"Игра вассалов"

Воздух в Мейлире, ещё недавно густой от сладкого дыма праздничных костров и звонкого смеха, сгустился до состояния бульона. Не успели смолкнуть поздравления по поводу свадьбы и снятия проклятия, как ворота замка распахнулись для новых «гостей».

На сей раз — не с поздравлениями.

В тронном зале, пахнущем свежей краской и тревогой, лорд Адриан сжимал в руках не сгущёнку, а два свитка. Пять его жён, теперь сияющих не магией, а собственной, истинной красотой, стояли по обе стороны трона, образуя живой щит из алого, зелёного, золотого, чёрного и белого.

— Они что, решили, что мы настолько наивны? — прошипела Ранэсса, её золотые глаза метали искры. Её пальцы сжали подлокотник кресла так, что драгоценная древесина затрещала.

— Они решили, что мы загнанные в угол звери, — ледяным тоном поправила её Елизарда. Её алое платье казалось каплей крови на фоне каменных стен. — И предлагают нам разные клетки. Шикарные, но клетки.

Адриан молча смотрел на тексты ультиматумов. Вернее, на предложения о «капитуляции с почестями».

Первый свиток, от Рондербурга, был усыпан цветистыми витиеватостями:
«…и дабы скрепить нерушимую дружбу между нашими великими державами, Его Величество Король Альберт Великодушный соизволит даровать Лорду Адриану титул Третьего Принца Короны и руку своей старшей дочери, Принцессы Амалии…»

— Третий принц, — с горькой усмешкой проговорил Адриан. — Это который после наследника и его дублёра? То есть, в случае чего, меня могут «убрать» без особых последствий для династии. А вы… — он обвёл взглядом жён, — …станете придворными колдуньями при дворе. Или просто исчезнете.

Второй свиток, от Айлора, был куда лаконичнее и циничнее:
«…признаём суверенитет Мейлира в обмен на полную вассальную присягу Короны Айлора. Лорд Адриан получит титул Короля-Вассала и будет обязан поставлять…»

— Король-вассал, — вслух зачитала Милиса, и её изумрудные глаза вспыхнули от возмущения. — Это даже не попытка скрыть подчинение! Они хотят сделать нас своим сырьевым придатком!

— У них нет дочерей, чтобы предложить тебе брак, — добавила Лэйла, emergeing из тени за троном Адриана. Её голос был тихим, но каждое слово падало, как камень. — Только два сына-наследника. Так что предлагают то, что есть — цепь вассалитета.

Тишину нарушил тихий, почти невесомый голос Леоноры:
— А… другие? Мелкие государства? Они… приняли наши условия?

Именно в этот момент дверь в зал распахнулась. На пороге стоял Вердер, его лицо было мрачным, но в глазах читалось странное недоумение.

— Лорд. Новые послы. Снова. На этот раз — с дарами и… соглашениями.

Один за другим в зал вошли посланники карликовых государств, чьи земли зажимались между двумя гигантами — Рондербургом и Айлором. Их лица были бледны, а в руках они держали не оружие, а щедрые дары и свитки с печатями.

— Великий Лорд Адриан! — начал первый, кланяясь так низко, что его нос почти коснулся пола. — Королевство Лорвик признаёт суверенитет Мейлира и предлагает договор о взаимной торговле и… защите!
— Герцогство Фальрен также признаёт вас! — подхватил второй. — Мы готовы платить дань… то есть, поставлять ресурсы в обмен на ваше покровительство!

Адриан смотрел на них, а в голове крутилась единственная мысль. Они не пришли договариваться о мире. Они пришли выбирать сезерена.

Эти мелкие kingdoms поняли, что началась большая игра. И что Мейлир, с его пятью ведьмами и безумным лордом, который не боится бросать вызов империям, — не просто ещё один игрок. Это — новая сила на карте. И они, зажатые между молотом и наковальней, предпочли присягнуть тому, кто сильнее и ближе. Или тому, кто щедрее заплатит за их верность.

Они смотрели на Адриана с надеждой и страхом. От его решения теперь зависела не только судьба Мейлира, но и судьба целой сети мелких государств.

Он отложил в сторону ультиматумы гигантов и взял в руки новые договоры. Лёгкие, но невероятно тяжёлые по своему значению.

— Ваше решение, мой лорд? — тихо спросила Елизарда, и её взгляд был полон не предсказания, а гордости.

Адриан медленно поднял глаза на смиренно ждущих послов.
Интрига висела в воздухе, густая, как смоль. Принять их — значит открыто объявить войну Рондербургу и Айлору. Отказать — остаться в одиночестве против всех.

Он сделал свой выбор.