Секта Эмо-Эмо

На следующий день.

Когда Юки пришел в школу, у входа он столкнулся с Кейтаро.

Если точнее, Кейтаро заметил Юки издалека и, пробежавшись догнал его. Из-за своего громкого голоса и внешности он с самого утра привлекал к себе внимание. Переобуваясь у обувных шкафчиков, они разговорились.

— Помнишь, я рассказывал тебе про классовую иерархию? Баланс, похоже, уже начал меняться.

— О? Из-за чего?

— Да сам посмотри, Фудзихаси расширяет свое влияние. Тебе-то хорошо, ты беспечный.

— Беспечный? А то, что Фудзихаси расширяет влияние, как-то вредит Кейте?

— Не пытайся меня с ходу переубедить, а то я заплачу. Да-да, конечно, меня это не касается, я всё равно не в деле.

Похоже, он просто хотел, как обычно, пошуметь. Ему не понравилось, что Фудзихаси становится всё заметнее.

Но Юки, услышав «Фудзихаси», вспомнил вчерашнее сообщение от Моэ.

— Слушай, а я жадный?

— Что за вопрос с утра пораньше?

— Иногда ведь я угощаю тебя соком.

— Че? Жуть какая, ты что задумал?

На него странно насторожились. Более того, Кейтаро сказал: «Тебе кто-то что-то сказал? Не парься», и сам угостил Юки соком.

Они устроили небольшой привал у автомата с напитками с банками в руках.

— Не, ну серьезно, перевелась всего неделю назад, это уже перебор.

— В смысле?

— Похоже, будет буря. У нас в классе и так есть «Убийца соседних парт».

— А, да, точно, была такая.

— Не «была», а «есть». Ты вообще, серьёзно…

— О, ребята! Что это вы тут обсуждаете?

Когда Кейтаро хотел сказать что-то еще, в разговор вмешался высокий парень в очках.

Юки подумал, что кто-то слишком фамильярничает, но это оказался Сонода. Он был с утра в прекрасном настроении, уголки губ приподняты, и даже цвет лица был лучше обычного.

В отличие от него, Кейтаро скривился: «Фу, явился…» — и сказал:

— Да про «Убийцу соседей» говорим. Кстати, Сонода, ты тоже...

— Лучше скажите, как вы думаете, какие сладости любит Моэ-тян?

— Этому уже всё равно, похоже.

Кейтаро выразительно посмотрел на Юки.

Похоже, сейчас Соноду куда больше интересует Моэ, чем какие-то там «убийцы».

— Можно сказать, что среди парней в классе я... я общаюсь с ней больше всех.

Голос его звучал неуверенно, было непонятно, шутит он или говорит серьёзно.

Из-за того, что их парты стояли недалеко, Юки иногда видел, как Моэ и Сонода разговаривают.

— И о чем вы обычно болтаете?

— Да так, о пустяках.

Сонода лишь самодовольно хмыкнул: «Фу-фун», — и не стал толком отвечать.

Кейтаро, сделав недовольное лицо, сказал: «Пошли уже», — и хотел увести Юки, но Сонода остановил их:

— Кстати, об «Убийце соседних парт»... Моэ-тян часто спрашивает меня о Такацуки Юи. Говорит, они раньше учились в одной школе, в одном классе и были подругами.

Похоже, Моэ везде это рассказывает, и теперь почти все в классе знают об этом факте.

Но странно было то, что Моэ, которая и так должна была знать всё о Юи, постоянно о ней расспрашивала.

— Ну, это было давно, да и дружба ли это была? Сейчас о Такацуки Юи я знаю гораздо больше, ведь я сижу с ней рядом.

— Правда? Это, если честно, звучит жутковато.

— Да-да. Кстати, мне тут пришло в голову… она чем-то неуловимо напоминает мне «Убийцу соседних парт».

— Я тоже так подумал!

Кейтаро тут же выставил палец в сторону Соноды.

Видимо, они были согласны друг с другом, что случалось нечасто.

— А я думал это дежавю. Вот оно что. Те, кто сидел рядом, поймут, правда?

Кейтаро сказал это, ожидая согласия от Юки, но тот не смог ответить сразу.

Он был согласен, похожесть присутствовала, но, с другой стороны, кажется, что они похожи только внешне, а на самом деле — совершенно разные.

Получается, она похожа на «Убийцу соседних парт», но не похожа на Юи.

Это ощущение показалось ему самым верным, но, размышляя об этом, Юки сам запутался.

Тут Сонода перевёл разговор:

— Ну, сейчас главное — моя Моэ-Моэ... то есть Эмо-Эмо страсть! Как насчет? Хаями-кун, не хочешь вступить в «секту Эмо-Эмо»?*

*п.п.: Моэ-Моэ (萌え萌え) — в японском это устойчивое выражение, означающее что-то «очень милое», «вызывающее умиление». Сонода переделывает это выражение в «Эмо-Эмо» для комичного эффекта. «Секта Эмо-Эмо» (エモエモ教) — это шутливое название обожанию Моэ и той «вайбовой» (от англ. emotional) атмосфере, которую она создаёт вокруг себя.

— Ого, этот тип совсем с катушек слетел? Что еще за «секта Эмо-Эмо»? Тебе не стыдно?

— А когда тебе говорили, что ты крутой парень, ты был совсем не против.

— Не, после того случая дома сестра мне сказала: «Крутой? Где? Скорее ты не неудачная пародия на крутого парня!»

Похоже, Саё одним махом вернула его с небес на землю.

Сонода посмотрел на Кейтаро с жалостью, похлопал по плечу и сказал:

— Короче. Я сегодня настроен решительно. Времени больше нет... Смотрите, я покажу вам шоу Соноды Кенто.

— Что ты задумал? Только не надо ничего криминального. Юки, пошли, оставим этого типа.

— Эмо-эмо~

— Ты тоже? Что с тобой?

— Да просто интересно стало.

— Что интересного-то? Глупость полная. Не знаю, моэ-моэ там или мусор для сжигания*.

*п.п.: игра слов: Сонода говорит «Эмо-Эмо», имея в виду Моэ и своё увлечение ей. Кейтаро, передразнивает его, но намеренно искажает созвучное слово. В японском языке «моэру гоми» (燃えるゴミ) — это «сгораемый мусор» (вид отходов для сжигания).

— О, а ты сегодня на удивление разговорчив.

— Не, это не шутка.

Болтая о такой ерунде, они направились в класс.

Когда Кейтаро, шедший первым, вошел в класс через заднюю раздвижную дверь, он чуть не столкнулся с Моэ, которая как раз выходила в коридор.

— О-па, опасно! — Моэ театрально отскочила в сторону и, улыбнувшись, сказала: — Доброе утро~ Кейтаро-кун, у тебя сегодня классная причёска!

Улыбнувшись, она легко проскользнула мимо Кейтаро.

Кейтаро же застыл на месте как вкопанный не в силах пошевелиться.

— Эмо-эмо~

— Это уже почти традиция.

— Со мной-то всё в порядке. А ты не смей говорить «эмо-эмо»!

— Почему?

Наконец придя в себя, Кейтаро посмотрел на Юки и шумно вздохнул. Что он имел в виду — непонятно, но жест выглядел крайне оскорбительным.

— Пожалуйста! Умоляю!

В этот момент из коридора раздался пронзительный выкрик.

Они обернулись и увидели Соноду, стоявшего на коленях перед Моэ. Он неожиданно для всех опустился на колени и склонил голову до земли.

— Я же тебе говорила. Если Юи-тян не будет, то и я не буду.

Стоя перед склонившим голову Сонодой, Моэ демонстративно отвернулась.

Но Сонода, не сдаваясь, продолжал настаивать: «Прошу! Умоляю!»

Зрелище было поистине шокирующим — одноклассник на коленях перед одноклассницей.

Юки, наблюдавший за этим со стороны, сказал:

— Ну и ну, стоит на коленях. Нехорошо это в наше время.

— Х-ха-ха, д-действительно, стоять на коленях — это уж слишком...

— М? А ты чего замялся? Тоже когда-то стоял на коленях?

Что-то с Кейтаро было не так. Может, он уже попадал в такую ситуацию?

Сонода, припав к полу, что-то выкрикивал, но реакция Моэ не менялась. Поняв, что это бесполезно, он резко встал и решительно направился вглубь класса, к парте Юи у окна.

И там, точно так же встав на колени и обращаясь к сидящей на стуле Юи, он сказал:

— Умоляю! Мне нужна твоя помощь вместе с Фудзихаси-сан!

Как выяснилось из его сбивчивых объяснений, он хотел, чтобы они с Моэ надели костюмы горничных на школьном фестивале. Он говорил о том, что это нужно для успеха мероприятия, но его истинные намерения были очевидны.

Похоже, это и было тем самым «шоу Соноды Кенто», о котором он говорил.

— А, ну, э-э-э...

Юи, изобразив вежливую улыбку, лишь невнятно промямлила что-то в ответ.

Она явно нервничала, оглядываясь по сторонам, и, судя по ее поведению, ей это было не по душе. Но, в отличие от Моэ, она, похоже, не могла так прямо отказать.

В растерянности она блуждала взглядом по сторонам и на мгновение встретилась глазами с Юки.

Юки прошёл мимо стоящего на коленях Соноды к своей парте и, опуская рюкзак, сказал:

— Если не хочешь, просто скажи нет.

— А? Ага...

Юи удивленно моргнула, глядя на него, а затем, обращаясь к затылку склонившегося Соноды, тихо сказала: «Извини».

Тот резво вскочил и подбежал к Юки:

— Что ты лезешь не в свое дело, Нарито-кун! От них двоих зависит успех нашего мероприятия!

— Не надо так горячиться.

— Тьфу, еще бы чуть-чуть и... Неужели тебе самому не интересно посмотреть?

— Хороший был поклон. Я тронут.

— П-правда? Не зря я тренировался.

Хотя сами его слова и действия вызывали неприязнь, но поза, угол наклона, сила голоса — все было безупречно. Можно сказать, поклон пропал зря, но намерения его были благородны.

Юки, пытаясь успокоить Соноду, оттеснил его назад и чуть не столкнулся с Моэ, которая стояла позади и, казалось, никого не замечала.

Сонода крикнул ей: «Подумай, у нас еще есть время!» — но Моэ, казалось, его не услышала. У нее был отсутствующий взгляд, что-то было не так. Юки помахал рукой перед ее лицом, спрашивая:

— Что-то случилось?

— ...Юи-тян, она не хочет делать это со мной...

— Извини.

— А ты-то чего извиняешься!

Внезапно на него наорали.

Моэ грубо оттолкнула Юки с дороги и шумно плюхнулась на свое место.