Комната 404: сегодня в программе «Кто разворошил мою конуру?»
Мо Чэнь закрыл дверь, отгородившись от старшекурсника, чья аура напоминала о сетевом маркетинге.
Наконец-то в мире воцарилась тишина.
Он протяжно выдохнул, словно пытаясь избавиться от всех невзгод, что преследовали его на пути из дома в академию.
Обернувшись, он окинул взглядом свое маленькое гнездышко на ближайшие несколько лет (если доживет до выпуска).
И выражение его лица застыло.
Комната была стандартной, на четверых, с двухъярусными кроватями и столами под ними.
Два спальных места слева были чистыми и опрятными. Постельное белье сложено в идеальные кубики, а книги на столах расставлены с педантичной аккуратностью.
А вот два места справа…
Как бы это сказать.
Одно из них выглядело так, будто пережило локальный тайфун.
Одеяло было скручено в тугой жгут, простыня скомканной тряпкой свисала на пол, а на ней виднелись подозрительные, влажные отпечатки лап.
На столе несколько новеньких учебников были изгрызены до неузнаваемости, повсюду валялись обрывки бумаги. На обложке одного из них, «Основных теорий Небесного Дао», красовался четкий отпечаток зубов.
Ножки стола, кровати и даже спинка стула носили следы того, что какое-то неизвестное существо упорно точило об них зубы.
Но самым абсурдным была небольшая кучка земли в углу, из которой торчала обглоданная с одного конца огромная кость неведомого зверя.
У Мо Чэня дернулся глаз.
Ну и дела.
Казалось, он попал не в общежитие для первокурсников Академии Девяти Небес, а в конуру какой-то крупной и свирепой собаки.
И судя по масштабам разрушений, насчет чистоты породы можно было поспорить, но вот страсть к разрушению у нее была определенно на уровне родословной.
Он всерьез заподозрил, что ушедший только что Чжао Ян, помимо постельного белья, подрабатывал еще и продажей «страховок имущества в общежитии».
Пока будущий военно-полевой инженер размышлял, не стоит ли ему прямо сейчас узнать расценки на ремонт, дверь со скрипом отворилась.
Знакомая фигура, сгибаясь под тяжестью огромного мешка, с пыхтением протиснулась внутрь.
Увидев Мо Чэня, вошедший сначала опешил, а затем его простодушные глаза вспыхнули огромной радостью.
— Мо Чэнь!
Собакоголовый Акэнь бросил мешок, его мохнатые уши немецкой овчарки радостно задергались, и он с медвежьими объятиями ринулся вперед.
Мо Чэнь инстинктивно попытался увернуться, но было уже поздно.
Его сгреб в охапку здоровенный сосед, и ноздри наполнил смешанный запах земли, пота и… собачьей шерсти.
— Вот здорово! Ты тоже в этой комнате! Мой отец говорил, что вдали от дома хорошо, когда есть знакомый, так спокойнее! — зычный голос Акэня эхом разнесся по маленькой комнате.
Мо Чэня так стиснули, что стало трудно дышать. Он с трудом похлопал соседа по спине.
— Акэнь… отпусти… сначала…
В этот момент в дверях показались еще две мохнатые головы.
Одна, с серебристо-серой шерстью и парой ясных, но до смешного глупых голубых глаз, с любопытством разглядывала все вокруг. Выражение ее морды идеально описывалось фразой «красив и туп».
Другая была покрыта гладкой черно-белой шерстью. Ее взгляд был живым и проницательным, словно она за долю секунды успела просканировать Мо Чэня от роста и веса до баланса на банковском счете.
Мозг Мо Чэня завис на полсекунды.
Все.
Комплект.
Немецкая овчарка, хаски, бордер-колли.
Я поступил не в Академию Девяти Небес, а в ее филиал — центр дрессировки покемонов?
Комната 404.
Error 404, Human Not Found.
Эта специальность действительно оправдывала свое название. Даже распределение по комнатам было пронизано полевым духом, заранее приучая его к командной работе с нечеловеческими разумными существами.
Переселенец Мо Чэнь мысленно изливал поток сарказма, но на лице сохранял непроницаемое выражение.
— Ау-у-у!
Душераздирающий вой нарушил теплую атмосферу встречи.
Собакоголовый, похожий на хаски, ворвался в комнату и бросился к разгромленной кровати. Когда он увидел обглоданную кость, его голубые глаза мгновенно наполнились слезами.
— Мое! Моя драконья кость! Кто! Кто трогал мою конуру!
Он резко обернулся, и его полный скорби взгляд точно нацелился на единственное в комнате прямоходящее существо не из семейства псовых — Мо Чэня.
Этот взгляд был обвинением в адрес беспринципного негодяя, который вломился в твой дом, поспал на твоей кровати, съел твой корм, а под конец еще и сломал твою любимую игрушку для зубов.
Мо Чэнь: «?»
«Нет, серьезно, приятель, ты не слишком топорно пытаешься меня подставить? Я здесь и десяти минут не пробыл, даже воды не выпил, как я успел бы так дико разнести твою конуру?»
— Ха Ци, не говори ерунды! — Акэнь тут же встал перед Мо Чэнем. — Мо Чэнь — мой друг! Он тоже только что пришел! — пробасил он.
Хаски по имени Ха Ци обиженно указал на свою кровать:
— Но… но моя конура вся в беспорядке! И мои «Основные теории Небесного Дао» изгрызены! Кто-то точно пробрался сюда, пока меня не было, чтобы отомстить!
У Мо Чэня снова дернулся глаз.
«Отомстить тебе? С твоим-то интеллектом, зачем кому-то мстить? Небеса и так уже наложили на тебя все возможные дебаффы».
В этот момент в комнату неторопливо вошел собакоголовый, похожий на бордер-колли.
Он не стал вмешиваться в спор, а просто подошел к разгромленному столу, тщательно обнюхал его носом, а затем лапой перевернул изгрызенный учебник.
После чего взглянул на Ха Ци взглядом, полным мудрости и всепонимания.
— Ха Ци, ты ведь сегодня утром, уходя, думал, что первая глава «Основных теорий Небесного Дао» про «спин и волновые свойства духовных частиц» слишком сложная?
Ха Ци на мгновение замер, а затем инстинктивно кивнул:
— Да, как будто на другом языке написано, я ни слова не понял.
Бордер-колли указал лапой на четкие следы зубов на книге.
— Поэтому ты в буквальном смысле «вгрызся» в нее, пытаясь таким образом усвоить знания, верно?
— … — Ха Ци.
— Что до твоей конуры, — бордер-колли указал на кучу земли в углу, — ты решил, что матрас в общежитии слишком жесткий, не такой удобный, как мерзлая земля в твоем племени в ледяных пустошах, поэтому ты нарыл немного земли в саду внизу, чтобы свить себе гнездо. Но копал так усердно, что случайно отколол кусок от своей драконьей кости, так?
Лицо Ха Ци… то есть, его собачья морда, мгновенно побагровела.
Он открыл рот, чтобы возразить, но понял, что каждое слово соседа было словно запись в высоком разрешении того, что с ним произошло вчера.
— Я… я просто хотел улучшить условия для сна! — выпятив грудь, он предпринял последнюю отчаянную попытку оправдаться.
В воздухе повисла мертвая тишина.
Акэнь почесал свой мохнатый затылок и, пытаясь разрядить обстановку, добродушно улыбнулся:
— Эм… Мо Чэнь, я тебя познакомлю.
Он указал на хаски, который был готов зарыться головой в землю от стыда.
— Его зовут Ха Ци, он из племени ледяных пустошей. У нас в краях его порода отвечает в основном за… оживление атмосферы.
Мо Чэнь кивнул, показывая, что все понял.
Оживление — в смысле, его интеллект постоянно активен где-то ниже плинтуса.
Акэнь указал на бордер-колли, чей интеллект явно превосходил всех присутствующих.
— А это Му Гэ, из Долины Мудрости. Среди всех нас, целевиков, у него лучший результат на письменном экзамене.
Будущий ремонтник электрических трициклов снова кивнул.
Ясно, гений. Причем с GPS-навигацией и собственным вычислительным блоком.
Мо Чэнь смотрел на своих трех совершенно разных соседей со смешанными чувствами.
Верный и надежный танк.
Безумный берсерк с сомнительным интеллектом, но огромной разрушительной силой.
И гениальный стратег.
И вдобавок ко всему — он сам, обремененный долгами техник, специализирующийся на ремонте боевых трициклов.
Отлично. Еще даже до Мьянмы не добрались, а стандартный отряд из четырех искателей приключений уже в сборе.
«Академия Девяти Небес, а ты и вправду обо всем позаботилась».
— Э-э… извини, братан, — Ха Ци, понурив уши, подошел к нему. Его голубые глаза были полны вины. — Я тебя зря обвинил.
В знак извинения он вытащил из своей кучи земли драконью кость, перепачканную землей и слюной, и с энтузиазмом протянул ее Мо Чэню.
— Вот, погрызи! Лучшая кость для зубов в нашем племени! Очень прочная!
Мо Чэнь смотрел на кость, которая была толще его руки и источала сложный букет ароматов. Его мир трещал по швам.
Он криво усмехнулся так, что плакать хотелось.
— Не стоит, спасибо, у меня зубы слабые.
Он молча подошел к единственному чистому месту в комнате и положил свою невесомую холщовую сумку.
Так жить нельзя.
Сейчас у него было лишь одно желание — немедленно открыть приложение «Попутного Ветра» и проверить, нет ли поблизости срочных заказов на доставку еды.
Ему нужно было срочно, немедленно, выполнить пару заказов.
Не ради денег.
А чтобы глотнуть свежего воздуха, в котором нет собачьей шерсти.