Дома у Юи

Ночь накануне школьного фестиваля. Комната Юи.

Юи, глядя на платье горничной, которое ей отдал Сонода, вздохнула.

«Я настоящая «Убийца соседних парт»».

С того разговора, смысл которого она так и не поняла, они с Моэ не обменялись ни словом. Если точнее, Моэ перестала к ней подходить, и на этом всё общение прекратилось. Юи вдруг осознала, что с тех пор, как Моэ перевелась в их школу, она сама ни разу не проявляла инициативу.

(Неужели ей так хочется этого батла...?)

Твердит, что она и есть «Убийца соседних парт» — значит, настроена решительно? Или нынешнее состояние холодной войны надо расценивать как прелюдию к настоящей битве?

Но, если вспомнить, когда Моэ заговорила о батле «Убийц соседних парт», она выглядела счастливой. И даже в тот раз, хотя и была какая-то неловкость, они неплохо повеселились. Если бы она не начала разговор с темы про «Убийцу соседних парт», она бы, наверное, поддержала эту игру в батл... Но...

«Может, Моэ просто хочет подружиться с Юи?»

Внезапно в голову пришли слова Юки. Если это действительно так, то и ладно. Но если нет? Может, её раздражает, что Юи изменилась? Или она её всегда недолюбливала? Или, может, после их встречи Юи что-то сделала не так. Не осознавая, сказала или сделала что-то, что могло ранить Моэ.

(Может, лучше извиниться...?)

Но что и как сказать? Извиняться, не зная причины, — глупо. Можно только подлить масла в огонь.

Пока мысли бегали по кругу, настроение стало никудышным, а завтра уже начнется школьный фестиваль. С того момента, как она грозилась «вразумить» её, ситуация поменялась. Теперь она чувствовала себя дурой, что так разгорячилась.

Юи встала, подошла к зеркалу и развернула платье. Сонода говорил, что у него есть знакомые, которые управляют кафе с горничными, и он одолжил платье по дешёвке, но выглядело оно довольно качественно. Завтра ей предстояло впервые предстать перед всеми в образе горничной, но настроения всё равно не было.

— Ого. А ничего так, выглядит прилично.

Голос раздался из-за спины, и у Юи чуть сердце из груди не выскочило. В зеркале, за её лицом, появилась улыбающаяся Маки.

— И что это за одежда? — спросила она.

— Ч-чего!? К-как ты сюда…!?

У Юи отнялся язык. Она хотела возмутиться вторжением, но факт того, что в руках у неё платье горничной, перевешивал вторжение в комнату без спроса. Смущаясь и суетясь, она перемешала правду с ложью: «Меня попросили для школьного фестиваля...»

— Ты же говорила, что ничего не будешь делать на фестивале! — разозлилась Маки.

Действительно, когда они говорили о фестивале в прошлый раз, таких планов не было.

— Ну, обстоятельства изменились...

— Получается, Юи будет говорить что-то вроде: «Добро пожаловать домой, господин!»?

— Не буду, не буду.

— Я приду.

— Я же сказала, не буду!

В итоге они договорились, что просто наденут платья, а подражать горничным не будут. Более того, все предложения Соноды были отвергнуты. Маки протянула руку к платью, и поглаживая ткань сказала:

— И всё же, горничная на школьном фестивале... довольно банально?

— Я же говорю, не я это придумала...

— Ну и как у тебя? С «тем самым»?

— У м-меня? С «тем самым»? О чём ты??

— Ой, да ладно. Ну знаешь, парочки, которые незаметно для всех сходятся после фестиваля... Что, не слышала?

Опять она за своё. Юи уже не купится. Она должна быть сильной.

— Раз уж ты так вырядилась, надо показать что-то необычное. Вдруг у него фетиш на горничных...?

Шёпот дьявола. Судя по информации от Моэ, так оно и есть. Но сейчас не до этого. Сейчас её больше волнует сама Моэ.

— ...Слушай, сестрёнка.

Она колебалась, спрашивать или нет. Она подумала, что стоит поговорить с сестрой, которая хорошо знает её прошлое. Она вкратце рассказала о Моэ, о прошлом, о том, что было с момента их встречи. Маки, сидевшая напротив, только поддакивала, а когда Юи закончила, сказала:

— ...Ого, ты встретилась со своей обидчицей.

— Да не была я жертвой буллинга!

Может, и правда не стоило рассказывать? Чувствуя настрой Юи, Маки, что бывало редко, стала серьёзной.

— Хм... Что у той девочки на уме — даже я, твоя старшая сестра, не могу знать. Она же ничего конкретно не говорит, верно? Значит, и тебе не о чем беспокоиться.

Маки ответила на удивление легко. Но когда она хотела сказать: «Легко тебе говорить», Маки улыбнулась.

— Но ты у нас добрая, так что мои слова тебя не убедят.

С этими словами Маки протянула руку и погладила её по голове. Создалось впечатление, что она прочитала её мысли, и Юи стало неловко.

— В любом деле есть свои плюсы и минусы. У всего есть свои плюсы и минусы. Возможно, раньше ты не нравилась сама себе и хотела измениться... Но, честно говоря, я люблю тебя и прежнюю, и нынешнюю одинаково.

— А?

Она удивлённо посмотрела на сестру. Кажется, ей впервые такое сказали.

— Потому что Юи, которая, хныча, приходила ко мне и говорила: «Сестрёнка, помоги...», была просто улёт.

— Так вот оно что!

— Но и сейчас так, правда? Даже если обычно храбришься, в итоге всё равно приходишь ко мне за советом.

Юи попыталась возразить, но не смогла подобрать слов.

— Н-ну, я просто хотела получить объективное мнение со стороны...

— Я тут проанализировала... Взять того же Юки-куна. Он же вроде как персонаж, у которого мало друзей? В этом он похож на прошлую тебя... Понимаешь, да? Наверное, тебя это и привлекло. Как-то так.

Услышав это, Юи почувствовала, как краснеет. Вспомнился Юки, который до того, как сел рядом, был в классе немного изолирован. Может он задел струны её души, потому что она сама была такой раньше... Но он, в отличие от неё, не суетился и не боялся окружающих, а держался отстранённо. Наверное, ей было завидно, что у него есть то, чего не было у неё. Какое у него прошлое, как можно стать таким? Или он от природы такой... эксцентричный? Но есть вещи, которые этим не объяснишь. Иногда кажется, что он, понимая всё, нарочно так себя ведёт... В общем, он загадочный.

— Всё в порядке. Всё будет хорошо.

Пахнуло сладким ароматом, и старшая сестра мягко обняла её за плечи. Её медленный шёпот щекотал ухо.

— То, что было в прошлом, сделало тебя такой, какая ты есть. Конечно, ты не идеальна, у тебя есть недостатки... Но ты всегда старалась, как умела. Не думай, что ты во всём виновата.

Юи кивнула и, подняв глаза, увидела прямо перед собой улыбающееся лицо сестры.

— И ещё, знаешь, даже если ты просто думаешь о ком-то плохо, это чувствуется. Люди тянутся к тем, кто выглядит счастливым. Раз уж ты надеваешь платье горничной на фестивале, может, стоит выглядеть повеселее?

Возможно, Моэ уловила эту подсознательную скрытую неприязнь, о которой Юи и не догадывалась.

Юи с интересом слушала сестру, и Маки продолжила:

— ...Отбрось стеснение, Юи. В таких вещах стеснение вполсилы выглядит ещё более нелепо. Давай, надевай этот платье сейчас, давай...

Голос сестры превратился в подозрительный шёпот, будто она внушала что-то. А добрая улыбка незаметно сменилась злобной улыбкой Маки-Маки. Но, может, она и права. Переживать вот так — бесполезно. Та, прежняя Юи, которая когда-то сделала первый шаг, была гораздо смелее нынешней.

— Нельзя всё время обороняться...

— Вот именно! Надо нападать!

Маки опешила. Юи оттолкнула её, резво вскочила и, сжав кулак, высоко подняла его вверх.

— Йе-е-ей! Я — боевая горничная! Я сделаю это!

— Молодец, Юи, так держать! Хотя, правильно ли это не знаю! Наверное, нет! Короче, надевай этот костюм сейчас! Покажи старшей сестре!

— Нет, не хочу.

— Э-о-о-о!

Маки театрально опрокинулась на спину и, изображая плач, запричитала: «У-у-у, гипноз провалился-я-я». Глядя на неё, мрачное настроение Юи куда-то улетучилось. Сестра совсем не меняется. Её советы — то серьёзные, то шутливые, иногда она говорит обстоятельные вещи, а потом специально дурачится. Но в конце концов она всегда поднимает настроение. Самый близкий человек, на которого она равняется. Может, именно такой она и хотела стать?