Тысяча Ликов

Ляньшань Синь видел, что Сяо Ци, вероятно, уже давно застрял на пике Сферы Очищения Ци и, судя по всему, самостоятельно прорваться не мог.

Иначе он бы не так быстро «понизил» себя до «Сяо Ци».

И это было логично. Настоящий, несгибаемый герой Цзянху вряд ли бы вступил в тайную службу.

Нормальным было то, что все они, как и Ляньшань Синь, были «партией прогресса».

— Казначей Цюй, мой брат Ци жаждет лекарств. Не хотите ли вы сотворить доброе дело?

Ляньшань Синь снова перевел взгляд на казначея Цюя.

Казначей Цюй очень хотел сотворить доброе дело, но у него не было такой возможности.

— Господин Синь, ключи от склада хранятся у господина и юного господина. Я могу лишь патрулировать снаружи, господин никогда не пускал меня на склад.

Глаза Ляньшань Синя загорелись:

— Точно! Раз глава гильдии Цюй — член Демонического культа, он, скорее всего, также отвечает за перевозку для них припасов. В складе семьи Цюй, вероятно, хранятся сокровища, необходимые культу, а также небесные материалы и земные сокровища для совершенствования.

Услышав это, глаза Ци Вэньбиня тоже заблестели.

— Сяо Цзю.

— Готово.

Ду Цзю подошел, держа в руках связку ключей.

А Цюй Цзюньцзе в это время уже лежал на полу, дергаясь в конвульсиях.

Было видно, что он еще жив, но его допрашивали с пристрастием.

Ляньшань Синь не собирался заступаться за Цюй Цзюньцзе. Законы Великой Юй не защищали преступников.

К тому же, официальные члены «Девяти Небес» теоретически были вне закона и даже не обязаны были соблюдать многие законы Великой Юй.

— Это ключи от склада семьи Цюй.

Взгляды всех троих были прикованы к ключам в руках Ду Цзю.

Дыхание Ци Вэньбиня участилось.

А вот Ду Цзю, напротив, колебался.

Он был еще молод и не достиг узкого места в своем совершенствовании, поэтому не испытывал острой необходимости в прорыве.

Но самое главное:

— Семья Цюй — тайное логово Демонического культа. Если мы и впрямь найдем там бесценные сокровища… мы трое не сможем с этим справиться и, скорее всего, навлечем на себя беду.

Выражение лица Ду Цзю теперь сменилось на такое же серьезное, как было у Ци Вэньбиня:

— Господин Синь, брат Ци, простой человек не виноват, но вина его в том, что он обладает сокровищем. Мы не должны губить себя.

Ци Вэньбинь глубоко вздохнул, и разум возобладал над жадностью:

— Сяо Цзю прав. Если бы семья Цюй была просто обычной торговой гильдией, это было бы одно. Но раз это логово Демонического культа, все усложняется.

Ляньшань Синь был удивлен здравомыслием рядовых членов «Девяти Небес».

Сохранять разум перед лицом огромного богатства было нелегко.

— Мы, конечно, не должны губить себя.

Ляньшань Синь сразу задал тон.

Ду Цзю внутренне успокоился.

Он и впрямь боялся, что Ляньшань Синь не сможет себя контролировать, и в итоге они втроем станут мишенью для всех.

— Мы доложим об этом третьему Лучшему Ученому Ци и позволим ей принять решение.

Когда небо падает, первыми под удар попадают самые высокие.

Ци Шиюнь шла по пути бессмертных и в «Девяти Небесах» определенно была не последним человеком. Она должна была справиться с этим делом.

— Брат Ци, каковы правила конфискации имущества в «Девяти Небесах»? — спросил Ляньшань Синь.

Теоретически, все конфискованное имущество должно было поступать в казну.

Но это было лишь в теории.

На практике те, кто проводил конфискацию, определенно оставляли что-то себе.

А вот сколько именно, зависело от организации.

Ци Вэньбинь честно ответил:

— Я тоже впервые участвую в конфискации.

Ляньшань Синь:

— …Девятый брат, а ты знаешь?

Ду Цзю горько усмехнулся:

— Я, как и брат Ци, впервые на таком задании. Нам, новичкам, по идее, положено просто молча следовать за старшими.

Просто им повезло, и Ци Шиюнь приставила их к Ляньшань Синю.

— Похоже, придется спросить у третьего Лучшего Ученого Ци.

— Нельзя.

Ду Цзю и Ци Вэньбинь сказали это в один голос.

Ляньшань Синь удивился.

Ду Цзю объяснил:

— Третий Лучший Ученый Ци — гений от природы. Поступив в «Девять Небес», она сразу стала ученицей Избранника Небес и стремительно поднималась по служебной лестнице. Она… всегда была честной и справедливой, и никогда не связывалась с подобными делами.

Ляньшань Синь был поражен:

— Третий Лучший Ученый Ци настолько праведна?

Ду Цзю и Ци Вэньбинь кивнули.

— Что поделать, таким гениям, как третий Лучший Ученый Ци, все, что им нужно, готовят другие. Ей не нужно соприкасаться с серыми зонами. Гениям такого уровня не нужно самим строить козни. Для несравненных талантов все по умолчанию предоставляют особые условия, — с чувством произнес Ци Вэньбинь.

В его голосе слышалась зависть, но не ревность.

Когда разница в уровне слишком велика, ревность исчезает.

Ляньшань Синь подумал и понял.

В его прошлой жизни академики, занимавшиеся научными исследованиями, тоже пользовались привилегиями, недоступными простым людям. Как и сказал Ци Вэньбинь, для несравненных талантов все по умолчанию предоставляют особые условия, и это было вполне разумно.

И самое главное, талант Ци Шиюнь проявлялся в пути бессмертных.

Она сказала, что он тоже может идти по этому пути.

Ляньшань Синь внезапно оживился.

Особые условия — это хорошо.

Ему нравилась среда, где уважают таланты.

— Ничего, я поговорю с Третьим Лучшим Ученым Ци.

Ляньшань Синь не верил, что Ци Шиюнь была из тех, кто получал все, не прилагая усилий.

Таких людей в мире не существовало.

Даже таким гениям, как те академики, чтобы получить звание, приходилось проявлять свои способности.

Академикам, чтобы получить больше финансирования на свои проекты, тоже приходилось строить планы.

Даже император Юй, правивший этой Поднебесной, не мог сделать всего, что хотел. Иначе в мире не было бы Демонического культа.

Ду Цзю и Ци Вэньбинь слишком долго пробыли в «Девяти Небесах» и, очевидно, смотрели на Ци Шиюнь через розовые очки.

У Ляньшань Синя их не было.

— Не дайте демонам из культа уйти!

— Сдавайтесь, и мы оставим вас в живых.

— Упрямцы.

Внезапно снаружи раздались крики и звуки боя.

Ляньшань Синь даже услышал голос Ци Шиюнь.

Он незаметно поставил Ци Вэньбиня и Ду Цзю перед собой.

Подумав, он подтащил и Цюй Цзюньцзе с казначеем, поставив их тоже перед собой.

Хоть это и было не слишком полезно, но давало хоть какое-то душевное спокойствие.

Ци Вэньбинь, увидев действия Ляньшань Синя, усмехнулся:

— Брат, не волнуйся. На этот раз с господином Небесным Мечом в Цзянчжоу прибыли лучшие бойцы. Поймать этих демонов — для них не проблема.

— А старейшину-то все равно упустили.

Это сказал не Ляньшань Синь, он был не настолько бестактен.

Это сказал Цюй Цзюньцзе.

Ци Вэньбинь усмехнулся, бросив взгляд на Цюй Цзюньцзе, и не стал ничего объяснять.

Ду Цзю тоже усмехнулся.

Ляньшань Синь, глядя на их реакцию, почувствовал что-то странное.

Но он не стал спрашивать.

Примерно через четверть часа снаружи все стихло.

Ци Вэньбинь прислушался и сказал Ляньшань Синю:

— Все в порядке. Кому положено быть схваченным — схвачен, кому положено сбежать — сбежал.

— Сбежал?

Ляньшань Синь ухватился за главное.

— Сбежал? Как вы могли дать им сбежать? Разве вы, «Девять Небес», не очень сильны?

Реакция Цюй Цзюньцзе была куда более бурной, чем у Ляньшань Синя.

И это было нормально.

Если демоны из культа сбежали, его, как предателя, ждала самая суровая месть.

— Вас было так много, вы окружили их, как в бочке, и все равно дали им уйти?

Цюй Цзюньцзе был на грани срыва.

Ляньшань Синь явно не собирался его утешать.

Он жестом велел Ци Вэньбиню открыть дверь.

И увидел Ци Шиюнь, сидевшую в центре дома Цюй.

Ее одежда была в крови, и она протирала шелковой тканью свой все еще капающий кровью драгоценный меч.

У ее ног лежали два трупа с открытыми глазами.

Дом Цюй был наполовину разрушен.

Ляньшань Синь не знал, как описать свои чувства, потому что, кроме Ци Шиюнь, он видел еще несколько изуродованных трупов.

Для него это было сильным потрясением.

Но Ляньшань Синь сказал себе, что нужно к этому привыкать.

— Третий Лучший Ученый Ци, старейшина Демонического культа казнен? — спросил он о самом главном.

Это была самая большая заслуга, достаточная, чтобы он сразу получил Пилюлю Очищения Ци.

К сожалению, ответ Ци Шиюнь его разочаровал.

— В доме Цюй действительно скрывался старейшина Демонического культа, вот только сам глава гильдии Цюй не знал, что это был двойник.

— Двойник? — Ляньшань Синь был поражен.

Неужели то, что он видел своим даром, тоже был двойник?

— Да, двойник. Господин Небесный Меч охотился на главу Демонического культа, занимающего первое место среди четырех старейшин, Демона Тысячи Ликов. Тысяча Ликов мастер маскировки и скрытности, его искусство перевоплощения не имеет равных в Поднебесной. Иначе он бы не смог скрываться в Академии Пещеры Белого Оленя двадцать лет и уйти живым от господина Небесного Меча.

— Семья Цюй была для Тысячи Ликов лишь прикрытием для отхода, а тот двойник, вероятно, был выпущен им намеренно, чтобы отвлечь внимание. Конечно, возможно, это была и проверка для семьи Цюй.

— Теперь, боюсь, мы спугнули змея в траве.

Сказав это, Ци Шиюнь, увидев, как помрачнело лицо Ляньшань Синя, утешила его:

— Это не твоя вина. Хоть мы и не поймали Тысячу Ликов, но в доме Цюй действительно скрывались демоны из культа, так что ты все равно совершил подвиг, а не ошибку. Тысяча Ликов — это могущественный демон, который смог уйти даже от меча господина Небесного Меча. То, что мы его не поймали, вполне нормально.

Ляньшань Синь глубоко вздохнул и от всего сердца произнес:

— Сколько же в Поднебесной героев.

Даже имея такой козырь, он должен был оставаться скромным и осторожным.

Ни в коем случае нельзя было недооценивать героев Поднебесной.