«Чёрный пёс»

Послеобеденное время мы посвятили отдыху: разместились на подушках поближе к камину и просто смотрели на пламя. Я заметила, что Вэлл снова морщится, сжимая пальцы, и взяла его ладонь в свои руки. Наверное, его ещё долго будут преследовать последствия тех трёх месяцев, проведённых в тюрьме наедине с дознавателями. А может, если магия вернётся, ему станет лучше?

Сейчас всё, что я могла сделать, — сидеть и держать его за руку, думая о том, как обеспечить нам обоим счастливое будущее.

— Знаешь, сейчас мне как никогда хочется оставить всё и уехать, — проговорил Вэлл. — И просто жить в каком-нибудь отдалённом городишке, где никто не знает моего настоящего имени, ремонтировать самовозки… а может, даже расширить свои знания и заняться экипажами.

— А я? Что буду делать я в отдалённом городишке? — спросила я прямо. — Как показали последние события, тебя решительно нельзя оставлять в одиночестве.

— Ты будешь будоражить умы местных кумушек и восхищать их мужей.

Я улыбнулась.

— Пожалуй, такой вариант меня устроит. Но без магии тебе всё равно будет тяжело. И я не хотела бы каждый день думать, сколько тебе осталось.

— Это не показатель, Кэтти. Кто-то завтра попадёт под коляску и погибнет, а кто-то проживёт ещё лет сто. И неважно, с магией или без неё. Но грязь, которую вылили на имена моих родителей… Вот с чем я никогда не смогу смириться.

— Я тебя понимаю, Вэлл. Я бы тоже никогда не смирилась.

И это была правда. Как бы ни стремилась покинуть родной дом, я никогда и никому не позволила бы навредить моим близким. А в невиновности герцога Арейна я по-прежнему не сомневалась — тогда почему его сын должен платить по назначенным кем-то счетам?

Хлопнула входная дверь: вернулась Полли.

— Я дома, хозяйка. — Первым делом она заглянула в гостиную. — Ой, а вы что это на полу сидите?

— Мы сидим на подушках, Полина, — глубокомысленно ответила я. — Думаем о жизни.

— Понятно-понятно. Ужинать будете?

— Будем, — в один голос ответили мы с Вэллом.

Служанка понятливо заулыбалась и бросилась спасать нас от голодной смерти.

— И как найти танцовщиц? — задумчиво спросил Вильям.

— Думаю, нужно поспрашивать завсегдатаев клуба.

— Но мы не знаем их имён.

— Логично. Однако можем узнать. Давай завтра я нанесу визит Константину и Марии. Может, Тину тоже что-то известно? Или он укажет на того, кто посещает клуб? Должны же среди мужчин ходить какие-то слухи… Хотя… А поехали утром к модистке? У неё ведь многие девушки и юноши заказывают одежду. Может, и танцовщицы попадаются. А уж они-то определённо знают, кто из товарок работает в «Чёрном псе».

— Ты, как всегда, гениальна, — польстил мне Вэлл. — Хорошо, давай начнём с модистки. А если не выйдет, я снова попытаюсь поговорить с кем-то из старых знакомых.

— Не стоит, Вэлл. Мало ли на кого они работают. Будем выкарабкиваться своими силами.

На том и порешили. Вскоре Полли накрыла на стол, но только для меня одной, а Вэлла поманила за собой на кухню. Я хотела было возразить, но Вильям приложил палец к моим губам и пошёл за служанкой.

Ясно, спелись за моей спиной. Видимо, в природе каждой женщины заложено сначала мужчину пожалеть, а потом уже пустить за свой стол. В моём случае ещё и поделить с ним пополам кровать….

Но вредничать я не стала. Мы с Вэллом только-только сумели добиться хрупкого взаимопонимания, и если разрушим его сейчас, то больше никогда не вернём обратно. Я понимала это и не желала, чтобы очередная глупая ссора развела нас навсегда. Почему? Потому что любила его. Да, злилась. Да, всё ещё немного обижалась, но человека, которого я люблю, можно мучить только мне, а не всяким там магистрам.

Ужин был очень вкусным! Особенно учитывая, что я успела проголодаться после завтрака у виконтессы.

Не дождавшись Полли и Вэлла, я прошла в кабинет и засела за эскизы. Сейчас в мыслях наступила лёгкость и фигуры придумывались сами собой. Похоже, для городского праздника я придумаю самые красивые скульптуры и фонтаны. Ах, если бы можно было так же легко решить другие проблемы…

В двери постучали. Я решила, что это Вэлл, но вместо него в кабинет вошла Полли.

— Что-то случилось? — спросила я. — Как дети?

— Мальчики в порядке, довольны учёбой, — ответила служанка. — Хотела просто сказать… Хозяйка, я рада, что вы с Вильямом помирились. Он говорит, ему гораздо лучше.

— Мы-то помирились, — сказала я, — но с каких пор вы стали друзьями?

— Да вот стали, — вздохнула Полли. — Он мне рассказал о родителях. А у меня ведь самой мальчики всего на два года младше — как тут не посочувствуешь? Вэлл, конечно, вредный, но человек неплохой.

— Неплохой, да, — проговорила я задумчиво, — только последние пять лет я его ненавидела, а сейчас…

— Вы оба изменились. Может, стоит простить?

— Я не знаю, Полли, — ответила я честно. — Наверное, уже простила. Только нужно ли это ему? Не хочу снова чувствовать себя глупой влюблённой девчонкой, о чувства которой вытерли ноги. И не желаю, чтобы Вэлл считал, что я с ним только из жалости. Поэтому пока чистые и безоблачные отношения между нами невозможны.

— Знаете, я сейчас лезу не в своё дело, но, мне кажется, Вэлл любит вас, — проговорила Полли, — и очень переживает: и из-за того, что происходит сейчас, и из-за того, что случилось раньше.

— Я уже один раз обманулась — больше не хочу, — покачала головой я. — Пусть всё идёт, как идёт, а там разберёмся.

— Надеюсь, всё сложится, госпожа, — улыбнулась Полли и, дождавшись позволения, покинула комнату.

Я принялась убирать листы с эскизами. Вэлл-Вэлл… Почему между нами всё так непросто? Почему нельзя просто любить, а нужно всё время оглядываться, не метит ли кто в спину? Как понять? Я поднялась и прошла в гостиную. Вэлл стоял, опираясь на камин. Он протянул руку вперёд, почти коснулся пламени — и тут же отдёрнул назад и стал дуть на пальцы.

— Ты с ума сошёл?! — Я бросилась к нему. — Обжечься решил? Мне снова к лекарю бежать?

Но Вильям отшатнулся и отвёл взгляд.

— Пламя никогда меня не обжигало, — резко ответил он. — А теперь вот жжётся. Чёрт…

Его резкие перепады настроения немного ввели меня в ступор. Я замерла на пару секунд, а затем обняла этого невозможного человека.

— У нас ещё есть время, — сказала я, — и шансы вернуть тебе силу — не отчаивайся. Мы обязательно справимся, иначе и быть не может.

— Мне бы твою уверенности, Кэтти, — вздохнул он. — Может, и стало бы легче. Рядом с тобой я забываю и о тюрьме, и о потере магии, а потом остаюсь один — и вспоминаю…

— Прикажешь ходить за тобой по пятам?

Вильям грустно усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— Всё хорошо, — сказал он. — У тебя снова много работы?

— С ней на сегодня покончено. Идём ко мне: там действительно теплее.

— А что скажет Полли?

Я покосилась на двери коридорчика, ведущего на кухню и в каморку служанки. Да, ситуация… Но Полли и так всё поняла. Надеюсь, она не станет думать обо мне плохо.

— Идём, — произнесла я уверенно. — Тем более утром нас ждёт много дел. Если ты опять замёрзнешь и не выспишься, модистка будет думать, что я держу тебя в заточении и мучаю.

— Она не будет так уж не права, — пробормотал Вэлл, и я легонько стукнула его по плечу. — Вот видишь, уже дерёшься!

Я только рассмеялась.

Мы снова улеглись по разным сторонам кровати, даже под разными одеялами, чтобы было меньше соблазна перебраться друг к другу, но проснулась я снова под боком у Вильяма. Хорошо хоть, спала эти дни в домашнем платьице, которое временно заменило мне сорочку, а то пришлось бы краснеть.

День предстоял действительно активный. Сначала мы собирались отправиться к модистке, потом, в зависимости от полученной информации, — к танцовщице. Я даже придумала для неё легенду — оставалось лишь добавить немного деталей. А ещё мне хотелось навестить брата — узнать, как он себя чувствует, и проведать племянника. Но это уже без Вэлла, а то снова поссорятся, и что мне потом делать? Следить за Вэллом, чтобы не было очередной дуэли? Одним словом, дел хватало. И Тина с Мари надо бы проведать, но, наверное, уже не сегодня. Ох, голова кругом!

Пока Вэлл спал, я сбежала из комнаты, приняла ванну, наскоро позавтракала, и Полли даже успела уложить мне волосы до того, как Вильям появился в дверях спальни.

— Доброе утро, — лучезарно улыбнулась я.

— Почему ты меня не разбудила? — сонно спросил Вэлл.

— Доктор сказал тебе больше отдыхать, — ответила я, — я всего лишь выполняю его предписания. Будешь завтракать?

— Буду, — ответил он и скрылся на кухне.

Видимо, питаться Вэлл теперь будет с Полли. Учитывая, что она прониклась к нему материнскими чувствами, скоро Вэлл перестанет влезать в купленную для него одежду. Это не так плохо: купим другую — лучше, чем приличествует слуге.

После завтрака Вэлл умылся, переоделся, и мы наконец-то вышли из дома.

— О чём вы с Полли шушукаетесь на кухне? — не удержалась я. — И почему ты не завтракал со мной?

— Ей скучно одной, — улыбнулся Вильям. — И мне приятно с ней общаться. Как будто близкий человек рядом. После смерти мамы я такого не испытывал.

Мне сразу стало стыдно за свой вопрос. Вэлл может завтракать, обедать и ужинать где угодно и с кем угодно, а я, похоже, стала слишком к нему привыкать, и с этим надо было что-то делать. Решено! На весь вечер уеду к брату, потом к друзьям. Пусть Вильям от меня отдохнёт, а я… Я тоже немного переведу дух и покажу близким, что серый волк ещё меня не съел.

Тем временем самовозка выехала на уже знакомую улочку. Мы остановились у магазинчика модистки и вошли внутрь.

— Доброе утро, леди Катерина, — поприветствовала меня Инесс.

Сейчас посетителей в магазинчике не было, и она развешивала готовые наряды на плечики и манекены.

— Доброе утро, Инесс, — улыбнулась я.

— Вы за обновками? — Она покосилась на Вэлла.

— Да, решила купить новое тёплое платье, — ответила я. — Поможете?

— Взгляните вот сюда.

Модистка увлекла меня к ряду вешалок с нарядами разных расцветок. Я указала на зелёное платье.

— Мне кажется, лучше синее, — мурлыкнул на ухо Вэлл, и я вздрогнула: не услышала, как он подошёл!

— И синее, — добавила я, и модистка отнесла оба платья в примерочную.

— Не мешай, — шикнула я на Вильяма, а тот только сверкнул глазами.

Вот же получила друга на свою голову!

Я прошла за Инесс в примерочную. Здесь было тепло и уютно, стоял небольшой диванчик; модистка ловко помогла мне избавиться от платья и примерить предложенные наряды.

А в синем действительно лучше…

— У вашего друга намётанный глаз, — улыбнулась Инесс.

— Он у меня вообще кладезь талантов, — фыркнула я. — На самом деле мне нужно не только платье, Инесс.

— Чем ещё я могу помочь вам, леди? — удивилась та.

— У нас в семье неприятности… Брат влюбился в какую-то танцовщицу из клуба «Чёрный пёс». Вот хочу поговорить с девушкой и убедить её не разбивать семью: невестка ждёт второго ребёнка. Но сначала надо узнать, кто она. У вас заказывают наряды девушки всех слоёв населения — может, подскажете, у кого навести справки?

Инесс задумалась. Я сразу поняла, что у неё есть нужная знакомая, но модистка не уверена, вправе ли делиться контактами.

— Никто не узнает, что я с ней говорила, — поспешила заверить я. — Не в моих интересах раскрывать подобное.

— Хорошо, — сдалась Инесс. — Девушку зовут Лола, она живёт на улице Мод, пять. И, пожалуй, за хорошую плату расскажет обо всём.

Отлично! Договариваться за деньги будет гораздо легче.

Я оплатила синее платье, попрощалась с Инесс, и мы с Вэллом вернулись в самовозку.

— Куда дальше? — спросил он угрюмо. Видимо, был недоволен, что с Инесс я договаривалась без его участия.

— На улицу Мод, пять, — ответила я. — Там живёт танцовщица из клуба по имени Лола. Инесс говорит, девушка любит деньги. Значит, есть шанс, что разговор пойдёт легко.

Лишних вопросов Вэлл задавать не стал, и полчаса спустя мы уже стучались в другие двери — на улице Мод. Это был небольшой серый домик, окружённый невысоким заборчиком. Хозяйка оказалась миниатюрная, беленькая, словно одуванчик, с огромными голубыми глазищами.

— Вы ко мне? — удивлённо спросила она.

— Если вы Лола, то к вам, — обворожительно улыбнулся Вэлл, отыгрываясь за мой приватный разговор с Инесс.

Он легко оттеснил меня и прошёл за танцовщицей в её домик.

Наверное, в клубе платят хорошо. Не каждая девушка может позволить себе отдельный дом, чаще снимают квартирку либо живут по несколько девушек вместе. А Лола явно обитает одна.

— Прошу. — Она указала на диванчик и, опередив меня, села рядом с Вэллом.

Мне же оставалось занять свободное кресло и испепелять девушку в голубом платье пристальным взглядом.

— Мы ведь с вами не знакомы, правда? Но лицо ваше я будто где-то видела. Так странно… — Конечно, это предназначалось Вэллу, а не мне.

— Думаю, вы знали моего отца, — ответил он, — герцога Арейна.

Лола вздрогнула и боязливо отодвинулась. Теперь это имя сродни проклятию.

— Видела его несколько раз, — признала она. — Да, вы очень похожи на отца… Вильям, я так полагаю?

— Он самый.

По глазам видела — Вэлл удивлён, что клубной танцовщице известно его имя. Их миры были слишком далеки друг от друга. Но неужели мы попали в точку и перед нами одна из девушек, хорошо знавших лорда Александра?

— Мне жаль вашего отца, — проговорила Лола. — Он был хорошим, щедрым человеком.

Деньги-деньги, вечный двигатель мира. Я украдкой вздохнула.

— А вы… — Лола обернулась ко мне.

— Катерина, — представилась я, опустив титулы. Но и тут она меня удивила:

— Леди Дейлин?

— Да, — не стала скрывать я. — Могу спросить, откуда вам известно моё имя?

— Лорд Александр рассказывал о вас, — ответила Лола. — О том, что вы обручены с его сыном, и о том, что он очень желал бы вашего брака, но вряд ли свадьба состоится.

Надо же… Оказывается, сейчас и такие вещи рассказывают клубным танцовщицам. Что ж, возможно, нам не придётся проникать в «Чёрного пса».

— Я хочу знать, зачем мой отец бывал в клубе и с кем там встречался, — вмешался Вэлл. 

— Не стоит. — Лола покачала головой. — Иначе закончите так же, как и он. Лорд Александр был добрым и хорошим человеком…

…И захаживал в клуб с танцовщицами при живой жене… К тому же рассказывал им о нас с Вэллом.

— Тогда вы тем более должны мне помочь, — упрямо проговорил Вэлл.

— Мы готовы заплатить за информацию, — добавила я, вспомнив указания Инесс. — Тем более от вашего рассказа зависят честное имя самого лорда Александра и жизнь Вильяма. Если вы не знали, с запечатанной магией долго не живут.

Вэлл недовольно покосился на меня, зато на Лолу подействовало. Она покраснела от расстройства и сомнений, а затем сказала:

— Ладно. Лорду Александру это уже не повредит, а вам может помочь. Только будьте осторожны и никому не называйте моё имя.

— Даю слово, — кивнул Вэлл.

— Ваш отец приходил в клуб, чтобы вдали от лишних глаз встретиться с товарищами, — сказала девушка, украдкой поглядывая на меня. — Я не имею привычки подслушивать разговоры посетителей, но… они говорили о магистре. О том, что нельзя позволить ему остаться у власти, иначе страна потом не встанет с колен.

— Этого не может быть! — отчеканил Вэлл.

— Я говорю только то, что слышала, лорд Арейн, и ничего больше. Их обычный круг был невелик — пять человек. Я не знаю остальных по именам: они чаще обращались друг к другу по прозвищам, — впрочем, одного из них ваш отец как-то назвал Велшем.

Дядя Вэлла! Лорд Велш. Вот и попался. А ведь он ещё свидетельствовал против лорда Александра… Негодяй!

— Вы уверены? — холодно уточнил Вильям.

— Да, лорд, — ответила Лола. — Прошу, не вмешивайтесь в это. Вы же видите, к чему всё привело.

— Я уже вмешался, — упрямо сказал Вэлл. — Спасибо, Лола.

Я достала кошелёк и оставила на столе три золотые монеты. Девушка поднялась, чтобы проводить нас, и быстро смахнула деньги в кармашек на платье: «Ох устрица! Но свой человек в „Чёрном псе“ может понадобиться, ведь мы пока узнали только о лорде Велше, а там были и другие. Ещё трое неизвестных, общение с которыми стоило лорду Арейну жизни».

Только я не торопилась записывать его в ряды заговорщиков. Я вот тоже не выносила Вильяма Арейна, но если бы с ним что-то случилось, разве это свидетельствовало бы о моей причастности к преступлению? Нет. То-то же.

Мы покинули домик Лолы, сели в самовозку, но Вэлл не торопился её заводить.

— Ты в порядке? — спросила я.

— В полном, — ответил он. — Получается, мой отец всё-таки мог состоять в заговоре.

— Не торопись с выводами, — ответила я со вздохом. — Мало ли, зачем лорд Арейн встречался с этими людьми? Мы ведь не знаем. Придётся побеседовать с твоим дядей, только не сегодня: надо продумать, что и как мы будем ему говорить.

— Я. Я буду говорить, Кэтти.

— Он тебя даже на порог не пустил. А меня придётся: всё-таки я не ниже его по титулу. Но, как и сказала, не сегодня. Сейчас я отвезу тебя домой и поеду к брату — сообщу, что немного приврала о его пристрастиях к танцовщицам, а то вдруг до Марго дойдут новости…

— Ты — что? — переспросил Вэлл удивлённо.

— Сказала Инесс, что мой брат увлёкся какой-то танцовщицей из клуба. Поеду покаюсь. Потом, может, ещё кое-кого навещу. В общем, поехали: у меня планы на вечер.

Вэлл не стал спорить, однако у него на лбу было написано всё, что он думает о моих так называемых планах на вечер. Наверное, хотел, чтобы я осталась дома, но мне сейчас надо было сменить обстановку и подумать. Желательно вдали от него, потому что в присутствии Вэлла я только о нём и думала. Поеду к Виктору, потом к Тину и Мари, как и собиралась. Развеюсь немного. А ещё не мешало бы заглянуть на городскую площадь и наметить места для фонтанов: работа ведь никуда не делась.

Самовозка остановилась у моих ворот. Вэлл покинул водительское кресло, я пересела на его место.

— Не знаю, буду ли к ужину, — сказала я. — Не ждите, если что. До встречи.

— До вечера, Катерина, — сухо ответил Вильям и пошёл к дому.

И на что он уже успел обидеться? — Я только пожала плечами и поехала к брату. — Мне надо привести мысли в порядок, а до вечера никто даже соскучиться не успеет.