Глава 25.0

Селеста:

— Засада!

Крик раздался почти сразу, как только карета свернула на узкую дорогу, пролегающую через густой лес. Лошади заржали, дергаясь, кучер едва удержал поводья. Я резко дёрнула штору, заглядывая наружу. Темнота леса прорезалась вспышками. Блеск металла. Стрелы, вонзившиеся в дерево у самой кареты.

— Чёрт, — выдохнула я, вытягивая кинжал из ножен.

Стражники уже сражались, отбиваясь от нападающих. Бандиты? Маловероятно. Те, кто осмеливается нападать на королевскую карету, обычно действуют не ради золота, а ради крови. Я распахнула дверь и спрыгнула вниз, проклиная проклятую судьбу. На меня тут же бросился человек с кинжалом. Я увернулась, поднырнув под его удар, и полоснула своего противника по запястью. Он зашипел, отшатнулся, но тут же снова рванул вперёд.

И вдруг—

Чужой клинок пронзил воздух, отразив удар, который мог бы достаться мне. Я обернулась. Передо мной стоял юноша. Высокий, смуглый, с растрёпанными тёмными волосами. Одет просто, но его движения были резкими, точными, уверенными. Он безжалостно отбил новый выпад нападавшего, развернулся и ударил его локтем в висок. Бандит рухнул. Я не сразу поняла, что это был не мой стражник.

— Ты кто? — резко спросила я.

Он бросил на меня быстрый взгляд.

— Не твой спаситель, если ты об этом, — голос низкий, чуть насмешливый.

Ещё один враг кинулся на нас. Юноша выругался и, прежде чем я успела сказать хоть слово, рванул вперёд. Столкновение было быстрым и жестоким. Он двигался резко, грубо, но эффективно. Через минуту нападавшие уже бежали, оставляя за собой тела. Тишина вернулась. Я обернулась к своему неожиданному защитнику.

— Ты… — начала было я, но он прервал меня.

— Если хочешь сказать “спасибо”, то не стоит.

Я сузила глаза.

— Почему?

— Потому что я не ради тебя старался.

Я приподняла бровь.

— Правда? И ради чего тогда?

Он посмотрел на меня так, будто это был самый глупый вопрос в мире.

— Ради того, чтобы не умереть, конечно.

Я усмехнулась. Этот мальчишка не знал, с кем разговаривает, но это даже забавляло. Я сунула руку в карман и достала золотую монету.

— Тогда вот, — я протянула её ему.

Он даже не взглянул.

— Не надо.

— Почему?

— Я не работаю за деньги, — в его голосе скользнула тень раздражения.

Я чуть прищурилась.

— А за что ты работаешь?

— За то, что мне нужно.

— И что тебе нужно?

Он усмехнулся.

— Сейчас? Чтобы ты оставила меня в покое.

И развернулся, явно намереваясь уйти. Но я поймала себя на том, что смотрю ему вслед. Не из-за наглости. Не из-за его дерзости. А из-за его глаз. Один — карие. Второй — голубой, холодный, как лёд. Так не бывает. Так не должно быть. Что-то внутри меня дрогнуло. Этот взгляд. Эти черты. Я не могла понять, кого он мне напоминал. Но чувство было… странное.

(Неван)

Чёрт возьми.

Я шагал по лесу, стараясь не оглядываться. В голове всё ещё звучал этот холодный, уверенный голос женщины. Она даже не поблагодарила, только сунула мне золото, словно я наёмник.

— Чёрт, — пробормотал я, сжимая кулаки.

Зря я остановился. Зря вмешался. У меня нет времени разбираться с чужими проблемами. Колдуны. Мне нужны колдуны. Я ускорил шаг, пробираясь через заросли. В этой части леса деревья были старыми, их корни вздымались из земли, будто цепляясь за неё в страхе перед чем-то невидимым. Где искать их? Где-то здесь должна быть дорога, ведущая к деревне, где живут те, кто знает больше, чем говорят.

Лес кончился неожиданно. Я шагнул вперёд — и вдруг вместо деревьев передо мной расстилалась узкая дорога, ведущая к деревне. Ветер нёс запах дыма, хлеба и чего-то терпкого, пряного. Может, трав. Вдалеке виднелись дома. Маленькие, крытые соломой или тёмной черепицей. Узкие улочки, каменные дорожки и купола базара, возвышающиеся в центре. Я провёл рукой по шее, сбрасывая напряжение. Сюда ли мне?Если где-то и искать следы колдунов, то в таких местах — там, где живут травницы, знахари, люди, привыкшие шептать заговоры, чтобы отогнать смерть. Я двинулся вперёд. В деревне было шумно. Женщины спорили с торговцами, дети бегали между лавками, старики сидели в тени, обсуждая что-то между собой. Я не стал задерживаться в деревне. Слишком много шума, слишком много взглядов. Я свернул в узкую улочку, лавируя между торговыми лавками, и начал искать то, ради чего пришёл сюда. Колдуны не любят показываться на глаза. Они живут в тенях, скрытые среди обычных людей, но каждый знает: если тебе действительно нужен ответ — ты найдёшь их. Или они найдут тебя. Мои шаги замедлились у невзрачной хижины на окраине деревни. Она была старой, с покосившимися ставнями, а во дворе висели связки высушенных трав. На двери не было знаков, но воздух здесь был густым, будто наполненным чем-то невидимым. Я постучал. Секунда. Другая. Тишина. И вот наконец за дверью раздался тихий, скрипучий голос:

— Входи.

Я шагнул внутрь. Комната была тускло освещена. В воздухе витали запахи сушёных трав, воска и чего-то горьковатого, что жгло нос. Полки ломились от старых книг и странных бутылочек, а в углу, на массивном деревянном столе, мерцала одинокая свеча. За столом сидела женщина. Её кожа была морщинистой, словно высохшая кора, но глаза… Они светились жёлтым — хищным, проницательным взглядом.

— Ну что, — её голос был тихим, но резким, будто острый нож. — Ты наконец пришёл.

Я нахмурился.

— Ты меня ждала?

Колдунья чуть наклонила голову, будто изучая меня.

— Не тебя. Но таких, как ты, всегда ждут.

Я скрестил руки на груди.

Колдунья на секунду замерла. А потом её губы искривились в кривой усмешке.

— Ты несёшь след дракона? Воу

Я напрягся.

— Что?

Женщина медленно поднялась со своего места, её тень колыхнулась на стене.

— Не пытайся отрицать. Я чувствую его силу. Древнюю, скрытую. Спящую… но не навсегда.

Я стиснул зубы.

— Мне не нужно твое гадание. Мне нужна метка.

Колдунья улыбнулась, будто ожидала этих слов.

— Метка… Ты хочешь избавиться от неё.

Я не ответил, но она уже всё поняла.

— Это возможно, — наконец произнесла она. — Но за всё приходится платить.

Она провела пальцем по деревянному столу, оставляя тонкую линию пыли.

— Ты боишься своей судьбы, мальчик?

Я взглянул ей в глаза.

— Нет.

— Тогда решай. Останешься ли ты тем, кем был… или станешь тем, кем должен быть?

Колдунья шагнула ближе.

— Снять метку можно. Но не без последствий.

Я напрягся.

— Каких?

Она посмотрела на меня испытующе, будто решала, стою ли я ответа. Затем медленно провела ладонью по воздуху, и над столом вспыхнул слабый свет — едва заметный, будто тень огня.

— Метка дракона — это не просто знак, — тихо сказала она. — Это клеймо судьбы. От него можно избавиться, но след останется. Как шрам.

Я стиснул кулаки.

— Если она исчезнет, значит, меня больше не смогут выследить?

Колдунья усмехнулась.

— Может быть. А может, ты просто станешь ещё большей загадкой. Неизвестным. Незаметным. Но по-настоящему свободным… никогда.

В груди закипела злость.

— Мне не нужны твои загадки. Скажи прямо: ты можешь это сделать или нет?

Она хмыкнула.

— Смелый. Это хорошо. Но недостаточно.

Я скрипнул зубами.

— Что тебе нужно?

Колдунья подняла руку, и свет над столом потух.

— Принеси мне то, что привязывает тебя к этой силе.

Я нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

Она посмотрела на меня в упор.

— Драконов не призывают просто так. Они выбирают хозяина. Что-то внутри тебя уже связано с ним. Найди это. Принеси. Тогда мы поговорим.

Я молчал.

— Не тяни время, — её голос был холодным. — Чем дольше ты ждёшь, тем сильнее будет становиться связь. И однажды… ты уже не сможешь её разорвать.