Глава 4.0

На следующее утро в Иффольском отделении, ещё до начала работы, Алина и Лайла обходили зал для посетителей, протирая окна и скамьи. В тишине, без начальников и старших коллег, им, самым младшим, выпала тяжкая доля – с утра пораньше наводить чистоту.

– Ну всё, заново начнём тянуть лямку! Всё это – ради Столетнего фестиваля!

– А ты прямо горишь этим, Алина.

Лайла, заметив необычный задор подруги, понимающе улыбнулась.

– Как же отрадно видеть тебя такой бодрой – и не только мне!

– Хе. Ещё бы не бодриться. В этом году я непременно, точно и беспрекословно пойду гулять на Столетний фестиваль.

Теперь у Алины была цель: поучаствовать в Столетнем фестивале. Зажмурившись, она представила чудное зрелище, что ждёт её через несколько дней. Вот она бродит среди гомонящей толпы, заглядывает в уличные палатки – одну за другой, наедается досыта вкусностями, покупает редкости со всей земли, попивает доброе вино и веселится до полуночи. Одна лишь эта картина наполняла её безграничными силами. До чего же славен Столетний фестиваль…

– Алина, тебе не кажется, что в последнее время в наше отделение стали захаживать чаще?

Алина вздрогнула – небрежный вопрос Лайлы вырвал её из сладостных грёз.

– У нас-то всё тихо да гладко, но посетителей, пожалуй, стало больше? Хотя и понемногу, но вереница не иссякает. Не странно ли это, если Особые Праздничные Надбавки ещё не начались? – Лайла вопросительно склонила голову.

– Да, ты права, – невнятно пробормотала Алина рядом.

Алина и сама давно заметила то, о чём толковала Лайла. Более того – она же каждый день подбивала итоги: сколько заказов берут в отделении. Цифры не лгали – заказов и впрямь стало больше, чем в прошлом году в это же время.

– И с чего бы это? – вслух удивилась Лайла.

Но Алина предпочла прикинуться дурочкой и промолчала.

Ибо знала: причина этой малой смуты – в конечном счёте она сама.

Однако сколь ни старалась Алина изображать неведение, Лайла угадала верно.

– Может, всё из-за того тайного заказа, что нашли месяц назад…

– Может быть… да…

Искатели берутся за разные поручения – от личных просьб до зачистки подземелий. Все эти заказы собирает Гильдия и без изъятия вывешивает на всеобщее обозрение.

Но тайные заказы – совсем иное дело, их Гильдия и знать не знает.

О таких ходили легенды с незапамятных времён. Искатели приукрашивали их с годами: дескать, принявший тайный заказ отыщет скрытое подземелье или заполучит особые реликвии. Однако тайные заказы оставались не более чем выдумкой. По крайней мере, так было до одного месяца назад.

– Но чтобы тайный заказ прятался внутри реликвии – вот это да! – Лайла отбросила сомнения, глаза её засверкали от любопытства. – И кто ж его отыскал? Реликвии же из самых твёрдых веществ сделаны! Надо быть нечеловечески сильным, чтобы её раскрошить!

– Наверное… кто бы это мог быть? – коротко ответила Алина, отворачиваясь и холодея от пота.

Это сделала она.

Месяц назад Алина случайно разнесла реликвию вдребезги и обнаружила внутри тайный заказ. И, как гласило предание, за ним открылось подземелье – Белая Башня.

Официально считалось, что Белую Башню прошли и зачистили «Серебряные Клинки», едва не сложив там головы. Но правда в том, что Алина была к тому походу самым непосредственным образом причастна.

Как бы там ни было, теперь все знали: тайные заказы существуют и действительно ведут к скрытым подземельям.

После этого искатели принялись скупать все реликвии, какие могли достать, в надежде найти ещё тайных заказов. Все они искали «особые реликвии» – те, в которых, по слухам, заключены скрытые подземелья. Оттого и выросло число заказов за последнее время.

– Но Гильдия раз за разом предупреждает: не искать тайные заказы без должной осторожности, ведь скрытые подземелья опасны… – заметила Алина. – Неужто всем этим искателям жить надоело? Даже «Серебряные Клинки» едва из такого подземелья живыми вышли.

– А это их не останавливает. Если найдёшь тайный заказ – добудешь из скрытого подземелья особую реликвию! Так ведь это же сокровище, верно?

– …

Реликвии – наследие древних, чья цветущая цивилизация погибла в одну ночь. Теперь, когда древних нет, создать что-то столь же совершенное – почти невозможно. Потому та утерянная наука и стоит бешеных денег. Для искателей такие вещи – сокровища несравненной цены.

– И притом сокровище особое! Эти реликвии, наверное, диво как хороши, если их даже с золотом и серебром не сравнить!

– Возможно. Кто знает.

– У тебя совсем равнодушный вид, Алина.

– Мне просто неинтересно.

Алина, вопреки своим словам, отлично знала, что такое особые реликвии.

Золотые и серебряные сокровища? Найденная ими реликвия была совсем не тем.

Она имела облик человека, обладала чувствами и разумом, умела говорить, сражалась копьём, владела несокрушимым телом и несколькими умениями Диа, убивала людей со смехом – и, вдобавок, прервала Алинину сверхурочную работу. Реликвия по прозвищу «тёмный бог» была сущим наказанием. Вот что на самом деле скрывалось за «особыми реликвиями».

Тот тёмный бог, дремавший в скрытом подземелье, очнулся, пожирая людские души. Он оказался до того ужасен, что едва не убил Джейда – сильнейшего щитоносца в Гильдии – играючи. И хуже того – он был не один: тёмный бог обмолвился, что в земле дремлют и другие. Так что беда оказалась нешуточной.

Хотя месяц назад Алина каким-то чудом одолела ту тварь своим умением Диа, честно говоря, это было похуже сверхурочных. Страшно подумать, если неразумные искатели отыщут скрытое подземелье и разбудят дремлющего в нём тёмного бога.

Однако правду об особых реликвиях утаили от народа – побоялись, что начнётся смута. Сам управляющий гильдией, Глен Гария, велел Алине держать язык за зубами.

– Л-лучше давай о деле! – Алина выжала тряпку и перевела разговор. – Наша битва за право пойти на Столетний фестиваль начинается сейчас!

– Ах да, я вчера не успела спросить, но… – Лайла прервала уборку, повернулась к Алине с лукавой усмешкой и тут же скривила губы. – Если ты так настроена идти на Столетний фестиваль, значит… у тебя появился ухажёр!

– Ухажёр? – Алина хлопнула глазами от неожиданности.

Такого поворота она не ждала.

Лайла подскочила к ней, хитро сощурилась и ткнула подругу локтем.

– Ну будет, Алина, не притворяйся. Столетний фестиваль – это же классика, что надо, для свиданий!

– Что?

– А?

– Понятия не имею.

– Но все говорят: кто пойдёт на свидание в день Столетнего фестиваля, тот проживёт вместе сто лет. Потому некоторые пары даже из дальних деревень приезжают.

– Вон оно что… – Алина, сколько живёт в Иффоле, всегда работала в день Столетнего фестиваля сверхурочно, откуда ж ей было знать.

Впрочем, её это известие ничуть не заинтересовало, и она отмахнулась от Лайлиных слов. Но едва Алина вернулась к протирке, как Лайла схватила её за плечо и развернула обратно.

– Эй, эйэйэйэйэй, погоди-ка, пожалуйста. Если ты идёшь не на свидание, то с кем же ты собираешься?

– С кем? Одна.

– Одна?!?!

– А что такого?

– Н-но Столетний фестиваль будет полон влюблённых пар! Везде будут целоваться и миловаться! А ты хочешь в самую гущу? Жить надоело?!

– Не одним же парам Столетний фестиваль. Чем плохо наслаждаться в одиночку?

– Т-ты… такая сильная…

Лайла вытаращила глаза, будто пощёчину получила, и тут же обмякла.

– Значит, вот она… доля владычицы сверхурочных?!

– Эй.

– У-у… Я бы с радостью пошла с тобой, но, увы, у меня свидание с одним особенным человеком…

– Понятно.

– Тебе интересно, с кем?! Наверняка интересно! Ты же хочешь узнать, с кем твоя младшая коллега идёт на свидание!

– Вообще-то нет…

– Хи-хи. Только ты не пугайся, Алина. – Лайла перебила её, выпятила грудь и с гордостью объявила: – С великим Палачом!

Раздалось слабое «шлёп» – Алина поскользнулась на тряпке и живописно рухнула лицом вниз.

– Кха! Я… я ударилась обо что-то.

– Боже, не надо так пугаться!

– Да как же не пугаться?!

Палач – прозвище таинственного искателя, который внезапно стал притчей во языцех.

Его прозвали так за то, что он являлся в подземелья, где другие искатели застревали намертво, и в одиночку превращал главного здешнего злодея в котлету.

Палач носил плащ с головы до пят, скрывая свою наружность, так что никто не мог опознать его. Ещё он владел неведомым умением, позволявшим призывать боевой молот, которым он и месил врагов. Эта последняя черта сделала его городской легендой среди искателей.

Нет, точнее – это БЫЛО городской легендой.

Месяц назад Джейд из «Серебряных Клинков» засвидетельствовал, что Палач существует на самом деле. Впрочем, это не было неожиданностью – незадолго до того Палач объявился в Иффоле и своей огромной силой одолел беснующееся чудище. А сверх того – победил властелина скрытого подземелья и спас «Серебряных Клинков», когда те были на волосок от гибели.

Да, вы, наверное, уже догадались, что Палач – это и есть Алина. Два года назад, выбившись из сил от бесконечных сверхурочных, она неожиданно обрела умение Диа, а потом принялась зачищать главных злодеев, что мешали проходу… Но прежде чем она опомнилась, её подвиги породили целый ворох слухов.

Свидание с Палачом… Быть того не может! Неужели кто-то её дурачит?!

Лайла, конечно, бывала порой простовата и питала особую слабость к этому загадочному Палачу. Если какой-нибудь проходимец скажет Лайле, что он и есть Палач, Алина легко могла представить, как та поверит.

Алина похолодела от пота. Надо браться за дело тонко.

Лайла же горделиво улыбнулась ей:

– Хе-хе-хе… Я понимаю, о чём ты думаешь. Мол, не бывать свиданию с Палачом. Но я запросто могу его устроить. Вот с помощью этого! – И она с воодушевлением выудила куколку размером с ладонь.

У куколки была большая голова, напрочь упрятанная в плащ. Лицо хоть и скрывал капюшон, зато за спиной красовался невероятно детализированный серебряный молот.

Поняв, что всё куда проще, чем она себе напридумывала, Алина моргнула в недоумении.

– Это… кукла Палача?

– Ну как тебе?! Я её вечерами мастерила! Теперь у меня свидание мечты – я пойду на фестиваль со своей куклой Палача!

– На неё что, заклинание наложено, чтобы превращаться в человека?

– А? Конечно нет. Кукла и есть кукла. Но ты только глянь, как я проработала каждую деталь! Смотри, капюшон снимается! А под ним я представила такие красивые черты, что дух захватывает! – Лайла пыхтела от усердия, наклоняясь к Алине и стаскивая капюшон.

Но Алина остановила её вздохом:

– Ладно-ладно, поняла. Вижу, куда ты клонишь, убери эту штуку.

Ей очень не хотелось говорить про Палача, но Лайла была начисто одержима таинственным искателем и при каждом удобном случае рассыпалась в любви к «нему». Уж если начнёт – не остановишь. В последнее время с ней стало муторно, так что Алина пресекала её на корню.

– … – Лайла уныло убрала куклу – видно, не получила желаемого.

Глядя на неё, Алина сжала кулак.

– Ну, каковы бы ни были наши причины, чтобы вылететь в дверь в день Столетнего фестиваля и пуститься во все тяжкие, нам нужно сделать только одно!

– Верно! – Лайла взяла себя в руки и тоже выбросила кулак. – У меня впереди восхитительное свидание с Палачом, так что надо как следует подготовиться к Особым Праздничным Надбавкам… – И вдруг запал Лайлы угас, она замолчала на полуслове.

Алина вопросительно взглянула на неё.

Лайла открыла рот, но слова не шли. Вместо этого губы её задрожали, лицо побелело. Она застыла как вкопанная, уставившись в одну точку.

– Что стряслось? – спросила Алина.

– А… Али… на… глянь…

Алина обернулась, куда указывала Лайла… и потеряла дар речи.

– Что… А?!

Она смотрела на вход в их отделение. Вращающиеся стеклянные двери были сделаны с помощью реликвии. Само по себе это было непримечательно, но вот что открывалось за ними – да.

За стеклянными дверьми, прямо у входа, уже толпилось несметное множество искателей приключений. Их глаза горели, как у голодных зверей, – они ждали той минуты, когда двери отворятся.

– Эй… че-его?!

Алина покачнулась при виде этого ужасного зрелища. Не один десяток нашествий за заказами она видала на своём веку, но такого несусветного безобразия – никогда. Голова сама повернулась к настенным часам.

До открытия оставалось всего несколько минут. А потом придётся распахнуть двери, сдерживающие всю эту ораву. Алина сглотнула.

Она почувствовала себя воином проигравшей стороны, окружённым вражескими полчищами.

– А-Алина… Что же делать… Что же теперь делать?

– Ч-что делать…? Открывать… и…

Остальные старшие регистраторы, уже появившиеся в конторе к тому времени, тоже перешёптывались, глядя на толпу за дверью.

– Ах! Лотки для непроведённых документов!

Алина очнулась и расставила множество лотков с пометкой «Не проведено» – те, что используют в часы наплыва. В них бросают заполненные искателями бланки заказов, а регистраторы, когда у окошек толпа, вписывают нужное потом, после работы. Алина также положила на стойки больше обычного самих бланков – она перешла в режим «аврал».

Тем временем Лайла робко отперла двери.

– До-о…

Она не сумела даже закончить обычное приветствие, как её трагически погребла под собой волна хлынувших внутрь искателей. Алина краем глаза наблюдала эту сцену, но выручать младшую коллегу было некогда, потому что…

– Открыли!

– Пусти, я первый!

– Молчать, не толкаться! Отвали, мать твою!

…искатели разом ринулись к приёмным окошкам, толкаясь и пихаясь с такой звериной силой, что пол ходуном ходил, и злобные крики перелетали через головы.

А после началось светопреставление.