Новая роль - отредактировано

Айбар проснулся на широкой кровати под тяжелым балдахином. Комната была наполнена запахом старого дерева и воска — роскошь, застывшая в изгибах старинной мебели и мягких ворсистых коврах.

Он моргнул, прогоняя остатки звездной пыли из сознания, и тихо пробормотал: — Где я?..

В углу, словно часть интерьера, замерла девушка в строгом платье служанки.

«Дежавю...» — Айбар почувствовал, как новые воспоминания пластами ложатся поверх старых. Слишком много фэнтези в прошлой жизни или издержки копирования сознания? Так или иначе, это место теперь стало его реальностью.

— Господин Ренар, вам пора вставать, иначе опоздаете к завтраку, — произнесла она с безупречным почтением.

— Хорошо, встаю, — Айбар сонно потер глаза. Теперь его звали Ренар. Новое имя сидело на языке так же непривычно, как и тонкая льняная сорочка, которую служанка помогла ему надеть.

Одежда была сшита по фигуре лучшим портным города. Ренар мельком взглянул в зеркало: на нем всё сидело с иголочки. Хоть сейчас на прием к королю.

— Господин, завтрак подан, — девушка слегка склонила голову.

Ее звали Роза. Голубоглазая, со светлыми волосами и легкой россыпью веснушек на переносице. В ее взгляде читалась привычная исполнительность. Личная служанка — первый человек в его новой «свите».

Пока они шли по коридору, Ренар осматривал особняк. Его преследовало странное ощущение: он видел эти стены каждый день, но чувствовал себя здесь впервые. Высокие потолки, серебряные канделябры, тяжелые рамы картин. На главной лестнице его взгляд зацепился за нечто странное — массивную позолоченную парадную дверь. Она сияла слишком ярко и вычурно для этого строгого дома.

— Эта дверь... выглядит неуместно, — заметил он вслух.

— Трудно не согласиться, господин, — Роза чуть замялась. — Камердинер говорил, что до Войны Дворян этот дом принадлежал графу Вальтеру. Когда Его Величество милостиво возвел вашу семью в дворянство после победы, особняк стал подарком лорду Эдгару. Ваш отец продал почти весь «ненужный хлам» старого графа, но на эту дверь покупателя не нашлось. Вот она и осталась.

Она вдруг осеклась, осознав свою болтливость, и смущенно поклонилась: — Простите, господин, я увлеклась.

— Пустяки. Зато теперь я знаю, о чем спросить репетитора на занятии, — Ренар усмехнулся. История его семьи начиналась с войны и конфискованного имущества. Типичный путь «новых людей» в старом мире.

Обеденный зал встретил их суетой. Шестеро слуг, повара, стражники, меняющие пост — всего около двадцати человек обеспечивали быт этой семьи. За огромным столом, рассчитанным на две дюжины гостей, сидела женщина лет сорока — его новая мать, — девятилетняя девочка и двое малышей.

Ренар быстро восстановил пробел в памяти. — А где отец и старший брат? — вполголоса спросил он у камергера.

— Лорд-отец ушел в городской сенат, даже не притронувшись к еде. Первый сын сопровождает его на заседании.

— Здравствуйте, матушка, — Ренар вежливо склонил голову, занимая свое место.

Женщина посмотрела на него с мягкой тревогой. — Привет, Рен. Доктор говорил, ты сильно заболел, но, вижу, идешь на поправку. После завтрака придет репетитор — ты и так много пропустил.

Она чуть улыбнулась, добавив тише: — И с каких это пор ты зовешь меня «матушкой»? Если этому научил учитель — ладно, так говорят представители «старшей крови». Но дома можешь звать меня просто мамой.

Завтрак подали быстро. Тосты с перепелиными яйцами для семьи, овсянка для младших и легкий чечевичный суп для Ренара — диета после болезни, прописанная врачом.

Закончив трапезу, Ренар направился в библиотеку. Остановившись перед дубовой дверью, за которой его ждали пыльные тома и бесконечные лекции, он тихо произнес:

— Что ж. Это моя новая роль.