Суверен реальности

Архивариус отшатнулся. Песочные часы в его руках — артефакт, способный останавливать время для малых объектов — внезапно треснули. Песок внутри них начал течь вверх, игнорируя гравитацию.

— Это невозможно... — прохрипел старик. — Никто не может контролировать два Гримуара одновременно. Твой разум должен был превратиться в кашу!

Юки медленно встал. Объединенный Гримуар теперь парил рядом с ним, его страницы медленно перелистывались сами собой. Юки чувствовал всё. Он чувствовал каждую пылинку в зале, каждое биение сердца Миры, каждое повреждение в теле Кайна. Но теперь эта информация не была сухими цифрами — она была ощущением.

— Ты прав, Архивариус, — голос Юки окреп, в нем снова появились человеческие полутона, но теперь они были глубокими, как гром. — Одной логики мало. Чтобы управлять материей, нужно её чувствовать. А чтобы управлять пустотой — нужно иметь смелость её принять.

Архивариус, понимая, что терять нечего, активировал свой последний козырь. Он разбил песочные часы о землю.

— Коллапс Времени!

Пространство вокруг Юки застыло в серой мгле. Всё — Кайн, Мира, падающие камни свода — превратилось в неподвижные статуи. Архивариус достал кинжал из холодного серебра и бросился к Юки. В остановленном времени Юки не мог двигаться. По крайней мере, так думал инквизитор.

Юки посмотрел на приближающееся лезвие.

— Вектор Материи: Твердость пространства.

Внезапно воздух перед Юки стал плотнее алмаза. Кинжал Архивариуса врезался в невидимую стену и разлетелся на тысячи осколков. Старик замер, его глаза расширились от ужаса. Юки медленно поднял руку и щелкнул пальцами.

Время возобновило свой ход с оглушительным звуком.

— Ты полагался на артефакты, — сказал Юки, делая шаг вперед. — Я же управляю самой сутью того, из чего сделаны эти артефакты.

Юки не стал бить Архивариуса. Он просто коснулся воздуха рядом с ним.

— Деконструкция.

Одежда Архивариуса, его магические амулеты и даже остатки его оружия мгновенно распались на атомы, превратившись в безвредное облако золотистой пыли. Инквизитор остался стоять в одних лохмотьях, полностью лишенный своей силы.

— Убирайся, — произнес Юки. — И передай отцу и Императору: Город Без Теней теперь под моей защитой. Если хоть один «солнечный» сапог пересечет границу тумана — я изменю вектор вращения их сердец на противоположный.

Архивариус, скуля от ужаса, бросился прочь в темноту туннелей.

Юки повернулся к друзьям. Его взгляд упал на Миру. Он подошел к ней и, помедлив секунду, осторожно коснулся её щеки. Теперь он чувствовал тепло её кожи. Он чувствовал, как сильно она переживала.

— Мира... — тихо сказал он. — Я вернулся.

Девушка не выдержала и уткнулась ему в плечо, содрогаясь в рыданиях. Кайн подошел сзади, тяжело дыша, но на его лице была широкая, окровавленная улыбка.

— Ну и напугал ты нас, пацан, — Кайн хлопнул его по здоровому плечу. — «Закон», значит? Пафосно звучит. Но ты ведь понимаешь, что теперь за тобой придет не Инквизиция? Теперь за тобой придет вся Империя. Ты официально стал угрозой мирового порядка.

— Знаю, — Юки посмотрел на новый Гримуар. — Но теперь я не один. Кайн, мне нужно, чтобы ты помог мне укрепить этот город. Если мы хотим выжить, Город Без Теней должен стать крепостью, которую не возьмет ни одна стихия.

В глубине библиотеки, за спиной Юки, Голем-Страж внезапно склонил голову. Древний механизм почувствовал нового хозяина — истинного Короля Материи и Пустоты.