Правда на записях с камер

Мо Чэнь смотрел на праведно разгневанные лица членов студсовета и вдруг нашёл это забавным.

— Вы говорите, у вас есть видеодоказательства? — он медленно поднялся. — Так почему бы не посмотреть записи с камер наблюдения?

Председатель на мгновение опешил:

— С камер?

— Да, в библиотеке повсюду камеры, — Мо Чэнь пожал плечами. — Раз уж вы так уверены в моей вине, почему бы не запросить полную запись?

Члены студсовета переглянулись.

Они действительно об этом не подумали.

Видео, предоставленное Ян Цзиньюань, было настолько «идеальным», что они бессознательно отмели другие возможности.

— Это… — председатель замялся. — Чтобы запросить записи, нужно подать заявку…

— Так подайте, — Мо Чэнь развёл руками. — Я никуда не убегу, я подожду.

— В конце концов, невиновный останется невиновным, а виновный — виновным.

В этот момент дверь кабинета открылась.

Вошёл Му Гэ с духовным терминалом в руках, на его лице играла стандартная улыбка отличника.

— Прошу прощения за беспокойство, — он поправил очки. — Я Му Гэ из общежития 404, сосед Мо Чэня.

— Так уж вышло, что я подрабатываю в службе безопасности и у меня есть доступ к камерам.

— Слышал, вам нужны записи из библиотеки?

Глаза председателя загорелись:

— Отлично! Будьте так любезны!

Му Гэ кивнул и принялся ловко управляться с терминалом.

Вскоре на экране появилось изображение из читального зала на третьем этаже библиотеки.

— Это полная запись с двух до четырёх часов дня 13 сентября, — ровным тоном сказал Му Гэ. — Временной промежуток, указанный в жалобе студентки Ян Цзиньюань.

Запись началась.

Мо Чэнь вошёл в читальный зал и сел в дальнем углу, подальше от всех.

Достал свой подержанный духовный терминал и начал что-то усердно читать.

Через несколько минут в кадре появилась Ян Цзиньюань.

Она села так, чтобы видеть Мо Чэня.

А затем…

— Хм? — одна из студенток с недоумением указала на экран. — Что она делает?

На видео Ян Цзиньюань украдкой достала духовный терминал и направила его на Мо Чэня.

Было очевидно, что она его тайно снимает.

А Мо Чэнь?

Он даже не взглянул в её сторону.

Всё это время он был поглощён чтением, лишь изредка потирая внутреннюю сторону бедра.

— Это… — нахмурился председатель. — Не похоже на домогательства…

— Смотрите дальше, — безэмоционально сказал Му Гэ.

Запись продолжалась.

Было отчётливо видно, что внимание Мо Чэня приковано к книге.

А Ян Цзиньюань всё это время продолжала его снимать, при этом намеренно меняя позы.

Когда Мо Чэнь потёр бедро, она даже специально попала в кадр вместе с ним.

— Вот это да… — один из студентов втянул воздух. — Это же настоящая провокация!

— Подождите, — указала на экран студентка. — Почему он всё время трёт бедро? Это действительно странно.

Мо Чэнь вздохнул:

— Потому что чесалось.

— Чесалось?

— Да, я пару дней назад сделал операцию по модификации духовного корня, — с досадой объяснил Мо Чэнь. — Энергия металла образовала в мышцах микрокристаллы, которые раздражают нервные окончания, поэтому был сильный зуд.

— Хотел купить жидкость для адаптации тканей, но она слишком дорогая, тридцать тысяч за флакон.

— Откуда у бедного студента такие деньги.

Члены студсовета слушали, разинув рты.

Операция по модификации духовного корня?

Разве это не то, что могут позволить себе только отпрыски богатых семей?

— Вы можете это доказать? — спросил председатель.

Мо Чэнь закатал штанину, обнажая внутреннюю сторону бедра.

Под кожей действительно виднелись золотистые искорки, похожие на кристаллы металлической энергии.

— Чёрт, и правда!

— Должно быть, ужасно чешется…

— Неудивительно, что он всё время тёр ногу.

Му Гэ добавил:

— Профессор Ли с биохимического факультета может подтвердить, что позавчера вечером Мо Чэнь арендовал лабораторию номер пять для модификации корня.

Председатель был в полном замешательстве.

Получается, этот парень не занимался ничем непристойным, а просто терпел побочные эффекты от операции?

— Тогда почему Ян Цзиньюань его оклеветала? — с недоумением спросила студентка.

В глазах Му Гэ сверкнул холодный огонёк:

— Этот вопрос нужно задать ей самой.

— Но у меня есть кое-какие интересные находки.

Он переключил камеру.

На этот раз это была запись из общежития Ян Цзиньюань.

На видео Ян Цзиньюань украдкой доставала что-то из посылки.

— Что это? — председатель наклонился к экрану.

Му Гэ увеличил изображение:

— Если я не ошибаюсь, это запрещённые предметы для совершенствования из арсенала Секты Радости.

— Что?!

Все были в шоке.

Предметы Секты Радости были строго запрещены в домене Теланг!

— И ещё вот это, — Му Гэ переключился на другую запись.

Поздно ночью Ян Цзиньюань что-то подсыпала в стакан одного из студентов.

— Порошок Очарования, — ровным тоном сказал Му Гэ. — Классическое средство Секты Радости.

В кабинете воцарилась мёртвая тишина.

Все в шоке смотрели на экран.

Да какая она жертва, она же настоящая преступница!

— Так… — председатель сглотнул. — Она оклеветала Мо Чэня, чтобы…

— Отвести от себя подозрения, — Му Гэ поправил очки. — В психологии это называется проекцией. Человек склонен приписывать другим то, что делает сам.

Мо Чэнь с интересом наблюдал за происходящим.

Не зря Му Гэ — бордер-колли, такой интеллектуальный разгром — это просто наслаждение.

— Что теперь делать? — спросила студентка.

— Всё просто, — лицо председателя стало суровым. — Немедленно снять все обвинения со студента Мо Чэня и начать расследование в отношении студентки Ян Цзиньюань.

— Если всё подтвердится, её ждёт отчисление.

Мо Чэнь не удержался от улыбки:

— Я могу идти?

— Конечно, — виновато сказал председатель. — Простите, что вам пришлось всё это вытерпеть.

— Академия вынесет справедливое решение.

Мо Чэнь махнул рукой:

— Ничего страшного, я уже привык.

Он и Му Гэ вышли из кабинета.

По дороге Мо Чэнь не удержался и спросил:

— Как ты всё это раскопал на Ян Цзиньюань?

Му Гэ едва заметно улыбнулся:

— Всё просто. Я проанализировал её передвижения за последний месяц.

— Обнаружил, что она часто выходит поздно ночью и бывает в уединённых местах.

— А сопоставив это с её расходами, было нетрудно догадаться, чем она занимается.

Мо Чэнь был в полном восторге:

— Интеллект бордер-колли — это что-то невероятное.

— Дело не в интеллекте, — покачал головой Му Гэ. — А в методологии.

— У всего есть свой след, нужно лишь потратить время на анализ.

Они вернулись в общежитие 404, где их уже ждали Акэнь и Ха Ци.

— Ну как? — с тревогой спросил Акэнь.

— Всё в порядке, — Мо Чэнь показал жест «окей».

— Му Гэ вытащил на свет всё грязное бельё Ян Цзиньюань.

Ха Ци возбуждённо подпрыгнул:

— Отлично! Наконец-то эта гадюка получит по заслугам!

В этот момент терминал Мо Чэня издал звук.

Это было уведомление о новом тренде в духовной сети:

Шок! Студентка Академии Девяти Небес оказалась последовательницей дьявольской секты и травила студентов!

Количество просмотров росло с бешеной скоростью.

Мо Чэнь, глядя на этот заголовок, невольно улыбнулся.

— Му Гэ, это твоих рук дело?

Му Гэ поправил очки и с невинным видом ответил:

— Я всего лишь обнародовал правду.

— В конце концов, слухи умирают, когда говорит мудрец.

Мо Чэнь поднял большой палец:

— Впечатляет!