Решимость замужней женщины

Девушка была ослепительно хороша: ясные глаза, белоснежные зубы, безупречная кожа. Её изящную фигуру облегало расшитое золотом платье из струящегося шелка. Черты лица сочетали в себе изысканность и благородное величие. Сейчас она стояла в окружении нескольких Серебряных Гонгов, и её взгляд, полный гнева, пристально изучал каждого прохожего – казалось, в каждом она видит подозреваемого.

Это была верховная правительница Приказа Шести Врат, родная сестра нынешнего императора Великого Яня, принцесса Хуайцин – Цзи Вэймин.

В то же время Цзи Вэймин являлась одной из ключевых фигур в команде главного героя оригинального сюжета, играя в нем крайне важную роль.

Цзян Линь служил в Приказе уже год и не раз видел принцессу, однако из-за пропасти в их социальном положении он мог лишь созерцать её издалека. Вот и сейчас у него не было ни малейшего права подойти и заговорить с ней.

— Ее Высочество определенно прекраснейшая женщина в мире! — Негромко восхитился Чэнь Хуань. — Если бы мне удалось перекинуться с ней хоть словечком, я бы от счастья во сне смеялся!

«Ну ты и подкаблучник воображаемый…» – подумал Цзян Линь.

Он признавал, что Цзи Вэймин, будучи одной из главных героинь оригинала, была отрисована великолепно, но всё же она заметно уступала той Дьяволице, Разрушающая Мир, что ждала его дома.

— Принцесса лично прибыла с дозором в восточный пригород! Видно, насколько важно для неё это дело об исчезновениях! Брат Цзян… нет, батюшка! Умоляю, подсоби мне, давай вместе выследим преступника, чтобы и я попал в поле зрения Ее Высочества!

Чэнь Хуань повернулся к Цзян Линю с таким жалким видом, будто всю жизнь скитался и страдал лишь от того, что не встретил достойного господина.

Цзян Линь помолчал немного и рассудительно произнес:

— Изложи-ка мне детали свитков поподробнее.

— Брат Цзян, ты и вправду решил мне помочь!

Чэнь Хуань пришел в неописуемый восторг. Они поступили на службу одновременно, и за прошедший год он столько раз видел чудесные методы раскрытия дел Цзян Линя, что проникся к нему слепым обожанием. Он тут же, словно горох из мешка, выложил всё, что знал о материалах дела:

— За последние десять дней в восточном пригороде таинственно исчезли двадцать шесть человек. Среди них были и бродячие торговцы, и прислуга, и даже богатые купцы. Общее у них одно: все жертвы – мужчины, и все пропали именно здесь, в восточном пригороде…

…

После того как муж ушел на службу, Ли Сюаньцзи долго лежала в постели, не в силах успокоиться.

В голове всё крутились прощальные слова мужа: «У меня осталось всего десять лянов сбережений. Если не выйду на службу, боюсь, не на что будет покупать лекарства для Сюань-эр…»

— Положение в семье всё еще очень тяжелое, — пробормотала Ли Сюаньцзи с глубокой тревогой.

Прошлой ночью она слушала рассказы Цзян Линя об их прошлой любви. По его словам, в детстве они пережили великий голод, каждый день недоедали, боролись с бандами разбойников, и лишь благодаря поддержке друг друга выжили, деля пополам последнюю лепешку. Жизнь была горькой, но полной сладости их союза.

— То, что в детстве нам нечего было есть, дело прошлое. Но если мы выросли и всё еще голодаем, значит, мы зря взрослели?

С этими словами Ли Сюаньцзи взглянула на оставленное мужем блюдо с едой. Она прикусила нижнюю губу, а в её прекрасных глазах отразилась непоколебимая решимость исполнить свой долг жены.

— Я не могу позволить мужу в одиночку нести бремя забот о семье!

— Мы должны поддерживать друг друга! Как в детстве… Я ни за что не стану для него обузой… Ох!

Возможно, из-за нахлынувших чувств в голове внезапно вспыхнула резкая боль. Сдавленно вскрикнув, она обхватила голову руками, и перед её внутренним взором возникло видение: она стоит посреди бушующей Небесной кары.

— Это…

Ли Сюаньцзи была потрясена.

«Муж сказал, что меня ударила молния и я потеряла память… Неужели тогда молний было так много?!»

Глядя на себя в океане грозовых разрядов, Ли Сюаньцзи почувствовала леденящий ужас. То, что она не погибла, а лишь лишилась памяти, казалось настоящим чудом!

Пронизывающая боль в мозгу усилилась. Океан молний, поглотивший её, внезапно начал превращаться в таинственные грозовые знаки, которые нескончаемым потоком всплывали перед глазами.

— Что это за письмена? — Ли Сюаньцзи в смятении невольно прочла несколько знаков:

— Закон… Небесной Кары… Разрушающий Мир…

— Это техника для совершенствования?

— Муж говорил, что я обычная девушка, откуда же в моей голове взялась эта техника? Неужели… — Ли Сюаньцзи терялась в догадках и выдвинула смелое предположение:

— Неужели эта техника вбита мне в голову ударом небесного грома?

В этот момент она почувствовала, как внизу живота зародился горячий поток. Повинуясь порыву, она попыталась направить этот жар, и с кончиков её пальцев сорвался всполох сине-фиолетовой молнии.

— Гром не только вложил технику в мою голову, но и наделил способностью управлять молниями?

Первой реакцией Ли Сюаньцзи было не любопытство, а страх. Страх, что это напугает её мужа!

«Я стала не похожа на нормального человека. Если муж узнает, он может испугаться меня или даже возненавидеть… Нет! Нельзя позволить ему это заметить!»

Она поспешно сжала кулак, гася искры на кончиках пальцев.

После этого странного происшествия на душе у неё было неспокойно, но когда она наконец взяла себя в руки, то обнаружила, что раны, кажется, затянулись.

Травмы Ли Сюаньцзи были не внешними, а внутренними. С момента пробуждения вчера её терзали приступы боли в теле, из-за чего она могла лишь лежать. Но стоило «Закону Небесной Кары, Разрушающему Мир» проявиться в сознании, как боль мгновенно исчезла, не оставив и следа дискомфорта.

— Я выздоровела?

— Какое счастье! Теперь муж сможет сэкономить на лекарствах!

Сэкономленные деньги – всё равно что заработанные. Ли Сюаньцзи почувствовала гордость от того, что хоть немного облегчила ношу супруга, и на её губах невольно заиграла улыбка.

Желая проверить, насколько окрепло её тело, она осторожно встала с кровати и вышла за дверь. Перед ней раскинулся уютный уединенный дворик.

— Это дом мой и моего мужа. Наш маленький мир…

Ли Сюаньцзи внимательно осмотрела каждый кирпичик и черепицу, её улыбка становилась всё нежнее, а сердце наполнялось теплом.

Она медленно подошла к калитке и толкнула её.

За порогом дома начинался переулок, откуда доносился гул голосов. Напротив входа сидели три женщины. Увидев девушку, прекрасную, словно сошедшая с картины небожительница, они замерли с открытыми ртами, будто увидели привидение.

«Почему они так смотрят на меня?»

Ли Сюаньцзи нахмурилась. Ей не нравилось, когда на неё глазел кто-то, кроме мужа.

«Если в их взглядах будет угроза... Нет, мне просто неуютно. Хочется, чтобы они поскорее ушли и не мешали нашему покою...»

— Ох, батюшки светы! — Воскликнула одна из женщин, хлопнув себя по бедрам. — Ну и ловкач этот Цзян Линь! Умудрился же взять в жены такую сказочную красавицу!

— Ну и повезло парню! Даже принцессы да императрицы во дворце небось не так хороши!

— То-то я раньше пыталась его сосватать, а он всё отнекивался, мол, в родной деревне невеста ждет. Я-то думала, заливает!