Глава 5.0
Глава 5 - В пруду разводят черепах.
«Занята? И чем же она может быть занята?» — Вэнь Сюнь чуть не задохнулся от злости
Но не успел он разразиться гневом, как снизу доложили:
«Господин, прибыла старая госпожа из дома Чжэньгун».
Эта старая госпожа была особой необыкновенной — не только сверхпервой степени почтенной госпожой¹, но и родной бабушкой Короля Юнъань по матери, то есть родной матерью нынешней императрицы. По положению и статусу во всей столице не было никого выше её. То, что она согласилась быть главной гостьей на церемонии совершеннолетия Вэнь Южо, было для всей семьи Вэнь большой честью. Только старая госпожа была уже в преклонных годах и в последнее время, углубившись в почитание Будды, редко показывалась на людях. На этот раз Король Юнъань лично просил её, и только тогда она согласилась приехать.
Вэнь Сюнь сейчас было не до Вэнь Юэ Шэн. Он поспешно поднялся и вышел встречать. Едва он вышел за ворота главного двора, как увидел толпу, сопровождавшую старую госпожу. Старой госпоже Чжэн было за шестьдесят, на ней было тёмное платье, на запястье — чётки, в чертах лица ещё угадывалась былая решительность, а само лицо было суровым, она казалась немногословной и трудной в общении. Только когда она смотрела на своего внука, Короля Юнъань, на её лице появлялась лёгкая улыбка.
Сяо Цзинь шёл рядом со старой госпожой. Когда они вошли в главные ворота особняка принцессы, кто-то рядом ахнул.
«Что это?»
Присутствующие и поспешивший навстречу Вэнь Сюнь подняли глаза.
В уединённом дворе росли платаны — сейчас они были в самом расцвете листвы. Ветер шелестел зелёными листьями. Среди этой пышной зелени особенно выделялось золотое сияние, которое пробивалось сквозь листву, сверкая мириадами лучей.
Приблизившись, можно было разглядеть…
Управляющий, стоявший рядом с Вэнь Сюнем, сказал:
«Статуя Будды госпожи Сяньчжу».
Вэнь Сюнь: «…»
Он так и знал.
«В особняке принцессы установили статую Будды?» — опешила старая госпожа.
«Да», — смущённо ответил управляющий. — «Эта статуя раньше стояла в монастыре Тяньцы за городом, а несколько дней назад госпожа Сяньчжу попросила привезти её сюда…»
«Госпожа Сяньчжу?» — с недоумением спросила девушка в бирюзовом платье, стоявшая рядом со старой госпожой. — «С каких это пор госпожа Сяньчжу стала почитать Будду?»
«И разве можно просто так взять и привезти статую из монастыря Тяньцы к себе домой?»
«Чжи, не груби», — тихо одёрнула её госпожа Чжэньгун.
Говорившая девушка была дочерью нынешнего Чжэньгуна Вэй Жаня, Вэй Ланьчжи, двоюродная сестра Сяо Цзиня. Вэй Ланьчжи была жива и весела, но в присутствии старой госпожи, которая постоянно почитала Будду и была очень серьёзной, не осмеливалась шалить. Однако старая госпожа, услышав её, неожиданно согласилась:
«Ланьчжи права».
«Статую Будды из монастыря Тяньцы не всякий может привезти к себе домой». — Она помедлила и посмотрела на Вэнь Сюня. — «Я — человек, почитающий Будду. Раз уж я попала в ваш дом и увидела эту статую, то не почтить её было бы неправильно».
«Интересно, удобно ли это будет для господина Вэнь?»
Вэнь Сюнь опешил. Вэнь Юэ Шэн разве не шутила? И действительно найдутся те, кто захочет почтить эту статую?
Сяо Цзинь, стоявший рядом, тоже помрачнел. Он обратился к старой госпоже:
«Статуя находится в уединённом дворе, это может быть неудобно. К тому же благоприятный час уже близок, вам пора в главный зал».
«Ничего страшного», — старая госпожа перебирала чётки. — «Почтить статую можно и после церемонии».
Видя её настойчивость, Сяо Цзинь не стал больше отговаривать.
Вэнь Сюнь поспешно сказал:
«Если старая госпожа хочет почтить статую, это можно сделать в любое время».
Так как церемония должна была вот-вот начаться, они больше не задерживались и направились в главный зал.
Героиня дня, Вэнь Южо, уже давно ждала в стороне. Увидев старую госпожу, она поспешно подошла засвидетельствовать почтение. Вэнь Южо была красива, из-за слабого здоровья в ней чувствовалась хрупкость, словно ива на ветру. Старая госпоже нравилась эта девочка, и она относилась к ней немного теплее, чем к другим.
Как только церемония началась, вокруг стало очень оживлённо. Шпилька, которую использовала Вэнь Южо, была очень роскошной, подаренной самой императрицей, и о ней уже много говорили. А тут ещё церемония была устроена с таким размахом, и сопровождающие, и главные гости были очень знатными — всякий видел, что у Вэнь Южо большое будущее.
«Только в такой день что-то не видно госпожу Сяньчжу Синин…»
«Сегодня праздник второй госпожи, а у госпожи Сяньчжу такой нрав — лучше бы ей не появляться».
«Ну и что с её нравом? В этом доме для неё, похоже, уже нет места».
«Так она поэтому в последнее время вдруг стала почитать Будду? Образумления ради?»
«Скорее всего, видя, как балуют вторую госпожу, она пала духом и теперь под видом почитания Будды просто прячется от реальности, чтобы не видеть, как вторая госпожа блистает, и не чувствовать себя ещё более несчастной».
В этой суматохе церемония подошла к концу.
После церемонии был устроен пир. По правилам, старая госпожа Чжэньгун, как главная гостья, должна была сесть первой. Но по какой-то причине, едва церемония закончилась, старая госпожа велела проводить её в уединённый двор.
Гости в зале не знали причины и, расспросив слуг особняка принцессы, узнали, что старая госпожа собралась почтить статую Будды. О происхождении статуи все присутствующие знали. К тому же существовала помолвка между госпожой Сяньчжу Синин и Королём Юнъань. То, что старая госпожа вдруг захотела почтить статую, привезённую Вэнь Юэ Шэн, было редкостью.
Король Юнъань был единственным законным сыном нынешнего императора. Хоть он и не был старшим сыном, его происхождение было благородным и недосягаемым. Его помолвка с Вэнь Юэ Шэн была заключена ещё до её рождения. Император дал слово, и даже если сейчас репутация Вэнь Юэ Шэн была подпорчена, разорвать помолвку было нелегко. Что ещё важнее, родная мать Вэнь Юэ Шэн, покойная старшая принцесса Хуэйи, хоть и была не родной сестрой императора, очень заботилась о нём до того, как он взошёл на престол. Поэтому, несмотря на все её безумства, помолвка сохранялась. Однако в последние несколько лет, особенно после совершеннолетия Вэнь Юэ Шэн два года назад, ни при дворе, ни в доме Чжэньгун, казалось, не собирались готовиться к свадьбе Короля Юнъань. Постепенно в столице поняли, что знатные особы во дворце, вероятно, крайне недовольны этим браком. Тянут до сих пор, видимо, ожидая, когда семья Вэнь сама придет просить о расторжении помолвки.
Вэнь Сюнь был человеком понятливым, а вот Вэнь Юэ Шэн — не факт… Тонкие материи заставляли многих с любопытством наблюдать за поступком старой госпожи. В результате вокруг статуи собралось много зевак.
Как только церемония закончилась, толпа рассеялась.
Даже обычно выдержанная госпожа Чэнь была напряжена.
«Думали, она сегодня, наконец, поумнела и заперлась у себя, а она опять устроила переполох!» — тихо ругалась няня Ван, стоявшая рядом с госпожой Чэнь.
А няня Цзян, стоявшая рядом с госпожой Чэнь, была на редкость молчалива. С того дня она испытывала перед Вэнь Юэ Шэн какой-то странный страх и не осмеливалась теперь обсуждать её.
«Приглядите за ней получше и особенно за Южо», — мрачно сказала госпожа Чэнь.
«Слушаюсь», — поспешно ответили слуги.
---
Тем временем в уединённом дворе.
Пока шла церемония, снаружи было шумно, но Вэнь Юэ Шэн не обращала на это внимания. Няня Чжао оставила попытки что-либо сделать и вместе с несколькими молодыми служанками слушала шум из-за стены.
Только после полудня, когда жара немного спала, Вэнь Юэ Шэн вышла из кабинета.
Няня Чжао уже хотела подойти прислужить, как вдруг шум стал приближаться. Она обернулась и увидела, как в ворота уединённого двора, опираясь на служанку, вошла старая госпожа.
Няня Чжао сначала опешила, а когда узнала, кто это, переменилась в лице.
«Старая госпожа? Вы как сюда?»
Старая госпожа смутно помнила прислугу Вэнь Юэ Шэн. Она слегка кивнула и сказала:
«Я пришла почтить статую Будды».
Няня Чжао только тогда заметила, что служанка, сопровождавшая её, несла множество вещей — всё для подношения статуе. Она опешила. Она не ожидала, что старая госпожа придёт сюда. Но, взглянув на позолоченную статую, возвышавшуюся посреди двора выше небольшого дома, на солнце она слепила глаза… Не заметить её было бы странно.
Няня Чжао растерялась. Неужели госпожа с самого начала поставила эту статую с таким расчётом?
Но раз старая госпожа пришла, где же сама госпожа?
«Бабушка!» — снаружи стало ещё шумнее. Вэй Ланьчжи и Сяо Цзинь вошли в уединённый двор один за другим.
«Ланьчжи тоже пришла с вами почтить статую».
Няня Чжао подняла голову к небу. Ну надо же! Эти люди, которые обычно и на порог уединённого двора не ступали, что с ними сегодня?
Она не знала, что удивляется не только она — другие тоже.
Всего за несколько дней уединённый двор изменился до неузнаваемости.
Взгляд Сяо Цзиня замер на статуе Будды.
Те старые качели действительно были полностью убраны.
Уединённый двор находился в глухом месте, поэтому был особенно просторным. Перед ним была большая пустая площадка, на которой вырыли пруд, посадили лотосы. Это придавало лету немного прохлады. А над прудом был перекинут мостик из красного дерева.
Вэнь Юэ Шэн стояла на этом мостике.
Сюда вдруг набилось столько народу, и вдалеке ещё многие глазели, но ей было всё равно.
После домашнего ареста Вэнь Юэ Шэн сильно похудела и за это время так и не поправилась. На ней был широкий тёмно-синий халат, подхваченный тонким поясом на тонкой талии. Белые руки были спрятаны в широкие рукава, на одной — чётки, в другой она, казалось, держала рыбий корм. Она взмахнула рукой — и рыбки в пруду наперегонки выплыли на поверхность.
Вэнь Сюнь, войдя, подумал: вот чем она была занята — кормила рыбу. Корм привлёк стайку рыб, которые сновали туда-сюда по дну. Идиллия.
Но в следующее мгновение из густой травы у пруда выползла черепаха. Черепаха важно подошла к тому месту, где кишели рыбы, и разинула пасть — проглотила маленькую рыбку.
Вэнь Сюнь: «…»
Во дворе стало тихо, слышно было только, как черепаха поедает рыбу.
Вэнь Юэ Шэн равнодушно убрала руку с кормом.
«Кузен!» — Вэй Ланьчжи испуганно прижалась к Сяо Цзиню, вцепившись обеими руками в его рукав.
Не то что она, даже Вэнь Сюнь, увидев это, вздрогнул. Так она вырыла пруд не для рыбы, а для этой черепахи?! Это уж слишком…
Вэнь Сюнь не мог подобрать слов, чтобы описать поведение Вэнь Юэ Шэн. Увидев, что Вэй Ланьчжи испугалась, он прикрикнул:
«Ты завела во дворе такую тварь?!»
Он не хотел при людях выговаривать Вэнь Юэ Шэн, но сегодня здесь была и старая госпожа. Если старая госпожа испугается, как ему оправдываться перед Чжэньгуном?
Но только он заговорил, как старая госпожа, очнувшись от задумчивости, долго смотрела на золотую статую Будды и наконец изрекла:
«Десять тысяч вещей следуют своей природе…»
«У госпожи Сяньчжу глубокая буддийская предопределённость, старая получила наставление».
Вэнь Сюнь: «?»
Сноски
1: Сверхпервой степени почтенная госпожа — высший почётный титул для замужних женщин, присваиваемый императором.