Сердце Библиотеки и Шепот Камня

Спуск в подземелья под Городом Без Теней напоминал погружение в горло древнего чудовища. Стены здесь были сложены из черного сланца, который, казалось, впитывал даже звук шагов.

Юки шел, прижимая ладонь к раненому боку. Регенерация работала, но медленно — «холодное серебро» Архивариуса оставило в его теле след, который сопротивлялся восстановлению. Кайн шел впереди, освещая путь тусклым магическим фонарем.

— Мы входим в зону «Абсолютного Нуля», — прошептал Кайн. — Здесь даже мои фонари скоро погаснут. Гримуар Материи охраняет сам себя. Он не хочет, чтобы его нашли.

— Если он не хочет, чтобы его нашли, значит, у него есть вектор сопротивления, — подал голос Юки. Его тон был по-прежнему холодным, но в нем появилось некое подобие осторожности.

— Хватит мерить всё векторами, парень! — огрызнулся Кайн. — Просто слушай тишину.

Внезапно коридор расширился, переходя в гигантский зал, заставленный бесконечными стеллажами с книгами, которые обратились в пыль тысячи лет назад. В центре зала, на постаменте, окутанном густым серым туманом, покоился Гримуар Материи.

Но путь к нему преграждал не Инквизитор.

Перед ними стояла фигура, сотканная из самой темноты этого места. Это был Страж Хранилища — древний голем, лишенный магии, но обладающий массой целой горы.

— Он не двигается, — прошептала Мира, прячась за спину Юки.

— Он ждет первого шага, — ответил Юки. Он активировал зрение, пытаясь найти слабые точки. — Его плотность... она запредельная. Если он ударит, это будет равносильно падению метеорита.

— Я отвлеку его, — Кайн начал обнажать меч.

— Нет, — Юки шагнул вперед, отстраняя учителя. — Ты уже спас меня один раз. Твое тело не выдержит еще одного столкновения. Мой алгоритм уже обновился. Я... я попробую другой подход.

Юки пошел к постаменту. Голем мгновенно «ожил». Его каменные веки раскрылись, обнажая пустоту. Он замахнулся огромным кулаком, и воздух в зале застонал от давления.

«Вектор скорости врага: 40 м/с. Масса: 5 тонн. Моя смерть: неизбежна при прямом контакте».

Но вместо того чтобы ставить щит или уворачиваться, Юки закрыл глаза. Он вспомнил слова Кайна: «Слушай сердцем». Он перестал смотреть на голема как на объект. Он почувствовал его как часть пространства.

— Вектор пространства: Схлопывание точки, — прошептал Юки.

Вместо того чтобы менять голем, он изменил расстояние между собой и ним. В глазах Миры и Кайна это выглядело так, будто Юки на мгновение «мерцал» и оказался в метре за спиной монстра, даже не шелохнувшись.

Кулак голема врезался в пустое место, разрывая камни пола. Юки уже был у постамента. Он протянул руку к Гримуару Материи.

— СТОЙ! — раздался резкий крик из теней зала.

Из-за стеллажей вышел Архивариус. Его ряса была разорвана, лицо залито кровью после стычки с Кайном, но в руках он держал артефакт в форме песочных часов.

— Ты не понимаешь, что делаешь! — кричал Архивариус. — Гримуар Пустоты и Гримуар Материи не должны соприкасаться! Если ты возьмешь второй, ты не станешь богом. Ты станешь Черной Дырой! Ты уничтожишь этот город и всех, кто в нем находится!

Юки замер. Его пальцы были в сантиметре от обложки, которая была сделана из тяжелого золотого металла.

— Юки, не слушай его! Он просто боится твоей силы! — крикнула Мира.

Юки посмотрел на Миру, затем на Кайна, и наконец — на Архивариуса. В его пустом мозгу шел расчет.

«Вариант А: Взять книгу и рискнуть уничтожением города. Эффективность — неизвестна. Вариант Б: Отступить. Эффективность — 0%, нас убьют здесь».

И тут Юки сделал то, чего от него не ожидал никто. Он посмотрел на свою исцеленную руку — ту самую, за которую он отдал чувства.

— Если я стану черной дырой, — произнес Юки, глядя на Архивариуса, — то я первым делом поглощу вас. А мои друзья... я просто изменю их вектор выхода из этой реальности.

Он коснулся книги.

Мир взорвался. Белый свет Гримуара Материи столкнулся с черным туманом Гримуара Пустоты. Тело Юки выгнулось дугой. Он почувствовал, как его вены наполняются жидким свинцом. Два фолианта начали сливаться прямо в его руках, превращаясь в один, серый и бесконечно тяжелый.

— А-А-А-А-А-А! — этот крик Юки был полон такой боли, что стены библиотеки начали трескаться.

Но в этом крике было еще кое-что. Гнев. Настоящий, человеческий гнев. Слияние двух сил начало насильно возвращать в него то, что он отдал. Память о боли, любовь к Мире, уважение к Кайну — всё это хлынуло в его разум мощным потоком.

Юки упал на колени, сжимая новый, объединенный Гримуар. Он тяжело дышал. Когда он поднял голову, его глаза больше не были пустыми. В них горело холодное, расчетливое пламя, но теперь это было пламя живого человека.

— Архивариус, — сказал Юки, поднимаясь. Вокруг него воздух начал искажаться, создавая идеальную геометрическую сферу защиты. — Ты сказал, что я стану смертью? Ты ошибся. Я стал Законом.