Дьяволица, Разрушающая Мир

«Бах».

— Ты очнулась.

Ли Сюаньцзи повернула голову и увидела юношу в темно-синем халате. Он толкнул дверь и вошел, бросив на нее, лежащую в постели, заботливый взгляд.

Юноше было на вид около восемнадцати лет; брови вразлет, глаза сияют, как звезды. В его облике сочетались статность и благородство – он казался кротким соседским пареньком. В правой руке он держал чашу с дымящимся отваром.

— Сначала выпей это лекарство.

Ли Сюаньцзи опустила взгляд: на поверхности темно-коричневого снадобья отразилось прекрасное женское лицо, вызвавшее у нее пугающее чувство отчужденности.

— Ох…

Она внезапно вскрикнула от боли и обхватила голову руками.

— Дыши глубже, головокружение – это нормально, — утешил ее юноша. — Выпьешь это, и тебе станет легче.

Ли Сюаньцзи снова покосилась на чашу в руках юноши. Ее ноздри дрогнули, уловив горький аромат. Поколебавшись, она спросила:

— Что… что это за лекарство?

— Оно восстанавливает ци и кровь, — объяснил юноша. — С ним твои раны заживут быстрее.

Ли Сюаньцзи открыла рот, собираясь спросить, что это за раны, но вместо этого сорвалось:

— …Кто ты?

— Кто я?

Юноша повторил ее вопрос и застыл в изумлении.

— Ты не помнишь меня? Разве ты не знаешь, что я твой муж?

— Муж?

На этот раз застыла уже Ли Сюаньцзи, глупо глядя на юношу, похожего на соседа-подростка.

Юноша долго молчал, опустив голову так, что черты его лица скрыла тень. Он аккуратно помешивал лекарство фарфоровой ложкой, и его голос стал хриплым:

— Да, я твой муж.

Ли Сюаньцзи: — …

С растерянным видом она попыталась обыскать свой разум, чистый, как белый лист, но, кроме собственного имени, в памяти не было ничего.

— Этот нефритовый кулон с уточками-мандаринками ты подарила мне в тринадцать лет как залог любви, — продолжал говорить юноша хриплым голосом, отвязывая от пояса украшение. — У тебя есть точно такой же. Они составляют пару: если их сложить вместе, они идеально совпадут, заполнив выемки друг друга. Ты всегда хранила его при себе как величайшее сокровище.

Услышав это, Ли Сюаньцзи инстинктивно опустила взгляд на пояс и почувствовала, что в потайном кармане что-то есть. Она потянулась туда и достала письмо, на котором было написано: «Брачный контракт».

Она подняла глаза на юношу и встретилась с его взглядом, полным печали и нежности.

Немного поколебавшись, она вскрыла письмо, и из складок бумаги действительно выпал нефритовый кулон с уточками-мандаринками.

Отложив кулон, она принялась внимательно читать текст контракта:

«Цзян Линь из деревни Байшуй округа Цзиньлин, по прозванию Минъи, достигший совершеннолетия и не имеющий супруги.

С почтением ведаю:

Ли Сюаньцзи из деревни Байшуй округа Цзиньлин, дева добродетельная и скромная, воспитанная в изяществе…»

«Значит, его зовут Цзян Линь?»

Ли Сюаньцзи со смешанными чувствами отложила брачный контракт.

Она только что очнулась, невинная и ничего не знающая о мире, и никак не ожидала, что уже замужем.

Неужели сейчас откуда-нибудь выскочит ребенок и назовет ее мамой?

— Вспомнила что-нибудь? — С надеждой спросил юноша, Цзян Линь.

Ли Сюаньцзи покачала головой:

— Нет…

— Это всё моя вина. Я не сумел тебя защитить.

Надежда на лице Цзян Линя мгновенно сменилась чувством вины.

Слушая его самобичевание, Ли Сюаньцзи постепенно начала понимать их историю.

Как и было сказано в контракте, они оба были жителями деревни Байшуй. Друзья детства, невинно игравшие вместе, они были обручены родителями еще в нежном возрасте, чтобы пожениться, как только повзрослеют.

Цзян Линь прожил в Байшуй тринадцать лет, но пять лет назад отец по работе увез его в Байюйцзин, столицу империи Великая Янь. Так закончилось их детство, и с тех пор он мог навещать свою нареченную только по праздникам.

Месяц назад Цзян Линь внезапно получил письмо от Ли Сюаньцзи. Она писала, что её мать тяжело больна и находится при смерти. Будучи слабой женщиной, она не знала, что делать, и просила Цзян Линя вернуться и помочь ей.

Цзян Линь, служивший Медным Гонгом в Приказе Шести Врат и имевший официальный чин, тут же взял долгий отпуск и помчался в родную деревню.

Мать Ли Сюаньцзи, понимая, что её дни сочтены, боялась, что после её смерти дочери придется соблюдать долгий траур, из-за которого свадьба расстроится. Поэтому она поспешила обручить их немедленно.

Не прошло и полумесяца после свадьбы, как мать Ли Сюаньцзи скончалась. Цзян Линь взял на себя все хлопоты по похоронам, после чего забрал оставшуюся в одиночестве жену в Байюйцзин.

Вчера, когда они были уже на подступах к столице, внезапно разразился ливень. Гроза застала их врасплох на тракте, и они бросились укрыться под большим деревом. Кто же знал, что молния среди ясного неба ударит прямо в этот ствол. Ли Сюаньцзи рухнула замертво, потеряв сознание.

— Я был вне себя от тревоги… — В комнате всё еще эхом отдавался полный раскаяния голос Цзян Линя. — Вернувшись вчера в Байюйцзин, я сразу позвал лекаря. Тот сказал, что раны не опасны, нужно лишь принимать лекарства и отдыхать, и скоро ты поправишься. Но я не ожидал… не ожидал, что удар молнии лишит тебя памяти…

Дойдя до этого печального момента, он не сдержал слез, и две горячие капли упали прямо в отвар. Цзян Линь поспешно вытер лицо рукой и попытался утешиться:

— Но! К счастью, это лишь потеря памяти. Если бы с тобой, Сюань-эр, случилось непоправимое, я бы никогда себе этого не простил! Наверняка ушел бы вслед за тобой!

«Ушел бы вслед за мной…»

Сердце Ли Сюаньцзи вдруг забилось, как испуганный олененок. Неведомое ранее тепло разлилось по её телу, вызывая легкий трепет.

Плохая новость: она каким-то непонятным образом оказалась замужней женщиной.

Хорошая новость: этот нежданно-негаданно появившийся муж, кажется, очень сильно её любит?

— Ты… не мог бы ты выйти на минутку? — Ли Сюаньцзи отвела взгляд и пробормотала:

— У меня сейчас сумбур в голове… хочу побыть одна.

Цзян Линь с неохотой посмотрел на неё и согласился:

— Хорошо. Я буду ждать во дворе. Если тебе что-нибудь понадобится, Сюань-эр, сразу зови меня.

— Угу…

Цзян Линь поставил лекарство и, поминутно оборачиваясь, вышел за дверь.

Как только он переступил порог, уголки его губ внезапно изогнулись в улыбке. Выражение преданной влюбленности на лице сменилось азартом.

Получилось!

Всё прошло даже гладче, чем планировалось.

Дьяволица, Разрушающая Мир из истории «Тяньцин», воплощение злой воли Небесного Дао, величайший в мире практик на стадии Слияния с Дао – и она у него на крючке!

Весь мир должен благодарить меня за спасение!

Да, Цзян Линь обманул Ли Сюаньцзи. Всё, что он только что наговорил – наглая ложь.

Он вовсе не был её мужем. Он был лишь пушечным мясом, массовкой, которой суждено было погибнуть в апокалипсисе, устроенном Ли Сюаньцзи. В оригинальном сюжете у него даже имени-то не было.

Танос щелчком пальцев уничтожил лишь половину населения, а катастрофа, вызванная Ли Сюаньцзи, должна была унести жизни восьмидесяти процентов всего живого. Назвать её Дьяволицей, Разрушающей Мир, было ничуть не преувеличением.