Мина
Юки поспешно вернулся домой спустя десять с небольшим минут, успев до дождя.
Он жил в угловой квартире на втором этаже в пятиэтажном жилом кондоминимуме, который располагался по пути от школы к станции.
Миновав вестибюль, он не стал ждать лифта и быстро поднялся по лестнице на второй этаж.
Квартира была 3LDK* с балконом. Сейчас в ней жили трое: отец, Юки и его младшая сестра.
*п.п.: 3LDK – это 3 отдельные спальни + 1 общая зона LDK (LDK — совмещённая зона: Living (гостиная), Dining (столовая), Kitchen (кухня)) = всего 4 комнаты
Отец уезжал на работу в Токио рано утром и возвращался поздно вечером.
К тому же сейчас он был в длительной командировке и жил в арендованной квартире в Кансае. Иногда он приезжал на выходные проверить, как дела, а иногда — нет.
Поэтому ключи от дома были и у Юки, и у его младшей сестры Мины (младше на три года).
Дверь была заперта.
(Может, Мина где-то задерживается?)
Но едва он открыл её и вошёл в гостиную, раздались громкие хлопки — ПАФ-ПАФ! — звук хлопушек.
Он был уверен, что дома никого нет, но свет внезапно включился, и перед ним стремительно появилась его сестра.
В футболке и шортах, она указала на стол со стульями и воскликнула:
— Та-дааам! Смотри-смотри! Мина приготовила Юки-куну праздничный торт! Сюрприз! Удивился?
— Угу, удивился.
— Урааа, я удивила Юки-куна! Получилось, получилось!
Мина слегка подпрыгнула от радости, затем схватила Юки за руку и потащила к столу.
Он покорно позволил усадить себя на стул и оказался лицом к лицу с так называемым «праздничным тортом».
На тарелке перед ним возвышался рулет, обильно покрытый взбитыми сливками и обложенный консервированными фруктами — вид его был настолько тяжёлым, что от одного взгляда могла начаться изжога.
Если бы Мина самостоятельно приготовила идеальный торт, это было бы удивительно. Но этот… тоже был своеобразным шедевром.
— Пожалуйста, угощайся~!
— Мина, у меня сегодня не день рождения.
— Знаю-знаю. Это предварительное празднование!
— Скорее, запоздалое.
— Ну и что? Можно же есть праздничный торт просто так!
— Оригинальная идея.
Он спокойно парировал её напор, а Мина, подперев подбородок рукой, сделала вид, что задумалась.
— Если не день рождения… тогда… А! Есть же День матери, День молока… Почему бы не быть Дню старшего брата?
— У тебя интонация как у отца, нет?
— Раз уж я испекла торт, давай сегодня будет День старшего брата! Ура старшему брату! Да здравствует старший брат!!
Она трижды прокричала «банзай», явно решив идти напролом.
Но Юки не стал придираться — она выглядела такой счастливой.
Да и вообще, если реагировать на каждую её выходку, можно сойти с ума.
Не будет преувеличением сказать, что его спокойная реакция на всё — это реакция на выдумки Мины.
— Но как-то неловко есть одному…
— Не переживай, Юки-кун! Мина уже сожрала свою порцию!
— То есть праздник уже прошёл? И ещё — не «сожрала», а «съела».
— Съела!
Она чётко отдала честь.
Её речь то вежливая, то грубоватая — потому что она ещё учится.
Да и вообще, у неё своеобразный выбор слов, иногда ошибочный.
Кстати, имя Юки она, из-за её нечёткой дикции и странного ударения произносит как «Юки-кун».
— Кстати, Мина уже сыта, так что ужин не нужен~!
— Ты же одна съела целый торт.
Наивно насвистывая (без звука), она с невозмутимым видом уселась на стул напротив.
Наверное, она решила, что если сделать вид, будто торт — это праздничный сюрприз, её не будут ругать за то, что она его сделала (и съела).
Возможно.
— Ну как? Вкусно?
Пока Юки вонзал вилку в рулет, Мина, упёршись локтями в стол, пристально смотрела на него.
Большие чёрные глаза, детские черты лица, миниатюрное телосложение и очень светлая кожа.
В последнее время она завязывала свои чёрные волосы (до плеч) в два хвостика на уровне ушей — похоже, подражая какому-то аниме-персонажу.
— Вкусно. Хотя немного приторно.
— Ура-а, хе-хе. Эй, дай кусочек!
— Ты же уже наелась.
— Ааа!
Она открыла рот и ждала, так что он накормил её кусочком торта. Мина довольно улыбалась.
Во внешности Мины не было ничего, что можно было бы критиковать — она была очень милой.
По крайней мере, внешне.
Рядом с ней большинство девушек меркло, поэтому у Юки выработался иммунитет к «красоткам».
Если Юки был больше похож на отца, то Мина — на покойную мать. Глядя на её детские фото, можно было подумать, что это одно лицо.
По словам отца, в школьные годы мать была настоящим айдолом, неприступной принцессой.
«Красавицы редко живут долго» — обычно говорил он, после чего сразу хвастался: «Но я-то её заполучил!»
А Мина… Мина была той, кто мог запросто заявить: «Мне нравится в себе то, что я красивая».
Принцессой её назвать было сложно.
— Буду делать такой торт каждые три дня!
— Нет, не надо.
Она делала это не со зла и не ради шутки.
Ну, может, немного ради шутки. Но в основном — из-за своей гипертрофированной заботливости. Она искренне хотела порадовать и удивить Юки.
Закончив рулет под её наблюдением, он отнёс тарелку на кухню и замочил её в воде.
Рядом лежала тарелка, испачканная взбитыми сливками. «Уф…» — но он сделал вид, что не заметил, и вернулся в гостиную, устроившись на диване перед телевизором.
Мина тут же уселась рядом, зевнула и начала клевать носом.
Пока он рассеянно смотрел новости, время незаметно подошло к шести вечера.
Мина, развалившись на диване, тихо посапывала.
Раз она отказалась от ужина, он решил быстренько перекусить в одиночестве.
Достал из шкафа пакет с раменом, поставил кастрюлю с водой на огонь, забросил лапшу.
Затем добавил яйцо и проросшие ростки фасоли из холодильника, поварил немного и поставил кастрюлю прямо на стол, принявшись за еду.
Отец ругал его за такой «нищенский» способ поедания рамена, но сейчас было не до этого.
Пока он ел лапшу, Мина внезапно проснулась, упёрлась руками в стол и, почему-то шёпотом, проговорила:
— Дай немного.
— Ты же не хотела ужинать.
— Ааа!
— Ты что, хочешь стать комиком? Горячо — ешь сама, — он протянул ей палочки.
Неумело втягивая лапшу, она медленно жевала, затем крутанулась на месте и объявила:
— Пойду в ванну!
— Я ещё не наливал воду.
— Налью сама!
Она шумно выбежала из комнаты и тут же вернулась: «Дай ещё разок!» — и замерла в ожидании.
Через некоторое время раздался сигнал готовности ванны, и она снова поспешно убежала.
— Я искупалась!
Спустя несколько десятков минут она вернулась, окутанная паром, с полотенцем, обёрнутым вокруг тела, и встала перед Юки, который сидел на диване со смартфоном.
— Опять в таком виде…
— Э-хе-хе…
Она странно хихикнула, затем внезапно широко раскинула руки.
Полотенце соскользнуло на пол.