Команда перерождённых
После грандиозного представления зрители медленно расходились, ещё долго перешёптываясь и споря о том, что же они увидели.
— Дорогой, мы не зря пришли, — сказала Аделина, сияя глазами. — Я никогда ничего подобного не видела.
— Пожалуй, соглашусь, — отец поправил плащ, наблюдая за сыном.
Айбар чуть наклонился к нему:
— Отец, можно я поговорю с владельцем цирка?
— Хочешь пригласить его на службу? — усмехнулся лорд. — Он, наверное, зарабатывает неплохо. Но иди, если считаешь нужным.
— Так просто отпускаешь? — удивилась Аделина.
— Пусть учится. Через пару месяцев ему семь — давно пора разбираться в людях.
Айбар спустился к сцене. Артисты уже снимали грим. Юноша стоял в центре, а вокруг — искажённые, часть с обнажёнными звериными чертами, часть всё ещё в масках.
— Я сын местного лорда, — сказал Айбар твёрдо. — Нам нужно поговорить наедине.
Юноша удивился, но кивнул:
— Хорошо. Интересно, что может понадобиться тебе от нас.
Они прошли в крошечную комнату за кулисами. Искажённые вошли следом и молча уставились на гостя.
Айбар сел, устроившись так, будто собирался проводить допрос.
Юноша напротив поправил рукава.
— Твои работодатели… — начал Айбар спокойно. — Они разочарованы тобой.
Юноша резко побледнел.
— Н-не может быть…
Искажённые бросили тревожные взгляды.
— Друзья, оставьте нас, — сказал юноша.
Они послушались. Комната затихла.
Юноша вздохнул:
— Значит, ты один из них… Я думал, что я единственный.
Айбар ответил так же тихо:
— Нет. Ты не один.
— Как к тебе обращаться?
— Зови меня Финеас.
Айбар кивнул:
— Что ж, Финеас… хочешь присоединиться к команде перерождённых?
— А выгода для меня? — спросил он прямо.
— Во-первых, я сын лорда. Могу обеспечить тебе защиту и выгодные условия.
Во-вторых, я такой же перерождённый, как и ты. Разве не интересно работать вместе?
Финеас задумался.
— Возможно, если встречу других перерождённых — могу направлять их к тебе.
— Подойдёт. Скажи лишь одно: как ты додумался создать цирк искажённых?
Финеас усмехнулся, но без радости:
— Я родился в бедной семье. Родители продали меня бандитам. Я был попрошайкой. Потом меня выкупила труппа — увидели талант: умел привлекать внимание, работать с толпой. Так я попал в цирк.
Он повернулся спиной и приподнял рубашку — по коже тянулись десятки неровных, жестоких шрамов.
— Поднялся до ведущего артиста. Но хозяин был настоящим зверем. Мы вместе с искажёнными устроили забастовку — нас подавили. Меня отделали «легче всех» — десять ударов плетью. А потом он начал морить нас голодом. Только потому, что у кого-то из нас уши или хвост …
Айбар молчал, чувствуя, как в груди нарастает злость.
— Мы долго планировали побег. И сбежали вместе, — продолжил Финеас. — Думали, это конец наших бед, но оказалось — начало. Работали, голодали, снова работали… но выкарабкались. Так появилась наша труппа.
Он выдохнул и посмотрел на Айбара:
— Спасибо, что выслушал.
— Я многое понял, — тихо ответил Айбар.
Финеас кивнул серьёзно:
— Этот мир куда опаснее, чем кажется, Ренар… будь осторожен.
Номинально рабство запрещено, но его до сих пор практикуют. И не только для искажённых.
Он наклонился ближе:
— Ты думал, их всех выгнали за Великую Пустыню? Это ложь. Даже в самом Маренвале люди короля нищих, воруют людей средь бела дня.
Айбар напрягся.
— Мужчин грузят на рыболовные суда. За любую провинность убивают и выбрасывают в море, как мусор.
Девушек продают в бордели — пока не забеременеют и не родят.
Дети, если не умрут раньше, становятся ворами, попрошайками, а когда вырастают — головорезами.
— Спасибо за сотрудничество, — сказал Айбар, поднимаясь.
И они вместе вышли из тесной комнатки за кулисами. Воздух за пределами шатра был, свежим— после душного запаха грима и пыли.
Айбар шагал уверенно, а вот Финеас чуть позади всё-таки переглядывался по сторонам — не верил, что может свободно идти рядом с сыном лорда.
— Зачем идёшь за мной? — спросил Айбар, не оборачиваясь.
Финеас усмехнулся:
— Я же должен помочь товарищу. Мы же теперь вместе работаем.
Когда они подошли к семье, картина была домашняя.
Эдгар что-то оживлённо рассказывал Аделине, Лейна спокойно держала мать за руку, а Леонар… кажется, вот-вот взорвётся от нетерпения, то переступая с ноги на ногу, то глядя на сцену.
Эдгар первым заметил их и удивлённо вскинул бровь:
— Рен… ты что, нанял его? — спросил он, глядя на Финеаса.
— Нет, конечно, — рассмеялся Финеас. — Ваш сын , очень талантливый. В будущем он станет гордостью вашей семьи.
— Ещё бы, он ведь мой сын, — с улыбкой сказал Эдгар и потрепал Айбара по голове.
Айбар не смог удержать улыбку.
Леонар, стоявший чуть в стороне, бросил взгляд, полный смеси зависти и раздражения, но сделал вид, будто его это вовсе не касается.
— Только не забывай про других детей, — сказала Аделина мягко, но строго.
— Как я могу забыть? — Эдгар распахнул руки.
Лейна тут же прыгнула ему на шею:
— Папа, и я хорошая?
— Ты замечательная, Лейна, — он поднял её на руки. — Ты — моя радость.
Затем он повернулся к старшему:
— И ты тоже, Лео. Я горжусь вами обоими.
— Н-нет, спасибо… — пробормотал Леонар, отводя взгляд.
Так всей семьёй они направились к карете.
По пути даже Леонар не ворчал — редкое чудо.