Глава 29: Шестая история о привидениях — Песня, запрещенная на экзаменах (3)

Глава 29: Шестая история о привидениях — Песня, запрещенная на экзаменах (3)

— Судя по царящему хаосу, причина определенно в этой песне. Вы ведь помните, как странно вела себя учительница музыки на прошлой неделе?

Члены клуба согласно закивали.

— И тот нервный парень, и староста, крушащий мебель... Это лишь мое предположение, но мне кажется, что люди с неустойчивой психикой или повышенной чувствительностью подвержены влиянию гораздо сильнее остальных. Есть здесь кто-нибудь, у кого эта мелодия постоянно крутится в голове?

Пятый этаж занимали только клубные комнаты, танцевальная студия и многофункциональные залы. Поэтому, за исключением особых случаев, школьные объявления по радио сюда обычно не долетали. Несмотря на безумие, творящееся внизу, здесь было непривычно тихо. Если кто-то и слышал музыку сейчас, то это было верным признаком того, что песня уже начала на него действовать.

Ли Джин Хи подняла руку.

— Эта мелодия застряла у тебя в голове? — уточнил Ли Джун.

— Ага, — коротко бросила девушка.

— Ты обычно часто слушаешь музыку?

— Когда подрабатываю, да.

Ли Джун вспомнил, что Ли Джин Хи упоминала о подработке после школы. Кажется, это был какой-то ресторан быстрого питания?

— Ты не чувствуешь ничего... странного? — спросил он с нарастающей тревогой. — Например, желания закричать во весь голос?

— Нет.

— А столы переворачивать не хочется?

— Нет.

— Ну, может... потянет спеть?

— Нет.

— Или станцевать?

— Слушай, завязывай со своими тупыми вопросами.

— Ладно, понял. Последний вопрос: тебе не хочется кого-нибудь ударить или...

Ли Джин Хи сжала кулак.

— Хочешь, чтобы я тебя приложила?

Ли Джун вздрогнул и отступил на шаг.

— Нет-нет, все в порядке. Тебе вовсе не обязательно меня бить. Правда, не надо.

Сун А посмотрела на него как на нечто жалкое. Проигнорировав её взгляд, Ли Джун подвел итог:

— Думаю, с Ли Джин Хи всё в порядке, потому что у нее сильный характер и крепкие нервы. Пока что здесь кажется безопасно, так что давайте переждем, пока всё не утихнет.

— Ох... Боже мой. Что вообще происходит?

— Страшно...

Члены клуба, явно напуганные, начали перешептываться.

— Как и следовало ожидать. Вот почему я всегда говорю, что корейская поп-музыка — это сплошная проблема. Они только и делают, что повторяют бессмысленные фразы или страдают о любви. Им стоило бы писать тексты, полные надежд, мечтаний и мамору... Ой.

Заметив свирепый взгляд Ли Джин Хи, Док Хун мгновенно прикусил язык. В этот момент из коридора донеслись крики.

— Ребята! Срочные новости! Срочные новости-и-и!

Заглянув в маленькое окошко в двери, Ли Джун увидел старшеклассника, который бежал по коридору, сжимая в руке мобильный телефон.

— У Fourincess вышла новая песня, она просто отпад! Скорее послушайте!

— Ребята! Прячьтесь, чтобы он вас не заметил! — шепотом скомандовал Ли Джун, быстро выключая свет.

Ученики пригнулись и прижались к стене рядом с дверью, подальше от линии обзора. Старшеклассник мчался мимо, словно участник олимпийской эстафеты с факелом, только вместо огня его телефон вовсю транслировал ту самую сводящую с ума мелодию. Он пробежал прямо мимо их комнаты.

Все затаили дыхание, распластавшись на полу.

— Хм, странно. Готов поклясться, свет только что горел...

Они продолжали лежать неподвижно. Из дешевого динамика телефона доносилось навязчивое «Oh Yeah~ Oh Yeah~». Парень еще немного потоптался у двери, а затем побежал к лестнице, продолжая свой безумный марафон.

— Ребята! Срочные новости! Срочные новости-и-и!

— Фух. Мир окончательно сошел с ума.

Когда шаги затихли, все с облегчением выдохнули и поднялись.

— Думаю, лучше оставить свет выключенным. Док Хун, задерни шторы. И на всякий случай давай заклеим окно в двери бумагой, чтобы никто не заглядывал.

Сун А достала учебник истории, который должен был быть на четвертом уроке, и вырвала страницу. Она приклеила её к стеклу. Ли Джун мельком заметил на листе портрет учителя истории и заголовок о том, что у народа, забывшего свое прошлое, нет будущего.

— Ох... Может, это всё просто сон?

— Это реальность, Кён Вон.

Кён Вон, не в силах поверить в происходящее, то закрывал ладонью часы на телефоне, то снова открывал их, надеясь увидеть другое время.

— Да что же это такое? Почему это происходит? Скоро обед, нам нужно поесть.

Док Хун жалобно запричитал, обхватив руками живот. Сун А продолжала тревожно поглядывать на Ли Джуна. Казалось, только Ха Юн и Ли Джин Хи сохраняли полное спокойствие. Ха Юн просто стояла с безмятежным видом, а Ли Джин Хи раздраженно притопывала ногой — весь этот беспорядок её явно бесил.

— И зачем мы прятались? Я могла бы просто выбить из него всю дурь.

Остальные покосились на Ли Джин Хи. Хотя было приятно иметь на своей стороне такого грозного союзника, её боевой настрой немного пугал.

— Ха Юн, как ты думаешь, что нам делать? — спросил Ли Джун.

— А? — Девушка удивленно прищурилась.

— В сложившейся ситуации... какой наш следующий шаг?

— Аха-ха, почему ты спрашиваешь меня? — Она попыталась отшутиться.

— Просто ты кажешься очень спокойной.

На самом деле Ли Джуну было трудно решить, как вести этих пятерых через хаос, охвативший школу. Он надеялся, что они смогут просто пересидеть бурю здесь. Но опыт подсказывал: с тех пор как в его жизни появилась система, легких путей не существовало. Несмотря на то что они просто спасались бегством, это превратилось в полноценное собрание Клуба историй о привидениях. А президент клуба обязан брать на себя лидерство.

— Эх... ну почему я... — вздохнул Ли Джун про себя.

Он был бы только рад, если бы командование взяла на себя невозмутимая Ха Юн или харизматичная Ли Джин Хи.

— Я сделаю так, как ты скажешь, Ли Джун. Ты ведь президент клуба, в конце концов, — Ха Юн с лучезарной улыбкой разрушила его надежды на перекладывание ответственности.

Ли Джун скрестил руки на груди, размышляя, и решил обратиться за помощью к Кён Вону.

— Слушай, Кён Вон, ты можешь вспомнить какую-нибудь историю о привидениях, похожую на то, что происходит сейчас?

— Сейчас 11:20... Что? Что ты сказал? — Кён Вон вздрогнул, отвлекаясь от своих мыслей.

— История о привидениях. Тебе это ничего не напоминает?

— Ис-история? — Кён Вон растерянно поправил очки. — Ты всё-таки думаешь, что за этим инцидентом стоит какая-то легенда, как и в прошлый раз, прези?

— Ага. Других объяснений у меня нет.

Для Док Хуна и Ли Джин Хи, которые впервые столкнулись с чем-то подобным, вопрос мог показаться странным. Но Сун А, Ха Юн и Кён Вон уже прошли через «Сон внутри сна», так что для них это не было чем-то из ряда вон выходящим.

— Хм... М-м-м... — Кён Вон задумчиво перебирал в памяти факты, теребя дужку очков, но в итоге лишь вздохнул. — Извини, прези. Ничего не приходит в голову.

— Но ты ведь сам рассказывал про песни, запрещенные на экзаменах?

— Это не городская легенда, а научный феномен. Его называют «ушным червем». Это происходит, когда навязчивая мелодия застревает в мозгу, заставляя человека постоянно её напевать. Это может раздражать, но до уровня проклятия или истории с привидениями обычно не дотягивает.

— Понятно. Скользкая тема.

Ли Джун нахмурился. Если даже такой эрудит, как Кён Вон, ничего не знал, значит, конкретной истории для этого случая могло и не существовать. Или же они, как и в прошлый раз, не понимали самой сути происходящего.

— Тогда давайте так: если кто-то знает хоть какие-то истории о песнях или музыке, поделитесь ими.

— Так внезапно? — удивился Док Хун.

— Ситуация становится опасной, и нам нужно оставаться здесь, — спокойно объяснил Ли Джун. — Пока мы ждем, давайте рассказывать друг другу страшные истории. Возможно, в какой-то из них найдется зацепка или решение. Даже если сейчас это кажется бессмысленным, это лучшее, что мы можем сделать.

Ли Джун медленно обвел взглядом присутствующих. Сун А и Кён Вон кивнули в знак согласия. Ли Джин Хи выглядела озадаченной и нахмурилась, а вот Док Хун, кажется, даже воодушевился.

— Надо же, мы устроим настоящий «Реквием из тьмы»! — воскликнул он, явно наслаждаясь моментом.

Обстановка была идеальной: выключенный свет, уединенная комната и тишина. Уютная клубная комната в полумраке, где лишь узкие полоски солнечного света пробивались сквозь шторы, создавала нужную атмосферу. Они сдвинули столы и стулья в угол и уселись в круг в центре комнаты, скрестив ноги.

Первой заговорила Сун А, перейдя на шепот:

— Говорят... если в студии звукозаписи увидят призрака... песня обязательно станет хитом. Поэтому, если спросить успешных певцов... многие из них признаются, что сталкивались с чем-то паранормальным...

— Я тоже об этом слышал, — вставил Ли Джун. Эту историю часто крутили в различных ток-шоу со знаменитостями.

— Говорят, призрак часто подпевает им во время записи...

— Вот как?

— Да...

Следующим был Кён Вон.

— Вы знаете песню Чан Нары 2003 года под названием «Это правда?»? Говорят, в ней записан голос призрака. В середине песни внезапно врывается совсем другой женский голос и спрашивает: «Твои уши болят?». Даже сейчас, если послушать внимательно, его можно услышать.

— Серьезно? — поразился Ли Джун.

Остальные тоже подались вперед с живым любопытством.

— Да, чистая правда. Вы даже можете проверить это прямо сейчас на телефоне.

— Д-давайте послушаем! — Док Хун выхватил телефон. — У кого много трафика?

— Я включу, — Кён Вон нашел песню и нажал на воспроизведение.

Зазвучала мелодия. Когда Чан Нара закончила припев, из динамика отчетливо донеслось:

«Твои уши болят?»

— Кья-а-а! — вскрикнула Сун А от неожиданности.

Голос был пугающе ясным.

— И... как такое вообще оставили в официальном треке? — недоуменно спросил Ли Джун.

— Официальная версия компании — это звук электрогитары. Но так это или нет... Я на гитаре не играю, так что не знаю точно.

Ли Джун задумался: была ли это очередная история ранга D или C, с которой ему предстояло столкнуться? Но 2003 год был шестнадцать лет назад. Это случилось задолго до того, как в его жизнь ворвалась эта странная игровая система. Неужели истории о привидениях всегда были гораздо ближе к реальности, чем он думал?

— Забавно, — бросила Ли Джин Хи.

Все внезапно замолчали, чувствуя некоторую неловкость перед ней. На ней был наглухо застегнутый пиджак поверх формы, хотя в школе это не приветствовалось. У нее было острое, но аккуратное лицо и крашеные волосы. Пронзительный взгляд и ровно столько косметики, чтобы учителя не придирались. Она выглядела как классическая школьная хулиганка, к которой страшно подойти.

И вот теперь такая девушка сидит с ними и обсуждает городские легенды. Если бы другие прогульщики увидели это, они бы со смеху покатились.

Ли Джун подумал: «Если бы она не корчила такие суровые мины, была бы очень симпатичной. Или у нее просто глаза от природы такие злые?»

[Ваше понимание персонажа Ли Джин Хи увеличилось на 10. Очки историй приведений: 12]

— Чего вылупились? — резко спросила Ли Джин Хи, и все тут же отвели глаза.

Ли Джун подумал, что с такой харизмой она могла бы изгонять призраков одним взглядом.

— Теперь моя очередь! — выкрикнул Док Хун. — Эта история случилась, когда я ходил в кино на полнометражку «Мьюз»!

— Что еще за «Мьюз»? — перебил его Ли Джун.

Док Хун разочарованно вздохнул.

— Яре-яре. Это идол-группа из «Love Live!». Короче, дело было в кинотеатре.

Он откашлялся и начал заново. Рассказ затянулся. Большая часть состояла из подробностей сюжета фильма, которые Ли Джуну были совершенно не интересны. У Док Хуна был редкий талант заставлять слушателей чувствовать себя неловко.

— ...И вот, я сижу, радуюсь сцене с куриной ножкой Котори, как вдруг парочка сзади заводит шепот! — наконец история подошла к мистической части. — Это же полное отсутствие манер в кинотеатре! Шепчут и шепчут. В какой-то момент я даже подумал: «Может, прибить их?». Но я был слишком увлечен милыми девочками...

— И что дальше? — поторопил его Ли Джун.

— И вот, когда Хонока закончила свое соло и все они вместе подпрыгнули... Это было субараши! Великолепно!

— Дальше.

— И тут опять! Снова! Снова! — Док Хун ударил ладонью по полу. — Они опять начали шептаться прямо у меня над ухом! А я, знаете ли, парень вспыльчивый. Я подумал, что если они еще хоть слово скажут, я развернусь и задам им трепку.

— Так...

— И вот наступила кульминация! Раз! Два! Лав Ла-а-айв! Но эти двое... Снова! Снова начали шептать! Ну всё, думаю, мое терпение лопнуло. Я нацепил свою самую злобную ухмылку и резко обернулся, чтобы послать их куда подальше.

— И?

— И вот! НО ВОТ ТУТ-ТО! Я же четко слышал, как двое вели беседу! Но когда я обернулся... Хонто ни сугои ябаи аригато!

— Ну?!

— Сзади сидел только один человек!

— АХ ТЫ ПАРШИВЕЦ! Да что ты вообще понимаешь, отаку несчастный!

Ли Джин Хи, которая до этого едва сдерживалась, взорвалась. Она накинулась на Док Хуна и начала его нещадно тузить.

— Он просто сам с собой разговаривал! САМ С СОБОЙ! Ты, тупоголовый кусок идиота!

— С-сумимасен! Пощадите!

— Сдохни, придурок!

Все остальные, кто до этого испытывал лишь скуку и раздражение, покатились со смеху.

— Пха-ха-ха-ха!

— Ха-ха-ха, Джин Хи, хватит, ты же его убьешь! А-ха-ха!

— Ой, не могу! Пха-ха-ха!

Ли Джун и Кён Вон буквально валялись на полу от хохота. Сун А колотила руками по ковру, а её плечи сотрясались в беззвучном смехе. Даже Ха Юн не могла сдержать хихиканья, прикрывая рот ладонями.

— К-кусо... Ну за что-о-о... — простонал Док Хун. Кажется, благодаря внушительной жировой прослойке, удары Джин Хи не причиняли ему особого вреда.

— Заткнись, скотина!

Тук. Тук. Тук.

Внезапно в дверь клубной комнаты кто-то постучал.