Планы и действия

Если честно, я побоялась, что Вэлл, воспользовавшись случаем, сбежит. Он ведь ясно сказал, что не хочет впутывать меня в свои дела. Однако моё персональное несчастье нашлось на кухне наедине с завтраком и горячим чаем.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я, присев напротив.

— Хорошо, — ответил Вэлл. — Как после попойки: голова болит, и не очень помню вчерашний день. Зато помню вечер. — И этот ненормальный мне подмигнул, а я покраснела. — Теперь, как честный человек, я обязан на тебе жениться, — заявил он.

— Невеста против, — больше из вредности сказала я в ответ.

— У невесты есть время передумать. А ещё после появления в обществе с таким неблагонадёжным типом, как я, вряд ли кто-то рискнёт связать свою судьбу с такой скандально известной леди.

— Выходит, ты всё продумал? — улыбнулась я. — Решил пойти со мной на маскарад, чтобы потом на мне никто не женился?

— Именно так всё и было.

— Врунишка.

Я налила себе чаю и достала из шкафа то, что ещё не успел проглотить один выздоравливающий организм, который, кстати, выглядел куда лучше, чем накануне. Видимо, отогрелся. Да и я отдохнула, если уж честно. Впервые за последние дни хорошо поспала.

— Не думал, что дочь графа может пить чай на кухне, — заметил Вэлл.

— Ну, раз сын герцога может, чем я хуже? — уколола я в ответ. — Полли вернётся завтра вечером. Думаю, ты её напугал, и она сбежала, чтобы я сама с тобой разбиралась.

— Я тоже так думаю, — согласился Вильям. — Был слишком… расстроен итогами дуэли.

— Что не добил Виктора?

— Кэтти!

— Да ладно, ладно. — Я улыбнулась. — Будем считать, я поверила в историю о своевольной пуле.

— Катерина, — зашипел на меня собеседник, а я покосилась на его чай: «Интересно, достаточно ли сладкий? Доктор сказал, надо по максимуму».

— Не смотри на мою чашку так, будто хочешь подсыпать туда отраву. — Вэлл отодвинул чашечку подальше от меня.

Можно подумать, это помешает, если меня посетит мысль туда что-то подсыпать. Но намекать на это я не стала: пусть живёт в счастливом неведении.

— У тебя сегодня опять работа? — уточнил он.

— Работа подождёт, — ответила я. — Следующий заказ через неделю. Пыталась сделать наброски, но нет вдохновения.

— И всё-таки почему ледяные статуи, Кэтти?

— Они молчат, — глубокомысленно заметила я. — Думаю, именно поэтому и тебе нравятся самовозки.

— Очень даже возможно, — хмыкнул Вэлл. — Но на самом деле они довольно интересно устроены изнутри. Если хочешь, когда-нибудь расскажу.

— Хочу, — кивнула я. — Для меня магия — это понятно, а вот механизмы — не то чтобы.

— Они действительно сложнее магии.

Я уже собиралась потребовать немедленную демонстрацию «нутра» моей самовозки, как вдруг раздался звонок в ворота. Значит, кто-то приехал. Обычно дальше посетители просачивались в калитку и стучали в дверь. Вот и раздался стук.

— У нас гости, — заметила я. — Побудь тут, хорошо? Мало ли, кто там.

— Нет уж. — Вэлл поднялся со стула следом за мной. — Идём вместе. И вообще, это моя обязанность — открывать дверь.

— Вильям…

— Потом, Кэтти. — Он отодвинул меня с дороги и сам пошёл встречать нежданного гостя.

Я почти не удивилась, когда следом за Вэллом в гостиную вошёл мой брат.

— Лорд Виктор Дейлин, — огласил Вэлл с каменным лицом.

Вик удивлённо моргнул. Видимо, решил, что над ним издеваются, либо его сестра окончательно спятила. Я же почувствовала себя до невозможного глупо, а ещё оценила, что брат хорошо выглядит. Значит, вчерашнее ранение действительно оказалось несерьёзным. Похоже, вопреки логике, больше всего в результате дуэли пострадал Вэлл.

— Присаживайся. — Я указала брату на кресло, а сама села на диванчик, чинно сложив руки на коленях.

Вильям отошёл к камину и замер у меня за спиной. Виктор недоверчиво оглядел нас и занял предложенное место. Ему явно было не по себе.

— Катерина, я пришёл поговорить с тобой… — начал было брат. — С вами обоими!

Я спиной чувствовала насмешливую улыбку Вэлла — хотите верьте, хотите нет. А когда лицо Вика перекосило, догадалась, что была права.

— Садись, — я обернулась, — нехорошо взирать на нас с высоты своего роста.

— Как прикажешь, — миролюбиво откликнулся Вэлл и сел рядом со мной.

— Какая парочка, — буркнул Вик. — Между прочим, я написал отцу о твоём поведении, Катерина!

— И что же ты написал? — поинтересовалась я.

— Ты живёшь с посторонним мужчиной в этом крохотном домике не пойми в каком районе. Что скажут люди о нашей семье?

— Давай немного исправим твой текст, — предложила я. — С нами живёт ещё служанка, только она сейчас у детей. Вэлл временно на меня работает, то есть моё с ним проживание никоим образом меня не порочит. А домик… Папа знает, где я живу. Знакомые нашей семьи — тоже. Никого это не смущает, кроме тебя, братишка.

— Ты невыносима, Кэтти! — выпалил Виктор. — С тобой стало невозможно разговаривать.

Вэлл хмыкнул — видимо, в кои-то веки был полностью согласен с моим братом.

— Я думал, ты не забыла, по какой причине этот человек, — Виктор покосился на Вильяма, — перестал бывать в нашем доме.

— Я не хотела его видеть.

— Он чуть тебя не убил!

— Тут тоже стоит внести поправку. Да, он меня обидел, но чуть не убилась я сама. Если бы мне на тот момент не было всего пятнадцать, я бы не полезла на ту опасную дорожку и, соответственно, не упала бы. Поэтому оба хороши. Но это совсем не значит, что я на него не злюсь. Спорить на девушку гадко.

— Если бы мне не было всего семнадцать, — переиначил Вэлл мои же слова, — я бы не стал спорить на девушку. Тем более на ту, которая нравится.

Я подавилась и закашлялась. Вэлл услужливо постучал мне по спине. Кажется, мы привыкаем жить вместе.

— И кстати, ещё раз вызовешь его на дуэль или примешь его вызов, — обратилась я к брату, — я перестану с тобой разговаривать. Ты меня знаешь — так и сделаю.

— Предлагаешь мне не реагировать? — взвился Виктор.

— А что Вэлл тебе сделал на балу?

Оба сразу приняли скучающий вид.

Понятно, оба хороши. «Это дела мужские, так что ты, девочка, не суй свой нос». Стукнуть бы их по этим самым носам!

— Я, собственно, не за этим пришёл. — Виктор внимательно посмотрел на меня, и я поняла, что шутки кончились. — Теперь все знают, где находится Вильям Арейн, а в особенности магистр. Вы не хотели бы перебраться к нам? Вместе безопаснее.

— У тебя маленький ребёнок, Вик, и скоро будет ещё один, — напомнила я.

— Это тебя не останавливало, когда ты пустила в свой дом Арейна! — выпалил брат.

— Я его не впустила, а наняла. Это разные вещи. У меня самовозка временами не заводится и снег на улице не чищен… Не хватает мужской руки, а замуж не хочется, да и помолвлена я с ним, как выяснилось. Ты бы приписку в письме отцу сделал: пусть перстень мне пришлёт помолвочный, чтобы я могла либо надеть его, либо в лицо кое-кому швырнуть. А то лишили меня удовольствия, знаете ли.

Виктор удивлённо моргнул: он явно отвык от близкого общения с сестрой. Вэлл же сохранял серьёзную мину, но в глазах его плясали весёлые черти. А я развлекалась. Понимала, что брата сюда привело беспокойство. Оценила: он звал в свой дом нас обоих. Значит, действительно волновался. Но создавать брату проблемы я не желала: он у меня один, и я его люблю, как и он меня.

— Я напишу, — процедил Виктор сквозь зубы.

— Слышал? — Я повернулась к Вэллу. — Скоро пришлют твой перстень — будем разбираться, кому его носить дальше: мне или тебе.

Вильям не выдержал и рассмеялся. Мне было отрадно слышать его смех — впервые за эти дни. Сразу стало тепло и хорошо.

— Кэтти, пообещай, что не станешь искать виновных в смерти Арейнов, — потребовал Виктор. — Этого просить бесполезно: только смерть его остановит, — но у тебя ведь есть голова на плечах!

— Я не стану ничего обещать, Вик, — ответила я, — потому что не знаю, как всё обернётся. Может, вы с Марго немного попутешествуете? Навестите родителей, например. Мне сразу станет спокойнее.

— Я понял, — проговорил брат хмуро. — Что ж… хотя бы попытался тебя отговорить.

— Спасибо, но не стоило.

— Тогда я пойду. — Вик поднялся с кресла. — Вэлл, можно тебя на пару слов?

Вильям прошёл за ним следом, а я заёрзала: ничего хорошего ждать от них не стоило, — поэтому тихонько подкралась к двери и приникла ухом к щели.

— Обидишь её — из-под земли достану, — тихо проговорил брат.

— Я не обижу её больше, — ответил Вэлл.

Верно, скорее уж я его. Пока что прекрасно с этим справляюсь.

— И ещё, — голос Виктора стал язвительным, — на тебя в городе тоже много ставят. До твоего появления ставили на то, что ты мёртв, а теперь — что среди заговорщиков на самом деле был ты, но ответил за всё твой отец.

Послышался грохот. Кажется, меня сейчас лишат брата. Я резко открыла дверь.

— Хватит распускать сплетни, Вик! — сказала я прямо. — Тогда, может, покажешься умным человеком. Вэлл, я вас обоих предупреждала по поводу драк.

Вильям резко отпустил ворот сюртука моего брата.

— Прости, Кэтти, — пробормотал Виктор, захватил свой плащ и поторопился скрыться, а я пошла обратно в гостиную.

Вэлл запер двери и нагнал меня уже в комнате. Я сидела на диване, думая о том, что сказал Виктор. Значит, в городе Вэлла считают заговорщиком… Глупости, конечно, но, возможно, это даст нам шанс… Для чего?.. Узнать, кто действительно замешан в заговоре против магистра. Выяснить бы ещё, в чём именно обвиняли герцога Арейна. Получается, он, будучи министром иностранных дел, передавал сведения недружественным странам? Или в чём сыр-бор?

— Кэтти? — Вэлл по-своему трактовал мою задумчивость. — Я не участвовал в заговоре, клянусь.

— И не сомневаюсь, Вильям, — ответила я, изучая пламя в камине. — О чём тебя спрашивали на допросах? Что хотели узнать? Прости, что ворошу прошлое, но это важно.

— Кто приходил в наш дом. — Вэлл присел рядом со мной. — Кому писал отец, кто писал нам. Что я делал за границей, с кем встречался. Десятки разных вопросов, Кэтти.

— Подожди, но шпионаж и заговор против магистра несколько разные вещи.

— Разные, — согласился Вэлл, — их просто смешали в одно. Я не знаю сути обвинения. Не знаю, за что казнили отца. В том приговоре, который зачитали лично мне, звучало пособничество заговорщикам и неблагонадёжность. Ничего больше.

— Странно… — пробормотала я. — Очень странно. И всё-таки кому вы помешали?

— Я думаю, папа выведал информацию, которая показалась магистру опасной, — ответил Вильям. — Его просто убрали с дороги. Но почему-то этим людям было важно, чтобы отец признался сам, иначе нас бы не допрашивали три месяца и не шантажировали. Может, магистр не верил? Или кто-то другой? Но кто? Почему? У меня столько вопросов, что голова разрывается! — Вильям снова побледнел.

Как там сказал целитель? Полный эмоциональный покой? Это даже близко не покой! Доктор должен был зайти вечером, так что у нас оставалась ещё уйма времени.

— Слушай, может, прогуляемся? — предложила я. — Взгляни, какой хороший день: солнышко светит. Что думаешь?

— Давай, — согласился Вэлл. — Пойдём в городской парк? Там намело много снега.

— Пойдём. Собирайся, я тоже сейчас быстренько оденусь.

Надо отдохнуть, перевести дух. Может, на свежую голову получится понять, кто стоит за бедами семьи Арейн? Или хотя бы узнать, откуда начать поиски… Кто бы подсказал?