Разговор по телефону

『В общем, если вернуться к теме… то, что Мисаки так активно старается, — в этом тоже есть немалая доля твоей вины, знаешь?』

Видимо, ей стало невыгодно продолжать предыдущую тему, и Судзумине-сан довольно явно попыталась сменить направление разговора.

Эта девочка, при всём своём уме, в таких моментах удивительно неуклюжая.

— Как это называется, когда человек пытается сбежать, меняя тему?

『Я не пытаюсь сбежать.』

Она отрицает, но в данной ситуации попытка сменить тему выглядит именно как побег. Хотя, если ей не хочется — могла бы просто так и сказать. Но она, несмотря на свой холодный вид, на удивление добрая, поэтому, думая о Мисаки, не может прямо отказать.

『Ты сейчас в голове меня обругал?』

— С чего ты взяла?

Угу… и как она это поняла? Я же её не обзывал… но всё равно, проницательность просто пугающая.

Даже для женской интуиции это слишком остро.

— Так ты говоришь, что Мисаки стала такой из-за меня? Из-за той самой «зависимости», о которой ты упоминала раньше?

Я решил перехватить инициативу и сам сменил тему, пока ситуация не стала ещё более неудобной.

『Нет, это немного другое… скорее, уже следующий этап. Зависимость — это безусловно причина, но проблема в разнице «температуры».』

К моему удивлению, она не стала меня преследовать и спокойно вернулась к основной теме. Наверное, про «обругал» она просто пошутила.

— Разница температуры… ты имеешь в виду разницу в отношении?

Я примерно понял, к чему она клонит, и решил чуть глубже уточнить.

『Ого, я не думала, что ты сам это осознаёшь.』

Судзумине-сан специально повысила тон, будто поддразнивая. Возможно, это была месть за предыдущее. Но звучало именно как подколка.

— Ну, разница между моим и Мисаки отношением действительно огромная, это я прекрасно осознаю.

Всё-таки один — это яростная атака, а второй — сторона, которая только и делает, что отбивается от натиска. Или, если точнее: одна сторона изо всех сил балуется и требует ласки, а вторая — принимает это и отвечает.

В любом случае, ясно, что мы с Мисаки как пара находимся на совершенно разных уровнях желания.

『Возьмём хотя бы зависимость. Мисаки уже на том уровне, что без тебя не сможет жить. А ты от неё совсем не зависишь. Настолько, что если она вдруг скажет «давай расстанемся», ты спокойно примешь.』

Судзумине-сан понимает не только Мисаки, с которой росла с детства, но и меня. Даже если они проводили время вместе в детстве, такого глубокого понимания быть не должно. Скорее всего, даже в те периоды, когда мы не пересекались в школе, она внимательно наблюдала, каким человеком я становлюсь.

— Если Мисаки считает, что так ей будет счастливее, я отступлю. То, что я заставил полюбившую меня девочку так думать — это полностью моя вина.

Когда я честно ответил…

『Вот это ни в коем случае не говори при самой Мисаки. Она сразу впадёт в депрессию или, наоборот, станет ещё хуже, понял?』

…меня предупредила та самая девушка, которая только что сама подняла эту тему.

И тон был абсолютно серьёзный. Ничего не понимаю.

『Эта девочка с детства была окружена любовью, её постоянно хотели и мальчики, и девочки. Особенно когда она подросла — парни начали активно к ней подкатывать. Для неё это стало нормой.』

Судзумине-сан объясняла спокойно и подробно. На самом деле, несмотря на холодное отношение к парням, она очень заботливая… особенно по отношению к девочкам.

Видимо, ко мне она относится так хорошо только потому, что дело касается Мисаки.

— Значит, для Мисаки «нормально», когда её безумно хотят со всех сторон?

Когда я уточнил, Судзумине-сан подтвердила и продолжила:

『И она думала, что если парень с ней встречается, то будет хотеть её ещё сильнее. А что делаешь ты? Ты почти всегда в пассивной позиции. Отвечаешь на её ласку, но сам почти никогда не проявляешь инициативу и не балуешь её первым.』

Она говорила так, будто у меня дома стоит скрытая камера. Понимание ситуации было слишком глубоким, и от этого становилось немного страшно.

— …В итоге, раз Мисаки так много балуется, я тоже довольно много её балую…?

Я попытался хотя бы немного оправдаться.

『Оправдания не нужны. Более того, именно потому, что ты не балуешь первым, она стала баловаться ещё сильнее — чтобы получить от тебя ласку.』

От точного попадания я только и смог выдавить «Угх…», будто проглотил горькую пилюлю. Если подумать… действительно похоже на правду.

『То, что ты редко балуешь первым — это ладно, оставим. Главная проблема в том, что ты вообще почти не проявляешь к ней желания. Поэтому Мисаки подсознательно чувствует тревогу. Она чувствует, что ваши чувства не сбалансированы. И боится, что в итоге ты когда-нибудь скажешь «давай расстанемся». Именно поэтому она хочет тебя полностью «уронить», чтобы ты уже не смог без неё жить.』

Судзумине-сан произнесла это серьёзным голосом через телефон. Наверное, сейчас у неё на лице абсолютно серьёзное выражение.

— Чтобы чувства были на одном уровне…

Когда Судзумине-сан сказала «Мисаки уже не сможет жить без тебя», я понимаю, что это не преувеличение. Судя по тому, как она сейчас себя ведёт, и вспоминая, что произошло с её старшей сестрой, это легко представить. Возможно, Мисаки действительно хочет довести меня до такого же состояния.

『К тому же рядом с тобой постоянно находятся такие красивые и привлекательные девушки, как Мисора-сан и я.』

— Ты сама это говоришь?

Я горько улыбнулся, понимая, что она пытается разрядить атмосферу шуткой.

『Но это же факт.』

Факт… да, если говорить только о внешности, то это действительно факт. К тому же, если смотреть только на то, как она ведёт себя со мной вне школы, многие парни наверняка бы в неё влюбились. Если бы она всегда была такой заботливой и внимательно слушала, как сейчас, то даже я, если бы не встречал Мисаки, мог бы…

Но… образ Судзумине-сан в школе слишком уж плохой.

『Если хочешь что-то сказать — говори, не стесняйся.』

Тон её голоса стал ниже, и в нём явно слышалась угроза, хотя слова были противоположными. Я решил просто проигнорировать.

— Мы же встречаемся, а она всё равно испытывает сильное чувство соперничества к Сасагава-сенсей и к тебе…

Это тоже одна из моих головных болей. С Судзумине-сан ещё ладно, но когда дело касается Сасагава-сенсей — своей родной сестры — Мисаки сразу начинает меня сдерживать, хотя обычно они прекрасно ладят. Мне бы очень не хотелось, чтобы из-за меня испортились отношения между сёстрами.

『Со мной это ещё из-за того, что я твоя подруга детства, а вот с Мисорой-сан — это уже твоя вина. Ты тогда на море слишком откровенно на неё пялился и явно был очарован. Твоё отношение к ней сильно отличалось от того, как ты относишься ко мне и к Мисаки.』

Похоже, не только Мисаки, но и Судзумине-сан до сих пор держит на меня обиду за тот случай — в её голосе послышались лёгкие нотки недовольства. Возможно, у неё особенно сильное соперничество именно по части фигуры.

Ну ещё бы… у Сасагава-сенсей и у неё практически противоположные типы фигуры, если не считать рост…

Именно в этот момент через телефон раздался громкий звук «ДОН!».

А сразу после него — приглушённое «Ууу…!», будто кто-то терпит боль.

Э? Она что, ударила?

Или стукнула кулаком по столу?

Я так подумал, но ничего не сказал. Потому что понимал — весь этот гнев сейчас направлен в мою сторону.

— Я вовсе не пялился…

『Ты ещё оправдываешься… В конце концов, ты же раньше был влюблён в Мисору-сан, разве нет?』

Голос у неё слегка дрожал, будто она вот-вот заплачет (насколько же сильно она себя ударила…), и Судзумине-сан без всяких церемоний задала прямой вопрос.

…Кажется, у неё уже немного кровь в голову ударила, и она потеряла всякие тормоза.