Молодые воины жаждут подвигов

— Брат Ци, ты сначала отбери все по этому списку.

— Девятый брат, а ты выбирай по этому.

После ухода Ци Шиюнь Ляньшань Синь позвал Ци Вэньбиня и Ду Цзю на склад и протянул каждому по записке.

Ци Вэньбинь взял записку, взглянул на написанное и удивленно спросил:

— Здесь все для ковки мечей и редкие целебные травы. Брат, зачем тебе все это?

Ляньшань Синь не стал ничего от них скрывать, ведь Ци Шиюнь сказала, что в будущем эти двое станут его верными подчиненными.

— Брат Ци, то, что в твоей записке, — для господина Небесного Меча.

— Девятый брат, а то, что в твоей — для Третьего Лучшего Ученого Ци.

— Сначала отберем то, что нужно им, а потом уже выберем то, что пригодится и понравится нам.

— И в конце позовем братьев снаружи, чтобы все вместе разбогатели.

— Но, разумеется, как минимум половину нужно оставить.

Ци Вэньбинь и Ду Цзю были одновременно изумлены и обрадованы.

Ду Цзю тут же спросил:

— Третий Лучший Ученый Ци согласна?

Ляньшань Синь, покачав головой, серьезно ответил:

— Третий Лучший Ученый Ци об этом не знает. Все это — моя собственная затея и распоряжение.

Ду Цзю осенило:

— Господин Синь, это была моя идея, вы тут ни при чем.

Ляньшань Синь внутренне вздохнул: неудивительно, что Ци Шиюнь говорила, будто Ду Цзю одареннее Ци Вэньбиня.

Превосходство было видно невооруженным глазом.

Ци Вэньбинь среагировал на мгновение позже, но тоже быстро все понял и поспешно добавил:

— Это наша с Сяо Цзю общая идея.

— Хватит, это моя идея, и точка, — Ляньшань Синь прервал их заверения в преданности. — А теперь идите и приготовьте мои подарки для господина Небесного Меча и Третьего Лучшего Ученого Ци. Если небо рухнет на землю, я первым приму удар.

Он и Ци Шиюнь были не в равном положении, нужно было трезво оценивать свои возможности.

Нынешнее положение Ци Шиюнь позволяло ей иметь своих людей для грязной работы.

Ляньшань Синь — еще нет.

Он получит право взращивать собственных исполнителей, только когда официально вступит в «Девять Небес», получит Пилюлю Очищения Ци и станет Избранником Небес, утвержденным ветвью Небесного Избранника.

А до тех пор ему следовало относиться к Ду Цзю и Ци Вэньбиню как к братьям.

Впрочем, и после этого — относиться к ним как к личным секретарям и водителям.

— Пойду проверю, как там глава гильдии Цюй.

Ляньшань Синь спешил убить его, чтобы заткнуть навсегда.

Однако вскоре он обнаружил, что Ци Шиюнь уже сделала это за него.

— Разбойники из Демонического культа упрямы и неисправимы. Каждый вправе покарать их.

Глядя, как Ци Шиюнь мечом отсекает голову главе гильдии Цюй, Ляньшань Синь подавил подступившую тошноту и с тревогой произнес:

— Третий Лучший Ученый Ци, вы расправились с главой гильдии Цюй, не доложив господину Небесному Мечу. Не вызовет ли это его недовольство?

Третий Лучший Ученый Ци подняла один палец и объяснила:

— Во-первых, я наследница ветви Избранника Небес. Господин Небесный Меч может лишь отдавать мне распоряжения, но не решать мою судьбу. Девять Небес, девять ветвей — они не подчиняются друг другу, а лишь сотрудничают.

Ляньшань Синь молча запомнил эту информацию.

— Во-вторых, глава гильдии Цюй должен был умереть, и ты знаешь причину.

— Ученик готовился сделать это сам, я не хотел вас утруждать, — искренне сказал Ляньшань Синь. — Не стоило марать руки из-за такого пустяка.

Ци Шиюнь похлопала его по плечу и невозмутимо произнесла:

— Не стоит себя так принижать. Когда ты войдешь в число «Избранников», мы с тобой станем соратниками по Дао, будем поддерживать друг друга, помогать и доверять. Многого ты сейчас не понимаешь, но, когда по-настоящему овладеешь «Искусством Возведения Дракона», ты, естественно, поймешь, что я имею в виду.

Хоть Искусство Возведения Дракона и считалось величайшей ересью, но тот, кто его применял, и тот, на кого оно было направлено, вступали в отношения подлинной взаимопомощи, сотрудничества и обоюдной выгоды.

Разумеется, была и обратная сторона — умирать им тоже предстояло вместе.

Поэтому, когда сменяющиеся поколения Избранников Небес постигала неудача, всегда находился какой-нибудь принц, князь или принцесса, которых либо заключали под стражу в Управлении по делам императорского рода, либо они внезапно и скоропостижно умирали.

Все это Ляньшань Синь действительно поймет лишь со временем.

А пока он чувствовал лишь искреннее желание Ци Шиюнь переманить его на свою сторону.

— Ты должен быть морально готов. Глава гильдии Цюй с вероятностью в девять из десяти не успел никому рассказать о тысячелетнем снежном лотосе, иначе весь его род был бы немедленно истреблен. Но есть один шанс из десяти, что сведения все же просочились. Если это так, то о случившемся мог узнать предводитель Демонического культа, и тогда ты станешь для него бельмом на глазу и костью в горле.

Ляньшань Синь молча кивнул и непринужденно улыбнулся:

— Будем решать проблемы по мере их поступления. Третий Лучший Ученый Ци, ученик не в том положении, чтобы так много об этом думать.

— Хорошо сказано. Решительность в нужный момент — это тоже своего рода талант.

Судьбоносные встречи всегда удивительны.

Ци Шиюнь теперь чувствовала, что Ляньшань Синь все больше и больше ей по душе. Она и впрямь была гением, способным разглядеть жемчужину.

— Дела семьи Цюй я пока оставляю на тебя, а сама отправлюсь с докладом к господину Небесному Мечу. Когда закончишь здесь, съезди домой.

— Госпожа, а что если приспешники Демонического культа нанесут удар в спину… — с тревогой предположил Ляньшань Синь.

Ци Шиюнь усмехнулась:

— Если бы у Тысячи Ликов и впрямь хватило на это смелости, стал бы он прятаться и скрываться? Раздуть из этого скандал, чтобы «Девять Небес» перебросили сюда тяжелые силы? Ему что, жить надоело?

Небесный Меч — лишь один из Девяти Небес.

Если бы он не смог удержать ситуацию в Цзянчжоу под контролем, то из «Девяти Небес» явился бы не только он один.

— Не волнуйся, небо не рухнет.

Ци Шиюнь излучала непоколебимую уверенность, но Ляньшань Синь не понимал, откуда та черпает такую убежденность, ведь ее доводы не казались ему стопроцентно надежными.

Но он не собирался ставить под сомнение решение Ци Шиюнь.

Проводив ее из резиденции Цюй, Ляньшань Синь огляделся по сторонам, но, не заметив ничего необычного, вернулся обратно.

К этому времени у ворот резиденции Цюй уже собралось немало людей.

Но поскольку порядок поддерживали люди из «Девяти Небес», толпа снаружи не шумела.

Ляньшань Синь появился открыто, даже не помышляя о том, чтобы скрыть свою личность.

Всегда нужно карабкаться наверх, так зачем притворяться обычным?

По его опыту, если только он не сложит голову на полпути к своей цели, то до тех пор, пока он жив, его родителей будут окружать исключительно хорошие люди.

Десять лет назад отношение окружающих к нему зависело от положения его родителей.

Теперь, десять лет спустя, пришло время, чтобы окружающие относились к его родителям в соответствии с его собственным положением.

......

Когда силуэт Ляньшань Синя исчез из виду, за столиком у окна на втором этаже таверны, что в двух улицах от резиденции Цюй, мужчина и женщина отвели взгляды.

Женщина, нахмурившись, заговорила:

— Наставник, как по-вашему, нет ли здесь подвоха? Ци Шиюнь обнаружила вашего двойника, но не устроила облаву на весь город. Это очень странно.

— Ничего странного.

Напротив женщины сидел ничем не примечательный мужчина средних лет — такой, что брось его в толпу, и он тут же в ней затеряется.

Мужчина сделал глоток вина. Горький напиток обжег горло, и он, кашлянув, сплюнул кровь.

Мужчина жестом остановил обеспокоенную женщину, вытер уголки губ белоснежным платком и спокойно произнес:

— Не волнуйся, я не умру.

— Наставник, вы считаете, что Ци Шиюнь и вправду настолько глупа, что не додумалась до облавы на весь город? Или же она просто не осмелилась?

— Ошибаешься.

Мужчина улыбнулся:

— Ци Шиюнь боится, что если она и впрямь меня схватит, то что тогда?

Женщина замерла:

— Наставник, я не понимаю.

Мужчина пояснил:

— В «Девяти Небесах» есть девять ветвей наследия, а помимо них — три большие фракции. Крупнейшая из них стремится сохранить нынешнее положение дел. Другая фракция не любит ввязываться в распри, это отшельники «Девяти Небес», которые редко покидают свои укрытия. Эти две фракции не являются врагами нашего Священного культа. Лишь одна, самая слабая фракция — наш заклятый враг.

— Что это за фракция?

— Молодая гвардия «Девяти Небес», и Ци Шиюнь — одна из ее лидеров. Самая характерная черта этой фракции — юношеский пыл и выдающийся талант от рождения. Однако у них еще нет власти, способной перевернуть Поднебесную, и они еще не вписали свои имена на скрижали Цзянху и на страницы истории.

Договорив, мужчина тихо вздохнул:

— Но эти люди больше не хотят ждать. Молодые воины жаждут подвигов.