Признание (1)

На рассвете Юрия вызвали к отцу. Король Фиоре восседал на троне; подперев голову рукой, он был погружен в глубокие раздумья.

— Юрий.

— Слушаю.

— Ты покинул дворец без разрешения?

— Прошу прощения.

— И ты действительно отыскал подземелье Основателя в Меч-горе?

— Всё верно. То, что я там встретил…

— Рыцарь Смерти?

— А?

— Эрнанд мне уже всё выложил.

— Вот же проныра…

«Неужели этот прохвост успел так быстро всё разболтать?» — промелькнуло в голове у Юрия.

Маг даже не обмолвился о том, что сам видел в своих видениях. Ничего, он заставит его во всем сознаться позже. С этим твердым намерением Юрий продолжил:

— Да. И это еще не всё. Я освоил метод циркуляции маны.

Он вкратце объяснил суть полученного наследия — «Раскол Души и Сердца». Услышав, что техника сплавляет магию и фехтование в единое целое, Фиоре проявил неподдельный интерес.

— Любопытно. Это королевство было основано нашим предком, но о нем самом сохранилось до обидного мало сведений.

— Разве нет способа узнать больше?

— Возможно, если перерыть всю дворцовую библиотеку, ты что-нибудь да отыщешь.

— Я понял.

— Меч ты тоже притащил оттуда?

— Да.

— Собираешься им сражаться?

— Таков мой план.

— Он великоват для тебя.

— Со временем я до него дорасту.

— Вот как…

Фиоре поднялся с трона.

— Юрий. Сын мой.

— Да?

— Я ведь просил тебя не влипать в неприятности.

— Да-да, помню…

По мере того как отец приближался, Юрий чувствовал, как на плечи давит аура колоссальной мощи. Существовал ли в этом мире еще хоть один человек, способный источать такую жажду крови в адрес собственного тринадцатилетнего сына?

Юрий попытался отступить, но Фиоре крепко сжал его плечи.

— Слушай меня внимательно, понял?

— Разумеется.

— Рассказывай мне всё.

— Но вы и так уже всё слышали…

— Я не об этом.

Король слегка потрепал сына по голове.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я.

Несмотря на внешне ласковый отеческий жест, Юрия прошиб холодный пот. «Ну почему этот человек обязан подкреплять жаждой убийства каждое свое слово?»

Юрию казалось, что эта тяжелая рука может сомкнуться на его горле в любое мгновение.

— О-отец…

— Да.

— Я всё расскажу.

— Очень хорошо, продолжай.

Юрий внутренне подобрался. Рано или поздно этот разговор должен был состояться. Чтобы сокрушить амбиции Империи, одной осторожности недостаточно — придется выкладываться на полную, не зная отдыха. А это неизбежно поднимет бурю. Лучше расставить все точки над «и» заранее.

— Мне приснился сон…

— Ужасающий сон? — уточнил Фиоре.

— Нет.

— Печальный?

— Тоже нет.

— Тогда почему ты так напряжен?

— Это потому что… — Юрий сделал шаг назад, выбираясь из-под тяжелой длани. — Потому что у тебя кулак сжат, отец.

— Оу, неужели?

Фиоре разжал ладонь. Но даже теперь Юрий опасался, что она может превратиться в увесистую пощечину.

— Продолжай.

— На самом деле, это был кошмар. Я видел столицу Бриоля в огне и резню на улицах.

Наклоненная голова Фиоре замерла.

— Всё было настолько реально, что даже после пробуждения я не мог прийти в себя. В том сне я…

Это было правдой, по крайней мере частично. Кто знает, была ли его прошлая жизнь лишь сном, или, может быть, нынешний момент — иллюзия? Вдруг прямо сейчас кто-то смотрит на его спящее тело и шепчет: «Смотри, он улыбается во сне, должно быть, ему снится что-то хорошее», пока его настоящее «я» уже давно покоится в земле?

С этой мыслью Юрий заговорил с предельной искренностью:

— Я совершил тяжкий грех, пытался искупить его, но в итоге не смог предотвратить гибель королевства. Я выжил, бросив вызов чести, и влачил жалкое существование до самого конца. Таков был мой сон.

— И перемены в тебе — следствие этого видения?

— Да.

— Ты боишься, что увиденное станет реальностью?

— Не совсем… — Юрий коснулся своей шеи. — Я думаю, это было предупреждение от матери.

— С чего такие выводы?

— Потому что после того сна ожерелье, которое она мне подарила, бесследно исчезло.

Это была чистая правда. Ожерелье, которое ярко сияло в его прошлой жизни, испарилось в тот самый миг, когда он вернулся в прошлое.

— И ты уверен, что просто его не потерял?

Юрий нахмурился. Даже если это отец, как он может шутить о реликвии, оставшейся от матери? Фиоре лишь едва заметно улыбнулся и снова погладил сына по голове.

— Понимаю. Значит, тот сон изменил тебя.

— Именно так.

— Лили бы это понравилось.

Лили — так звали его мать.

— Что ж… а что именно уничтожило королевство в твоем сне?

Юрий замялся. Он не был уверен, стоит ли прямо сейчас упоминать Империю. В конце концов, в этой измененной реальности вторжение могло и не состояться.

— Я не знаю наверняка, — наконец ответил он.

Если наступит момент, когда нужно будет предупредить об Империи — он это сделает.

— Это была темная, безликая армия. Они были сильнее наших рыцарей Бриоля.

Фиоре медленно кивнул.

— Понимаю. Не знаю, был ли это просто дурной кошмар или Лили действительно послала тебе предупреждение из будущего, но я рад видеть, что ты взялся за ум.

«Взялся за ум?»

Внутри Юрий горько усмехнулся. Дело было не в благоразумии — он просто отчаянно жаждал искупления за свои прошлые грехи. Но в одном он был уверен твердо: «Бриоль не бросает свою честь. Даже если ценой будет смерть». Этот голос — голос Рыцаря Смерти, прикованного к подземелью, — всё еще эхом отдавался в его ушах.

— Этого достаточно для объяснения?

— Нет.

— Но я рассказал вам всё…

— Осталось одно.

Фиоре сделал неожиданное предложение:

— Иди и принеси свой меч.

***

Пещера была огромной и безмолвной. Здесь не было ничего, кроме искусственных светильников под потолком, что придавало залу гнетущую, заброшенную атмосферу. Юрий знал, что под дворцом находится личная тренировочная площадка отца, но сам оказался здесь впервые.

Повсюду виднелись глубокие трещины — трудно было поверить, что они оставлены обычным мечом. Говорили, что когда короля не видели на поверхности, он всегда был здесь. Как далеко он планировал зайти в своем стремлении к силе?

— Явился?

Когда Юрий обернулся, отец уже стоял за спиной. Фиоре Бриоль. Гений, который держал меч с тех пор, как научился ходить. В юном возрасте он выиграл турнир имперских рыцарей и прославился на весь континент, совершив невероятные подвиги во время орочьего нашествия. Сейчас его считали одним из сильнейших среди «Великой Десятки».

— Я здесь впервые.

— А я-то думал, что ни один из моих детей не наделен талантом к мечу.

— Хм…

Юрий был не согласен. Хотя он и заслужил дурную славу баламута, забивающего на тренировки, его способности всегда признавали. Сказать, что у него нет таланта? Пожалуй, планка отца была просто заоблачно высокой.

— Не согласен?

— Нет, я считаю, что у меня есть талант к мечу.

— Талант, говоришь?

Фиоре поднял свой меч. Его любимое оружие, «Северный Ветер», зловеще блеснуло в свете ламп.

— Что именно ты называешь талантом мечника?

Вопрос поставил Юрия в тупик. Фиоре сам предложил варианты:

— Природная сила? Скорость? Рефлексы? Или глубокое врожденное понимание сути вещей?

— Разве это не должно быть сочетанием всего перечисленного?

— И что из этого есть у тебя?

— Думаю, всего понемногу.

— И ты надеешься стать великим мечником?

Юрий хотел было ответить «да», но вовремя прикусил язык. В прошлой жизни он так и не стал настоящим мастером. Несмотря на попытки сражаться с имперскими захватчиками, со своим заржавевшим талантом он не выделялся на фоне обычных рыцарей.

— До того сна я бы, вероятно, не справился.

— И каким же ты был в том сне?

— Жалким.

— Таких много. Те, кто блистает в юности, а в итоге становятся посредственностями.

Фиоре рассек мечом воздух. Даже это мимолетное движение внушало трепет.

— Я говорю не о поверхностном, — продолжал отец. — Если тренироваться бесконечно, рано или поздно достигнешь высокого уровня. Но есть нечто большее. Нечто, что выталкивает человека за пределы этого уровня.

— За пределы?..

— В твоем случае проблема в лени. Хотя твое тело и одарено талантом.

— Значит, всё дело в усердии?

— Нечто большее, чем усердие. То, что превосходит даже нужду или чувство долга.

Фиоре посмотрел на свой клинок. В его глазах плясали тени. Внезапно Юрий почувствовал неладное. Он просто наблюдал, как отец смотрит на оружие, но в тот миг Фиоре показался ему одержимым, словно он окончательно лишился рассудка. На мгновение перед Юрием стоял абсолютно чужой человек.

Подсознательно Юрий тоже крепче сжал рукоять.

— Не знаю, как это описать. Возможно, это можно назвать «зовом клинка», — едва слышно пробормотал отец.

Юрий на мгновение задумался.

— Что-то вроде предназначения?

— Терпеть не могу такие пассивные понятия, но, пожалуй, нечто похожее, — отозвался Фиоре.

В прошлой жизни Юрий родился с талантом, но никогда не посвящал себя мечу без остатка. Его не тянуло к нему. Идти по этому пути не было его судьбой. А что теперь?

Юрий посмотрел на меч, полученный от Рыцаря Смерти — «Виновный». Несмотря на то что клинок веками лежал в земле, сталь была безупречна; в ней отражались его собственные глаза. Глубокие, спокойные, черные — фамильная черта королевского дома Бриоль. И только.

— Ну что, сын? — прошептал Фиоре прямо ему на ухо. — Должен ли ты владеть мечом?

Юрий не знал. Для него меч оставался лишь инструментом. Он не чувствовал ни фатума, ни божественного откровения. Даже проживая вторую жизнь, он вряд ли стал бы таким, как Фиоре — человеком, одержимым сталью.

— Слышишь ли ты зов? Когда пробьет твой час… будет ли в твоих руках меч?

Он не мог ответить. Он был полон решимости не повторять прошлых ошибок, но это не означало автоматического превращения в великого мастера. Юрий медленно покачал головой.

— Я не… — он поднял взгляд на отца. — Я не чувствую…

И тут у него перехватило дыхание. На него смотрели алые глаза, а вокруг начали сгущаться тени. Тысячи, миллионы глаз наблюдали за ним из темноты. В памяти вспыхнул Бриоль того самого дня — пылающий под сапогами имперских солдат.

— А-а…

Пламя окружило его. Отчаяние и скорбь накрыли землю. Имперская армия маршировала по трупам. У него не было сил остановить их. Беспомощность поглотила его без остатка. Эмоции того дня вернулись с новой силой. Глядя, как знамя Бриоля падает с дворцовой башни, он тогда ощутил, что гибель королевства неизбежна.

Но…

«Никогда не ведай страха перед врагом».

Голос того самого грешника эхом отозвался в его ушах. Юрий вскинул меч. Неважно, победит он или проиграет. Жизнь или смерть тоже не имели значения. Ему было плевать даже на навязанную судьбу.

«Поступай лишь так, как велит тебе сердце».

Нужно просто делать то, что должно. Даже если он останется нагим среди леса копий и лезвий, он обязан сжимать свое оружие. Черная армия Империи наступала. Юрий бросился в атаку без тени сомнения.

Он убивал и получал раны. Снова убивал и снова истекал кровью. Разрубая врагов со всех сторон, он прорывался вперед. Его тело шаталось, и в конце концов его поглотил черный прилив имперских доспехов — как бумажный кораблик посреди бушующего моря.

Смерть.

«Исполни долг Бриоля… до самого конца».

Чувствуя, как его тело рассыпается на части, Юрий улыбнулся в каком-то экстазе.

— Юрий?

Он снова поднял взгляд. Отец смотрел на него. Что это было за видение?

— Ты…

Рука, сжимавшая «Виновного», била крупной дрожью. Юрий моргнул. Мир, окрашенный в кроваво-красный, обрел нормальные цвета. Он сделал глубокий вдох, пытаясь унять сердцебиение. Сколько времени прошло?

На лице Фиоре застыла смесь слабой улыбки и глубокой тревоги.

— Похоже, я ошибался… — отец ободряюще похлопал его по плечу.

Обычно Юрий напрягался, когда отец поднимал руку, но не в этот раз. Напротив, это тепло принесло ему странное успокоение.

— Юрий.

— Да.

— Ты будешь владеть мечом.

Юрий кивнул.

— Я так решил.

Ему не понравилось горькое выражение лица отца, поэтому он решил разрядить обстановку и шутливо шлепнул короля по заднице.

— Не переживай. Я же гений, забыл?

И тут же закономерно получил по затылку.