Глава 33: Шестая история о привидениях — Песня, запрещенная на экзаменах (7)

Глава 33: Шестая история о привидениях — Песня, запрещенная на экзаменах (7)

«Я зарыта под третьей гримеркой».

В тот миг, когда мы осознали смысл фразы, по спинам пробежал холодок, и в комнате воцарилась мертвая тишина. Мы осторожно переглядывались, но никто не решался заговорить первым. Тяжелое, гнетущее чувство, вызванное этими словами, сковало всех присутствующих.

— Э-эм... — спустя какое-то время Док Хун первым подал голос. — Мне тут кое-что пришло в голову, о-во~.

Все взгляды устремились на него, призывая продолжать.

— Кто-нибудь знает о... Садако? — спросил Док Хун, пока по его шее катился холодный пот.

Садако. Я смутно припоминал это имя.

— Это та девушка-призрак из телевизора и колодца?

— Да, именно она!

Док Хун активно закивал. Не помню точно, откуда я это знал, но в интернете часто встречались пародии на ту сцену: из колодца на экране телевизора выбирается девушка и в итоге вползает в реальность.

— А, я знаю. Это призрак из японского хоррора «Звонок», — вмешался Кён Вон, давая Док Хуну возможность объясниться.

— Я поясню для тех, кто не в курсе, у-ву~. Сюжет фильма такой: существует проклятая видеокассета, и каждый, кто посмотрит запись, умирает. Но смерти можно избежать, если передать копию кому-то другому. По сути, в фильме этот проклятый ролик распространяется подобно вирусу...

Как и ожидалось от Док Хуна, в японской поп-культуре он ориентировался как эксперт. К счастью, я уловил, к чему он клонит.

— Видео с призраком распространяется как вирус. Если заменить видео на песню, ситуация станет точь-в-точь как у нас.

— Вот именно, о-во~! В точку!

Кажется, большинство поняли суть, но я решил подытожить для Сун А и Ли Джин Хи, которые всё еще выглядели растерянными.

— Эта песня, вызвавшая хаос, скорее всего, проклята призраком.

— Проклятая... песня!

— И если предположить, что одержимые делают всё наоборот, то и влияние песни, заставляющее людей вести себя инвертированно, обретает смысл.

Особенно это касалось послания, скрытого в реверсе. Готов был поспорить — тот, кто записал этот текст, не был человеком.

— Док Хун, а как в том фильме остановили проклятие? Чем всё закончилось?

— Гм... — Док Хун на мгновение задумался. — Проклятие исходило от мстительного духа, который появлялся на видео. Девушка погибла несправедливой смертью, и её тело бросили на дно колодца, который показывают в записи, о-во~. Чтобы упокоить дух, герои нашли тот самый колодец и похоронили её как подобает.

— Значит, нам нужно найти того, кто «зарыт под третьей гримеркой», и устроить нормальные похороны, чтобы покончить с этим?

Разумеется, под словом «кто-то» явно подразумевался не живой человек. Нам предстояло отыскать труп, спрятанный под «третьей гримеркой».

— Ага. Кажется, всё сходится.

— Звучит дико, но, учитывая происходящее, это самое логичное объяснение.

— Третья... гримерка...

Все согласно закивали, принимая мою гипотезу, основанную на наблюдении Док Хуна. В конце концов, если просто сидеть здесь и ждать, ничего не изменится. Нам нужно было попасть в то место. В третью гримерку.

— Но где она вообще находится?

— Вряд ли в Корее всего одна «третья гримерка».

Когда разговор снова начал сворачивать в сторону безнадеги, я заговорил уверенно:

— Нам нужно спросить у тех, кто изначально распространил эту песню.

— У кого? — все глаза округлились.

— У «Fourincess».

— ...!

Всё верно. Новая айдол-группа, всколыхнувшая всю страну. Они — оригинальные исполнители. Если кто и знает что-то об этой аномалии, то только они.

— Так, слушайте внимательно. Я не знаю, где именно эта гримерка, но я знаю, где сейчас находятся «Fourincess».

— Откуда...? — спросила учительница.

— Видел твит в соцсетях одной из участниц. Сегодня вечером у них живой концерт в музыкальной программе одной телекомпании. Сцена находится в здании с куполом, и сейчас они в одной из гримерок этого здания.

На самом деле я узнал это благодаря чтению по губам, но вдаваться в лишние объяснения не стоило.

— Все понимают, что нам нужно делать? Собирайтесь.

— Ч-что? — члены Клуба историй о привидениях заволновались.

— Сходите на кухню и возьмите всё, что можно использовать как оружие. Живее.

— Погоди, прези! Ты это к чему вдруг...?

— Мы должны спешить, пока ситуация не стала еще хуже. Уже три часа дня. Скоро начнет темнеть.

Ученики занервничали при мысли о том, что придется покинуть школу. Однако мы достаточно отдохнули, и раз уж цель была ясна, они решили следовать плану.

— Скоро мы встретимся с «Fourincess» лицом к лицу.

Спустя некоторое время Сун А уже вовсю крутила в руках огромную сковороду, а Ха Юн сравнивала два кухонных ножа, выбирая тот, что поострее. Вскоре каждый из нас вооружился различной утварью — кастрюлями и сотейниками. С точки зрения логики, ножи или тесаки были эффективнее, но такой выбор сделала только Ха Юн. Обычному человеку претило наносить колотые раны, поэтому большинство предпочло дробящее оружие: сковородки или швабры.

— Учительница, ключи у вас? Если все выбрали оружие, встречаемся у двери.

Перед запертой стальной дверью на четвертом этаже столовой я провел последний инструктаж.

— Группа, песня, телестанция, музыкальная программа, гримерка, третья комната, проклятие, труп... Велика вероятность, что всё это связано. Поэтому мы идем к источнику — группе «Fourincess», чтобы выбить из них правду.

— Поняли!

— Мы во всем разберемся!

Все решительно закивали. Разберемся, значит? Интересно, понимали ли они, с чем на самом деле сражаются. Тогда я решил сказать им то, к чему они точно не были готовы.

— С этого момента слушайте внимательно те, кто способен принять мои слова. У меня есть способность возвращаться во времени.

— ...?

Лица ребят сменились с решительных на крайне озадаченные.

— Ч-что ты сказал?

— Те, кто был со мной в «Сне внутри сна», помните, как после каждой смерти мы возвращались в самое начало?

Трое кивнули.

— Я проходил через подобное много раз. Понимаете? Даже если мы выберемся из школы и найдем решение, я не собираюсь исправлять всё прямо сейчас.

Я глубоко вздохнул и озвучил свое решение, независимо от того, примут они его или нет.

— Как только мы найдем ключ к разгадке, я вернусь в прошлое, в то время, когда хаос еще не начался. Я вырву проблему с корнем, чтобы ничего этого не случилось. Таков мой план.

— Ч-чего...?

Учительница, Ли Джин Хи и Док Хун выглядели совершенно сбитыми с толку. Однако Кён Вон и Сун А, хоть и вздрогнули, всё же кивнули. Я решился на это, как только не смог дозвониться до родителей и увидел, во что превратилась улица. По моему опыту, после каждого закрытого дела устанавливается новая контрольная точка. Если я решу проблему сейчас, то место, где я окажусь после следующей смерти, будет зафиксировано. Это значит, что моя жизнь продолжится в мире, где мои родители погибли, а страна лежит в руинах! Такую победу я никогда не назову настоящей. Это всё равно что сохранить игру после фатальной ошибки.

— Понимаете, о чем я? Если нет — не страшно. Просто помните: если кто-то отстанет во время побега, мы не вернемся. Даже не оборачивайтесь. Применяйте силу к любому, кто встанет на пути.

Учительница Чан Хва Ын замерла от моих слов.

— Я всё равно поверну время вспять. Неважно, кто умрет. Важна только цель. Думайте только о том, как прорваться вперед. У нас есть час, чтобы со всем покончить. Никаких колебаний.

Возможно, они не до конца осознали суть, но моя решимость идти до конца заставила их подчиниться моему темпу. Они медленно закивали.

— После этого мы откроем дверь и бегом спустимся на первый этаж. Оттуда — к парковке рядом со столовой, где стоит машина учительницы. На ней мы пробьемся через главные ворота.

— Есть!

— К сожалению, ворота сейчас закрыты. Пока машина будет стоять перед ними, кому-то придется их открыть. Это наше первое серьезное препятствие. Ясно?

Напряженно дыша, все крепче сжали свое импровизированное оружие.

— Пока мы будем открывать ворота, случиться может что угодно. Тот, кто выйдет открывать, может не успеть вернуться в машину. В таком случае мы уезжаем без него.

— ...

— После этого — рывок в район Чхондам в центре города, к зданию телекомпании. Паркуемся у купольного здания и ищем гримерку. Конец инструктажа. Готовы?

Я видел, как дрожат руки Кён Вона, сжимающие сковородку.

— Открываю дверь. Приготовиться!

Не давая им времени на раздумья, я распахнул стальную дверь.

Скрип—

Как только дверь открылась, мы увидели водителя грузовика, который привозил продукты в столовую. Видимо, он не успел сбежать до того, как заразился. Он молча пялился в окно, но, услышав звук, резко повернул голову в нашу сторону.

— Б...!

В тот миг, когда он собирался открыть рот и запеть...

— А-а-а-а-а!

Я швырнул в него тяжелую стеклянную чашу.

Дзынь!

Чаша врезалась водителю прямо в лицо и разлетелась вдребезги. Удар был такой силы, что он повалился на пол и покатился, не успев издать ни звука. Чтобы никто из ребят не медлил, когда придется бить других, я первым показал пример.

— За мной!

Я снова возглавил группу и погнал всех вниз по лестнице. Поскольку скрытно спуститься всемером было невозможно, мы сделали ставку на скорость, а не на скрытность. Третий этаж. Второй этаж. На каждом этаже в столовой были ученики, но мы пронеслись так быстро, что они не успели среагировать. На первом этаже мы наткнулись на знакомого старшеклассника.

— Ребята! Срочные новости, срочные ново...

— Заткнись нахрен!

С криком Ли Джин Хи прыгнула с лестницы и приложила его сковородой прямо по макушке.

Бам!

С бодрящим звоном металла парень рухнул на пол.

— Сюда! Моя машина там!

Учительница вырвалась вперед, и мы выбежали на парковку. Озираясь, мы следовали за ней. Снаружи уже были ученики, и, заметив нас, они бросились наперерез.

— Рассредоточиться! Блокируем вход на парковку!

Те из нас, кто мог драться — Ли Джин Хи, Док Хун и я — встали на защиту входа, пока остальные помогали Чан Хва Ын найти машину.

— Выключите эту му-узыку... Она всё звени-ит...

Один из учеников добежал первым и начал размахивать канцелярским ножом у себя за спиной.

— Сказочный идиот.

Разумеется, точность у него была нулевая. Я уклонился и ударил его под колено.

Хрусь!

— Кьяк!

Как только парень упал, Док Хун своими тяжелыми ногами буквально размозжил ему голову.

— Усеягарэ!

Хруст.

Под весом ста с лишним килограммов голова ученика дернулась в конвульсии и замерла.

— Боже мой, сестренка! Ты должна послушать эту пе-есню!

Следом подбежала симпатичная старшеклассница с телефоном в руках и расстегнутой блузкой. Из динамика орала навязчивая мелодия припева.

— Аргх! Проклятье.

Ли Джин Хи на мгновение замерла, но тут же взяла себя в руки.

— Сестренка!

Ли Джин Хи сделала шаг навстречу бегущей девушке, подпрыгнула и провела идеальный удар с разворота.

Глухой удар.

С учетом инерции бега, шея девушки неестественно дернулась назад, и она рухнула на землю.

Хрясь.

— Дамарэ!!

Док Хун подскочил к телефону, всё еще надрывавшемуся от музыки, и топтал его до тех пор, пока тот не умолк.

Врум, врум—

Сзади послышался рев мотора. Обернувшись, мы увидели машину Чан Хва Ын, которая медленно ехала к нам. Несколько зараженных учителей вцепились в двери и стучали в окна.

— Учительница Чан! Послушайте песню! Это же последний писк моды!

— Кья-а-а-а! Помогите!

Из салона доносились крики перепуганных учеников.

— Учительница Чан, если будете в тренде, даже замуж сможете выйти! Скорее! Послушайте!

— Ли Джин Хи!

Подруга кивнула на мой крик, и мы, понимая друг друга без слов, бросились к машине.

— Чан Хва Ын!!!!

— А-а-а-а!

Ха Юн начала тыкать ножом в руки учителя, вцепившегося в окно заднего сиденья, а Ли Джин Хи принялась охаживать сковородкой головы других «коллег».

Удар, еще удар.

Дзынь, бам!

— У-а-а-а-а!

— Юная леди! Тебе сколько лет?! Как ты смеешь поднимать руку на старших?

Учителя повалились на землю, кто-то хватался за руки, кто-то за голову. Воспользовавшись моментом, мы с Док Хуном отшвырнули их подальше от машины.

— Быстрее!

— Черт, места нет! Док Хун, на переднее!

— Хай!

Учительница Чан Хва Ын вцепилась в руль, Док Хун запрыгнул на пассажирское сиденье. Сзади втиснулись Сун А, Кён Вон, Ха Юн, Ли Джин Хи и я. Пятеро на заднем сиденье. Я запрыгнул последним и в этой тесноте буквально придавил собой Сун А.

— Ой, Ли Джун...!

— Прости, Сун А! Как выберемся — поменяемся!

Я старался упереться руками в подголовники передних кресел, а учительница тем временем вдавила педаль в пол.

— Все внутри? Едем к воротам!

От резкого ускорения нас всех вжало в сиденья.

— Кья-а-а-а!

— У-ва-а-а-а!

Бам!

Машина с семью пассажирами протаранила заграждение и вылетела с парковки.

— Эй! Послушайте песню!

Впереди зараженные ученики и учителя уже бежали нам наперерез. Несмотря на то что машину нещадно мотало из стороны в сторону, я заметил, что кто-то открывает главные ворота.

— Учительница! Ворота! Кто-то их открывает! Можем проскочить!

— Что? И правда!

Чан Хва Ын крутанула руль в сторону выезда, но из-за внезапности и скорости войти в поворот под нужным углом не получалось.

— Не впишемся! Захожу на второй круг! Держитесь!

Проносясь мимо толпы, похожей на зомби-апокалипсис, машина ушла в дрифт на школьном дворе, поднимая тучи песка и пыли.

— У-у-у-ргх!

— Ой!

Нас сзади швыряло друг на друга в полнейшем хаосе.

— Ремни! Пристегнитесь! — орал я, хотя понимал, что сейчас это физически невозможно.

— Ай! — Кён Вон впечатался лицом в подголовник.

Учительница закричала, завершая разворот и снова бросая машину вперед. Несколько учеников оказались прямо перед капотом. Глухие удары — и тела полетели через крышу.

Бах! Бум!

— А-а-а-а-а!

Ловое стекло пошло трещинами, но обзор, к счастью, сохранился.

— Сбила и уехала! Сбила и уехала! Если послушаешь песню, я тебя прощу! — вопили вслед учителя.

— Идем на прорыв! Держитесь крепче!

Машина взяла курс на открытые ворота и ускорилась. Тела снова вжало назад, и я опять придавил несчастную Сун А.

— Кхе-кхе!

— Прости!

У ворот мы увидели охранника, который отчаянно махал руками. Видимо, это он открыл проезд. Скорее всего, он прятался в своей будке и, увидев машину, открыл ворота в надежде, что его подберут.

— Погна-а-а-ли!

Мы пролетели мимо будки охраны. Прыжок на «лежачем полицейском» — и машина на миг зависла в воздухе. Секунда невесомости...

У-а-а-а-а-а!

Удар!

Колеса коснулись асфальта с такой силой, что казалось, машина сейчас развалится. Мы вырвались из школы! Однако город перед глазами был далек от нормальности. Разбитые витрины, горы мусора и обломков на дорогах. Из выбитых окон кое-где валил дым. Сеул превратился в хаос.

Чан Хва Ын снова вдавила педаль газа.

— У-учительница! Вы хоть дорогу знаете?

— Положитесь на меня-я-я-я!

Нам конец. Эта женщина явно была не в себе.

— Детки, держите-е-есь!

Мы только и могли, что кричать, пока машина неслась по городским улицам. Посреди дороги возникла толпа людей, слушающих новую песню. Они собрались вокруг мощного усилителя, из которого на всю мощь орал проклятый мотив.

Бам! Краш! Бац!

Машина в щепки разнесла усилитель и потащила за собой оторванные провода.

— Ах вы паршивцы! Этот усилитель десять штук баксов стоил... — донесся чей-то вопль снаружи. Мы не сбавляли скорость, пролетая станцию Силлим и направляясь к Сеульскому университету.

— У-учительница! Пожалуйста, помедленнее!

— Кья-а-а-а-а!

Мимо пролетал мусор, мы чудом не сбивали редких прохожих. Пейзаж за окном менялся с бешеной скоростью.

— Впереди препятствие! — крикнул кто-то. Учительница резко вильнула, и машина вылетела на тротуар, снося почтовые ящики и дорожные знаки.

— Учительница! Тормозите!

— Кья-а-а-а-а!

Пока мы надрывали глотки, она только сильнее жала на газ. Тридцатичетырехлетняя старая дева не верила в тормоза.

Бах! Бэм!

Несколько горожан на тротуаре отлетели от удара, как тряпичные куклы.

— Учительница! Кажется, те люди были нормальными!

— Всё в поря-ядке! На тротуаре ме-еста бо-ольше!!!

— Аха-ха, ха-ха-ха!

В этом безумии кто-то смеялся. Обернувшись, я увидел Ха Юн. Она хихикала, вцепившись в дверную ручку изо всех сил, а её лицо покраснело от смеха. Сун А сидела за моей спиной, зажмурив глаза и мелко дрожа, обхватив меня за талию. Док Хун на переднем сиденье не выдержал скорости и мертвой хваткой вцепился в ремень безопасности. Даже Ли Джин Хи, казалось, впервые в жизни испугалась, судорожно озираясь по сторонам. Кён Вон, похоже, давно упал в обморок — его тело просто болталось в такт виражам машины.

Вскоре мы пронеслись мимо кладбища и выехали на набережную реки Хан.

— Фу-у-ух.

— Ха-а, ха-а.

Врум—

К счастью, набережная была пуста. Дорога здесь была просторной и почти без препятствий. Лишь изредка попадались пожилые люди с радиоприемниками, преследующие убегающих подростков на беговых дорожках, но в целом здесь было относительно спокойно.

Учительница, кажется, тоже немного остыла. Она начала постепенно снижать скорость.

Скри-и-ип—

Вскоре мы въехали в район Чхондам. Перед нами высилось здание телерадиокомпании. Полуразбитая машина медленно остановилась перед входом. Несмотря на остановку, никто из нас не шелохнулся. Мы сидели и отрешенно смотрели по сторонам. Путь, который в обычное время занял бы полчаса, мы преодолели минут за десять. У всех был пустой взгляд, а прически напоминали птичьи гнезда.

Чан Хва Ын, молча сжимавшая руль, обернулась.

— Эй... ребят... мы приехали.

— ...

Бессильно подняв голову, я выглянул в окно. Прямо перед нами стояло то самое здание с куполом.