Класс собачьего кафе?
На первое утро в академии Мо Чэня разбудил пронзительный вой.
— Ау-у-у! Мое! Мое вяленое мясо! Кто съел мое вяленое мясо!
Будущий военно-полевой инженер из Мьянмы с мертвенным взглядом и отсутствующим выражением лица сел на жестком матрасе.
Ему даже не нужно было открывать глаза, чтобы представить, как на соседней кровати собакоголовый хаски Ха Ци, сжимая пустой пакет из-под закусок, изливает свою бессильную ярость в пустоту.
Рядом с Ха Ци, скорее всего, уже в полной готовности стоял бордер-колли Му Гэ. Он, вероятно, не только успел надеть форму, но и просмотрел в духовной сети материалы к первому уроку, а теперь с видом «заботы о слабоумном» взирал на своего соседа.
Что до его соседа по парте и по несчастью, немецкой овчарки Акэня, тот, должно быть, уже сложил свое одеяло в идеальный армейский кубик и натер полы в комнате до блеска.
Мо Чэнь вздохнул.
Комната 404 — место с видовым разнообразием, как в собачьем кафе, и с социальной иерархией, достойной феодальной монархии.
Он — человек из самых низов общества, обремененный долгами и готовый в любой момент отправиться на поле боя.
Акэнь — трудолюбивый и покорный представитель рабочего класса.
Му Гэ — гений-интеллектуал, стратег из касты ученых-чиновников.
И Ха Ци… что ж, Ха Ци, видимо, существовал лишь для того, чтобы снижать средний IQ в комнате и позволять остальным испытывать ложное чувство превосходства.
— Мо Чэнь, вставай скорее, опоздаем! — раздался рядом простодушный голос Акэня. — Я тебе на завтрак косточку оставил!
У Мо Чэня дернулся глаз. Он опустил взгляд на стол, где лежала кость, обглоданная чище его лица.
Спасибо, не стоит.
Он проворно натянул на себя выцветшую форменную мантию Академии Девяти Небес — единственную ценную вещь, которой он владел, да и ту выдали при поступлении.
Когда великолепная четверка из комнаты 404 (в составе трех четвероногих и одного чистокровного человека) вышла из общежития и влилась в поток студентов, направлявшихся к учебным корпусам, Мо Чэнь снова ощутил всю глубину социального неравенства.
Навстречу им шли старшекурсники в роскошных мантиях, окруженные сиянием духовной энергии. Они обсуждали «взаимосвязь трех тысяч путей Дао и теории струн», а их летающие мечи были лимитированными моделями с рукоятями, усыпанными ослепительно сверкающими драгоценными камнями.
Тем временем рядом с Мо Чэнем Ха Ци пытался поймать собственный хвост, Акэнь убеждал его не сходить с ума на публике, а Му Гэ, уткнувшись в свой духовный терминал, изучал сложные схемы рунических формаций.
Мо Чэнь оставался невозмутим. Ему даже захотелось открыть приложение «Попутного Ветра» и проверить, нет ли попутных заказов.
Ему казалось, что с этой великолепной, пронизанной бессмертным духом академией у него было лишь одно общее — оба были должны денег «Павильону Девяти Треножников».
Аудитория для специальности «Обслуживание и ремонт гражданских рунических транспортных средств» находилась в самом дальнем углу учебного корпуса факультета естественных наук, рядом с мусороперерабатывающей станцией и насосами системы циркуляции духовной энергии.
Еще не войдя внутрь, можно было почувствовать густой запах машинного масла, смешанного с озоном.
Мо Чэнь глубоко вдохнул. Ему стало так хорошо, словно он вернулся домой.
Вот оно. Именно то место, где и должны находиться простые трудяги.
Он толкнул дверь аудитории и застыл на пороге.
Он предполагал, что в классе будет мало людей, что оборудование будет старым, а преподаватель — засаленным мужиком.
Но он никак не ожидал увидеть такое.
В просторной аудитории, устроенной амфитеатром, сидело человек двадцать-тридцать… «существ».
В кавычках, потому что чистокровных людей, включая его самого, было не больше трех.
Остальные…
В первом ряду сидели корги, которые из-за своих коротких лап изо всех сил вытягивали шеи, чтобы хоть что-то разглядеть на кафедре.
У окна слева несколько пуделей, вооружившись маленькими зеркальцами, скрупулезно накладывали на свои тщательно ухоженные кудри заклинания «гладкости» и «блеска».
В дальнем углу, развалившись, храпел бульдог, чья морда была вся в складках, а слюни текли на стол.
Еще было несколько худых и элегантных грейхаундов, которые грациозно откинулись на спинки стульев со взглядом, полным презрения к «этим смертным».
Куда ни глянь — повсюду были собакоголовые всех мастей, окрасов и форм.
Это было похоже не на начало учебного года в университете, а на зону ожидания перед «Первым вселенским конкурсом красоты среди породистых собак».
Мозг Мо Чэня отключился.
Теперь он наконец понял, почему эта специальность называлась «целевое обучение».
Какое к черту обучение кадров для Академии Девяти Небес? Это была подготовка технических специалистов для местных вооруженных кланов города Нортон!
И он, Мо Чэнь, чистокровный человек, был тем самым несчастным техническим консультантом, которого отправили чинить трициклы для этих «союзников».
«Твою мать…»
Будущий ремонтник электрических трициклов чувствовал, как его мировоззрение топчет стая собак.
«Братан, ты тоже местный?» — эта шутка оказалась не шуткой, а суровой реальностью.
— Мо Чэнь, сюда! — Акэнь радостно замахал ему лапой, указывая на свободное место рядом с собой.
Мо Чэнь тяжелой походкой подошел и сел.
Он чувствовал себя хаски, попавшим в стаю волков… нет, Ха Ци же хаски. Он чувствовал себя котом, попавшим в стаю собак.
В этот момент на кафедру, пошатываясь, взошел лысый верзила в засаленной майке, с рельефными мышцами и дешевой духовной сигарой во рту.
Он с грохотом бросил на стол гаечный ключ и выпустил кольцо дыма.
— Кхм, все в сборе, да?
Лысый окинул взглядом разношерстную толпу студентов. В его глазах не было и тени удивления, лишь презрение к «очередной партии новобранцев».
— Меня зовут Лэй Бао. Я ваш преподаватель по курсу «Экстремальная модификация конструкций транспортных средств и рунических формаций», а также ваш главный инструктор на практике в городе Нортон.
Его голос был грубым, как наждачная бумага, скребущая по ржавому железу.
— Мне плевать, кем вы были раньше — принцами племен или королями собачьих стай. Здесь вы все будете пахать!
— На моем курсе не будет ни теории, ни формул. Чтобы получить зачет, нужно сделать только одно…
Лэй Бао оскалился, обнажив прокуренные желтые зубы. Его улыбка была хищной.
— Во время практики я выброшу вас в Заброшенную Пустошь под Нортоном. Каждому выдам кучу металлолома. Кто сможет вернуться живым на собранной своими руками машине, тот и получит зачет.
— А кто не вернется, пойдет на корм местным стервятникам.
В аудитории воцарилась мертвая тишина.
Лишь отчетливо было слышно, как Ха Ци сглотнул слюну.
Мо Чэнь потерял дар речи.
«Держите меня семеро».
Это не учеба в университете, а участие в мьянманском спецвыпуске «Выжить любой ценой».
Причем с билетом в один конец и без гарантии.
— Ладно, начнем первый урок.
Лэй Бао вытащил из-под кафедры ржавый двигатель.
— Шасси «Ветроход-2», двигатель «Громобой — Молодежная версия». Вас преследуют три Кислотных Червя. Как, имея лишь отвертку и полбутылки «Убийственного Усу», за три минуты провести экстренную модификацию системы охлаждения и успешно скрыться?
— Думайте! Пока не придумаете, никто отсюда не уйдет!
Вопрос лысого инструктора взорвался в аудитории, как бомба.
Пудели так испугались, что их кудри выпрямились. Корги от волнения задергали лапами. А Ха Ци уже закатывал глаза и пускал пену изо рта.
Однако, когда этот вопрос долетел до ушей Мо Чэня, в его мертвенных глазах блеснул огонек.
Он вспомнил ночи, когда развозил заказы.
Однажды, чтобы успеть на зеленый свет, который горел всего 0.1 секунды, он перелетел через крышу духовного грузовика.
В другой раз, ради пятизвездочного отзыва, он разогнал мощность своего «Должника-1» до такой степени, что из него посыпались искры.
Что до «Убийственного Усу»…
Он не пробовал, но однажды охлаждал перегретую руническую формацию бульоном от острого супа.
Принцип должен быть тот же.
Мо Чэнь бессознательно вытянул руку и начал чертить что-то на столе.
В его голове стремительно складывалась дерзкая и безумная схема модификации.
В этот момент он вдруг немного понял глубинный смысл «целевого обучения».
И понял, почему его никчемное резюме из ПТУ привлекло внимание Академии Девяти Небес.
Потому что здесь не нужны были гении, изучающие «три тысячи путей Дао».
Здесь нужны были безумцы, способные под градом пуль собрать из мангала и вентилятора боевой трицикл.
И он, Мо Чэнь, переселенец, обремененный долгами и закаленный жизнью, был именно таким безумцем.
Он поднял голову и посмотрел в окно.
Солнце светило ярко, в небе парили журавли.
Где-то в соседнем учебном корпусе его гениальная сестра Мо Цинсюань, вероятно, сидела в светлой и чистой аудитории, слушая лекцию великого мастера стадии Трансформации Души о тайнах вселенной. Ее будущее было безоблачным.
А он сидел среди собак и размышлял, как починить двигатель с помощью пивной бутылки.
Переселенец Мо Чэнь криво усмехнулся, и на его лице снова появилось непроницаемое выражение.
Внезапно он подумал, что такая студенческая жизнь… кажется, тоже довольно крутая.