноваты они и только они. А затем они, похоже, отправились в Наозан и там высвободили Зогфрида.

— Какая логика в их действиях? Сначала они сражаются за нас против демонов, потом убивают лордессу, а затем выпускают на волю отступника, — недоумевал Ксо’Дракас.

— Логика в том, что они придерживаются своей цели, господин генерал, — ответил Белдрус.

— А этот градоначальник не сказал о целях этих путешественников? — с интересом вдруг спросил Грознас.

— К сожалению, нет. В любом случае, они непредсказуемы и очень опасны. Поэтому я предложил лорду главнокомандующему элитный гарнизон нашего генерала. Мы же не можем позволить, чтобы Зогфрид победил и стоял у подножия столицы?

— Конечно нет, лорд Белдрус. Идея хорошая и спасибо вам за наводку. Командир Мордовис и генерал Ксо’Дракас все поняли? Готовьте людей и собирайтесь в путь. Желаю удачи в грядущих битвах, — приказал Грознас, и добавить было нечего.

Совещание было закончено и все по одному начали выходить из кабинета. Первыми вышли Мордовис и Вир, незамедлительно выполняя приказ. За ними вышел Ксо’Дракас, а затем и Белдрус. Внезапно до дья’калла дотрагивается чья-то рука. Он с недоверием поворачивается и видит удвоенное лицо Белдруса. Тот говорил шепотом:

— Господин генерал, можно вас на секунду?

Дья’калл неуверенно кивнул и Белдрус осторожно отвел его за угол, осматриваясь по сторонам.

— Помните про вопрос Грознаса о целях путешественников? Я сказал, что градоначальник ничего не знает, но я соврал об этом. Я знаю, что жаждут встретиться с повелителем Кеймушо.

— С повелителем? Но зачем? И почему вы умолчали об этом?

— То, что они не из этого измерения, это понятно сразу. А кто еще прибыл в Кеймушо другим способом? Наш Шинши. Я думаю, что повелитель и путешественники взаимосвязаны. Поэтому, зная, что вы преданны нашему повелителю, я хочу, чтобы вы привели путешественников ко мне для допроса. А я пока расскажу о них Шинши. Нутром чую, что это важные события. Скажите , генерал, вам можно доверять?

— Можно, я приведу их к вам, лорд Белдрус. А вы пока да, доложите о них повелителю, — уверенно ответил Ксо’Дракас.

— Вот и отлично. Тогда можете ступать. Берегите себя, генерал…