Глава 31: Шестая история о привидениях — Песня, запрещенная на экзаменах (5)

Глава 31: Шестая история о привидениях — Песня, запрещенная на экзаменах (5)

Как мы и планировали, мы изо всех сил пытались извлечь хоть какую-то пользу из состояния учительницы, но общение не клеилось: она лишь продолжала самозабвенно петь.

— Учительница, пожалуйста, сосредоточьтесь. Почему вы без конца поете эту песню?

— Том! Атом!

— Эта мелодия всё время крутится у вас в голове? Что вы при этом чувствуете?

— О-Э-О. У-у~ Эйш-эй~

— Проклятье.

Связи не было. Учительница продолжала размахивать руками и вилять бедрами в каком-то нелепом танце.

— Эври. Бади. Фо! Ин! Се! Сс!

— На это уже больно смотреть, — вздохнул Кён Вон. — Что будем делать, прези? Нам правда придется побить учителя?

— С этической точки зрения это сомнительно...

— Но в сложившейся ситуации стоит попробовать хоть что-то.

— Ха-а...

— О-е~ О-е~

Оставив учительницу с закатившимися глазами наедине с ее движениями, я с неохотой обратился к остальным:

— Кто хочет отвесить ей пощечину? Может, это приведет ее в чувство...

Не успел я договорить, как Ха Юн спокойно подошла к Чан Хва Ын, схватила ее за воротник и начала хлестать по щекам со всей силы.

Хлёст! Хлёст!

— Кья-а-а-ак! — закричала та.

Ха Юн даже не дрогнула. Она подула на свои изящные ладони и снова приложилась к щеке учительницы.

Хлёст! Хлёст!

— Кья-а-а-ак!

Учительница рухнула на пол. Оказалось, что, несмотря на хрупкое телосложение, рука у Ха Юн была тяжелой. Ли Джин Хи посмотрела на нее широко раскрытыми глазами, и в этом взгляде читалось явное одобрение: «А ты неплоха!».

Учительница еще какое-то время возилась на полу, словно пытаясь плыть. И вдруг...

[Ваш член клуба проявил исключительную находчивость и изгнал одержимого!]

[Вы получили 25 очков историй приведений.]

[Вы получаете 10% бонусных очков за каждого участвовавшего члена клуба.]

[Участники (6 человек): Ан Кён Вон, О Док Хун, Юн Сун А, Ли Джин Хи, Ин Ха Юн, Чан Хва Ын.]

[К полученным 25 очкам добавлено 60% бонуса (15 очков).]

[Текущие очки историй приведений: 12 + 25 + 15]

Пам-па-дам~♪

[Всего очков историй приведений: 52]

«Ого...!»

Подумать только, мы мимоходом изгнали случайную историю о привидениях.

«Значит ли это, что точка сохранения теперь зафиксирована на этом моменте?»

Хотя я был на мгновение ошеломлен, этот вопрос стоило проверить позже.

— Кхек! Г-где я?

Учительница, валявшаяся на полу, наконец пришла в себя и поднялась, держась за лицо. Ха Юн ответила ей будничным тоном:

— В клубной комнате, учительница Хва Ын.

— В-в клубной комнате? Почему я здесь...? И почему так болят щеки...?

Мы пересказали ей всё от начала до конца.

— Понятно. Боже мой, что вообще происходит?! — воскликнула учительница. — Теперь я начинаю кое-что вспоминать. Учителям удалось открыть дверь в радиорубку и усмирить того безумного ученика, так? Но в учительской в это время творился настоящий хаос!

Ее голос так и искрился напряжением. Впрочем, для Чан Хва Ын это было нормой.

— Директор и завуч... они разделись догола и расхаживали на руках! Президент студсовета швырял столы и тоже распевал эту песню...

Видимо, пока она убегала, где-то успела подхватить «заразу» и в итоге оказалась перед нашей дверью. Клубная комната находилась на пятом этаже, где обычно почти никого не было, да еще и в самом тупике коридора. Найти это место, если ты здесь раньше не бывал, было непросто. Именно поэтому мы были в относительной безопасности, и, не считая того парня, который пришел на свет, только Чан Хва Ын смогла нас отыскать.

— Как думаете, что нам делать дальше?

— Что?

Учительница, казалось, растерялась от моего вопроса. Однако она была педагогом и была обязана вести за собой заблудших учеников. Я с радостью переложил свои обязанности лидера на плечи представителя власти.

— Я... я должна это решить?

— Вы здесь единственный учитель.

Я ответил так, будто это было само собой разумеющимся. Остальные члены клуба тоже начали согласно кивать.

— П-понятно. Конечно. Я ведь взрослая...

Несмотря на замешательство, она, кажется, согласилась.

— Хм-м...

Она нахмурилась, обдумывая варианты. Даже с размазанным макияжем она оставалась очень привлекательной.

— Подождите минутку.

— Да, конечно.

— Посмотрим... Хм...

Фух. То, что мне больше не нужно было командовать, принесло невероятное облегчение. Я не смог сдержать вздоха радости. Вот она, жизнь! Быть ответственным лицом — это такая обуза. Эти выжидающие взгляды ребят... их завышенные ожидания, вера в то, что у президента клуба всегда есть план... Не говоря уже о том, что, как в случае с Кён Воном, мне постоянно приходилось доказывать, что я достоин быть главным.

Как только я сбросил этот тяжкий груз на учительницу, я почувствовал себя свободным.

«Учительница, пожалуйста, разберитесь со всем этим. Му-ха-ха!»

Теперь я понимал, почему говорят, что рядовым сотрудником быть комфортнее, чем руководителем. После долгих раздумий учительница вздохнула и спросила:

— Может, для начала поищем, чем перекусить?

— Что? — хором воскликнули ребята.

— Ну, чтобы жить, нужно есть, дети.

Мы об этом не знали, но на четвертом этаже был заблокированный проход, ведущий прямиком в столовую. Школа состояла из трех частей: главного здания, столовой и спортзала, который служил актовым залом. Они располагались в форме буквы «ㄷ», а в центре находился внутренний двор.

В столовой первый этаж предназначался для первокурсников, второй — для второгодок, а третий — для выпускников. Такая же простая схема использовалась и в главном корпусе, и на каждом этаже был коридор, соединяющий учебную часть со столовой. Таким образом, потоки учеников не пересекались.

А что касается четвертого этажа...

— На четвертом этаже столовой находится кухня, где готовят еду. Когда школу только строили, его тоже соединили коридором с четвертым этажом главного здания. Но поскольку ученикам там делать нечего, проход просто заколотили, — спокойно объяснила учительница.

Такое решение мог предложить только человек, знающий школу изнутри.

— Мы сейчас на пятом этаже, в самом конце. По счастливой случайности наша комната находится как раз со стороны столовой. Нам нужно только спуститься на один пролет по лестнице рядом с клубом и открыть дверь в тот коридор. Путь короткий и безопасный.

— ...Мы правда пойдем туда только ради еды?

— Это одна из причин. Всё началось еще до обеда. Столовая должна быть пуста, так что там безопаснее, чем в главном корпусе.

— Но если мы перейдем туда по четвертому этажу, мы попадем прямо на кухню. Учеников там нет, но повара наверняка на месте...

— Школьное оповещение слышно только в главном здании. Песня не должна была долететь до столовой.

— А-а!

Мы поняли, к чему она клонит. Даже если персонал столовой еще там, они не пострадали, хотя, скорее всего, уже успели разбежаться.

«Перебираемся в столовую!»

Хотя клубная комната казалась надежным убежищем, она всё еще была частью главного здания. Мы не знали, в какой момент очередному безумцу взбредет в голову подняться сюда и заставить нас слушать музыку. Там определенно будет спокойнее.

«Да и поесть не помешает».

Поскольку всё закрутилось около одиннадцати, повара как раз должны были заканчивать приготовление обеда. Аппетит разыгрался не на шутку.

— Убить двух зайцев одним выстрелом! Кхек... — пропыхтел Док Хун. — Я голоден.

— Значит, решено: идем в безопасное место, едим, а потом планируем дальнейшие действия. Думаю, это отличный план, учительница.

— Правда? Хороший план, да?

По иронии судьбы, в меню сегодня была острая жареная свинина. Если доберемся живыми, в нашем распоряжении окажется еда на девятьсот человек.

— Все готовы?

К сожалению, в качестве оружия нам взять было нечего. В комнате были только столы, стулья да маркерная доска. Тащить такие тяжести по коридорам — затея гиблая. Лучше передвигаться быстро и налегке.

— Тогда идем, дети. Держитесь за мной.

Учительница осторожно приоткрыла дверь. В полумрак комнаты хлынул яркий солнечный свет из окон коридора. Мысль о том, что нас ведет тридцатичетырехлетняя взрослая женщина, вселяла неожиданную уверенность. Я последовал за ней. На пятом этаже было пусто.

— Сюда.

Она тихо скомандовала, и мы начали спускаться по лестнице. Я выглянул в пролет — тишина. Мы старались ступать как можно тише, но чьи-то тапочки предательски шлепали.

Шлёп~ Шлёп~

Старые шлепанцы Сун А издавали звук при каждом шаге.

— Сун А, сними их и неси в руках.

Она густо покраснела, разулась и пошла за нами в одних носках. Мы добрались до четвертого этажа. Учительница первой осторожно выглянула из-за угла лестничной площадки и тут же отпрянула, прижав палец к губам. Мы замерли. Выждав немного, она снова выглянула и махнула рукой — мол, за мной.

В самом конце коридора четвертого этажа мы увидели дверь, грубо заколоченную деревянными досками.

«Так вот он, путь в столовую».

Сквозь щели виднелась дверная ручка. Доски были прибиты наспех, казалось, можно просто приоткрыть дверь и протиснуться. В крайнем случае — выломать их, они выглядели хлипкими.

— За мной! — шепнула Чан Хва Ын.

С нижних этажей доносилось неясное бормотание — кто-то из учеников напевал ту самую песню. Учительница пересчитала нас и взялась за дверь. Вдруг...

— Учительница! — Кён Вон указал вглубь коридора.

Там стоял парень и молча смотрел в нашу сторону. Мы застыли. Когда стало ясно, что он не двигается, учительница снова потянула дверь.

— Игнорируйте его! Скорее внутрь!

Пока ребята один за другим проскальзывали в проем, парень сорвался с места и быстро зашагал к нам.

Нужно было что-то делать. Если мы просто захлопнем дверь, он легко выломает доски, а шум привлечет остальных.

— Черт.

Я вышел вперед, заслоняя своих.

— Л-Ли Джун! — встревоженно позвала Сун А.

Я стоял лицом к приближающемуся ученику. Не говоря ни слова, я медленно поднял руки.

Взмах, еще взмах.

Я начал двигаться. Я кожей чувствовал недоуменные взгляды своих товарищей. Я размахивал руками и вилял бедрами в том самом странном, ломаном ритме. Увидев это, парень понимающе кивнул и зашагал обратно.

— Уходит!

— Фух.

Я облегченно выдохнул и вернулся к группе.

— Я заметил, что у тех, кто помешался на песне, есть свои специфические движения. На всякий случай попробовал скопировать, и, кажется, сработало.

— Прези, ты лучший! — Кён Вон улыбнулся и показал большой палец.

Мы вошли в пыльный, заброшенный коридор. Кто-то из ребят не выдержал и закашлялся. В конце перехода нас ждала еще одна деревянная дверь.

Щелк, щелк.

— Только не это... закрыто? — пробормотала Сун А.

Учительница отчаянно дергала ручку. Я молча достал из кошелька пластиковую карту.

— Учительница, попробуйте это.

— О!

Если замок такой же, как с той стороны, его легко вскрыть, просунув карту в щель и отжав язычок.

Скрип...

— Открылась!

Чан Хва Ын посмотрела на меня с прищуром:

— А ты сообразительный. И руки ловкие.

— Это мой единственный талант.

— Охо-хо. Ну, заходим.

Оказавшись на кухне, мы заперли сначала деревянную дверь, а затем и стальную дверь самого пищеблока. Теперь мы были в полной безопасности. Можно было немного расслабиться.

— М-м-м... как вкусно пахнет! — Учительница заводила носом, выискивая источник аромата.

— К счастью, здесь никого.

На раздаче в огромных контейнерах нас ждала готовая еда. Плиты были выключены, вокруг — идеальный порядок. Похоже, повара, оценив ситуацию, просто сбежали.

— Сюда, дети! Свинина здесь! О боже, какой запах!

Учительница открыла один из баков и позвала нас. Мы похватали подносы и бросились к ней. Огромный контейнер был до краев заполнен аппетитной острой свининой.

— Ого! Вот это да!

— Ничего себе! Хе-хе.

— Выглядит очень вкусно...

— Кхек! Охо-хо! Супер-удача! Еда на девятьсот человек — всё наше!

Мы наполняли подносы так, будто собирались съесть годовой запас провизии. Некоторые даже брали второй поднос чисто под мясо.

— Ребята, идемте в кабинет диетолога. Поедим там.

Кабинет находился прямо при кухне. За двумя слоями стен песня точно не была слышна. Идеальное место для спокойного обеда. Мы заперлись внутри и наконец-то набросились на еду.

— Вау! Соотношение мяса и жира просто идеальное...

— Кхек, рис со свининой — это лучшее. Приятного аппетита!

— О боже! Кто-нибудь, сходите за добавкой мяса! Охо-хо.

Это был поздний обед. Мы сидели в тишине кабинета, наслаждаясь едой и чувством безопасности.

— Ха-ха-ха.

— Охо-хо.

— Слушай, Ли Джун, а тот танец, который ты танцевал... это были движения из клипа «Fourincess»?

— Хм. Скорее всего. Надо будет потом глянуть на YouTube, — ответил я. — Естественно, с выключенным звуком.