Глава 66.0

После того как он осмотрел около двадцати камней, Люциан наконец поднял голову. Я, поначалу сидевшая рядом и с интересом разглядывавшая сапфиры вместе с ним, к этому моменту заметно устала и теперь полулежала на диване, откинувшись на спинку.

Губы Люциана дрогнули в лёгкой полуулыбке, и он посмотрел на меня с явным удовольствием.

— Вот этот цвет больше всего похож на цвет твоих глаз.

«Погодите-ка. Я ведь не просила подбирать камень под мои глаза?»

Но отказываться от того, что он выбрал, мне и в голову не пришло, и я сразу оживилась, подаваясь вперёд, чтобы лучше рассмотреть находку.

Перед ним на столе лежала небольшая коробочка из дорогого, благородного дерева, а внутри, на подушечке из белоснежного бархата, покоился сапфир изящной каплевидной огранки.

— Как красиво, брат.

Благодаря своей форме и глубокому, насыщенному синему цвету камень действительно напоминал застывшую каплю воды, или скорее слезу.

И всё же где-то глубоко внутри я ощутила лёгкий укол разочарования.

«Мне так хотелось, чтобы это кольцо было с камнем, похожим на его глаза, а не на мои…»

— Брат, может, тебе стоит посмотреть и жёлтые сапфиры? В конце концов, это же твоё кольцо, зачем выбирать цвет моих глаз?

Я произнесла это почти не задумываясь, с едва заметной тенью сожаления, и в тот же момент выражение лица Люциана снова изменилось, будто по идеально спокойной поверхности прошла трещина.

В этом взгляде было что-то глухое, сдержанное, похожее на недовольство, смешанное с лёгкой обидой.

«Ах, вот оно что. Значит, именно это чувство скрывалось за его странным выражением». 

Осознание пришло внезапно и принесло короткое облегчение, однако следом тут же возник новый вопрос.

С чего бы ему так реагировать?

Пока я, не понимая, слегка склонила голову набок, Люциан уже холодным, ровным тоном отдал распоряжение:

— Принесите сюда все жёлтые сапфиры.

«Ох… значит, и в этот раз он решил пересмотреть всё».

«Опять придётся ждать целую вечность…»

Конечно, я была рада, что он всё же посмотрит камни под цвет своих глаз, однако сама перспектива долгого ожидания откровенно утомляла.

Я снова откинулась на спинку дивана, наблюдая за тем, как он подносит к глазу ювелирную лупу. Это было всего лишь простое увеличительное стекло, но стоило Люциану воспользоваться им, как оно сразу начинало выглядеть как изысканный аксессуар.

«Да уж… такие моменты не длятся вечно».

«Когда-нибудь он приведёт сюда девушку, которую по-настоящему полюбит, и будет выбирать украшения вместе с ней…»

От одной этой мысли внутри неприятно защемило, и появилось странное ощущение пустоты.

Чтобы избавиться от этого настроения, я придвинулась к нему ближе и стала наблюдать за тем, как он рассматривает камни.

В какой-то момент мне показалось, что его дыхание стало чуть тяжелее и неровнее. Решив, что ему может быть неудобно, я посмотрела на него и тут же встретилась с ним взглядом.

Он смотрел не на камни.

Я непонимающе уставилась на него, а затем, почти не задумываясь, положила подбородок ему на плечо. В ответ Люциан лишь тихо вздохнул.

К чему был этот вздох?

«Наверное, глаза устали…»

Ещё бы, разглядывать такие мелкие детали действительно тяжело, особенно если учесть, сколько времени он ежедневно проводит за документами.

— Брат.

С этими словами я мягко забрала монокль из его рук.

— Теперь моя очередь смотреть. Уж я-то лучше знаю, какой оттенок подойдёт к твоим глазам.

Сколько раз человек может увидеть собственные глаза? Если не считать случайных взглядов в зеркало, то почти никогда.

А значит, я знала их цвет куда лучше него самого.

Я озорно подмигнула, словно говоря, чтобы он просто доверился мне.

Люциан в ответ лишь мягко улыбнулся.

Сосредоточившись, я принялась внимательно рассматривать разложенные передо мной жёлтые сапфиры.

Этот был слишком бледным, у другого огранка казалась грубоватой, а форма капли, которую мы видели раньше, хоть и была красивой, всё же, как мне казалось, Люциану больше подошли бы строгие, чёткие грани.

Постепенно я начала понимать, почему он так долго рассматривал каждый камень.

Ему подходило практически всё, и выбрать что-то одно среди этого многообразия было непросто.

И вдруг мой взгляд зацепился за один из жёлтых сапфиров, огранённый точно так же, как и тот синий, в форме капли.

— Надо же… они даже по размеру одинаковые? — тихо пробормотала я.

Однако хозяин лавки уловил мои слова сразу же.

— О, юная леди обладает поистине редким глазомером. Вы абсолютно правы. Эти два камня были огранены одним мастером, и в нашем кругу этот комплект принято называть «Слёзы богини».

«Ого…»

Увидев мой неподдельный интерес, хозяин лавки, сопровождая речь изящными жестами, начал плавно и увлечённо рассказывать связанную с ними легенду.

— Существует древнее предание о богине, чьи глаза были разного цвета, один сиял золотом, а другой был глубокого синего оттенка, и, согласно легенде, однажды она заплакала, после чего её слёзы, различавшиеся по цвету, упали на землю: золотая обратилась в бескрайнюю пустыню, а синяя стала оазисом в самом сердце этих песков.

— Звучит не как предание нашей Империи.

— Ваша правда, юная леди, этот миф родом не из Империи Леонис, а из далёкой пустынной страны.

— Какая удивительная и таинственная история.

В памяти всплыли рассказы, когда-то услышанные от герцогини, а вслед за ними возникло и воспоминание о недавнем разговоре о миражах в пустыне.

«Наверное, поэтому мне так не хочется, чтобы эти камни разлучали…»

Меня вдруг охватило странное, почти необъяснимое желание, чтобы они всегда оставались вместе, не превращаясь в красивую иллюзию, исчезающую при первом же прикосновении, а дополняли друг друга, сохраняя целостность.

— В таком случае, эти камни нельзя разлучать.

— У вас очень тонкая натура, юная леди, признаться, я и сам придерживаюсь такого же мнения.

Хозяин лавки добродушно рассмеялся, и в этот момент он больше напоминал приветливого, слегка эксцентричного родственника, чем торговца редкими драгоценностями.

— Тогда что, если использовать вот такой дизайн… — задумчиво произнесла я, уже представляя, как это могло бы выглядеть.

— Сию же минуту распоряжусь принести бумагу и письменные принадлежности.

Едва он закончил, как один из помощников стремительно покинул комнату и почти сразу вернулся со всем необходимым.

Люциан наблюдал за мной с явным интересом, не скрывая любопытства.

— Хе-хе, я сама нарисую для тебя эскиз, брат, ты не против?

— Разумеется, Рэй.

Он мягко улыбнулся, и по выражению его лица было ясно, что эта идея ему понравилась.

Взяв карандаш, я склонилась над листом и начала набрасывать контуры, сначала обозначив основу кольца, а затем добавив на её концах два каплевидных камня разного цвета, расположенных так, будто они тянутся друг к другу, образуя изящный перекрёстный узор.

— Смотри, камни будут закреплены вот здесь, на концах ободка, но между ними нужно оставить совсем небольшое расстояние, а по краям эти «капли» можно дополнительно инкрустировать россыпью мелких прозрачных бриллиантов.

Увлёкшись, я добавила ещё несколько деталей и только потом задумалась, не переборщила ли.

— Хотя… раз уж кольцо будешь носить ты, брат, возможно, лучше убрать мелкие камни, как думаешь, какой вариант будет смотреться лучше?

Отложив карандаш, я подняла голову и замерла, обнаружив, что на меня смотрят сразу несколько человек.

— Ч-что такое, почему вы так смотрите?

Их взгляды были настолько сосредоточенными, что мне стало не по себе, и я невольно придвинулась ближе к Люциану.

Вдруг хозяин лавки, до этого говоривший тихо и вкрадчиво, резко повысил голос:

— Юная леди, вы настоящий гений, как вам могла прийти в голову столь изысканная идея!

— Это поразительно!

— Я лишился дара речи от такой красоты!

Не только он, но и все присутствующие работники лавки тут же зааплодировали, поддерживая его слова.

Я, окончательно растерявшись от такой реакции, крепко сжала руку Люциана и посмотрела на него снизу вверх.

«Люциан, эти люди ведут себя очень странно…»

Однако его глаза, устремлённые на меня, сияли даже ярче, чем у остальных, и, сжав мою ладонь с неожиданной силой, он произнёс:

— Рэй, я поражён.

«А? Настолько?»

Не понимая причины такой реакции, я лишь сильнее нахмурилась, однако Люциан, казалось, совсем не обращал внимания на моё замешательство и уже переключился на обсуждение деталей с хозяином лавки.

— Сделайте точно так же… да, именно, форма должна быть абсолютно идентичной…

Он говорил негромко, и я не могла разобрать каждое слово, однако по его тону было ясно, что он вникает в каждую мелочь.

Почувствовав, как усталость внезапно накатывает с новой силой, я откинулась на спинку дивана, позволяя себе немного расслабиться.

— Прошу прощения, юная леди герцога, позвольте на секунду.

Один из помощников подошёл ко мне и начал измерять размер моих пальцев, тщательно снимая мерки с каждого, от большого до мизинца, на обеих руках, после чего почтительно поклонился и удалился.

— А зачем вы измеряете мои пальцы? — спросила я, пристально посмотрев на Люциана.

Он лишь загадочно улыбнулся, не ответив ни слова.

«Опять молчит…»

Я прекрасно знала, что если он не хочет отвечать, добиться от него объяснений невозможно, поэтому лишь тихо пробормотала:

— Я проголодалась, брат.

Выбор камней занял немало времени, и за окнами уже сгущались сумерки, окрашивая улицу в мягкие тёмные тона. Люциан, бросив короткий взгляд наружу, задумчиво свёл брови, словно решая, стоит ли возвращаться домой или всё же продолжить вечер в городе.

— Брат, я знаю тут неподалёку одно местечко. Как насчёт того, чтобы быстро перекусить там перед возвращением?

После такого утомительного дня мне вдруг особенно остро захотелось чего-то горячего и пряного, способного буквально разогнать усталость по телу.

Я вспомнила ту самую лавку с острой едой, куда мы так и не успели попасть перед отъездом на юг из-за моего похищения.

«Интересно, она ещё работает?»

Предвкушая вкус незнакомых, обжигающих блюд, я невольно широко улыбнулась, и Люциан, заметив мою реакцию, ответил такой же мягкой улыбкой.

— Хочешь пойти туда?

— Да!

Я так оживилась, что, забывшись, вскинула руки, почти как в детстве, и Люциан, поднявшись с места, без лишних слов взял меня за руку.

Его пальцы легко переплелись с моими, и, чуть склонив голову, он посмотрел на меня сверху вниз.

— В таком случае, не окажешь ли ты мне честь стать моим проводником?

От его ладони исходило тёплое, спокойное тепло, и это ощущение оказалось настолько приятным, что на губах сама собой появилась тихая, мягкая улыбка.

— С удовольствием!

Покинув ювелирную лавку, мы пересели в экипаж, а затем вышли в районе, где обычно собирались простолюдины, а не представители знати, и я попыталась восстановить в памяти путь к той самой лавке с острым соусом.

— Брат, нам сюда.

Густой, пряный аромат, наполнявший воздух, подсказал, что мы выбрали верное направление, и, подняв взгляд на Люциана, я не смогла скрыть радостного ожидания.

Перед тем как выйти из кареты, мы накинули мантии, и из-за глубокого капюшона я не могла чётко разглядеть его глаза, однако приподнятые уголки губ ясно говорили о том, что он пребывает в хорошем настроении.

Я уверенно пошла вперёд, ориентируясь на свет и оживлённый гомон, доносившийся из заведения неподалёку.

Проходя мимо того самого места, где меня когда-то похитили, я на мгновение задержала взгляд на тёмной подворотне, однако почти сразу отвернулась и посмотрела на Люциана.

Похоже, он тоже узнал это место, потому что его губы на секунду сжались в тонкую, напряжённую линию, но, почувствовав мой взгляд, он, словно усилием воли, вновь придал лицу привычное спокойствие.

Крепко сжимая его руку, я шагнула вперёд и переступила порог заведения, в которое когда-то должна была войти впервые вместе с герцогом.