Глава 10.0
Поздним вечером того же дня Джейд сидел на диване в пустой комнате.
Рядом с ним на низких креслах расположились остальные члены «Серебряных Клинков» – Лоу и Лулули, а также управляющий Гильдией Глен и его личный секретарь Фили. Все они сидели вокруг низкого стола, устремив друг на друга напряжённые взгляды.
Поскольку существовала большая вероятность, что слух о реликвии приведёт к пробуждению тёмного бога, они собрались на тайное чрезвычайное совещание.
В тяжёлой тишине Джейд первым подал голос.
– Слух, значит… – пробормотал он. – И как же странно. Почему он пополз именно сейчас, вот так ни с того ни с сего?
Искатели, конечно, часто обмениваются новостями в отделениях, в тавернах да при встречах в подземельях – оттого молва и разлетается быстро, и бывает, что вместе с правдой ползёт и ложь.
– Мне вот что кажется странным: слух разгорелся с невиданной силой, как только все прознали про умение Диа… Вам не чудится в этом что-то неладное? – спросила Лулули.
– Это точь-в-точь как тогда с Руфусом, – заметил Джейд, и все присутствующие сглотнули.
Месяц назад один искатель по имени Руфус убил собственных товарищей, чтобы возродить тёмного бога. Он затаил злобу на «Серебряных Клинков» и замыслил уничтожить их с помощью того самого бога, но в конце концов пал жертвой того, кого пробудил.
– Руфус твёрдо верил, что в скрытом подземелье есть реликвия, способная даровать умение Диа. Этот слух – того же поля ягода. Вряд ли тут одно простое совпадение, – Лоу уловил мысль Джейда. – Выходит, есть некто, кто подбил Руфуса, и этот же некто намеренно распускает теперь такие слухи?
– Вполне возможно. Некий человек, знавший о тёмном боге, мог рассказать о нём Руфусу, а потом отправил его в Белую Башню. И вот теперь тот же человек сеет слух о реликвии, дающей умение Диа, чтобы взбудоражить низовых искателей и заставить их искать скрытые подземелья.
– … – Лоу умолк, слушая предположения Джейда.
Лицо его побелело от страха – должно быть, он пытался представить, чего же добивается некто, сведущий о тёмных богах.
– Ты хочешь сказать, что они используют искателей, чтобы возродить тёмных богов?
– К такому выводу я вынужден прийти. – Джейд хотел бы этого отрицать, если б мог, но со вздохом кивнул.
Тёмные боги, что дремлют в скрытых подземельях, могут вернуться к жизни, пожирая человеческие души. Попросту говоря, возродить их способен всякий, у кого есть собственная жизнь на заклание.
– И что же у них в голове? Что за мерзкие людишки… – с гримасой горько пробормотал Лоу.
Чему тут удивляться – тёмный бог, с которым отряд Джейда «Серебряные Клинки» сражался месяц назад, оказался врагом невиданной мощи, какого они прежде не видывали.
Нет – тёмные боги были не просто «врагами невиданной мощи». Они могли пользоваться несколькими умениями Диа – высшим классом умений – и обладали огромной устойчивостью к атакам. Именно благодаря этим качествам они за одну ночь уничтожили древних. Современным людям вряд ли когда-либо удастся сравниться с ними, ни в науке, ни в силе. Тёмные боги – почти что сама стихия.
– Ты прав, Джейд, – Глен, до сих пор терпеливо внимавший, наконец, подал голос. – Простым совпадением столько общего между этим слухом и поступками Руфуса не объяснишь. Кто-то определённо дёргает за ниточки. Не окажись нашей девоньки… да что б тогда было, вырвись тот тёмный бог из Белой Башни да явись в город, – и говорить страшно.
Глен не сказал больше ни слова, но всякий без труда мог вообразить эту жуткую картину.
Давным-давно древние, населявшие континент Хелькасия, обладали передовыми знаниями и могучими способностями – умениями Диа. Но в одну ночь они исчезли с лица земли, оставив лишь развалины. В народе принято считать, будто древние своей жадной тягой к исследованиям прогневали богов, но всё было не совсем так.
Истина же в том, что древние сами создали реликвии, именуемые «тёмными богами», – те обладали невероятно прочными телами и чудовищной силой. По иронии судьбы именно эти создания за одну ночь уничтожили наследие своих творцов.
Если таких опасных существ выпустить из скрытых подземелий, человечество неминуемо разделит участь древних. При одной мысли об этом у Джейда внутри всё леденело. На этом континенте дремлет ещё множество таких опасных сущностей.
– Если такое повторится и тёмный бог возродится снова… – проговорил Джейд.
Лоу и остальные сглотнули. Внезапно их накрыла тишина, и это гнетущее безмолвие длилось несколько секунд…
– Слушайте, вы…
Вдруг низкий голос врезался в тишину.
Все подняли головы и уставились на говорившего.
Холодный свет комнаты озарял горы бланков заказов. Полки ломились от хранящихся бумаг, столы стояли аккуратными рядами. Из-за одного из столов, который каким-то чудом был и сверху, и вокруг завален кипами документов, исходила гнетущая аура – кто-то сверлил их убийственным взглядом.
Это была Алина, которая славно проводила время за сверхурочной работой.
– Тёмные боги, белые боги, да хоть чёртик из табакерки… Вы какого рожна тут собрались? Я здесь, между прочим, на сверхурочных горбачусь…
Да, место, где собрались Джейд и компания, было рабочим кабинетом Иффольского отделения. Они использовали стол и диван для гостей, чтобы провести своё экстренное совещание.
– Мне, конечно, совестно, но уж на сей раз не обессудь, девонька – ах да, вот, это тебе… – с громким смехом, разбившим тяжёлую атмосферу, управляющий Гильдией Глен Гария – человек, которому в принципе не пристало находиться в таком скромном месте – почесал в затылке.
А его личный секретарь Фили, стоявшая рядом, молча протянула Алине корзинку с закусками.
– Не можем же мы обсуждать тебя или что там про тёмных богов в главном здании Гильдии – никогда не знаешь, кто подслушивает. Да и тебе небось не хочется, чтобы посторонние про такое прознали, верно?
– Но есть же и другие места для разговоров! Нельзя ли пошептаться о таких жутких вещах где-нибудь не у меня над ухом, пока я тут под сверхурочными подыхаю?!
– Ну полно, Алина. Как закончим совещаться – поможем тебе с твоей лишней работой.
– Вы всегда так говорите, а сами меня в это втянуть хотите, да?!
– Ох!
– Я не куплюсь на это! Так и знайте, к тёмным богам всяким я ни ногой! Это ваша забота!
– С-совершенно с тобой согласен… – Глену нечем было крыть, он только кряхтел.
Рядом с ним Джейд с беспокойством понизил голос:
– Главное, ты ешь как следует, Алина? Щёки у тебя что-то совсем осунулись… Говорят, когда худеют, то в первую очередь с груди уходит, так что ты смотри…
– Что ты сказал?! – Алина одним убийственным взглядом заставила Джейда замолчать.
Лулули вмешалась с тревогой:
– Алина, я же тебе говорила, что пить слишком много зелий вредно… Когда устаёшь, надо пить что-нибудь успокаивающее, травяной чай, например…
– От такого изысканного пойла моя усталость не пройдёт…
– Я готовлю довольно сносно. Приготовлю тебе чего-нибудь питательного потом, Алина.
– Плевать мне на питание! Единственное, чего я хочу – это Столетний фестиваль! – брови Алины сдвинулись ещё сильнее, она сжала гусиное перо в кулаке. – Знайте, для меня это тоже чрезвычайная ситуация!
Проигнорировав совет Лулули, Алина хлобыстнула зелье – верного друга всех, кто жжёт полночное масло, – и оскалилась, сверкая устрашающим взглядом.
– Это не просто сверхурочные! Мой… мой шанс попасть на Столетний фестиваль висит на во… – не договорив, Алина вдруг запнулась, словно что-то осознав.
В следующий миг глаза её внезапно засверкали, и она повернулась к Глену:
– Знаю! Если вы, управляющий, остановите время своим умением, я же смогу доделать оставшуюся работу и уйти домой вовремя?!
«Хронос Сигурта» был умением Глена останавливать время. Это редчайшая способность, в бытность его искателем, принесла ему славу сильнейшего из когда-либо живших.
Но Глен печально отверг Алинину затею.
– Прости, девонька, но это невозможно. Хоть моё умение и умеет останавливать время, вмешиваться в события оно тебе не позволит. Время не тронется ни для кого, кроме меня – ну и тебя, ты у нас исключение, – так что если ты попробуешь заняться бумагами, пока действует «Хронос», твоё перо не шелохнётся, как и всё остальное.
– Не может быть…
Подумав, она и сама понимала, что такого удобного умения не существует, но Алина была готова хвататься за любую соломинку. Взгляд её уныло упал на книжечку, почти погребённую под ворохом бумаг на краю стола. Это был путеводитель по фестивалю – тот самый, что каждый год раздают туристам в преддверии Столетнего праздника.
Джейд взглянул на потрёпанную обложку и увидел, что Алина исписала её донельзя подробными сведениями. Если одна только обложка кишела пометками, что уж говорить о внутренних страницах. Алина ещё вчера проявляла неестественную одержимость праздником, то и дело поминая Столетний фестиваль туда и сюда; она ждала его с необычайным, прямо-таки болезненным нетерпением.
– Может, я в этом году и вовсе на Столетний фестиваль не попаду… У-у… у-у-у…
– Алина…
Джейд не находил слов, глядя, как Алина, утопая в сверхурочных, плачет жалобно и горько. В этой кладбищенской атмосфере он мягко положил руку на её маленькое вздрагивающее плечо.
– Ещё рано сдаваться, Алина.
– А? – она с испугом подняла голову.
Джейд ободряюще улыбнулся ей и ткнул большим пальцем в себя.
– Ты что, забыла? У тебя же есть спасите…
– Забыла, – мгновенно ответила Алина, не дав ему договорить.
– Эй, ты же явно помнишь! – Джейд смутился. – Если я как следует возьмусь помочь тебе с твоей лишней работой, мы управимся в два-три раза быстрее, чем обычно! Заруби себе на носу: я отведу тебя на Столетний фестиваль!
– Ты это говоришь, а сам подкинешь какое-нибудь жуткое условие, полное задних мыслей!
– Ох!
Алина была на редкость проницательна. Она оказалась права на все сто.
– Ой, да я просто подумал, что в обмен на помощь со сверхурочными неплохо бы сходить с тобой на Столетний фестиваль как на свидание.
– Кто ж согласится на такое условие?!
– Тогда два дня… нет, один день! Один день меня устроит! Я согласен на один день, давай сходим на свидание!
– Да я лучше сдохну!
– Т-ты так против?! – теперь пришёл черёд Джейда рыдать от такого полного отвержения.
– Вы, кажется, не так меня поняли. Когда я хочу от всей души насладиться чем-то, я хочу пережить это в одиночестве. Не хочу я думать о спутнике и подстраиваться под его прихоти! Я из тех, кто любит ходить за покупками и всё такое одна!
Если она так настроена, у Джейда не оставалось ни единого шанса даже сунуть нос в дверь. Но он не желал сдаваться, стиснул зубы и приблизился к ней.
– Н-но, Алина! Ты раньше никогда не была на фестивале, так что, может, и не знаешь, но там полно парней, которые подкатывают к девушкам! Милашка, гуляющая одна – это почти что приглашение. Их называют «лёгкой добычей»! А со мной тебе бояться нечего.
– Так и знай, ты такой же надоедливый, как и те парни.
– Но лучше же быть с надоедой, которого ты хоть знаешь, верно?
– С чего это?
– Тогда свидание со…
– Нет! С какой это стати мне позволять всяким назойливым типам мешать делать то, что я хочу?
– Однако при таком раскладе не факт, что ты вообще попадёшь на Столетний фестиваль, – заметил Джейд.
– У-у-у! – Алина подавилась и замолчала. Затем опустила голову и начала бормотать. – Но… да, это правда… одной мне со всем этим не справиться…
Она сжала губы и уставилась на документы.
– Придётся… наверное, пойти на маленькие жертвы… Столетний фестиваль длится три дня… Если я смирюсь с тем, что один день проведу с этим увальнем, то остальные два смогу насладиться по-настоящему… Даже если один день меня будет тошнить от одного его вида, два других это перекроют…
– Ты иногда говоришь свои мысли вслух, Алина… Но я знаю, ты специально…
– Ладно, – наконец сдаваясь, Алина с крайним раздражением согласилась на условия Джейда.
– П-правда?!
– Но в обмен! Я непременно пойду на Столетний фестиваль! Мы в лоскуты разнесём эти сверхурочные!
– Положись на меня! Давай сделаем это, Алина.
– Ах вы, двое… – видя, что их разговор наконец закончился, Глен, улучив момент, неловко подал голос. – Ваша супружеская перебранка, конечно, забавна, но не пора ли вернуться к нашей теме…
– А?! – Алина мгновенно запустила кулаком Глену в лицо, и крупный мужчина опрокинулся вместе с диваном.
Фили, до того прятавшаяся в тени, как привидение, побледнела и бросилась к нему.
– У-управляющий?!
– Слушайте… у меня от сверхурочных нервы на пределе… Ещё одна такая бесцеремонная отеческая шутка – и я выбью вам два передних зуба…
– П-прости…
Шатаясь и возвращая диван на место, Глен откашлялся и уже собрался вернуться к разговору, как вдруг…
Раздался глухой удар – и гора из перемешанных документов, наваленная на соседнюю полку, рухнула вниз.
От неё с недоумённым «А?» отвёл взгляд Джейд – а перед глазами у него, как спички в коробке, начали обваливаться одна за другой соседние бумажные горы, и в мгновение ока пол покрылся ворохом бланков.
Челюсть у Джейда отвисла.
– Не может быть… это всё… непроведённые документы?!
– Верно… – простонала Алина, ковыляя разбирать бумажные завалы.
Джейд было свято уверен, что все непроведённые бланки – это только те, что навалены на Алинином столе, но, видимо, он был наивен. Лулули и Лоу, не в силах стоять сложа руки, подошли помочь – а Алина тем временем медленно сминала в кулаке какой-то документ.
– С меня хватит… с меня хватит… – в её нефритовых глазах блестели слёзы, и секунду спустя она уставилась на Глена. – Слушайте… В тот раз вы сказали, что кто-то нарочно распускает слух о реликвии, верно?!
– Д-да… весьма вероят…
– Так передайте тому, кто эту байку распускает, – я сама его прикончу!
Одного Алининого взгляда хватило бы, чтобы убить человека десять раз подряд, и даже такой бывалый искатель, как Глен, затрясся как осиновый лист.
– Н-ну, мы кое-как сузили круг, но кто именно – пока не знаем… Да и если вы поколотите распространителя слухов, твои сверхурочные от этого не уменьшатся…
– Говорите! – искривив лицо от злобы и ярости, Алина оскалилась, надвигаясь на Глена. – Они же всё ещё бессовестно распускают эту байку, верно? И продолжают убеждать искателей, что она правдива, так ведь? Я не могу оставлять их в живых ни минуты, ни секунды. Правда?!
– Н-ну, это, конечно, непростительно. Только мне бы хотелось выведать кое-что у этого распространителя, так что оставь его живым, будь добра.
– В этом году Столетний фестиваль… смысл моего существования!!! На карте свобода и достоинство простой регистраторши и труженицы!!! А они посмели… раздавить это каким-то дурацким слухом!!! Ну уж нет! Я сама своими руками их прикончу!!!
Алинин яростный вопль разнёсся по ночному отделению. Её бешенство, за которым не последовало ни слова утешения, сковало кабинет ледяной неподвижностью.