Договор? Договор!

Вечером сильно похолодало. Даже окна, покрытые особым составом, расцвели морозным узором. Снегопад усилился; Полли заплатила уличному дворнику, чтобы нам расчистили дорожку, и испекла большой яблочный пирог. А у меня душа была не на месте. Я смотрела в окно и думала, думала… Где сейчас Вэлл? Есть ли у него хоть какой-то угол? Обиды обидами, но он живой человек. Обречь его на гибель? Дура! И дёрнуло же…

— Что-то не так, хозяйка? — заметила Полли. — Боитесь, что оборванец тот в дом заберётся?

— Не заберётся, не беспокойся, — ответила я и подошла к окну, потянула на себя воду — и морозный узор сошёл, дав разглядеть белую снежную пелену, покрывавшую мир.

Я злилась на себя, злилась на Вэлла. И в порыве злости сама не заметила, как обулась и накинула шубку.

— Хозяйка? — изумилась Полли.

— Проверю самовозку, — сказала я. — Надо усилить тепловые кристаллы в гараже, а то там слишком холодно — механизм испортится.

На самом деле я собиралась искать Вильяма. Куда ехать? В центральный парк? Там сейчас много бедняков: магические огни горят день и ночь. Или в Весенний сад, он ближе? Поспрашивать оборванцев? Как бы опять не попытались ограбить! Импульсник захватить, что ли… Был у меня один, крохотный, на всякий случай. Мало ли кто может в дом забраться.

Я захватила импульсник и спрятала его в потайной кармашек шубки вместе с кошельком. Может, кому-то дам денег за информацию. В конце концов, Вэлл — фигура заметная, так что хоть кто-то должен был обратить на него внимание.

Ещё раз обозвала себя ненормальной и вышла в холодный предзимний вечер — уже завтра наступит декабрь.

Дорожку снова успело замести, но самовозка проедет. Я поспешила к гаражу, чувствуя, как ботиночки вязнут в снегу. Толкнула дверь и вошла внутрь. Внутри оказалось холодно: требовалось усилить работу теплового контура.

Я подкрутила кристалл, оставалось наполнить его силой, а для этого нужно вызвать огневика. Затем я подошла к самовозке и почувствовала, как меня начала пробирать злость: на заднем сидении мирно спал Вэлл.

Вот негодяй! Забрался в чужой гараж, в чужой транспорт! В грязной одежде, между прочим! А я тут его искать собираюсь! Я стиснула кулаки, приказав себе успокоиться. Надо нормально поговорить с Вильямом. Меня не пугало противостояние с магистром, ведь я просто не могла заинтересовать такого человека. Поэтому, если Вэлл пожелает, пусть остаётся. В конце концов, нам с Полли будет спокойнее. Да, я не стану меньше его ненавидеть, но… не хочу потом себя винить. А ещё напишу родителям. Уж они точно не откажутся приютить сына старого друга. Теперь бы самого Арейна в этом убедить.

Я постучала пальчиками по оконному стеклу самовозки. Вэлл мигом подскочил, ударился головой и выругался сквозь зубы. Затем заметил меня, поджал губы и медленно открыл дверцу. Я нырнула в салон и села рядом.

— И снова здравствуй.

Вот почему во мне просыпается змеюка, когда он рядом? В повседневной жизни излишне ядовитой я себя не считала.

— Здравствуй, Катерина, — спокойно ответил Вэлл, даже не глядя на меня.

Это задело. Похоже, зря я вообще собиралась его искать.

— И что ты здесь делаешь? — спросила я уже без прежнего желания помочь этому типу.

— Сплю, — вполне резонно ответил Вильям. — На улице похолодало.

— Поэтому ты решил, что можно спать в моей самовозке?

— Кто же знал, что у тебя имеется привычка ездить на ней по ночам? Я думал, уйду до рассвета, и ты не заметишь.

— В гараже холодно, — заметила я.

— Теплее, чем на улице.

И это тоже было верно. Сейчас мне бы следовало извиниться за глупое утреннее предложение, пригласить его в дом и на этом покончить с выяснением отношений: не в той Вэлл ситуации, — но он успел меня перебить:

— Я согласен.

— Что? — Я удивлённо моргнула.

— Говорю, я согласен стать твоим слугой, — проговорил Вэлл для особо непонятливых. — Питание и проживание за твой счёт.

— Э-э-э?

— Сколько будешь платить?

Я вспомнила, что Полли плачу три серебряные монеты в месяц. Для столицы немало.

— Три серебряные, — брякнула в ответ.

— Подойдёт. По рукам? — Он протянул мне руку.

Я пожала её, непривычно ледяную для огневика, и спросила себя, что вообще делаю и зачем порчу себе жизнь. Но ответа не нашла, поэтому я добродушно сказала:

— Идём в дом. Тут и правда холодно, а Полли, кстати, испекла пирог.

— Твоей служанке я не нравлюсь.

— Мне ты тоже не нравишься, — поделилась я «секретом». — Но жить в гараже ты не можешь. Тут едва помещается самовозка.

— Тогда почему ты выбрала такое жильё? Проблемы?

— Самостоятельность, — отрезала я и первой пошла прочь.

Вэлл догнал меня у ворот гаража и прошёл следом в дом. Я уже понимала, что спокойные и счастливые дни для меня сочтены, потому что Вильям Арейн приносил в жизнь только беды и хаос, но и выставить его не могла. Мешала совесть. И тоненький удовлетворённый голосок былой обиды: он унизил меня, я — его. Квиты.

— Вы снова с этим бродягой, хозяйка? — изумлённо поприветствовала нас Полли.

— Он теперь будет жить с нами, — буркнула я. — Нам давно нужен слуга мужского пола. Ту же дорожку почистить: опять снегом засыпало.

— А-а-а, — протянула служанка, недоброжелательно глядя на Вэлла. — Может, наймём кого-то поприличнее? Не похож он на добропорядочного человека. И вообще, а вдруг заразный? Говорят, по городу инфлюэнца ходит. И потом блохи всякие…

— Что? — Вэлл так посмотрел на Полли, что та захлопнула рот.

Он развернулся и собрался было гордо выйти, но я его обогнала и торжественно вручила в руки лопату для чистки снега, которая стояла в прихожей.

— Полли заварит чай и наберёт ванну, а ты займись пока снегом, будь так добр, — приказала я своему новому слуге.

Дверь закрылась с громким хлопком.

— Нервный какой, — фыркнула Полли.

— Не обижай его, — попросила я. — У него… сложная жизненная ситуация, вот.

— Знаете, хозяйка, — проговорила Полли на правах пусть не подруги, но человека точно не чужого, — нормальные леди котёночка, там, подберут или щенка. Где же видано, чтобы леди мужиков лохматых подбирали?

— И те лохматые, и этот. — Я тихонько рассмеялась. Полли махнула рукой и тоже рассмеялась.

Я выглянула в окошко: Вэлл с такой яростью кидал снег, будто это был его личный враг.

— Слушай, ему бы переодеться во что-то, — сказала я задумчиво. — И побриться.

— Могу к соседям сходить: у них полно прислуги мужского пола, — пожала плечами Полли. — Вот у Валерии старший сын, к примеру, росточка того же. Сбегать?

— Сбегай, пожалуйста. Возьми денег из тех, что на хозяйство, и выкупи. А я завтра подумаю, где ему вещей раздобыть.

Полли мигом умчалась, а я села в кресло у огня.

Через четверть часа хлопнула дверь. И кто из них двоих вернулся?

— Дорожка чистая, — раздался всё ещё хриплый голос Вэлла.

— Спасибо, — откликнулась я, не оборачиваясь. — Ужинать будешь?

— Твоя служанка опасается, что я заражу вас вшами, — ядовито ответил он.

— А ты заразишь?

— Я не знаю, как они выглядят.

— Это успокаивает. Садись, бери пирог и наливай чай. Полина скоро вернётся, а пока поухаживай за собой сам, — проговорила я, так и не повернувшись к нему.

Судя по звону чашки, от чая Вэлл отказываться не собирался.

— Пирог на кухне, — напомнила я.

Бывший аристократ ничего не ответил. Молчаливый Вэлл — хороший Вэлл. А тут как раз появилась Полли с небольшим вещевым мешком.

— Всё сделано, хозяйка, — доложила она. — Так, ты, как там тебя?

— Вэлл, — подсказал мой новый слуга.

— Вэлл, значит. Допивай чай и ступай за мной в ванную. Буду делать из тебя человека.

— Так я и не собака.

— Мы с хозяйкой только что об этом спорили. За мной!

Не утопит ведь она его, правда? Ванной Полли пользовалась моей. Что уж там? В доме уборная всего одна, поэтому сначала мылась я, потом служанка. Судя по тому, что воцарилась подозрительная тишина, Вэлла всё-таки утопили, и теперь Полли заметает следы. Я вздохнула, устроилась в кресле поудобнее и принялась ждать.

Прошло не менее получаса, прежде чем моя головная боль вернулась. Причём выглядел Вэлл так, будто это он прятал труп бедной женщины. В широких штанах, босой, в рубашке с чужого плеча, выбритый и очень злющий.

— Я в состоянии вымыться сам, — заявил он мне.

— У Полли двое сыновей — у неё опыт, — меланхолично ответила я. — Кстати, борода тебе не к лицу, без неё лучше.

А сама отметила, что Вэлл кажется старше своих двадцати двух лет. А ещё щетина скрывала впалые щёки и мертвенную бледность.

— И я не ношу чужие вещи, — процедил Арейн.

— Своих у тебя пока нет, — напомнила я. — А голый мужчина в доме незамужней девушки — это нонсенс. Бедная Полли теперь, наверное, до вечера будет драить ванну.

— Я мог бы помыться и не в ванне.

— Лишних тазов не держу. Особенно для всяких подозрительных личностей. Вымылся? Ложись спать.

Осмотревшись по сторонам, я поняла, что спать Вэллу особо-то негде. Одну комнату занимала я, так что там он разместиться не мог. Крохотную каморку превратила в своё гнездышко Полли. Диван в моём кабинете был маленьким и неудобным, я сама раз уснула там — все бока потом болели. А слуга, спящий в гостиной, — глупость.

Вэлл приподнял бровь, словно прочитав мои сомнения.

— Я могу спать в гараже, — напомнил он.

— Там холодно.

Наш разговор пошёл по кругу…

— И потом не в самовозке же тебе спать. Ладно, ложись в гостиной. Тут не самый широкий диван, но и ты вроде бы лишним весом не страдаешь. Сейчас вернётся Полли и выдаст тебе постельное бельё.

— Тоже использованное?

Я мысленно фыркнула. Герцог уличный, чтоб ему провалиться!

— Моё. Тебя устроит?

Вэлл пожал плечами. Похоже, отогрелся и обнаглел. Вот и пускай в дом всяких бродяг. На моё счастье, как раз появилась Полина. Она окинула его внимательным взглядом и заявила:

— Да, великовата одежонка. Ничего, потерпишь. Хозяйка, где стелить-то ему? У меня не поместится. Может, в гараж? Так сказать, по месту службы…

Вэлл ей решительно не нравился. Мне тоже, но не выгонять же.

— Будет спать в гостиной, — вздохнула я. — Застели ему диван. И накорми: он так ничего и не съел. А я отдыхать, день выдался утомительный.

Действительно, я безумно устала. Больше всего — от того урагана, который жил у меня внутри. Я не знала, как дальше быть и что делать с Вэллом, которого хотелось то ли пожалеть, то ли добить. Может, и правда написать отцу? Если не разрешит Вэллу перебраться к ним, хотя бы посоветует, как мне быть. Но я же сама стремилась к самостоятельности. К брату отвести? Они не ладят с того самого дня, как по вине Вэлла я едва не погибла. А если за Вэллом и правда приглядывает магистр? Нет, на семью брата я удар не наведу. Значит, пусть пока поживёт у меня. Работы и правда хватает — я отведу душеньку, а если прибью ненароком, и знать никто не будет. Вот только… За дверью всё стихло. Я подошла и незаметно заглянула в гостиную. Вэлл не пожелал спать на диване — он с подушкой и покрывалом перебрался к камину; сидел на полу и смотрел на огонь. У него было такое выражение лица, что захотелось сесть рядом, сказать, что всё будет хорошо, и просто побыть с ним. Но этому не суждено было случиться. Я не простила Вэлла, а он не простит мне своего сегодняшнего унижения.